Глава 18

Надо же, какие мы покладистые стали! Уже и на разговор согласен, и домой отвезти желает. Вот что делает животворящий диагноз Антошки и упоминание папочки!

Кошусь на сына через стекло реанимационного бокса. Сердце тут же сжимается от боли и страха.

– А как же Антоша? Вдруг ему станет хуже, вдруг понадоблюсь…

– За ним будет усиленное наблюдение, – перебивает Руслан. – Я уже обо всём договорился. За ним сейчас присматривают лучшие врачи города. Если что сразу сообщат о любых изменениях.

До меня медленно доходит смысл его слов. Что значит договорился? Это он, что ли, распорядился насчет сына?

Видимо, пока я дремала, Руслан развил бурную деятельность. Надавил на персонал, потребовал VIP-условий для ребенка…

От этой мысли внутри все переворачивается. Я так устала от этих качелей! То он нас в грош не ставит, то вдруг заботу проявляет. Поди пойми, что у него на уме! Вот и сейчас – лицо хмурое, губы сжаты в нитку. Но при этом в глазах явственно читается тревога. И усталость, такая же бесконечная, как моя.

Пожимаю плечами, сдаваясь. В конце концов, и правда нужно отдохнуть. Куда я такая разбитая? Только под ногами у врачей путаться буду. А Руслан вон какой шустрый, умеет командовать. Вот пусть и разруливает тут всё, раз такой крутой.

– Ладно. Поехали…

Руслан тут же протягивает руки.

– Дай ребёнка понесу. Ты еле на ногах стоишь.

Фыркаю и делаю шаг назад, прижимая Анечку к груди.

– Спасибо, обойдусь. Нюта не любит… незнакомых людей.

Вижу, как желваки заходили на скулах Руслана. Но он молча стискивает челюсти и кивает, пропуская меня вперед.

Охрана тут же смыкается вокруг нас живым щитом, провожает до дверей. Я только головой кручу – ничего себе почетный эскорт! Можно подумать, я супруга президента, не меньше.

В лифте, а потом и в машине повисает напряженное молчание. Руслан сидит так близко, что чувствую исходящий от него жар.

Но я демонстративно отодвигаюсь в противоположный угол, отворачиваюсь к окну. Делаю вид, что увлечена городским пейзажем, хотя на самом деле внутри всё дрожит и переворачивается от его присутствия.

Краем глаза замечаю, что Руслан не сводит с меня пристального взгляда. Изучает, рассматривает, будто впервые видит. Прям мурашки по коже от этого ощущения! Так и хочется развернуться и наорать – ну что уставился, в чём дело?

Но сил хватает только сглотнуть вязкую слюну и покрепче прижать к себе сладко посапывающую Анечку.

Даже не знаю, что хуже – когда Руслан молчит или когда начинает говорить. Потому что от слов его веет такой непривычной горечью и сожалением, что впору усомниться – он ли это?

* * *

Прижимаюсь лбом к прохладному стеклу, бездумно наблюдаю, как капли дождя змеятся по гладкой поверхности.

В голове царит полная сумятица, мысли скачут как бешеные белки. Не могу уложить в сознании всё, что произошло за последние пару часов.

И ведь хоть бы слово раскаяния! Никакого "прости", никакого "я был не прав". Только мутные оправдания в стиле "сам дурак".

За стеклом проносятся серые улицы, размытые дождем. Анечка посапывает у меня на руках, уткнувшись носиком в шею. Её мерное дыхание щекочет кожу, дарит иллюзию покоя. Только вот на сердце по-прежнему неспокойно. Слишком много всего навалилось, слишком внезапно рухнул привычный мир.

– Я самолет на завтра заказал. В Израиль, – внезапно говорит Руслан, не сводя с меня пристального взгляда. – Антона отвезем в клинику Шнайдер, там лучшие кардиохирурги мира. Они его примут сразу же по прибытию, ни минутой позже.

Что? Самолет? Завтра? Это он серьезно? – Я со всеми уже договорился, – продолжает Рус, видя мою растерянность. – Обещали принять по высшему разряду. Операцию проведут сразу, как стабилизируют состояние. Денег не жалко, любые суммы отдам, лишь бы вылечили… сына.

От его слов у меня слезы наворачиваются на глаза.

Господи, неужели?! Неужели мой Антошка будет здоров?

Неужели это не сон, не морок? Я готова разрыдаться от облегчения, упасть на колени и молить Бога о чуде.

– Спасибо, – шепчу едва слышно. Слова будто жгут горло, царапают язык. Кажется, целую вечность я не произносила ничего подобного. – Спасибо, что помогаешь…

Руслан молча кивает, отворачивается к окну. Я вижу, как напряжены его плечи, как желваки ходят на скулах. Да уж, нелегко ему дается эта внезапная забота. Еще бы, после стольких месяцев равнодушия и отрицания…

Между нами повисла тяжёлая пауза, наполненная невысказанными вопросами и сожалениями. Столько всего крутилось в моей голове, столько всего хотелось ему сказать! Но в горле будто ком застрял, мешая вымолвить хоть слово.

Наверно зря я скрыла от него деток и ничего не сказала, может всё было бы иначе?

Нужно было попытаться встретиться, поговорить, а не бежать друг от друга в противоположные стороны.

На эмоциях поступили. Да… Это было неправильно.

Быть может, сейчас всё было иначе? И не было бы этого кошмара?

Особенно сильно я корила себя за те фотографии с Женькой, которые выставила в соцсетях.

Хотела позлить Руслана, вызвать хоть какую-то его реакцию, если бы он вдруг случайно их увидел.

Что ж, похоже, перестаралась. Он-таки увидел. И его, кажется, таки сильно это его задело!

Неужели любит до сих пор?

Раз такая ревность, что взгляд бешеный, как у волка.

А ведь мы с Женькой просто друзья со школьной скамьи. Так, встретились случайно, пообщались.

Да, он внешне сильно изменился за эти годы, возмужал. Но в душе остался всё тем же весельчаком и балагуром.

Наши редкие встречи были насквозь дружескими и невинными. Если бы Руслан только знал, что я уже тогда носила под сердцем его детей! Если бы догадывался, через какую боль мне пришлось пройти!

А у Женьки невеста, и скоро состоится их свадьба.

Меня так и подмывало обо всём рассказать Гурскому, сделать первый шаг… Выдохнуть и отпустить всё, ради детей, ради сына!

Даже рука невольно потянулась к Руслану, желая коснуться, ощутить родное тепло…

Но внезапно его телефон разразился громкой трелью, заставив нас обоих вздрогнуть.

Руслан быстро выудил мобильный из кармана. Бросил взгляд на экран и как-то разом помрачнел, напрягся.

Я тоже скосила глаза на дисплей. И тут же пожалела об этом.

Потому что там высветилось до боли знакомое лицо, от которого меня мгновенно бросило в дрожь.

На экране улыбалась ОНА. Рада.

Роскошная рыжеволосая ведьма, застуканная мной на той злополучной вечеринке в объятиях моего мужа.

Какого чёрта она сейчас ему названивает?!

У меня потемнело в глазах от нахлынувшей обиды и ярости.

Значит, вот как? Вот почему Руслан такой дёрганый и хмурый?

Жгучая догадка обожгла моё сердце, на миг лишив возможности дышать. Неужели они всё ещё вместе?

Только теперь статус любовницы скоро сменит статус “жена”.

Неужели Рада – его невеста, будущая жена?

Та самая, к которой он торопился в ресторан, чтобы подарить кольцо с бриллиантами…