46

ОЛЯ

— Мам, скажи, что меня нет и не было здесь, — тихо сказала я маме, когда мы услышали звонок в дверь.

Мама кивнула и пошла в коридор. Благо Мирон спал, и Герман не мог услышать его голос.

Дверной замок щёлкнул и я стала прислушиваться. Прижалась к двери, ведущей в коридор, и затаила дыхание.

— Здравствуйте, — услышала я знакомый мужской голос. — Вы — мама Оли Серовой?

Сердце стало бешено колотиться. Хоть бы он поверил, что меня здесь нет!

Хотя я поймала себя на мысли, что безумно хотела бы его видеть…

Мои чувства к Герману никуда не исчезли, хоть и затуманились немного ввиду последних событий.

Однако думать о нём мне было нельзя. У Тихомирова теперь есть семья, и мои чувства тут совсем неуместны. Я знала, что должна забыть его… Вот только как?

— А Оли нет, — уверенно ответила ему мама. — Она в командировке, и почти год не появлялась дома. А вы что от неё хотели?

— Если она появится — пусть позвонит мне, — сказал Герман. — Вот моя визитка.

— Хорошо, я обязательно передам. Но я не думаю, что Оля вернётся домой в ближайшее время… Всего доброго! — ответила мама и поспешно закрыла дверь.

Я удивилась, что Герман так легко сдался. Но это и к лучшему.

Только после того, как мама вернулась в комнату — я смогла выдохнуть.

— Оля, так нельзя, — нахмурилась мама и протянула мне знакомую визитку с инициалами отца Мирона. — Этот мужчина — отец мальчика. Он любит его и имеет право знать, где он находится, видеться с ним. В конце концов, он должен помогать содержать его! Мы не протянем без помощи, ты ведь сама знаешь какая у меня зарплата…

— Я знаю, знаю… — виновато опустила я глаза. — Но только не сейчас… Мне нужно время, чтобы всё обдумать.

— Что тут думать, доченька? Тебе нужно налаживать с ним контакт и позволить участвовать в жизни ЕГО же сына. Ты поступаешь очень нехорошо.

Мама как всегда была права. Но я так сильно боялась того, что Герман отнимет у меня Мирона, что даже не хотела рисковать и показываться ему на глаза.

Конечно Тихомиров — порядочный человек. Вряд ли он станет отбирать у меня мальчика силой… Но ведь всякое может быть! А я просто не переживу этого…

Я подошла к дивану, на котором сладко спал малыш, и взглянула на него. Он такой маленький и беззащитный! Ему обязательно нужна мама! Пусть даже не родная…

Уверена, что Дина — никогда не даст ему должной заботы и любви, которую могла бы дать я. Я всем сердцем любила малыша и готова была за него отдать всё, что угодно.

Кстати нужно ещё подумать каким образом мне вернуть деньги Герману… Ведь свою часть контракта я не выполнила, в отличие от него…

Хоть он и не настаивал на возврате, да и вообще не поднимал тему денег — я всё же понимала, что должна их вернуть.

Только не знала где взять такую огромную сумму…

Вечером мама ушла в детский садик за сестрой, а я осталась с Мироном одна.

Включила компьютер и стала искать варианты подработки для мам в декрете. Их было мало, и все они приносили сущие копейки, на которые даже прожить толком нельзя… Не то чтобы долг отдать…

Но с чего-то начинать всё-таки нужно было, так что я оставила анкету на нескольких вакансиях.

— Мы дома! — услышала я голос мамы из коридора через полчаса.

Сразу же вышла на её зов, чтобы увидеть сестру, по которой ужасно соскучилась.

— Алёночка, как же ты выросла! — стала я обнимать малышку.

Алёна обхватила мою шею своими маленькими ручками, и поцеловала меня в щёку.

— Привет! — воскликнула она и улыбнулась во весь рот.

Алёне было всего три года, но она уже неплохо разговаривала. Даже немного лучше своих сверстников.

Сестра сняла кеды и прошла в комнату. Увидев Мирона, она застыла в изумлении. Никогда прежде она не видела младенцев так близко. Видела, разве что, на улице в колясках проходящих мимо женщин.

— Ого какая большая кукла! — округлила глаза. — Это для меня?

Мы с мамой переглянулись и рассмеялись.

Мирон вдруг зашевелился во сне, а сестра даже подпрыгнула от неожиданности. Алёна подбежала к маме и спряталась за ней, осторожно выглядывая из-за маминой юбки.

