5. Яна.

– Мама, на улице уже настоящее пекло, пошли домой, – я стояла возле забора всего минут пять и казалось, что меня запекают в духовке, как курицу.

Ворота брякнули, и я обернулась.

Ко мне навстречу со всех ног неслась Соня.

– Яна! Наконец-то мы тебя нашли! – кричала она, запрыгнув на меня.

Я только сейчас поняла, как сильно соскучилась по Соне и прижала её к себе. Даже забыла о том, что мне нужно было бы удивиться.

Никита стоял у ворот и смотрел на нас, не отрываясь.

Вопреки маминым прогнозам, я не верила, что он приедет за мной такую даль, да ещё и с ребёнком, но она оказалась права, поэтому посмотрела на меня многозначительно, когда приблизилась к нам.

– Ты больше не хочешь быть моей няней, потому что я вредина? – спросила Соня, сползая с меня.

– Кто тебе такое сказал? Конечно же хочу, и никакая ты не вредина, – ответила я и посмотрела на Никиту вопросительно. Он выпучил глаза, показывая, что не говорил такого.

– Это я позвала Яну, нужно было помочь мне с огородом, – вмешалась мама в наш разговор. – Тут столько всего созрело, что я одна не справляюсь, – продолжала она сочинять.

– Надо было меня с собой взять, я бы тоже помогала, – Соня поверила в мамины рассказы, в отличии от своего отца.

– А как тебя зовут, помощница? – спросила она с улыбкой.

– Меня Соня зовут, а вас? – Никита отмер и медленно направился к нам.

– А меня тётя Оля, – ответила мама.

– Это мой папа, – сказала Соня гордо, я даже улыбнулась невольно.

Пока они продолжали знакомиться, было ощущение, что всё это не со мной происходит, ну, максимум, во сне.

– Мне поговорить с тобой нужно, – голос Никиты вернул меня в реальность. – Очень, – добавил он.

– Соня, ты останешься с моей мамой? – спросила я, не сомневаясь, что они уже нашли общий язык.

– Да, мы будем собирать малину, – и они пошли к кустам. – Я переоденусь, – сказала я, потому что была в растянутых шортах и в майке, под которой ничего не было.

– Окей, я в машине, – ответил Никита и пошёл к воротам.

Кроме джинсовых шорт, которые были чуть длиннее домашних и футболки, у меня в доме ничего не было. Сейчас мне бы хотелось одеться во что-то типа сарафана до пят.

Я предупредила маму, что включу телефон сразу, как только мы зайдём в квартиру.

После того, что мама мне рассказала про Светку, я немного по другому стала смотреть на ситуацию, поэтому тоже считала, что нам с Никитой надо поговорить, как бы мне этого ни не хотелось.

Я села на переднее сидение и пристегнула ремень.

– Куда ехать? – спросил он, наблюдая за моими движениями.

– Туда, – я показала рукой в нужную сторону. – Как вы вообще меня нашли? – меня распирало от любопытства.

– Тебе точно не понравится эта история, – ответил Никита и поморщился.

– И всё же? – я надела солнечные очки, потому что на пешеходных переходах всем было интересно, кто именно на такой крутой машине ездит.

– Мы ездили к Тоньке, – обречённо произнёс он.

– Ну и как? – я приподняла очки и посмотрела на Никиту.

– Оказалось, что я слабак, даже десяти минут эту дуру не выдержал, пока мы грызлись на пониженных оборотах, из дома вышел Вовка и тоже нахамил, проходя мимо, – я ему уже почти сочувствовала.

– А Соня? – я вдруг представила, что ребёнок всё это видел.

– Она в машине сидела, мы договорились заранее, что она подождёт меня, Соня мне и сказала, что Вовка ей улыбался и подмигивал, – я откинулась на спинку сидения и натянула очки на волосы.

– Он перед матерью, что ли, спектакль разыграл? – я даже засмеялась.

