Глава 23

Не знаю, почему мне так не терпится сесть и смотреть записи с камер. То ли потому что за весь прошедший день я прониклась расследованием, то ли потому что Матвей пообещал вкусные фрукты, но с купанием и укладыванием малышки я справляюсь, как опытная мамочка – буквально за полчаса. Правда, нужно отдать должное Матвею. Пока я занималась купанием, он приготовил смесь. Из мужчины, который боялся взять на руки собственную дочь, он за день стал отцом, который с легкостью готовит ужин для дочки без проблем. Это… приятно удивляет. Я с удовольствием отмечаю тот факт, что Матвей справится, как настоящий герой. Даже если я вдруг не буду рядом все время – у него получится вырастить Дарину и стать ей настоящим отцом. – Ну все! – радостно говорю, выходя в гостиную из детской. У нас радионяня, так что любой писк Дарины мы услышим. Да и это лучше, чем сидеть смотреть записи в спальне. Там и антураж какой-то… неуместный. По крайней мере мне так кажется. – Фрукты только что привезли, – Матвей кивает на сервированные столики на колесиках, накрытые металлическими круглыми крышками. – Садимся? – Я успела проголодаться. Несколько минут у нас уходит на то, чтобы сложить крышки одна на другую. И минута мне требуется, чтобы сглотнуть слюну, потому что на тарелках не просто клубника, бананы, киви и апельсин. Здесь еще и манго, папайя, питахайя, свити, все уже почищенное и красиво сервированное. Даже не знаю, с чего хочу начать первым. Хотя… знаю, конечно. С клубники, к которой подана бутылочка со сливками. Но Матвей включает запись и мне приходится опять погрузиться в прошлый день. Едим мы медленно. Больше наслаждаемся. В какой-то момент включаем на перемотку, потому что вообще ничего интересного не происходит. Я даже заскучать успеваю и не понимаю, почему мы вообще это смотрим, уверена, Матвей и так понял, что ничего странного на записи нет. Все работают, общаются, разговаривают, даже ехидных выражений лица у наших сотрудников не наблюдается. Может это потому что нашего козла уволили и теперь-то все относительно довольны? Возможно. Светка, насколько я знаю, хорошо справляется с новыми обязанностями. Она ответственная, умная, я характеристику ей написала лучшую не потому, что она моя подруга, а потому что лучше нее никто не справится. И сейчас, глядя на запись, я в этом убеждаюсь. – А вот это вкусно, – говорит неожиданно Матвей и прикасается к моему плечу. Я поворачиваюсь к нему, не успеваю даже спросить в чем дело, только рот открываю, как туда попадает что-то из вазы с фруктами. Это мой босс любезно закидывает в мой рот неведомую ягодину и улыбается так, что у меня снова рождаются подозрения, будто он меня сюда позвал вовсе не камеры смотреть, а вон… искушать. Вообще вся атмосфера даже в гостиной похожа на свидание. Вина не хватает только, но это вполне понятно – у него дочка в соседней комнате спит. Бдительность терять нельзя ни на мгновение. – А что это? – начинаю жевать, натыкаясь на довольно большую косточку. – Не знаю. Шарики какие-то белые. Я сам попробовал, прежде чем тебе давать. Вкусно же? – Вкусно, – подтверждаю, прежде чем достать изо рта коричневую косточку. – Даже не знаю, на что похоже. – Мне почему-то напомнило вино. – Что-то есть. Мы ужасно отвлекаемся от просмотра, так что приходится проматывать назад. И вот как раз на промотке я и замечаю первый тревожный звоночек. Света выходит на лестницу, глядя в экран телефона. Вообще не помню, чтобы она когда-то так делала. Мы с ней довольно близкие подруги, я ее хорошо знаю и это кажется мне странным. Она всегда ездит на лифте. Я пока ничего Матвею не говорю, продолжаю смотреть. Светка вначале что-то печатает на экране телефона, но как-то по мне боязливо оглядывается, словно боится, что кто-то выйдет следом, и это странно, потому что Светка вообще не пугливая и не скрытная. – Алис… – Подожди. Я всматриваюсь в экран, хотя Светке я должна доверять больше остальных, но что-то в ее поведении кажется мне странным, словно неестественным. То, как она дергается, когда раздаются шаги, как дрожащими руками Света отвечает на звонок и постоянно оглядывается. Она похожа на воробья, который нахохлился. Моя подруга – единственная, кто так странно себя ведет на видео. Больше никто из остального персонала подозрений не вызывает. – Что-то заметила? – интересуется Матвей. – М-м-м… нет. Просто. Думала, может что-то тут будет интересного, вряд ли в офисе кто-то спалится. А сама думаю о том, что стоит поговорить со Светой аккуратно. Может, у нее что-то случилось дома? Или на личном? И она поэтому так себя ведет. В последнее время у нас не было возможности пообщаться.