Глава 18

Она не позвонила. Ни через час, ни через два... Я сидел, как идиот, гипнотизировал телефон. Чувствовал я себя хреново, сушняк и головная боль делали мое ожидание еще более «восхитительным». Как там она, интересно? Очень хотелось позвонить, под любым предлогом, но ничего стоящего придумать я не мог. Прождав часа три, я психанул и пошел вниз варить кофе.

Навстречу радостно бросилась Марта, чуть не сбив меня с ног.

– Привет... – потрепал я ее между ушами. – Скучаешь?

Прихватив с собой кружку кофе, вывел ее на улицу.

Небо прорезали всполохи. Сейчас бахнет...

Где Женька?!

Вернулся в дом.

Телефон мигал неотвеченным Два пропущенных. Её номер!

Чуть не грохнув кружку об раковину, быстро нажал на перезвон. Еще слиняет куда-нибудь…

– Привет, приятный мужской голос!

– Ты звонила… – расслабленно выдохнул я.

– Беспокоюсь о тебе. Я немного накосячила...

Я сжался, ожидая худшего – «накосячила…», когда успела?!

– Мы вчера должны были много жидкости пить, и я совсем забыла. У тебя должно быть обезвоживание. Как себя чувствуешь?

– Это весь косяк?

– Эм... пока – да.

Ну что за формулировки!

Ладно... к черту! Беспокоится обо мне!И это приятно… Это круто!

– Все в порядке, Малыш, небольшой сушняк и головняки. Как ты?

– Та же фигня, – захихикала она, – постарайся пить сегодня побольше.

– Ладно. Жень… Я, если честно, в шоке от себя и вчерашнего. Мне жаль, что я потерял тормоза… – начал я подбирать слова, чтобы извиниться за то, что напал на нее вчера, как озабоченный. – Прости… И на*ер наркоту!

– Эй, прекращай… И я сама сломала твои тормоза, помнишь? И ты был… В общем, все было отлично. Именно так, как нужно. Тормози с самобичеваниями. Со мной все в порядке. Просто отнесись к этому как к исполнению моей прихоти и все.

– Какие планы? Мне приехать?

Давай, Малыш, не отталкивай меня…

Молчит. ЖЕСТЬ!

– Жень…

– Бл*ть… Зорин, тебя опять дохрена много становится в моей жизни, – задумчиво процедила она, и внутри меня опять всё сжалось, в ожидании логичного продолжения. – Но, самое ужасное, что мне, по-моему, начинает это нравиться.

Сердце подпрыгнуло, в очередной раз застревая в горле. Способность разговаривать возвращаться не спешила.

Я люблю ее неадекватное отсутствие логики!  И, черт с ними, пусть будут эти крейзи качели!

Всего-то – «нравится», а ощущение такое будто услышал от нее признание в любви.

Продышавшись, я уточнил:

– Так я приеду?

– Да. Нам нужно обговорить новые правила!

– Я снова в игре?...

Я имею официальный допуск к ее придурошный мир? Такой о*уительно чудесный, мать его, мир!

– Только если мы договоримся.

– Мы договоримся! Куда ехать? – уточнил я, одновременно пытаясь найти ключи от машины. –  Забери меня из  «Гренады» минут через сорок у меня встреча там.

Как хорошо это звучит!

– Буду через полчаса. Не вздумай никуда исчезнуть!

– Тебе заказать чего-нибудь, вкусненького?   – захихикала она.

Она смеется! Она ждет меня! Она хочет меня! И это не просто секс!!! Я , бл*ть, счастливчик!

– Эй, ты со мной еще?

– Я с тобой, Малыш…

ВСЕГДА!

– Так что тебе заказать?

– «Реши за меня», – двусмысленно намекнул я. – И заказывай, «с собой».

Хотелось быть с ней наедине, чтобы никто не отвлекал и не нервировал.

– Окей, жду...