– Да, но это мы уже позже выяснили, – вяло улыбнувшись ответил он. – Дальше-то куда? – я даже забыла, что дорогу надо показывать.

– Вон к той пятиэтажке, – показала я.

– Кстати, Вовка попросил никому не говорить, что он нам к тебе дорогу показал, ты предупреди Ольгу Михайловну на всякий случай, – попросил Никита, останавливаясь во дворе.

– Да, я скажу маме, – я вылезла из машины, и мои мысли были заняты предстоящим разговором.

Как ни странно, но Никита ничего не спрашивал, закрыл машину и молча пошёл за мной.

– Проходи, – сказала я, открывая дверь перед ним.

– Это..? – Никита поинтересовался наконец-то, куда я его привела.

– Наша квартира, я забыла здесь свой телефон, вот заодно и поговорим, – я закрылась на замок и прошла в комнату.

– И только по этому мы не могли до тебя дозвониться? – Никита пристально смотрел на меня.

– Нет, я не стала возвращаться, потому что трубку брать всё равно не собиралась, – ответила я честно.

– Я не смог сказать маме правду, хотя видел, как она за тебя переживает, – он старательно обходил тему прошлого. – Сказал им с Сонькой, что мы разговаривали с тобой по телефону, и ты предупредила меня, что сможешь вернуться только через неделю, – Никита потупил глаза в пол.

В любой другой ситуации меня бы такое наглое враньё точно бы взбесило, но сейчас я осознавала, что он пытается не причинить правдой боль своим близким. И теперь это было наше настоящее.

– Спасибо, что прикрыл меня, – приглушённо сказала я, Никита поднял глаза, не поверив в услышанное. – Я вот в отличии от тебя упивалась своими обидами шестилетней давности и даже о Соне не подумала, но это не отменяет того, что я не смогла сразу справиться с эмоциями, – самокритично заметила я, он-то явно такого от меня не ожидал. – Уже на следующий день я сильно начала скучать по Соне, но если бы вы не приехали, я бы даже с места не сдвинулась, – я взяла телефон, чтобы позвонить маме.

– То есть, тебя даже не злит, что я без разрешения ворвался в твою жизнь, которую ты, помнится, от меня оберегала? – чем дальше мы разговаривали, тем меньше Никита понимал очевидные для меня вещи.

– На всё должны быть свои причины, я и сейчас никого не впускаю в свою жизнь, просто потому что кому-то этого хочется, – я отложила телефон в сторону. – Сейчас мама не будет на тебя смотреть, как на моего будущего мужа, поэтому меня это не волнует. Ну, и по Соне я очень соскучилась, она-то серьёзная причина, а ты с Соней, – я тоже старалась не зацикливаться на прошлом.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

– Ты же вернёшься с нами? – он напряжённо сверлил меня глазами в ожидании судьбоносного ответа.

– Конечно, если ты согласишься на мои условия, – предупредила я.

– Я заранее подписываюсь под каждым пунктом, – заявил с готовностью Никита, но я проигнорировала этот энтузиазм.

– Мы больше не говорим о прошлом, я не готова это обсуждать, – в моём устном договоре, это был, пожалуй, главный пункт.

– Я тоже не готов, мне до сих пор нечем себя оправдать, – он пытался обосновывать своё согласие.

– Ты не изображаешь, что между нами симпатия и не строишь со мной отношения, тем более никаких грязных намёков я не потерплю, я только няня твоей дочери, ясно? – мои собственные слова отозвались болью внутри, я даже удивиться не успела.

– Да, я это уже понял и обещаю, что ничего не сделаю, против твоей воли, – ответ Никиты был с подтекстом, как будто он просил отсрочку, но я решила, что меня это устраивает. По моей воле ничего и не будет.

– И ты не внушаешь Соне, что я останусь с ней навсегда, – пусть даже ему не нравятся мои условия, но я не позволю Никите загнать себя в угол.  

