Глава 22

Далер

Выезжаю, как и планировал в восемь из дома, потому как хотелось остаться сегодня особенно сильно. А после всего этого дерьма займусь красивой, не отпускать же ее.

Сыну она нравится, я с ним солидарен. Да и девчонка не отталкивает. Дерзит конечно, но ничего, слишком хорошо она раскрыла точки воздействия на саму себя, показывая, насколько чувствительна. Не тело, а сплошная эрогенная зона. Куда не тронь… стоны до костей пробирают.

В клубе людно, как и принято для субботы. Сегодня покерный стол закрыт. Во-первых, мы в «Раю», а я не люблю оставлять «Майами» на весь вечер в этот день, когда каждой суке неймется объебать меня и сидящих за столом, да и порой приходят важные личности.

Гребаный день рождения. Я и забыл каким он бывает.

За столом самые близкие из моих людей.

Обстановка праздника, но по факту мы все на чеку.

Мурад на запасном, Гена в зале, охрана на входе, мы на втором с Яном и другими. Смена каждые полчаса.

Встаю, облокотившись о перила второго яруса. Рассматриваю толпу, дико вытанцовывающую под треки какого-то там крутого ди-джея, за которого мы отвалили нехилые бабки.

Молодые сучки и будущие шлюхи стоят в стороне, оценивают тех, кто готов на них потратить немного денег. Хищно шарят в надежде, что сегодня их угостят бесплатно, и ноги раздвигать не придется. Часть из них к этому готова, другая только думает и размышляет. Те, что любят танцевать просто танцуют им срать на других. Кто-то с пришел не один.

Муравейник.

– Если ты смотришь на ту блондинку возле бара, то не мечтай, сегодня ее задница моя, – хлопает меня по плечу Ян.

Мы уже два часа тут, пока все тихо. Но пить больше бокала не даю никому. Все должны быть трезвыми. Хотя они и сами все понимают, не первый год в плечом к плечу.

– Если бы не показал, я бы ее и не заметил.

– Да брось, она чистый секс. А тебе надо расслабиться.

– Приеду домой и расслаблюсь.

– Да ладно? Скромняжка наконец-то созрела?

– Ян, я тебя предупреждал ведь? Какого хуя ты каждый раз переходишь черту?

– Не злись, мне нравится тебя доставать. Как в детстве помнишь? Или уже забыл?

Вспоминаю что было и ржать хочется.

Этот мелкий сучонок вечно меня доставал, а стоило надрать уши, как их надирали мне в ответ, потому что он умудрялся все вывернуть так, что виноватым оказывался я.

Вот только…

– Мне не пятнадцать давно, и тебе не десять.

– А может я просто не хочу, чтобы ты играл в сказку «Долго и счастливо»? Может я не хочу, чтобы если вдруг что случится собирать тебя по кускам, но видеть, как ты расклеиваешься и просто подыхаешь без нее. Может не хочу терять тебя каждый день, как терял его? Может быть, я никого больше терять не хочу? А, Далер? Ты не думал об этом? – кричит последний вопрос, потому что музыка становится громче.

Замираю от его слов. Потому что он никогда не говорил о родителях вот так. Ни разу.

Отца не стало внезапно, и мы ни разу не обсуждали данный факт. Но я старался быть его опорой, тем на кого он может положиться всегда.

– Не потеряешь, Ян.

– Да пошел ты, – разворачивается ко мне спиной.

Пусть успокоится.

Чувствую, как в кармане мобильный вибрирует. Вытаскиваю его и вижу, что это Серый. Отлично.

Поднимаю трубку, пока идет раскачка нового трека.

– Серый, привет.

– Дал, здорова. С днюхой.

– Спасибо. Ты по делу? Если нет, давай к нам.

– Ага, по охуенному делу.

Басы срываются, и толпа начинает орать. Блядь.

– Серый жди выйду на улицу, – ору ему и дергаю брата, указывая на телефон свой. Он понимает меня и идет следом.

До кабинета быстро не добраться, поэтому спустившись иду на улицу.

– Алле, ну че там? По какому поводу звонишь?

– По поводу пушки.

– Так, – сразу напрягаюсь, пытаясь угадать и мысленно делаю ставки.

