43

Мама взяла Мирона на руки, чтобы я могла снять обувь и верхнюю одежду. Мне показалось, что она даже побледнела, глядя на малыша…

— Оленька, объясни мне пожалуйста, — произнесла мама, возвращая Мирона мне.

Все дни в роддоме я думала над тем, что же сказать маме, если мне придётся вернуться к ней с ребёнком на руках. Пришла к выводу, что ничего лучше правды — нет. Хватит с нас лжи.

Я врала родным почти год и ужасно устала от этого. Совесть съедала меня изнутри, ведь в нашей семье обманывать было не принято. Это всегда было чем-то позорным и стыдливым. Так что пора узнать всем правду, хоть она их и изрядно шокирует…

— Это долгий разговор, мам… Пойдём на кухню.

Мирон спал, и я осторожно сняла с него комбинезон и положила на мамину кровать. А затем мы пошли на кухню и мама включила чайник.

Она села напротив и уставилась на меня в ожидании обьяснений.

— Вообщем… — собравшись с духом начала я. — Ты ведь помнишь, нам нужны были деньги на операцию Алёны? Тогда я стала искать высокооплачиваемую работу, но везде платили сущие гроши. Я уже отчаялась и стала бояться за сестру, ведь понимала, что такую крупную сумму нам ни за что не накопить, даже если я буду сутками работать без выходных.

Чайник закипел и выключился, но мама словно этого не заметила. Она затаив дыхание слушала меня, боясь узнать что-то страшное о моей “тайной” работе.

— Тогда я в отчаянье шла домой, и на меня наехала машина…

— Ты попала в аварию?! — перепугалась вдруг мама. — Почему я об этом не знала?

— Потому, что ничего серьёзного не было. Я лишь ногу подвернула. Но зато я познакомилась с водителем той иномарки, которая чуть меня не сбила. Он предложил подвезти меня, а так же оплатил осмотр у доктора и купил все необходимые лекарства. В разговоре я узнала, что он ищет суррогатную мать. Его жена погибла, а её биоматериалы остались, ведь они планировали ЭКО незадолго до аварии, в которой она погибла…

— Что-то я совсем ничего не понимаю. Жена, авария, ЭКО… Ты то тут как замешана?

— Я и стала той самой суррогатной матерью… — опустив глаза от стыда произнесла я.

Стыдно было за своё враньё на протяжении года…

Мама ещё несколько минут молча сидела, глядя в окно. Наверняка в её голове не укладывалось то, что она услышала.

— Почему ты мне ничего не рассказала?! — наконец произнесла мама, почти срываясь на слёзы.

— Ты была бы против.

— Да, я была бы против! Ведь деньги можно заработать и другим путём! Как ты вообще могла решиться на такое?

— Ну каким путём, мам? Я очень долго искала работу, и ни одна из вакансий не давала той оплаты, которая была нужна.

Мама снова промолчала, понимая, что в моих словах есть доля правды.

— Всё равно нужно было как-то…посоветоваться. Мы бы вместе что-нибудь придумали!

— Мне выпал такой шанс, я не могла его упустить, — сказала я, обнимая себя. — В любом случае — всё уже сделано и назад время не отмотать. Главное, что Алёна теперь здорова. И теперь всё будет хорошо.

— Ну, по крайней мере, это лучше чем то, что я себе уже успела нафантазировать… — вздохнула мама и достала из шкафчика стаканы под чай. — Только я не понимаю — почему ты забрала ребёнка? Ты ведь должна была передать его отцу.

Теперь замолчала я.

Мама была права — я должна была сделать именно так. Но разве я могла?

Малыш стал мне совсем родным. А после его рождения мне и вовсе не захотелось отпускать его…

— Я не смогла его отдать, — ответила я спустя минуту.

— Как же так, Оленька? — покачала головой мама и снова села напротив меня, поставив стаканы с чаем на стол. — Ведь, как я поняла, генетически он не твой? У него есть мама и папа.

— Я знаю, знаю, — сказала я и не смогла сдержать слёзы. Я закрыла лицо руками и облокотилась на стол.

Мама села ко мне ближе и заботливо обняла.

— Но я люблю Мирона! — продолжала плакать я. — Я чувствую, что он — мой сын. Он даже похож на меня! Разве я могла отдать его и расстаться навсегда?

— Все младенцы похожи между собой. Ты просто хочешь, чтобы он был твоим. Вот тебе и кажется, что Мирон похож на тебя… Но так нельзя. У мальчика есть папа, и он обязательно станет его искать. Что ты тогда будешь делать? Он ведь тест ДНК сделает и легко отсудит его у тебя!

Я в ужасе подняла глаза на маму. Ведь действительно — Герман может сделать тест и забрать Мирона! Я даже не подумала об этом…

Зарыдала ещё сильнее и прижалась к маминой груди.

— Оля, Оля, — снова покачала головой мама и погладила меня по спине. — Что же ты наделала…

Из комнаты послышался плачь и я сразу побежала к малышу. Каждый раз, когда он плакал — у меня сердце разрывалось. А вдруг у него что-то болит? Почему он так плачет?

Я взяла Мирона на руки, но он продолжал плакать. Посмотрев на часы я поняла, что пришло время кормления. Я приложила его к груди, и малыш сразу же успокоился.

Мама села рядом с нами и посмотрела на Мирона.

— Хороший малыш, — произнесла мама. — Но ты должна его вернуть, как бы печально это ни было… Отец рано или поздно отсудит его у тебя. А сейчас ты с каждым днём только сильнее привязываешься к мальчику, и расставаться потом будет ещё тяжелее…

Я знала, что мама права. Но я ни за что не смогу отдать его. Я буду бороться за то, чтобы он остался со мной!