6. Яна.

Исходив квартиру вдоль и поперёк, я всё время подходила к окну и смотрела во двор.

Попила чаю, снова позвонила Никите, но телефон его всё ещё был отключён.

Зачем Никита меня сюда привёз? Может он думал, что я не узнаю про них? Или увижу шикарную квартиру не смогу отказаться от удобной жизни?

Самое паршивое было, что я не могу прямо сейчас собрать вещи и уйти.

Я уже представляла, как Никита врёт мне в наглую, глядя доверчиво в глаза и уверенный, что я всё съем.

Соскочив с табуретки, я пошла в свою комнату и начала собирать, уже разложенные по полкам вещи, думая, хорошо хоть остальные не привезла из квартиры.

Если он не вернётся до утра, то я увезу Соню к Екатерине Ивановне и теперь уже точно уеду к маме насовсем и с Никитой больше даже разговаривать не буду!

От этих мыслей мне стало ещё хреновее и я усевшись на кровать, разревелась на взрыд.

Проревевшись, я пошла в ванную умываться, но глаза всё равно были опухшие и нос покраснел.

Боже! Какая же я дура! Как я могла снова ему поверить?! Они со Светкой друг друга стоят!

Я пошла посмотрела Соню, она мирно спала и слёзы снова покатились по щекам, как же мне не хотелось расставаться с этим ребёнком, она же не в чём не виновата.

Часы показывали половину первого ночи, а я уже не ждала от жизни ничего. Шесть лет мучений, где я так и не смогла забыть Никиту, ради того, чтобы мы снова встретились и он меня добил своим предательством.

Напечатав заранее смску, я сохранила её в телефоне, чтобы отправить Никите, после того, как увезу Соню к бабушке.

В такие моменты можно много в чём признаться, хотя бы самой себе. И я поняла, что ехала сюда с надеждой в сердце, что вдруг случится чудо и у нас с ним всё ещё будет хорошо.

Вот и случилось чудо, по-другому это никак не назовёшь. Слёз уже не было, только щемящая боль в груди.

Мамины слова, что любовь делает счастливыми, воспринимались, как издёвка.

Хорошо хоть Никита ко мне не приставал, а то бы я сейчас себя вообще дерьмого чувствовала, хотя мне и так казалось, что хуже уже некуда.

Светка в моих глазах и то приличнее выглядела, она хотя бы не скрывает, что сволочь конченная и не изображает из себя приличную, так ему и надо, надеюсь этот ловелас в следующий раз голову себе свернёт.

К тому времени, как сбрякала входная дверь, я уже была обессиленная собственными мыслями, медленно поднялась и пошла на звук.

Никита стоял посередине прихожей и молчал, зато его вид был чересчур говорящий.

– А почему у тебя ноги по колено чистые? – это всё что я могла произнести.

Вся остальная одежда и волосы даже, были покрыты засохшей грязью. Он стоял и что-то вытаскивал из кармана, двумя пальцами.

– Потому что я был в болотниках, – ответил Никита, подняв на меня виноватые глаза.

Мысли в моей голове заработали в другом направлении, я думала, что сделать, чтобы он не уляпал в грязи всю квартиру.

– А с телефоном твоим, что? – спросила я, когда принесла из кухни большой мусорный мешок.

– Я его где-то в грязи утопил, – сказал Никита и начал раздеваться, а комья грязи отлетали от его куртки и падали на чистый пол.

В этот момент я начала хохотать, понимая, что это очень похоже на истерику, но остановиться не могла.

Кто бы что не говорил, а всё это было не похоже, что Никита недавно выбрался из тёплой постели Светки, он выбрался из какой-то канавы.

– Вообще я помню, что ты меня предупреждала, чтобы никаких грязных намёков, – только что успокоившись, я начала смеяться по новой.

– Это не намёки, это настоящая грязь, я же не думала, что ты воспримешь всё буквально, – теперь у меня слёзы выступили от смеха.

– Кроссовки можно не выкидывать, а всё остальное не вздумай стирать, – Никита стоял у двери в одних боксерах и наклонившись снимал носки, а я наконец-то перестала смеяться и не могла оторвать глаз от его обнажённого тела. Никита резко поднялся и успел поймать мой взгляд, прежде чем я успела его отвести.