– Это-то уж точно не мне решать, – мне было важно, чтобы он меня услышал.

– Если мне нужны будут выходные, я буду предупреждать заранее, – это было, пока, последнее условие в моём списке. – Это всё, – сообщила я.

– Я считаю, что всё вменяемо и справедливо, меня всё устраивает, – я вдруг подумала, что Никита, наверное, со своими деловыми партнёрами так разговаривает, но промолчала. – Я тоже хотел попросить тебя кое о чём, даже если ты сразу не согласишься, то обещай, что подумаешь? – неужели я такая предсказуемая, что он даже планы на меня построил.

– Хорошо, я обещаю, что выслушаю и, если мне это не понравится, то я всё равно об этом подумаю, – тоже по-деловому ответила я.

– У меня есть квартира, но мы с Соней там почти не бываем, потому что я один не справляюсь, и иногда приходится уезжать в длительные командировки, а мама не хочет жить у нас, поэтому мы живём у неё, – я не понимала к чему Никита клонит. – В идеале мне бы хотелось, чтобы ты всё время была с Соней рядом, но для этого тебе надо жить в нашей квартире, – я уже открыла рот, чтобы сказать ему, что оценила смекалку, но потом подумала, что  вдруг мне только кажется, будто Никита спит и видит, как затащить меня в постель. – Твою зарплату я, естественно, увеличу, как минимум вдвое, и комната у тебя будет отдельная, – звучало заманчиво.

– С чего ты взял, что я справлюсь? – его уверенность, конечно же подкупала.

– Как только я буду приезжать с работы, то ты сразу можешь пользовать меня по своему усмотрению, просто скоро я Соне даже искупаться помочь нормально не смогу, про косы я уже молчу. Их я уже не могу, – на такие доводы мне нечего было возразить. – И до тебя я никому таких предложений не делал, кроме мамы, я Соньку никому не доверял, – в воздухе запахло переменами, и это заставляло кровь быстрее бежать по венам, а это мне нравилось больше, чем сидеть в маленьком городке, без перспектив вообще.

– Обосновано, поэтому жизнеспособно, я обещаю, что буду быстро думать, – если уж Никита мне такое предложил, значит, уверен, что будет придерживаться моих условий, иначе зачем всё это? Стоит ему нарушить условия, и я сразу уйду, а нарушить их, живя в одной квартире намного проще. Думаю, он это прекрасно осознаёт.

Я снова взяла телефон и на этот раз позвонила маме.

– Вы уже едите? – сразу спросила она.

– Вот собираемся, у вас всё нормально? – поинтересовалась я, зачем и звонила.

– У нас всё хорошо, а если бы в магазин ещё заехали, то было бы ещё лучше, – я не успев переключиться с недавнего разговора, пыталась сообразить, что для этого нужно.

– Да, но я ни карту, ни деньги … – я не успела договорить, Никита уже жестикулировал передо мной. – Да, давай мы заедем, только скажи, что купить? – спросила я, когда поняла , что он показывал и включила телефон на громкую связь.

– Хлеб, молоко, сметану, печенье, Соне на завтрак, и чай тоже кончился, мы топим баню, – я переключила обратно, на обычный режим.

– Сейчас заедем в магазин и приедем, – сообщила я и отключила вызов.

– Вообще-то я думал, мы сегодня в город вернёмся, – озадаченно произнёс Никита.

– А я вот в ближайшее время не планировала никуда уезжать, – ответила я, запихивая вещи обратно в сумку, которую так и не успела разобрать полностью.

– Если честно, то я бы хоть сейчас спать упал, так что идея остаться до завтра, мне уже нравится, – он забрал у меня сумку, и мы пошли на выход.

Меня вполне устраивало отстранённо-приятельское общение с ним. Просто так контактировать с Никитой я бы не согласилась, но Соня… Кто бы мог подумать, что к ребёнку можно так быстро привязаться?

