Глава 5

Эрика

Я даже выдохнула немного, когда Роман так скоро вернулся в дом. Вполне спокойный, не считая импульсивных движений, которыми он сдёрнул пальто.

Небрежно повесил на вешалку и развернулся ко мне лицом.

— Где Денис? — необдуманно рванула вперёд.

Вскочив на ноги, Тайсон зло оскалился, вставая на защиту хозяина. Хотя в этом доме я больше всех нуждалась в чьём-нибудь покровительстве.

— Место, Тайсон, — спокойно призвал добермана к порядку. На что тот преданно лёг у его ног.

Проигнорировав вопрос, мужчина лишь бегло глянул на документы в моих руках. Успев подметить, как мои пальцы подрагивая, трясли бумагу.

— Подписала? — кинул отчуждённым тоном, словно знал, что в итоге мне придётся выполнить его условие.

— Нет. Жду подходящий момент, — бойко огрызнулась, тут же отругав себя за опрометчивость.

— Он уже был, сегодня за ужином, — равнодушно начал мужчина, кивнув в сторону столовой. — А теперь чем чаще ты будешь показывать свои зубки, тем меньше в твоей жизни останется подходящих моментов… и людей!

От его голоса кровь стыла в жилах, и казалось, что можно умереть на месте.

Особо не обращая на меня внимания, начал расстёгивать пуговицы на рубашке. Нарочито медленно, с каким-то только ему понятным смыслом. Я же пыталась рассмотреть его руки. Либо найти следы борьбы, либо подтвердить их отсутствие. Роман ослабил манжеты рукавов, тут же их закатав до самых локтей.

Крепкие, жилистые руки наводили на меня ужас. Меня передёрнуло, едва представила сколько боли они могут принести другим. Поспешила отвести взгляд, но думать о Денисе не перестала. Нервничала, неосознанно кусая губы, а потом увидела тяжёлый взгляд хозяина дома. Он внимательно рассматривал мой рот, и я в смятении отвернулась.

— Вы требуете от меня невозможного! — обошла гостиную по кругу и положила брачный договор на стол. — Заставляете поступиться собственными интересами! А сами не разрешаете увидеться с парнем, — посмотрела на Романа и тут же с опаской вжалась в стену, когда заметила сжатые мощные кулаки. Неужели он способен ударить?!

— Эрика, — он предупреждающе шагнул ко мне, но меня накрыло волной праведного гнева.

— С чего это тогда я должна быть и послушной, и сговорчивой, и милой? Не слишком раскатали свои губы?

Недовольно мазнула взглядом по напряжённому лицу, на котором вновь заходили желваки на скулах, сделав его ещё суровее. И всё равно я не раскаивалась, что переходила на грубость. Пусть знает, что я не бесхребетная и могу постоять за себя.

— Закончила свой митинг? — ответа он не дал, а нагло продолжил командовать. — Если да, тогда поднимись к себе и ляг спать… пожалуйста, — выплюнул вежливую просьбу, явно скрипя зубами. — Тебе завтра ехать в университет. Если нет… пройдём на кухню, я сварю кофе и выслушаю твои претензии.

Он не пытался насильно меня спровадить. Но стальные нотки в голосе говори об обратном. Напыщенный и властный — явно не терпел возражений.

Какого чёрта он взял на себя смелость распоряжаться моей жизнью? Моими желаниями!

— Я не хочу кофе, в моём положении лучше яду. Тем более что вы совершенно не слышите меня. Я задала вопрос… много вопросов! Но вы не отвечаете на них!

— Я сказал, подпиши и ты получишь ответы, — бросил взгляд на пресловутый договор.

— Ответьте хотя бы на один вопрос, — взмолилась, хотя не хотела этого. Так же как и подписывать бумаги я тоже не собиралась. — Где Денис? Что с ним?

Отчаянно схватилась за рубашку, когда Роман прошёл мимо, направляясь к лестнице. Крепко сжала, до жалобного треска ткани. Дёрнув, призвала обратить на себя внимание.

— Спокойной ночи, Эрика.

Полный игнор. Глухая закрытость и ноль сочувствия ко мне. Бездушная машина, а не человек.

Он равнодушно разжал мои пальцы, резко одёрнул полы рубашки. Стрельнул предупреждающим взглядом и я больше не посмела тронуть его.

Ещё немного и я стану как Тайсон, отзываться на свист или ложиться у его ног, лишь он щелкнет пальцами.

Зло сощурившись, следила как мужская фигура ускользала из виду. Размашистыми шагами, пружинистым подъёмом по ступеням, он отдалялся от меня. Я же убито опустила руки.

— Вы чудовище! Я вас ненавижу! — в сердцах кричала ему вслед, глотая слезы. — Знайте, даже если я подпишу чёртовы бумаги, презирать я вас не перестану. Запомните это, Роман Андреевич!

