45

ГЕРМАН

Я знал где находился дом и подъезд Оли, но не знал номер квартиры. К счастью — выяснить это было несложно: у меня была ксерокопия её паспорта, которая прилагалась к нашему контракту. Именно там, в графе с пропиской, я и узнал номер её квартиры.

Мне нужно было хорошо подумать над тем, что сказать Оле. Как убедить её в том, что я — не враг. И всего лишь хочу быть со своим сыном.

Я долго размышлял над этой ситуацией и понял, что Оля — не отступит. Она не отдаст мне ребёнка. Максимум, на что я могу рассчитывать — участие в его жизни. И поделать с этим я ничего не смогу. Я не стану насильно отбирать малыша у Оли — ведь она действительно любит его.

Пусть он и не родной ей по крови. Зато у мальчика будет и мама и папа, это ведь даже хорошо.

Честно говоря, я был даже в чём-то рад такому исходу. И дело было не только в малыше, но и в женщине, которая его выносила…

Я не хотел расставаться с Олей. Понимал, что если бы она отдала Мирона мне, то мы бы больше с ней никогда не увиделись возможно. А я этого не хотел…

Меня грызла совесть за эти мысли, ведь я уже дал обещание Дине. Хоть я и совсем не хотел на ней жениться… Но я не мог поступиться своими принципами. Дима был моим сыном и я чувствовал ответственность перед ним. Решил, что брак с его матерью и создание полной семьи для него — моя обязанность.

А теперь выходит так, что Мирон остаётся без всего этого…

Как бы я ни поступил — один из детей остаётся обделённым. И что с этим делать — я не знал.

Но твёрдо решил, что мне нужно наладить хорошие отношения с Олей. А дальше — будь что будет.

Последнее время я очень часто думал о ней…

Представлял как бы сложилась наша жизнь, если бы не появление Дины. Она свалилась мне как снег на голову. И я чувствовал, что нёс ответственность за ребёнка, которого сделал ей.

Хоть меня и тянуло к Оле, я понимал, что ребёнок которого она носит — не её по крови. И совсем не факт, что она смогла бы полюбить его даже если бы мы с ней были вместе…

А тут Дина — которая клялась мне в любви, и наш с ней общий ребёнок.

Я не мог поступить иначе. Я должен был выбрать семью.

Вот только кто же знал, что всё выйдет именно так?

Если бы я только мог отмотать время назад!

Если бы мне тогда пришлось выбирать между двумя семьями — я бы без раздумий выбрал Олю с Мироном. А Дине с малышом помогал бы, и конечно участвовал бы в жизни мальчика. От своей ответственности я бы не отказался никогда. Но так всем было бы лучше, ведь дети всё чувствуют. Если родители не любят друг друга, то и на детях это отражается…

С Олей мы могли бы построить счастливую семью, я это точно знаю. Ведь я видел, как она смотрит на меня. Оля очевидно тоже неравнодушна ко мне, хоть и старалась не показывать своих чувств после появления Дины. Ведь она понимала, что с Диной нас связывало намного больше, у нас был общий ребёнок, которому нужна была семья.

Последнее время наши с Диной отношения стали портиться. Если конечно то, что между нами было, вообще можно было назвать отношениями…

Наверное она видела, что я неравнодушен к другой, поэтому и стала такой раздражительной… Женщины ведь чувствуют такое.

Да и в целом наши отношения с Диной вообще сложно было назвать близкими. Я даже стал задумываться — а правильно ли я поступал? Может и не нужно было тогда создавать эту семью? Зачем обманывать себя и её, ведь счастья этот брак в итоге никому не принёс бы…

Я относился к Дине как к матери моего сына — не более. И мне иногда даже казалось, что она тоже ко мне была равнодушна. Не было в её глазах былой любви, которой она пылала ко мне тогда, в Краснодаре.

Вот только почему тогда она не уехала? Я ведь дал ей выбор, и выбрала она — меня. Значит были у неё всё-таки чувства ко мне, раз она захотела построить со мной семью. Или дело в чём-то другом?