– Короче, пробил по всем каналам, кто и откуда поставки заказывает, всю подноготную и тут вообще не может быть ошибки, ну вот никак.

– Я сейчас приеду и въебу тебе по роже. Я не в передаче «Кто хочет стать миллионером?», не тяни.

Он ржет и начинает наконец-то говорить.

– Это Демид, Далер. Точнее его человек. Мы и остальные с районов давно перешли на Японию, и Тайвань, а эти с Востока. И только этот мудак проебался, когда с ними в контры встал из-за цены. Патроны отличаются металлом. И по восстановленному номеру партии все сразу понятно. Плюс подходящие пушки, насколько мне удалось выяснить принадлежат его людям. Они лимитированные по тому году выпуска.

Пока он говорил, я придумал тысячу и один вариант кастрации, убийства и расчленения старого пидора и его прихвостней.

И оставался один вопрос: «Зачем ему убивать Инну?»

Повернулся лицом к Яну, который то и дело задавал вопросы.

– Убью всех, нахуй. Это все?

– Ага.

– А по моему запросу? – надеюсь он поймет, что я имею ввиду проверку моих людей.

– Сложно, Дал.

– Говори я сказал, мне похер какая там правда. Крыса есть крыса.

– Я пока что не могу определить куда… – не успевает договорить, как Ян начинает орать.

– Ложись, – и тянет меня за собой.

Пригибаюсь и оборачиваюсь.

К нам на скорости едет джип, сверкая фарами, но при развороте, я четко вижу, что из окон торчат люди и в руках у них оружие.

– Прячься, – кричит снова брат и тянет меня вниз.

«Тупой дебил».

Начинается пальба, охрана реагирует и стреляет в ответ, а я хватаю за шкирку Яна, толкаю его назад и снова вперед, с пушкой в руке. Встаю и иду за ними, разряжая обойму, и ловлю пулю в левое плечо.

Машина скрывается за поворотом, а меня сразу будто подкашивает, и я валюсь на асфальт.

Ко мне подбегают мои люди.

– Сели в тачку и догнали ублюдков. Это стрелки Демида, я знаю эту тачку, он специально номера не скрыл, – чувствую, как тело становится ватным и периодически подвисаю, словно падаю, но пытаюсь держаться. – Если свяжутся с вами, я требую сходку, или порешаю его сам, так и передайт…

Все темнота, но я до последнего чувствую, как кто-то бля давит на рану, куда-то тащат, похуй… Я уже не в состоянии сопротивляться.

Начинаю шевелиться, а ощущение что меня замуровали. Даже пальцем подвигать вызывает острую боль. Даже понять куда идет импульс не могу. А внутри меня, будто в песочницу кто-то играет, потому что там гребаная Сахара.

Пытаюсь понять, сколько я вчера выпил, но в голову врываются иные воспоминания. Совсем иные.

«Только бы мои живы были».

Открываю глаза и надеюсь увидеть стены клиники, но нихрена. Я дома.

Прошу воды, но аж пугаюсь, когда рядом со мной подскакивает эта маленькая юла.

«Она тут что делает?»

И эта одежда ее.

Наклоняется и показывает мне все, до чего сейчас не дотянешься. Еще стояком ее напугать не хватало мне, благо тело как после мясорубки, захочешь не встанет.

Чувствую, как напрягается, трясется. Надо срочно ее успокоить. А этим дебилам головы оторвать, потому что она походу видела все.

Впечатлительная, но факт того, что волновалась меня изнутри царапает. Готов урчать довольно.

Сам не понимаю отчего, но почему-то приятно радует. Не безразличен?

Опять смотрю на аппетитные формы и не могу промолчать, но кажется красивая обиделась на меня.

Ладно, сейчас я не мобильный. Потом по заднице надаю за то, что дерзит и уходит от меня, когда я с ней говорю.

Остался в комнате один и скучно стало.

Нет, надо приходить в форму и вернуться в строй, а не овощем лежать.

Попытался подняться, и меня будто жаром окатило и в грудину кто-то с кулака врезал, такие ощущения были.

– Твою мать, – застонал от боли.

В висках начало стучать, пришлось оставить попытки.

Только расслабился, как в комнату Гена пришел.

– Привет, Дал. Ты как?

– Готов танцевать. Привет.