ЖДЕТ! Мои внутренности изобразили кульбит и, наконец-то, отыскав ключи, я вылетел из комнаты. Вихрем сбежав по лестнице, врезался в Ольгу, едва не сбив ее. Но все-таки успел среагировать, подхватил и, немного покружив, впечатался на эмоциях поцелуем ей в губы. От неожиданности она не успела сосредоточиться на упругом «чмоке», и поцелуй вышел практически взасос, но слишком быстрым, чтобы стать критичным. Выпуская ее из объятий, я, угорая, стартанул на улицу под растерянным взглядом старшенькой и вопль Зимина – «Это че, бл*ть, сейчас было-то?!».

Уже в машине эйфория меня слегка отпустила, и я провернул весь наш телефонный разговор у себя в голове. «Встреча...».

И с кем это интересно? Так, стоп, Зорин!  В задницу эту паранойю! Все проблемы из-за нее. Да по*ер кто там! Она же хочет со мной уехать.

Но чувство тревоги камнем висело на заднем плане всю дорогу, упорно пытаясь испортить радость от момента.

Я припарковался у ресторана, как и обещал, минут через тридцать.  На стоянке стояло еще несколько машин. Огляделся, надеясь увидеть тачку Юрыча, и совсем расслабиться по поводу «встречи», но вместо этого мой взгляд наткнулся на тачку Риты! О. А я уже было подумал, что мой ангел-хранитель вышел наконец-то на работу. Черт, как бы чего не…

Не успел я додумать эту мысль, как увидел их вместе, выходящих из ресторана. Ну, что такое?! Мне стоит выйти и вмешаться? Или это только усугубит ситуацию? Рита взяла за руку Женю и притянула к себе поближе. До тошноты предсказуемо… Немного наклонилась и, обнимая за талию, что-то зашептала на ушко, выводя пальцами круги на ее пояснице. Женя повела плечами и немного отстранилась. Еще минуты три улыбчивых бесед и махнув Рите ручкой, Женя двинулась ко мне. Выйти и открыть дверь. Но тело не слушалось. Рита задумчиво и плотоядно смотрела в спину моей провокаторше.

Женя с улыбкой запрыгнула на переднее сиденье и погрузилась в атмосферу моего психа. Конечно, сразу же почувствовав неладное, она уставилась на меня, внимательно изучая. Я боялся смотреть на нее, так как предъявить мне было нечего, а настрой был тяжелым. Молча, я смотрел прямо перед собой, сжимая руль, так как не хотел обидеть ее сейчас своими неконтролируемыми интонациями.

Положив пакет на заднее сиденье, она задумчиво спросила:

– Тебе понравилось то, что ты видел? – я сжал челюсти.

Она хочет Риту?! И что я буду делать с этим?

– Хочешь ее? – зло спросил я, и не выдержав пытки взглядом, отвернулся.

– Зорин. Правило номер один: я спрашиваю, ты отвечаешь как есть, без всяких зае*ов и встречных вопросов! – вцепившись мне в волосы и разворачивая к себе, прорычала она. – Я спросила, тебе понравилось то, что ты увидел?

– НЕТ! – глядя ей в глаза, рявкнул я.

– Это хорошо… – спокойно сказала она, отпуская меня, – этого я бы тебе дать не смогла.

Она не хочет ее! Твою мать, как же хорошо…

– Чего хотела Рита? –  расслабился я.

– Я думаю, ты знаешь… Меня… Тебя… Желательно вместе... – усмехнувшись, подтвердила она мои догадки.

– Прости, – окончательно успокоившись, сказал я, понимая, что опять чуть не напортил все своей ревностью. – Просто помнишь тогда, у меня дома, ты поцеловала ее, и тебе понравилось ее присутствие…

Женя мечтательно заулыбалась.

– Она была специей, ты – основным блюдом. Но есть одни и те же специи ложками… Ммм – нет... Мне это не по вкусу!

