Глава 10

Эрика

У Романа Беркутова была довольно-таки эгоистичная позиция по жизни. Захотел — получил. Ему отказали — он взял силой. Его отвергли — он лишь сильнее возжелал получить трофей. И он явно шёл на всё ради своей выгоды! Переступая через протесты и отказы.

Вот и я для него стала всего лишь игрушкой, которой приказывали как надо жить, кого любить и как себя вести. Я стала вещью, которую он решил упаковать по своему вкусу, а в довершение навесить ярлык "его собственности".

Сигнал клаксона отвлёк меня от мрачных мыслей, а резкий рывок напугал. Роман среагировал молниеносно на приближающийся автомобиль и оттеснил меня себе за спину. Буквально закрыв собой от грязных брызг, полетевших из-под колёс машины.

Я успела сдавленно вскрикнуть и инстинктивно вжаться в широкую спину, а спустя несколько секунд сухо поблагодарить за спасение. С опаской выглянула из-за спины мужчины, сразу заметив стеклянные створки дверей торгового центра.

Роман больше не мешкая, взял меня под локоть и подтолкнул вперёд. Створки распахнулись, впуская нас в просторный холл. Никакой суеты, минимум посетителей и я под руку с чудовищем, будто в сказке, вот только на счастливый конец рассчитывать не приходилось.

Проходя к лифту, в поле зрения попал охранник и меня тут же одёрнул Роман. Будто без особого труда предугадав мои намерения.

— Попытаешься выкинуть новый фокус… накажу, — рука ослабила хватку, сползла от локтя к ладони, придерживая меня так, чтобы я не бросилась к охране. — В нашем распоряжении час времени. Покупай всё что понравится, — говорил ровно, без напускного хвастовства, но мне всё ещё слабо верилось в его щедрость без подтекста.

— Снова пытаетесь купить меня? Зря, — твёрдо заявила я. — Мне ничего не нужно, тем более от вас, — дернулась, в очередной попытке отвоевать руку, на что Роман стиснул пальцы на моем запястье с особой нервозностью. — Мои джинсы меня вполне устраивают.

— А меня нет, — он придирчиво посмотрел сверху вниз. — Слишком обтягивающие и вульгарные.

— Тогда отстаньте от меня, — злость от его критики шумела в ушах. — Раз я вам так не нравлюсь.

Роман лишь издевательски дёрнул уголком губ. Вызвал лифт, легко стукнув по кнопке сжатым кулаком и поднял глаза к загоревшимся на табло цифрам. Праздно наблюдал за ними, а после вновь перевёл на меня взгляд.

— Не мо-гу, — низко и по слогам произнёс Беркутов, зля своей выдержкой ещё больше. — Столик заказан на двоих.

— Идите… — на языке пощипывали бранные слова, но я поспешила себя одернуть. — Ужинайте один или найди себе крашеную дурочку, которая будет рада обзавестись папиком. А я лучше пойду в дешёвую кафешку.

— А ты натуральная?

— Что простите? — повернулась лицом к Роману, заметив плохо скрываемое веселье в холодных глазах.

Он еще смел веселиться, когда я абсолютно не была расположена к лёгкому общению. Наоборот. Я с радостью столкнула бы его в шахту лифта.

— Ты натуральная блондинка или крашенная? Хотя можешь не отвечать, — он втолкнул меня в просторную кабину, как только хромированные двери распахнулись перед нами. — Ты же не ищешь папика, — он оттеснил меня к зеркальной стене и уперевшись в поручни, навис надо мной. — И вроде не дурочка.

Воздух пропитался пряным запахом парфюма, и всё пространство сжалось до крошечной точки. Что-то тягучее, сродни влечению, обвивало наши тела. Но разве я могла испытывать подобное к типу, нагло забравшему у меня право выбора?

Я ненавидела Беркутова, но тело неожиданно отозвалось трепетом.

— Вам нравится доминировать? Ущемлять? Запугивать? — я отчаянно возвращала на место чувство неприязни к Роману.

— Мне нравится всё держать под контролем и если нужно подключать все резервы.

— Вы просто жалкий комок комплексов, — нарочно впилась взглядом в расслабленное до недавнего времени лицо. — Самоутверждающийся

за счёт других.

— Вернёмся к этому разговору позже, — произнёс над моим виском и быстро выпрямился.

Вновь стал отрешённым, хотя по крепко сжатой челюсти становилось понятно — он держится из последних сил, чтобы его внутренний зверь не разбушевался.