Подъехав к большому сетевому магазину, которых здесь уже тоже не мало развелось, я с любопытством рассматривала вывески.

– Ты идёшь? – спросил Никита, и я вылезла из машины, тем более, дверь он мне уже открыл.

Мы нашли всё, что заказала мама и направились к кассе.

– Привет, Яна! – я подняла глаза, а за кассой сидела Танька Алексеева, моя бывшая одноклассница.

– Привет, – и продолжила выкладывать продукты.

– Ты к маме погостить или насовсем? – спросила она.

– Завтра уезжаю уже, – мы с Танькой не были подружками, но она мне так обрадовалась, что я даже растерялась.

– Я тут Дениса Овчинникова видела, – заговорческим тоном, сообщила мне Танька.

– Пакет нам посчитайте ещё, – попросил Никита, она, поняв, что мы вместе, округлила глаза.

– Да, я знаю, он к нам приходил, – ответила я ей, складывая продукты в пакет. – Пока, Тань, рада была увидеться, – сказала я ей, вспомнив, что мама почти каждый день сюда ходит.

– Блин, мама же мне говорила, что Танька здесь работает, нафига я сюда попёрлась, – разорялась я по поводу неожиданной встречи, залезая в машину.

– Я думал, это твоя подружка, – удивился Никита.

– Это моя одноклассница бывшая, у меня нет подружек, – ответила я недовольным голосом. – Танькина мать работает медсестрой, в одном отделении с Тоней, и в понедельник она узнает, что ты меня нашёл, – объяснила я причину своего негатива.

– Но нас здесь уже не будет, – Никита, как бы договорил за меня. – У Ольги Михайловны же не будет неприятностей? – спросил он, спохватившись.

– Навряд ли, – ответила я и показала на поворот.

– А Денис, это кто? Ну, вот который заходил к вам? – настороженно спросил Никита. – Если не хочешь, то не отвечай, – добавил он и сделал безразличное лицо.

– Денис мой друг, ещё со школы, наши отцы были друзьями, ну, они до сих пор, наверное, дружат, – мне не очень хотелось рассказывать это Никите, но он с таким интересом слушал. – Я знаю, как это всё выглядело, Танька, как и многие другие, решила, что у нас с Денисом любовь была, а я никого не уверяла, не считала нужным оправдываться, – скомкано объясняла я, сама не понимая зачем.

– Может быть, Денис в магазин один заходил, но к нам он приходил с Ксюшей, своей женой, которая беременна, хотя наши отцы, конечно, мечтали, чтобы мы поженились, – я увидела наш дом и выдохнула с облегчением. – Прихвати мою сумку тоже, – попросила я, выходя из машины.

– Зачем? Ты что, обиделась? – я смотрела на него и не понимала, о чём Никита говорит.

– Нет, просто мне надо будет переодеться, не поеду же я в город в таком виде, – я показала на свои шорты, а он засмеялся. – Кажется, ты переутомился слегка, – я постучала по своему лбу пальцами и пошла домой.

Как только мы зашли, мама сразу посадила нас за стол, а Соня бегала в моём детском платье, которое взялось непонятно откуда.

– Ты где это платье взяла? – удивлённо спросила я у мамы.

– Перебирала бабушкины вещи и увидела его, выкинуть рука не повернулась. Постирала, сложила, вот и пригодилось, – ответила она.

– Мне нравится это платье, – сказала Соня, я улыбнулась ей.

– Ты же говорила, что тебе только джинсы нравятся, – напомнил Никита дочери.

– Потому что бабуля покупает мне дурацкие платья и потом надо мной смеются все в садике, – ответила Соня серьёзно.

– Видишь, а я что говорил, мы с мамой уже не справляемся и в итоге вырастим из неё ковбоя, – я засмеялась, представляя эту красочную картинку.

Мама дала Никите большое полотенце и показала, где находится баня.