Я облегченно рассмеялся, поражаясь этой метафоре.

– Люблю, когда ты такой легкий! – подхватила она мои хихиканья.

«Люблю»…  по отношению ко мне… Что-то внутри заскулило, требуя открыть рот и обозначить ей свои чувства, но я затолкал это скулящее чувство подальше и просто...

– Готова? – ...имея в виду поездку.

Но ее сверкнувший взгляд выдал совершенно другую интерпретацию моего вопроса.

– Поехали, – шепнула она, облизывая губы.

Улыбаясь и качая головой, я тронулся с места.

Планировал устроить небольшой пикничок на чудесной поляне, где мы иногда тусовались нашей компанией.

Всю дорогу мы болтали о всякой чепухе, аккуратно обходя темы, касающиеся наших отношений.

– Притормози... – попросила она, когда мы проезжали мимо ее домика. – Зайдем домой.

И это прозвучало так, как будто мы живем вместе. Внутри все согрелось от этой перспективы. Я бы хотел… вернее, даже не так. Я плохо представляю, как теперь проводить какое-то время вдали от нее каждый день, и как расставаться вечером или утром, или… Теперь, когда я почувствовал ее рядом, мысль даже о краткосрочных дистанциях была невыносима.

Закинув в пакет воду из холодильника, пачку салфеток  еще какие-то нужности, мы развернулись на выход, столкнувшись в проеме кухонной двери. Дыхание сбилось…

– Возьми купальник… – напомнил я, подхватывая ее за талию прикоснувшись своими губами к её.

– Мы на пляж?  – мурлыкнула она, не отстраняясь.

– Нет, но… – начал терять я нить разговора. – Там можно позагорать.

Мы шагнули в гостиную…

– Там будут люди?

Стена… губы… диван…

– Нет…

Я потянул ее на себя, вынуждая оседлать.

– Тогда, мне он не нужен! Хочу без ничего…

Хочу…

Она впилась мне в мочку уха, потянув полы рубахи в разные стороны.

– Ты мне все еще должен, Зорин, – замурлыкала она, – но ты такой непослушный и неконтролируемый, что я уже начинаю терять всякое терпение.

Выговаривая мне в очередной раз, она, тем не менее, прошлась своими пальчиками под ремнем.

– Малыш, я стараюсь… – расплылся и от ощущений, и от ее близости.

– Ай, ладно, старается он! – закатила она глаза. – Но я придумала, как сделать тебя паинькой…

Меня снесло волной возбуждением от ее слов, но, закрыв глаза, я перехватил ее руки. Мы и так охрененно угробили ее тело прошлой ночью.

– Не дразнись, вредная девочка! Сегодня нам нельзя… – прохрипел, умоляя.

– У тебя критические дни?! – вскинула она брови в притворном шоке.

– Вот язва! – возмутился я и, завалив на диван, прошелся пальцами по ее ребрам.

Она хохотала, пытаясь увернуться, и помучив ее немного, я прекратил, впившись поцелуем в губы. Старался целовать мягко, без языка, чтобы не напрягать еще больше обстановку и иметь возможность вовремя тормознуть. Она поддержала мой порыв, так же мягко исследуя своими губами мои.

Я замедлился и плавно отстранился, заглядывая ей в глаза. Они искрились, наполненные солнечными, яркими, глубокими эмоциями, и мне вдруг стало очень легко на сердце.

– Как твои ожоги? – вспоминил я выходки этого урода.

Да и мы вчера однозначно добавили к этому ущербу.

Меня так накрыло той дурью, что я совсем потерял контроль. Даже не могу вспомнить в какой момент. Просто вчера все было «слишком» с самого начала. С ней всегда все «слишком»!

– Все гораздо лучше, чем могло быть. С утра болело, но в салоне одна добрая фея нанесла мне везде анестезирующую мазь, поэтому еще часа на три я свободна от неприятных ощущений.