– Я в душ, а поесть у нас что-нибудь найдётся? – спросил он делая вид, что ничего не заметил. – Я очень голодный, – я пошла на кухню.

Яичница с колбасой была уже готова, когда Никита вышел из ванной, одевшись в треники и футболку, за что хотелось сказать ему отдельное спасибо. ***

– С тобой по телефону уже из машины разговаривал, Славян позвонил и сказал, что застрял в двадцати километрах от дома на каком-то бездорожье, грибы он, видите ли, поехал посмотреть на своём секретном месте, – Никита подцепил большой кусок колбасы и запихал в рот. – Ты чего так на меня смотришь? – спросил он ещё не прожевав.

– У тебя грязь на ухе, – я невольно улыбнулась, а Никита пошёл к мойке.

– Я теперь никогда не отмоюсь, наверное, – он сел обратно за стол. – Просто я хотел засветло выбраться из его тайги, поэтому торопился и не стал с тобой разговаривать наспех, – объяснил Никита, задержав взгляд на моём лице, но ничего не спросил. – Нашёл я Славяна в этом дремучем лесу, только пока вытаскивал его, сам застрял, а уазиком мы не смогли мою машину вытащить, хотя очень старались, – и выразительно поковырял пальцем в ухе, чем опять меня рассмешил. – Поехали мы с ним в ближайшую деревню за трактором к знакомому Кольке, тракторист оказался пьяным и спал беспробудным сном, но его жена, добрейшей души человек, разрешила взять нам трактор, – я уже опять смеялась, а Никита успевал в это время есть. – Приехали мы, я на уазике, Славян на тракторе и вытащили мою машину, потом естественно поехали обратно в деревню, чтобы вернуть трактор, ничего не подозревающему Коляну, вернулись за уазиком, ещё пришлось заезжать к Славяну, надо было помыть номера и стёкла, – я уже поняла, что на этом рассказ заканчивается. – У него я и обнаружил, что телефон потерял, в машине нигде не нашёл, я в жизни столько не матерился, как сегодня, ещё гаишники остановили, но я им всё объяснил, оставил свою визитку и меня отпустили, – он доел и опять пошёл к мойке, но на этот раз мыть сковороду. – Хочешь посмотреть на машину? Пошли на лоджию, обещаю, зрелище будет незабываемым, – мне стало даже любопытно, а ещё, я как могла оттягивала время, хотя понимала, что про Светку рассказать всё равно придётся.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я даже не сразу узнала машину, только по очертаниям, это был огромный ком грязи.

– О, Боже! Как ты её отмывать собираешься? – спросила я, оборачиваясь к Никите.

– На автомойке, конечно, вызову завтра эвакуатор, чтобы город не замарать, – усмехнулся он.

– У меня тоже есть интересная история для тебя, хотя не очень смешная, – сделав выдох, произнесла я. – Сегодня Светка приходила, когда мы с Соней пошли на площадку, – Никита сразу насторожился и изменился в лице.

– Вот тварь, блин! – выругался он. – Соня её видела? – спохватился Никита тут же.

– Нет, я отправила её к Екатерине Ивановне, потому что издалека заметила Светку, быстро объяснила я, в этот момент мне показалось, что у него глаза от злости сверкают.

– А ты? – сдержанно спросил Никита, видимо боялся меня напугать.

– Я осталась, – мне не очень хотелось пересказывать её бред, в который я с такой лёгкостью поверила.

– Не томи, Яна, пожалуйста! Чего эта сволочь тебе наговорила? – он взял меня за плечи и посмотрел в глаза.

еваться мне было некуда и я пересказала наш разговор и что Екатерине Ивановне пришлось на ходу выдумывать, будто он фотку показал, не признаваться же мне, что я знаю Светку.