Соня уселась ко мне на колени и рассказывала, чем они занимались с тётей Олей, пока нас не было.

Мы договорились, что я почитаю Соне сказку и она убежала с моей мамой помогать стелить постели.

Я осталась на кухне и искала в интернете, что можно почитать Соне интересного.

Случайно подняв глаза, я даже вздрогнула от неожиданности. В дверном проёме стоял Никита, обмотанный полотенцем.

– С лёгким паром, – быстро нашлась я, что сказать.

– Спасибо, – отозвался он с улыбкой и сел за стол напротив меня. – Я позвонил маме, она передаёт тебе привет, сказала, что приготовит к нашему возвращению праздничный ужин, – сообщил Никита уставшим голосом.

– Здорово, – ответила я, не глядя на него. – Мама, кстати, там с постелями разбирается, она тебе покажет, где ты будешь спать, – мне кажется, что у меня даже голос уже дрожал от откровенного вида Никиты, а не то что руки.

Соня тоже уснула почти сразу, как только я начала читать.

Мы сидели с мамой на кухне, оставшись вдвоём.

– Если честно, то я рада, что ты согласилась на Никитино предложение, – высказала мама своё мнение.

– Я делаю это только ради Сони, – ответила я поспешно.

– Она замечательный ребёнок, мне даже не верится, что Светка её мать, – задумчиво сказала она. – Никита так смотрит, он не разлюбил тебя, – вдруг резко сменила мама тему.

– У нас с Никитой ничего больше не может быть! – и я встала из-за стола.

– Не обижайся, Яна, просто это то, что я увидела, – примирительно сказала она. – Я вот была уверена, что мы с Лёней всегда будем вместе, – добавила мама грустно.

– Ты жалеешь, что вы развелись с папой? – повернувшись, спросила я.

– Нет, я жалею, что любовь ушла, когда любишь – это счастье, хотя Лёня мне не изменял, и всё у нас было хорошо, – рассуждала она. – Наверное, наша любовь умерла от скуки, – мама улыбнулась. – Я бы тоже не простила его, это ведь не каждому дано, но нам это и не понадобилось, – усмехнулась она.

– Если ты хочешь мне что-то сказать, то я слушаю, – я не понимала маминых намёков.

– Только то, что ты на меня совсем не похожа, – и она вышла из кухни, оставив меня наедине со своими мыслями.

Я просидела почти до утра, но так ничего и не решила.

Проснулась я поздно, Сони рядом уже не было.

– Всем привет! Надо было меня разбудить, – сказала я, обнаружив всех на кухне.

– Мы никуда не торопимся, – ответил Никита с улыбкой.

Где-то в четыре часа мы уже заехали в город.

Екатерина Ивановна, увидев меня в прихожей, очень обрадовалась, начала спрашивать, всё ли у меня в порядке.

– Это тебе от Ольги Михайловны “привет”, – Никита протянул ей пакет с дарами огорода.

– Ой, а запах-то какой, – Екатерина Ивановна сразу от меня отвлеклась, наслаждаясь ароматами свежей зелени и овощей.

Соня убежала в свою комнату, и мама Никиты тоже вышла.

– И что ты решила? – спросил он, когда мы остались на кухне одни. – Я тебя не тороплю, просто надо на сегодня, как-то определиться, – добавил Никита.

– Давайте поедем в вашу квартиру, тебе же завтра на работу надо, – неуверенно ответила я, возвращаться в пустую съёмную квартиру мне не хотелось, хотя бы это я знала точно.

Екатерина Ивановна расстроилась, узнав, что мы уезжаем, нагрузила  еды нам с собой, и мы пообещали, что завтра заедем.

Квартира Никиты очень отличалась от жилища его мамы. Современная планировка, кухня вообще мне показалась из мира фантастики.

Никита показал мне мою комнату и занёс сумку.