– Везде?!

Она смеялась, не подтверждая и не опровергая мои сомнения.

Перевернувшись на живот, Женя растянулась на диване.

– Малыш, когда ты смеешься… Ты даже не представляешь, что творит со мной твой голос, твой смех... – я безнадежно покачал головой, улыбаясь.

– Тебя возбуждает мой голос? – мурлыкнула она.

Выдохнув, я сжал ее, понимая, что вряд ли смогу удержаться сегодня. Надеюсь, у неё хватит ума отшить меня.

Одним движением я уселся на нее чуть пониже попки и устроил свои руки на упругих полушариях, задирая короткую пышную юбочку. На ее невозможных спортивных белых трусиках было написано «Целуй!».

Это уже просто приказ для моего либидо!

– Ну и белье у тебя! – возмутился я, сжимая её ягодицы.

Звонок телефона отвлек меня от намерения продолжить так хорошо начатое. Она встрепенулась и потянулась к трубке, но та была слишком далеко. Я нехотя слез с нее.

Взглянув на номер тихо выругалась, запуская руку в волосы. Опережая мозг, моя рука выхватила у нее телефон, и я посмотрел на экран.

–  Олег?

– Мхм... – нервно.

– Какие-то проблемы, малыш? Не отвечай.

– Надо ответить, – закусила она губу, смешно сморщив нос, но трубку не взяла.

Телефон замолчал, но тут же зазвонил опять. Она смотрела сквозь меня, как будто что-то проворачивая и планируя у себя в голове. Ее пальцы беспорядочно перебирали обшивку дивана.

Требовательно протянула руку.

– Не отвечай, – повторил я. – Чего нервничаешь?

Притянул ее к себе, не отдавая пиликающий телефон.

– Что-то случилось…

– С чего ты взяла?

– Второй звонок подряд.

Телефон подтверждая ее догадку тут же затрезвонил в третий раз.

– Если бы все было нормально, он бы дождался пока я перезвоню. Отдай.

Наши взгляды встретились.

Отдал...

– Я отойду... – нерешительно. – Не хочу, чтобы ты вмешивался.

– Говори здесь, – уложил я ее на лопатки, садясь сверху.

– Никаких приколов! – жестко отрезала она.

Как будто сейчас я был на это способен.

Телефон опять запиликал в ее руке и она, вдохнув поглубже, ответила.

– Привет!

Через несколько секунд ее глаза стали округляться.

– Нет, нет, нет! – перебивая голос в трубке, затараторила она. – Все хорошо! Все не так! Не о чем беспокоиться.

На ее лице мелькала буря эмоций – она хмурилась, кусала губы и, молча, материлась, закатывая глаза.

– Это все очень преувеличено! Олег, прошу тебя… Да как ты узнал, вообще?! Ну, выслушай уже меня, наконец! У Антона неверная информация и все не так! Да, инцидент такой был, но… НЕ НАДО НИЧЕГО ДЕЛАТЬ! – рявкнула она в трубку. – Да, бл*ть, послушай меня просто… Я ПОЛОЖУ СЕЙЧАС ТРУБКУ, ОЛЕГ!

Меня накалял этот разговор, так как он был показателем их близости и демонстрировал его права на нее. Он может быть далеко, но его место в ее жизни было очевидным. А я, конечно же, претендовал на единоличное владение. Но, после нашего знакомства, когда я оказался невольным свидетелем его эмоциональной обнаженки,  я, наверное, принимал его беспокойство, поэтому постарался контролировать свою ревность. Видимо, на том конце монолог остановился, и она уже спокойнее начала рассказывать.

– Я расскажу, как было. Не надо взрывать планету, ладно? Макс действительно ввалился ко мне с разборками, и он был под кайфом. Он намеренно ничего такого не сделал, но его состояние, умноженное на мое везение, оставили на мне несколько следов. ОН НЕ БИЛ МЕНЯ. Да, мое лицо… Но это я об дверь… А это чай! Случайно! Сейчас всё в порядке.