— Зачем же откладывать? Закончим прямо сейчас. Отпустите меня добровольно! Ни сегодня, так завтра я найду способ сбежать из этого кошмара! Или Денис…

— Послушай, Эрика! — холодно бросил он, смотря на меня с хищным прищуром. — Твой Денис доставил мне некоторые неудобства после того, как не смог самостоятельно забрать тебя из моего дома. А я замял его глупую выходку, только из уважения к тебе. Но больше твой бывший друг щедрых подарков от меня не получит.

— О чем вы? — внутри меня разлился липкий страх. — Что с Денисом?

— Не провоцируй его на подвиги, чтобы он не старался натравить на меня серьёзных людей. Моих связей хватит, чтобы умерить пыл мальчишки, — Роман намеренно сделал паузу, давая мне время переварить услышанное. — Не пытайся привлечь чьё-либо внимание. Просто будь умницей, — он с какой-то нежностью в движении убрал от моего лица налипшую прядку. — Пока ты ведёшь себя послушно, Денису ничего не угрожает.

Беркутов резко схватил меня за локоть, с силой подводя к выходу. И пока я варилась в собственных мрачных мыслях, он спокойно переводил дыхание.

От лифта до первого приглянувшегося ему магазина мы шли молча. Я не противилась, помня недавний разговор о Денисе. И вообще, не видела смысла выбирать между торговыми брендами, когда парню грозила опасность. Мне просто хотелось, чтобы этот день скорее закончился.

Какая может быть радость от шоппинга в компании с тираном, который успел найти рычаг давления на меня?

Роман предусмотрительно передал меня консультанту, которая тут же отвела меня к стойкам с вечерними платьями. Любезно уточнила мой размер и извинившись, оставила меня ненадолго одну. Я скучающе пробежалась глазами по разнообразию цветов и фасонов, выбрав для себя лишь парочку платьев.

Беркутову хочется власти? Хорошо, я потерплю ради Дениса!

— Уже определились? — сладко отозвалась консультант. — Тогда пройдемте к примерочной, ваш муж ожидает в зоне для гостей.

От слова "муж" передёрнуло, а от вранья Романа стало противно, но пересилив себя, я поплелась за девушкой. Для примерки я прихватила с собой два платья. Настроение что либо выбирать отсутствовало и одарив ненавистным взглядом Романа, который вальяжно расположился на мягком низком диване, скрылась за плотной шторой.

Лениво разделась, сняла бюстгальтер, заметив слишком глубокое декольте у платья, оставшись в одних кружевных трусиках. Неторопливо обвела взглядом собственное отражение в зеркале. Щеки казались впалыми, а под глазами пролегли тени — последствия бессонной ночи. Неожиданно в отражение зеркала появилось статная фигура Романа Андреевича.

— Оставьте меня в покое! — выкрикнула, скрещивая руки на груди.

Он стоял на пороге, нагло привалившись плечом к стене примерочной. Жадно разглядывал меня, то скользя взглядом по обнажённой спине, то любуясь грудью, которую я тщетно пыталась прикрыть.

— Убирайтесь вон! Я не собираюсь раздеваться в вашем присутствии.

— Ты итак, почти раздета, — указал подбородком на меня, вогнав в краску. — Крошечные трусики не в счёт.

Его ленивая усмешка, похотливый блеск в глазах и моя нерасторопность подогревали щепетильную ситуацию.

— Я не хочу, чтобы вы на меня сально пялились.

— Меня меньше всего интересует, чего ты не хочешь, — он зашёл в кабинку, буквально заполнив собой всё пространство, задёрнул за собой штору. — Привыкай! Наш брак не будет фиктивным, а это значит, что я имею полное право и смотреть, и трогать.

Я инстинктивно шагнула вперёд, вжимаясь в зеркало. Лишь бы разорвать дистанцию между нами, но и это не помогло. Прикосновение обожгло кожу, где-то между лопаток или уже спустившись ниже. Я ничего не понимала, голова шла кругом, словно это всё происходило не со мной.

Зажмурившись до белых точек в глазах, не желала смотреть что творят широкие мужские ладони. Вот только выключить тактильные ощущения было невозможно.

Слегка шершавые подушечки пальцев медленно очертили ажурный край стрингов. А после сменили направление, направившись вверх, вдоль позвоночника, заставляя меня выгнуться. Затаить дыхание, в ожидании последующих действий.

— Вот, — он протянул вешалку с платьем. — Примерь.

Я никак не могла сосредоточить внимание на платье. Взгляд возвращался к длинным пальцам, что ловко удерживали тонкие плечики. А в ушах до сих пор звенело наставление — "просто будь умницей и тогда Денису ничего не угрожает".

Я очень постараюсь быть умницей, очень… только пусть Беркутов перестанет меня касаться!