Открыв дверь в ванную, я замерла от неожиданности. Она была огромная, наверное, для Сони ванна таких размеров, как  настоящий бассейн.

Ночью я опять долго не могла уснуть, сразу настроилась ходить завтра не выспавшейся.

Открыв глаза, я не сразу поняла, где нахожусь. Оказалось, что я проснулась даже раньше будильника.

– Привет, – Никита тоже уже встал и пил кофе на кухне. – Как спалось? – поинтересовался он.

– Как-то не очень, ведь я вчера встала в двенадцать дня, – объяснила я причину своей бессонницы.

– Соне тоже долго спать не давай, ей через две недели в садик, – предупредил Никита. – У тебя карта банковская прицеплена к номеру? – спросил он.

– Ну да, – я ещё не совсем проснулась и не понимала суть вопроса.

– Ладно, ты тут сама разберёшься, я в тебя верю, а то мне уже пора ехать, – сказал Никита и ушёл в комнату, видимо, переодеваться.

Я пошла умываться, телефон в кармане домашних брюк, завибрировал.

Увидев сумму, которая поступила мне на карту ,я выбежала в коридор и чуть не столкнулась с ним.

– Что-то случилось? – спросил Никита, разглядывая меня.

– Зачем столько много денег? – сразу же спросила я, стоя с телефоном в руках.

– Это не много, тебе же ребёнка нужно развлекать и вообще мало ли, что ещё понадобится, когда закончатся, ты мне скажи, – и он с невозмутимым видом пошёл в прихожую.

– Ключи от дома тут, – Никита показал на полку у двери. – Хорошего дня, – и ушёл, а я так и стояла посередине прихожей.

Потом зашла в зал, вчера я его так и не посмотрела.

Дошла до дивана и обернулась, передо мной стоял стеклянный шкаф, тот самый, с наградами Никиты.

Не знаю сколько бы я ещё так стояла, глядя на медали и кубки, вспоминая наше прошлое, но тут подбежала проснувшаяся Соня и обхватила меня.

– Мой папа – чемпион! – сказала она, глядя вместе со мной на награды, и я невольно улыбнулась.

Мы вместе исследовали квартиру, кроме спальни её отца, зато в своей комнате Соня мне всё подробно рассказала и показала.

Потом мы пошли гулять по ближайшим магазинам, а на завтра запланировали поход в кукольный театр.

Неделя подходила к концу, в пятницу вечером Никита сказал, что ему нужно завтра съездить в офис, а нас завезёт к Екатерине Ивановне, чтобы забрать через три часа.

Так и сделали, побыв немного с бабушкой, по которой за неделю успела соскучиться, Соня попросилась на детскую площадку, во дворе гуляли дети, с которыми она подружилась.

Я уже собиралась сесть на скамейку, но Соня вернулась ко мне, чтобы попить. Я случайно повернулась и на мгновение застыла. Увидела Светку, которая направлялась прямо к нам.

Я схватила Соню за запястье.

– Давай ты в другой раз поиграешь, а сейчас беги домой, ты же знаешь, где наш подъезд? – спросила я у неё, поглядывая на непрошенную гостью. – Я позвоню бабушке, она тебя встретит внизу, а я чуть позже вернусь, – я быстро перевела Соню через дорогу, хотя во дворе не было машин.

– А ты правда придёшь? – остановившись на тротуаре, спросила она.

– Конечно! Беги скорей! – и я набрала Екатерину Ивановну.

Не успела я отключить телефон, Светка уже стояла передо мной.

– Привет, подруга, давно не виделись, – сказала она, озираясь по сторонам.

– Если честно, то я и не скучала по тебе, – ответила я, показывая, что не собираюсь изображать дружелюбие.