— Не бойся, — погладила я сестру по голове. — Это мой сын — Мирон. Он совсем ещё маленький и беспомощный.

Алёна осмелела и снова подошла к Мирону. Она с интересом разглядывала его, и даже осторожно погладила его по голове.

— Хороший, — растянулась в улыбке сестра.

— Да, он — хороший, — ответила я, с нежностью смотря на сына.

Немного отдохнув мы пошли ужинать. А сразу после него я вышла в магазин — мне нужно было купить смесь и подгузники для Мирона.

Я закрыла дверь на ключ и вышла из подъезда. Но не успела сделать и пяти шагов, как услышала тот самый голос, который слышала с утра…

— Оля, — окликнул он меня.

Я обернулась и увидела перед собой Германа. Сердце сжалось то ли от страха, то ли от безответной любви и тоски по нему…

Когда я представляла его рядом с Диной — меня съедала ревность. Хоть я и была почти уверена, что Герман её не любил…

Либо я так думала, просто потому, что хотела, чтобы так было…

— Как ты нашёл меня? — спросила я дрожащим от волнения голосом.

— Адрес был в ксерокопии паспорта, — пояснил Тихомиров и подошёл ближе. Я почувствовала аромат его туалетной воды, который уже почти стал мне родным… — Ну а поднявшись к тебе в квартиру — я понял, что вы находитесь там. Твоя мама хоть и умеет искусно лгать, прикрывая дочь… Однако твои кроссовки в прихожей спрятать она не подумала.

Герман вдруг улыбнулся и это дало мне надежду на то, что разговор обойдётся без скандалов… Хотя в данной ситуации, Герману должно быть сложно сдерживать свой гнев. Ведь я так нагло и безжалостно увезла его родного сына…

— Ты приехал, чтобы забрать у меня Мирона? — задала я очевидный вопрос.

— Нет.

Такого ответа я совсем не ожидала и даже оторопела от удивления.

— Я знаю, что ты не отдашь его, — продолжил он. — А насильно отбирать малыша я не стану.

— Чего же ты тогда хочешь?

— Я хочу участвовать в жизни сына, — сказал Герман и сделал шаг ближе. — И в твоей тоже…

От последних слов по коже пошли мурашки. Что он хотел этим сказать?

Неужели Герман неравнодушен ко мне?

— А как же Дина с вашим сыном? — подняла бровь я.

Герман сразу опустил глаза, словно избегая этой темы. Он сразу изменился в лице и я поняла, что что-то произошло. Может он всё-таки узнал о том, что Дима — не его сын?

— Они уехали в Краснодар и больше не вернутся.

— Выходит ты узнал всю правду…

— Я нашёл конверт, который ты принесла перед тем, как отправиться в роддом. Дина оказалась не очень умной, раз она так просто выбросила его в мусорное ведро на кухне.

Теперь мне стало ещё больше стыдно перед Германом… Получается он остался совсем один. Его жестоко обманула Дина, а я — забрала его единственного ребёнка…

Совесть грызла меня изнутри. Но в тоже время — я не могла отдать Мирона. Он для меня — вся жизнь. И как бы сильно меня не съедала совесть — я его никогда не отдам.

— Раз уж мы не можем поделить малыша — я предлагаю растить его вместе. Возвращайся в мой дом…

Предложение Германа поставило меня в тупик.

С одной стороны — я всем сердцем желала вернуться к нему, жить под одной крышей и в итоге стать счастливой семьей… С другой — я боялась, что его предложение связано исключительно с Мироном. И на самом деле ко мне у него нет совершенно никаких чувств…

Что если он зовёт меня только из чувства долга?

Ведь на Дине он собирался жениться именно из-за этого…

Я не хочу жить в одном доме с человеком, который относится ко мне лишь как к матери его ребёнка. Не смогу жить без любви…

— Я не знаю… — опустила глаза я. — Не думаю, что это хорошая идея.

— Понимаю твои опасения. И не стану на тебя давить.

Я кивнула, пряча глаза.

— Я не против того, чтобы ты виделся с Мироном, — произнесла я. — Ты можешь навещать его когда захочешь, ведь он — твой сын. Только пообещай мне, что не отнимешь его у меня…

— И в мыслях не было. Я не стану вас разлучать, тем более, что Мирон — тоже нуждается в тебе.

В этом Герман был прав. Малыш считал меня своей мамой, и разлука стала бы для него стрессом. Несмотря на то, что он ещё совсем крошка и, казалось бы, ничего не понимал…