В любом случае — всё это было очень странным. И на фоне последних событий в голове был полный бардак. Надеюсь время расставит всё по своим местам…

Я решил перекусить прежде чем ехать к Оле. Второй день ничего не ел, и живот уже сводило от голода…

Достал из холодильника продукты и сделал себе бутерброд с чаем. Аппетита у меня не было, но я должен был хоть что-то съесть прежде чем снова сесть за руль…

Открыл дверцу под раковиной, чтобы выбросить обертку от порционного сыра, как вдруг с руки слетели часы прямо в мусорное ведро. Я стал их доставать и мой взгляд упал на знакомую печать на белом конверте, который был среди прочего мусора. Конверт был порван на несколько частей, но любопытство брало верх. Тем более, что печать на нём была из клиники…

Я достал частицы порванного конверта и стал складывать по частям его содержимое. Оказалось, что это был анализ ДНК. Сперва я решил, что это был тот самый результат теста, который подтверждал, что Дима — мой сын. Однако я знал, что тот тест лежал у меня в кабинете, и взять его никто не мог. А уж тем более — порвать и выбросить. Кому и для чего это могло бы быть нужным?

Тогда я стал вчитываться и увидел, что это и есть тест ДНК на родство с Димой. Вот только результат теперь был отрицательным…

На кухню вошла Дина и в ступоре остановилась, увидев меня. Я вдруг вспомнил — перед родами Оля принесла мне какой-то конверт, от которого у Дины даже лицо побледнело. Тогда я не придал этому значения. Тем более, что вскоре у Оли отошли воды и нам пришлось срочно ехать в роддом.

Но теперь не трудно было сложить дважды два и догадаться что тут происходило...

— Дина, это правда? — нахмурился я, показывая ей результат теста на отцовство.

Глаза девушки тут же забегали в стороны, что подтверждало правдивость содержимого порванного конверта.

— О чём ты? Я не понимаю, — отнекивалась Дина, пряча взгляд в сторону.

— Ты обманывала меня. Зачем? Ради денег? — спросил я. — Но ведь я предлагал тебе хорошую сумму. Дал тебе выбор… Ты могла взять деньги и уехать.

Дина наконец взглянула на меня. Но её прежний добрый взгляд сменился злостью и ненавистью. Она села напротив и сложила руки на столе.

— Ты что, правда ничего не понимаешь? — спросила она, сузив глаза. — Живя с тобой я получила бы намного больше, чем ты мне предложил!

Дина жестоко обманула меня, пыталась повесить на меня чужого ребёнка. Возможно я чувствовал, что мальчик мне не родной, и поэтому не мог никак проникнуться к нему. Хоть я и всячески старался его полюбить…

Очевидно весь этот спектакль был ради денег. Однако я не мог долго злиться на Дину, потому, что понял, что теперь я наконец свободен.

Этот отрицательный тест ДНК принёс мне невероятное облегчение. Не то, чтобы я не хотел нести эту ответственность… Но с плеч словно свалился огромный груз, который давил на меня всё это время.

Сейчас мне даже не хотелось скандалить с Диной. Я был благодарен судьбе за то, что она расставила всё по своим местам.

Хотя на самом деле благодарить нужно было Олю… Ведь это она принесла этот конверт в мой дом. Если бы не Оля — я бы так и не узнал всей правды никогда. Так и жил бы с нелюбимой женщиной и воспитывал бы не родного сына…

Вот только я не понимал — почему Оля не рассказала мне всё после родов? Прошло уже около недели и она ни разу не обмолвилась о том, что знала правду о Диме.

Неужели совесть позволила ей умолчать о таком серьёзном вопросе?

Впрочем и на это я тоже не мог сейчас злиться. Главное, что всё разрешилось и никто не остался обманутым. Но что ещё больше всего меня радовало — свобода. Теперь я мог быть с той, с кем захочу. С той, о ком думал всё это время…

Вот только захочет ли теперь она этого…