Я опять услышал его беспокойный и раздраженный монолог в телефоне, но она перебила его.

– Клянусь, что не обманываю. Ты же знаешь меня, так в чем дело? Да… Нет, я не ночую одна… Хорошо, я не буду оставлять ключ… Не надо прилетать из-за ерунды!  И Антона не надо. Меня и так тут целая гвардия охраняет! Да. Да... – неуверенно и, сбавляя обороты, что-то подтвердила она. – Да, я знаю… Да, я помню, чем это закончилось… Олег, я сама могу решить...

Я начал понимать, что разговор перетек в какое-то другое русло и он уже далеко не о Максе, судя по ее неуверенным интонациям.

– Все хорошо. Не беспокойся, пожалуйста. Работай спокойно. Обещаю, мы увидимся сразу, как ты прилетишь. И умоляю, не натравливай на меня Гайченко, это будет проблемой… Да, и поэтому тоже… Да, с ним. Нет, я не передам трубку!

Меня просит позвать?!

Я выхватил у нее телефон, аккуратно отбиваясь и уворачиваясь от ее рук.

– УСПОКОЙСЯ! – рявкнул ей, и ответил: – Это Денис.

Секунду помедлив: – Как она?

– Ничего хорошего. Недели две точно будет заживать.

– Подробнее расскажи, – попросил он, и я почему-то счел нужным просвятить его.

– Рука разбита, ссадина на лице, бедра обварены, наверное, степень вторая ожога. Он пытался изнасиловать ее. Спасибо, что научил ее защищаться.

– Я, надеюсь, он «сожалеет» всем телом?

– Не успел… – ответил я разочарованно, – его очень быстро эвакуировали из наших широт.

Женя шокированно и осуждающе смотрела на меня, распахнув свои глаза.

– Как она… пережила это? – спросил он настороженно. – Был какой-нибудь неадекват?

– Легче, чем должна была. Но да… было немного.

Я пытался отвечать так, чтобы Женя по минимуму вникала в наш разговор. Но Аронов прекрасно понимал меня. В своем отношении к ней он вдруг стал очень близок мне. И мне вообще вдруг показалось, что я говорю с ее отцом, а не бывшим.

– Она правда в порядке?

– Выглядит так, как будто да.

– Будь рядом. Не дави. Не останавливай. Не отпускай никуда одну. Если чего-то ненормального захочет – пусть… Просто страхуй ее, – четко отдавал он мне указания. – Любишь ее?

– Да! – не задумываясь, ответил я.

– Тогда береги. Она особенная. Если лажанешь опять, найду способ забрать ее себе обратно. Все.

Порывисто и кратко. Осознав, что он сейчас делал, я не смог не поразиться его самообладанию. Я бы так не смог. Договорив, Аронов скинул вызов, не прощаясь.

– Зачем ты?… – в ярости выпалила Женя.

– Все нормально, он заслуживает знать, – успокоил ее, отдавая обратно телефон.

– Что он сказал?

– Попросил, чтобы я позаботился о тебе.

– Ты, скотина, Зорин! Про изнасилование было лишнее! Зачем зря его дергать?!

– Это же правда! Чего ты так бережешь его психику. Он взрослый мужик! Пусть он за тебя волнуется! – я наклонился над ней, покрывая легкими поцелуями и успокаивающе что-то нашептывая.

– Мне лучше знать, за кого в этой ситуации нужно волноваться! – оттолкнула она меня.

– Заткнись…

Любимая…

Чуть не ляпнул я, нацеловывая сжатые губки.

– Ты, бл*ть, такой бесстрашный сегодня… – начала она поддаваться моим ласкам, – прямо мозг сводит от желания наказать тебя!

– Придумала уже способ? – не в силах остановиться, заскользил губами по нежной шее.

– Ну да… парочку…