Такого титанического спокойствия я не видела никогда в жизни. Зло брошенные мной слова в мощную спину, рикошетили, возвращаясь обратно.

Разве можно быть такой непробиваемой стеной?

Его совершенно не трогали мои непрошеные слезы, оскорбления, он был спокоен.

— Спокойной ночи, Эрика! И не пытайся бежать. Тайсон обучен служить, — Роман даже не обернулся, я же покосилась на входную дверь. На пороге застыв сидел грозный доберман. — Дом на ночь ставится на охрану. Смирись, — услышала напоследок от… хозяина. В пору называть его так. Хозяин моей жизни!

Грустно усмехнувшись проводила его взглядом. Запомнив, где находится его спальня, и куда ни за что и никогда я не пойду. Перевела дух и поднялась к себе. И пусть этот дом был мне чужим, выбора попросту у меня не было.

Дом погрузился в тишину, я же впала в отчаяние. Сидеть в одиночестве и полном неведении было тяжело. Тревога за Дениса холодила душу. Зная импульсивность и шальной характер парня, приводящий его очень часто к заварушкам, я нервничала. И всё же с трепетом вспоминала любимого. Его заботливое отношение ко мне, пылкие чувства и нежность, на которую только он был способен. Мы вместе росли. Сдружились когда были ещё детьми, а год назад Денис стал ухаживать за мной, переходя границы дружбы. Ближе него у меня никого не было, поэтому я приняла его ухаживания и позволила некоторые вольности, которые прежде никому не позволяла. Но черту мы так и не перешли…

Стрелка часов неустанно отсчитывала минуты заточения. Мерить шагами комнату мне очень быстро осточертело. А спать в чужой кровати совсем не хотелось.

Осторожно выскользнула в коридор. Прислушалась к звукам спящего дома. Огляделась по сторонам и бесшумно спустилась вниз. Залитая лунным светом кухня встретила меня приветливо. Едва уловимый запах выпечки напомнил о маме и её самых вкусных пирогах.

Яблочный пирог, ароматная корица — всё что я любила, было словно специально оставлено для меня. Опасливо покрутила головой, ожидая подвох от такой щедрости. Я абсолютно не верила, что такой жестокий человек, как Роман, имел представление о заботе.

Отодвинула тарелку, не собираясь с утра его радовать. Если он надеялся задобрить меня сладким, то у него ничего не вышло. Лучше умереть с голоду, чем подчиниться.

Наполнила стакан водой. Жадно выпила, подавив хоть на время чувство голода. В универе нормально поем, а ещё приложу максимум усилий, чтобы не вернуться в эту клетку.

Спать не хотелось, я заняла себя ознакомительной экскурсией по дому.

Разглядывая интерьер, пришла к выводу, что дом снаружи выглядел не так, как внутри. Современность дизайна играла на контрасте со старым, исторически-архитектурным налётом самого особняка.

Здесь, в комнатах царила актуальная ультрасовременность. Мебель, бытовая техника, оформление — всё шло в ногу со временем.

Мне понравилась кухня, на которой я пробыла несколько минут и запомнилась столовая, где состоялся провальный ужин. Все было сделано со вкусом, но как-то удручающе безжизненно. Словно тут подолгу никто не жил.

Одним словом дикарь! Типичный одиночка!

— И чудовище! — шепнула одними губами и шагнула к массивной двери последней комнаты на первом этаже. Та была закрыта.

От неизвестности и волнения ладони вмиг вспотели. Я наскоро вытерла их о джинсы, прежде чем коснуться резной ручки.

Дверь поддалась не сразу, а затем тихо скрипнула, впустив в зал.

Просторный, светлый, абсолютно лишенный мебели, несколько стеллажей с книгами у дальней стены не в счёт.

Центр комнаты венчал рояль. Корпус чёрного цвета слегка поблескивал, ловя на себе тусклые лучи света. Хромированные ножки и педали создавали неповторимую гармонию с выразительными линиями инструмента. В зеркальной поверхности открытой крышки отражались натянутые струны, что замерли в ожидании музыканта.

Кончики пальцев пронзило томительное покалывание. Руки рефлекторно потянулись к инструменту, подрагивая в воздухе, словно касаясь клавиш.

Возбуждение от желания сыграть кипятило кровь. Я не удержалась на месте. Импульсивно подошла к роялю. Провела пальчиком по золотым буквам.

— "Yamaha", — с придыханием прочла надпись. — Это же целое состояние, — стало трудно дышать, восторг пропитал каждую клеточку тела. Играть на подобном роскошном рояле мне доводилось всего раз. — Господи, Роман Андреевич, кто вы такой, что можете исполнить такие дорогие мечты?

Я с осторожностью опустилась на банкетку. Вперила восторженный взгляд в клавиши. Их явно было больше, чем в стандартной комплектации.

Меня вновь захлестнуло волной восторга и я не сдержалась. Опустила пальцы на гладкие клавиши, приготовившись исполнить что-то подобающее восторженному моменту…