– Ты поверила, что я с ней? – тихо спросил Никита, я кивнула и отвела глаза. – Иди сюда, – я не пошевелилась, он сам подошёл и притянул меня к себе. – Я не буду приставать, честно, просто сразу заметил, что у тебя глаза покраснели, – Никита прижал меня к себе, а у меня снова покатились слёзы. – Я переспал со Светкой один раз и то плохо помню это, потому что перепил с непривычки, – он крепко держал меня к себе, потому что я вырывалась. – И больше я к ней не прикасался, и не собираюсь, – я уже не в силах сдерживать себя, заревела в футболку Никиты навзрыд, потому что он меня не отпустил. – Не плачь, Яна, – Никита отстранился немного и вытирал слёзы с моего лица. – Я знаю, как сильно накосячил перед тобой, но всё равно надеюсь, что ты когда-нибудь мне поверишь, – и снова прижал меня к себе, а я перестала вырываться. – В понедельник, я первым делом начну искать адвоката, найду самого лучшего и лешу эту мразь материнских прав, чтобы она больше к вам не приближалась, – я перестала реветь и отодвинулась от Никиты.

– Я спать хочу, – тихо сказала я, уставшим голосом и пошла в свою комнату.

Засунув сумку со своими собранными вещами в шкаф, я уже по инерции прислушивалась к звукам за дверью. Прикоснувшись к подушке, я поняла, что очень устала, не было даже сил, чтобы обдумать последние события дня. ***

Открыв утром глаза, я сразу же посмотрела на часы и от неожиданности аж подпрыгнула. Стрелки показывали половину первого дня, а в квартире было подозрительно тихо.

Я прошлась по комнатам, но ни Сони, ни Никиты нигде не было, зато на кухонном столе лежала записка: “Яна, как проснёшься, позвони мне, может я буду уже на связи.” Внизу его подпись.

Вернувшись в свою комнату, я взяла телефон и позвонила Никите. После вчерашнего голоса автоответчика, гудки в трубке было слышать непривычно. 

Я настроилась наконец-то услышать Никиту, но гудки внезапно оборвались и уже родной механический голос, сообщил мне, что абонент опять не абонент.

Глядя на потухший экран телефона, я поймала себя на мысли, будто знаю точно, почему он скинул мой вызов. Видимо я не вовремя позвонила и Никита одним движением руки, отложил разговор со мной на потом. Он думает, что со мной так можно.

Дальше я вспомнила вчерашние слова Светки, что Никите нужно, чтобы я ему в рот смотрела.

Мне дурно стало от собственных мыслей, но я не знала, как остановить этот поток негатива, который съедал меня изнутри.

Ночью я тоже была уверена, будто Никита со Светкой, но получила доказательства, что всё не так и не смотря на это продолжаю себя накручивать. Может причина во мне? Я ему просто не верю, но самое страшное, что вообще никогда не верила, хотя до Светки, Никита поводов мне не давал.

Порывшись в телефоне, я нашла смску, которую напечатала ночью, опять прощаясь с ним, как будто навсегда. Я удалила её и начала раскладывать вещи из собранной сумки. Если я не хочу утонуть в своих сомнениях, значит нужно, что-то для этого делать.

Направляясь в сторону лоджии, я вздрогнула, от зазвонившего телефона у меня в руках. Это был Никита.

– У вас всё нормально? – спросила я сразу же.

– Да, конечно, просто телефон оказался разряжен, когда ты позвонила, как только мы добрались до мойки и забрали машину, я сразу поставил его на зарядку, мы сейчас поедем домой, – я услышала вменяемую причину скинутому вызову и беззвучно усмехнулась сама себе.

– Ты Соню-то накормил? Вообще надо было меня разбудить, – для ребёнка это не самое интересное занятие.

– Она поела два раза, – с притворным возмущением, ответил он.

После разговора с Никитой, я окончательно убедилась, что все мои недавние домыслы, были откровенным бредом.

Стоя на лоджии, я вспомнила, как он прижимал меня к себе ночью, даже и не думая воспользоваться моим состоянием. У меня было такое чувство, как будто Никита лучше знал, что надо делать, чтобы меня успокоить.

Впервые за много лет, после разлуки с ним, мне снова стало уютно и спокойно на душе.

Чтобы не стоять без толку, я решила сходить в душ, пока они едут.