– Мне мама, когда сказала, что Никита тебя искал, я не поверила ей, пришла убедиться, правда ли он на два фронта разрывается, – Светка говорила загадками, или я её слушала невнимательно, но я ничего не понимала. – С другой стороны я Никиту понимаю, он о дочери нашей заботится, таких наивных, как ты, сейчас не найти, вот Никита тебя и обхаживает, но в постели ему всё равно только со мной хорошо, – сердце моё бешено колотилось, я не могла поверить, что Никита всё ещё со Светкой.

– Зачем ты с ним тогда развелась? – спросила я, пытаясь найти логику в её словах.

– Ну кто же знал, что Никита не останется с костылями, хромой-то он даже тебе был бы не нужен, – Светка ухмыльнулась. – Да и дети – это не моё, как выяснилось, – она скорчила гримасу отвращения.

– А от меня тебе что нужно? – актриса Светка была фиговая и слушать её было противно, но я хотела выяснить, ради чего Светка устроила весь этот спектакль.

– Мы же всё-таки подруги были, хочу чтобы ты знала, что Никита тебя просто использует, нашёл для дочки няньку, да и потискать тебя всегда можно, за неимением большего. Кстати, сегодня Никита ко мне приедет, а ты потом слушай, что он тебе врать будет, – после этих слов, Светка развернулась и пошла обратно.

– Фотки прислать не забудь, у меня адрес тот же, подружка, тоже мне нашлась, – сказала я ей в спину, но она только плечами передёрнула.

Я села на скамейку, потому что ноги меня плохо держали, перепугавшись, что Светка успеет, что-нибудь Соне наговорить, я до сих пор не могла успокоиться.

И что мне Екатерине Ивановне сказать, ведь я же якобы не знаю, кто мать Сони.

Я зашла в квартиру, они обе выбежали ко мне навстречу.

– Что случилось, Яна? – спросила Екатерина Ивановна, встревоженно глядя на меня.

– Уже всё нормально, – ответила я, не узнав свой голос.

– А чего такая бледная? – не отставала она. – Я уже Никите позвонила, и он почему-то попросил перезвонить, – растерянно добавила Екатерина Ивановна.

– Сонечка, посиди немного в своей комнате, мы с твоей бабушкой поговорим и потом поедем домой, – она пошла в комнату, а я встала с корточек и прошла на кухню.

Я сказала Екатерине Ивановне, что Никита показал мне фотку Сониной матери и всё рассказал.

Когда я заметила эту женщину возле площадки, то сразу отправила Соню домой.

– Чего тебе эта кукушка наговорила? – со злостью спросила Екатерина Ивановна.

– Это не важно, главное, Соня её не видела, – со вздохом ответила я. – Мы поедем домой, я позвоню Никите из такси, – я встала и пошла за Соней, попутно вызывая машину.

Трубку Никита взял не сразу.

– У вас всё нормально? – спросил он.

– Да, мы едем домой, – сообщила я ему.

– Слушай, я сегодня, наверное, задержусь, потом тебе всё расскажу, – от этих слов у меня аж руки похолодели, я вспомнила Светкины слова.

Настроение было поганое, но я изо всех сил делала вид перед Соней, что всё хорошо.

Мы переоделись, я покормила её.

– Когда мне грустно, я включаю мультики, и мне становится веселее, – сказала Соня тихо, подойдя ко мне. – Пойдём вместе смотреть, вдруг тебе тоже поможет, – я прижала её к себе, и слёзы непроизвольно выступили на глаза.

– Давай попробуем, – согласилась я, чтобы отвлечь ребёнка.

Чтобы было совсем удобно, Соня подсказала мне разложить диван, и возле телевизора мы лежали, а я уже начала прислушиваться к каждому шороху в ожидании Никиты, но его не было.

Соня уснула, а я, выключив телевизор, укрыла её одеялом.

Времени было уже половина десятого, я не выдержала и снова позвонила Никите.

После того, как автоответчик сказал, что телефон выключен, я была уже почти уверена, что он и правда у Светки. Слёзы сами катились по щекам, и я не знала, что мне делать.