– Ага я вижу.

– Почему один? Где Мурад?

– Дал, такое дело, – замолкает.

– Гена, у меня правая рука все еще сильная и здоровая, поэтому говори быстро и по делу, пока я кулак не сжал. Заебали, что ты, что Серый.

– Тех мудаков на джипе догнали, они в «амбаре» тебя ждут. Все здоровы, никто не пострадал. Но вчера, после перестрелки, точнее одновременно с ней в клубе нарик откинулся с кучей кокса в кармане. Клуб закрыли, менты на месте работают. Отобрали лицензию, предъявили дохуя дерьма по закону. Поэтому и в клинику не поехали, чтобы тебя не сразу достали, – выпалил он, как и просил.

Выслушал, и просто… Просто пиздец.

– Еще чем порадуешь? – я даже злиться не могу, я в ауте лежу.

– Это все… пока что.

– После обеда сбор. Если встать не смогу, сюда придете. Иди.

Кивает и уходит.

А я вместо того, чтобы все рационально обдумывать и планировать, стал слушать, как из забытой Дашей рации детской, она общается с мелким.

– Иди ко мне мой сладкий мальчишка. Кто у меня такой хороший, дал выспаться, Даше? Такой взрослый, да? – сын смеется и что-то там кряхтит.

Даже я улыбаюсь.

Но надо их отправлять отсюда.

После сходки, которую я не отменю теперь, пойду строго по плану.

«Эта тварь за все ответит. Я его на куски порву и собакам скормлю».

Проваливаюсь в сон, а просыпаюсь от того, что меня всего трясет.

Просто хреначит тело, как будто шокером долбят.

– Твою мать, – чуть ли не прикусываю себе язык в попытке говорить. – Даша, – чуть слышно зову ее.

В комнату входит мой человек.

– Босс? Вызывали?

– Зови кого-нибудь, быстрей.

Через минуту прискакала моя сероглазка и давай в меня иглой тыкать.

– У тебя, жар. Нет времени его сбивать таблеткой, поставлю укол. Быстро пройдет. Еще капельницу сделаю. Так врач велел.

– Пофиг, сделай что-нибудь.

И она сделала.

– Чуть позже, надо будет сменить повязку. Было немного крови.

– Так говоришь, будто спрашиваешь, – говорю полусонно.

– Предупреждаю, – садится рядом на кровать.

Опускаю свою руку на ее ноги и медленно обхватываю за бедро, подтягивая к себе.

– Далер, – шепчет она.

– Подвинься, а?

– Ты невыносим, – ворчит, но садится ближе.

Теперь полностью обхватываю ее за попку и упираюсь головой в ее колени.

Вот так хочу пролежать пока буду подбит. Хотя нет, лучше кожа к коже.

– Далер, – опускает руку на мою голову и начинает гладить. – Меня малыш ждет.

Нехотя убираю руку, сжав при этом аппетитные ягодицы.

– Не наглей, Халилов.

– Я болен, Даш. Ты же хочешь, чтобы я скорее выздоровел?

– Моя попа не поможет тебе в этом вопросе.

– Твоя попа мертвого поднимет, поверь.

Звонко смеется.

– Даш, телефон мой принесешь?

– Еще чего? Выздоравливай давай, а потом про телефон поговорим.

– Я не шучу. Телефон…

– Я его спрячу и пусть только попробуют твои бугаи шариться по моей комнате.

Уходит, пообещав зайти позже. Сучка такая.

Полчаса проходит, час и я волком вою. Готов сломать эти стены.

Благо приходит врач.

Живой человек.

– Привет, док.

– Что Халилов, настигла шальная.

– Да не говори.

– Ничего, главное, что живой. И кость цела. Так что быстро поправишься.

– Надо чтобы прям очень быстро.

– От тебя зависит. Неделя полного покоя, и ты уже опередишь время. Будешь изображать викинга, дольше пролежишь.

– Нельзя мне долго, Виталий Павлович.

– Не мальчишка ты Далер, а я свое слово сказал.

– Понял.

– Сейчас посмотрим, что тут.

Перевязку вполне нормально перенес. На первый взгляд все хорошо, насколько это возможно.

Но скоро гребаный мент хватится меня. Значит нужно быть в строю еще быстрее.