Глава 9

Несмотря на все усилия, взгляд Эбби упал на пах капитана. Жесткий бугор плоти, который она заметила ранее, казался вполне нормальным, хотя и необычайно большим. Ободренная спиртным, она спросила:

— Почему нет?

— От женщины требуется впустить мой член в свое лоно, — пояснил Рибек.

Щеки Эбби вспыхнули от этих грубых слов, и она сжала бедра вместе. Мысль о том, что этот большой член окажется внутри, одновременно возбуждала и немного пугала.

— Разве это не обычная практика? — удивилась она.

Капитан покачал головой и снова сел рядом.

— Этот способ не самый распространённый, как можно было бы ожидать. Существует множество способов спаривания. — Черные глаза сверкнули. — У тебя есть лоно, способное принять член, Эбигейл?

— Да, — прошептала она. — И это все, что требуется?

— Нет. У меня… после семяизвержения образуется узел, связывающий меня с женщиной, в то время как хвостом я довожу ее до оргазма. Сможет ли человеческая женщина справиться с этим?

Румянец на щеках Эбби перекинулся на грудь, соски стали бриллиантово твердыми, а между бедер зародилось пульсирующее желание. Она не знала, было ли это следствием откровенного разговора, алкоголя или неизбежной реакцией на очень большого, очень мужественного мужчину, впервые за три года оказавшегося так близко к ней.

Взгляд Рибека скользнул по ее груди, и он провел любопытным пальцем по контуру летучей мыши на ее рубашке, оставляя огненный след в местах касания.

— Что это за создание?

— Это летучая мышь, — задыхаясь, произнесла она. — Это летающее животное.

— Это символ вашего клана?

— Летучая мышь олицетворяет героя. Того, кто боролся за справедливость, — сумела произнести Эбби, хотя все ее внимание было приковано к руке, которой он все еще выводил рисунок на рубашке с загадочным выражением лица.

— Ты не возражаешь, если прикоснусь к тебе? Прошло так много времени с тех пор, как я ощущал мягкость женского тела. И никогда такого соблазнительного. — Его хвост поднялся и обхватил ее запястье, в то время как сам капитан провел большим пальцем по ее соску. Волна удовольствия пронеслась прямо к клитору.

— Н-нет. Я не возражаю. У меня тоже долгое время не было подобного.

— Ты не спаривалась?

Рибек спустил бретельки с плеч, грубые теплые пальцы ласкали кожу Эбби, но она была слишком сосредоточена, чтобы нахмуриться.

— Меня не было бы здесь, если бы это было не так.

— Прости. Я не подумал. Просто трудно поверить, что такая желанная женщина одинока, — прошептал Рибек ей в плечо. Вслед за этим он поцеловал чувствительную плоть, медленно прокладывая путь по шее, прежде чем поднять голову. — Я хочу поцеловать тебя.

Эбби смотрела в это удивительное чуждое лицо, такое непохожее на ее собственное, но, несмотря на их различия, она чувствовала необъяснимую тягу к этому инопланетянину. Ее чувства плыли от пьянящего цитрусового аромата.

— Да, — прошептала Эбби.

Капитан опустил голову и накрыл своими губами губы Эбби, с таким напором, которого она точно не ожидала, ему невозможно было не подчиниться. От удивления её рот приоткрылся, и капитан тут же этим воспользовался, проникнув языком глубже. На вкус Рибек был диким и терпким. Эбби инстинктивно притянула его голову, поглаживая твердые гребни, а затем прижалась к широким плечам, когда поцелуй углубился. Капитан застонал и притиснул Эбби к дивану, рельефная текстура его кожи терлась о ее соски, вызывая дрожь возбуждения по позвоночнику. Эбби на автомате раздвинула ноги так, что его член оказался именно там, где больше всего был нужен, — напротив ее ноющего клитора. Рибек положил руку ей под задницу, прижимая к себе, пока она извивалась. Вдруг капитан резко дернул Эбби за сосок, и искры света ослепили её, а тело забилось в конвульсиях. Она закричала прямо ему в рот, а Рибек продолжал целовать Эбби, гладить ее попку, лицо, сосок…

Мысль о том, что Рибек не может прикасаться к ней в трех местах одновременно, наконец, вернула Эбби из тумана удовольствия, и она отстранилась, чтобы посмотреть вниз и увидеть, что хвост обвивает ее сосок. Это зрелище одновременно тревожило и возбуждало, но оно заставило очнуться от сладостного удовольствия. Что она делает? Целуется на диване с инопланетянином, которого едва знает? И неважно, что до сих пор Рибек был внимательным, добрым и заботливым. Хотя глядя на эти странные черты лица она отчаянно хотела довериться.

— Мы должны остановиться, — сказала она, ненавидя дрожь в своем голосе.

Капитан тяжело сглотнул.

— Да. Ты права. Конечно.

Они не отводили глаз друг от друга, но Рибек так и не встал с Эбби, а она не пыталась его оттолкнуть.

— Тебе нужно отдохнуть, — произнес Рибек наконец грубым голосом.

— А как насчет тебя? Где ты собираешься спать? — спросила Эбби.

— В моей комнате есть еще одна кушетка. Я посплю сегодня ночью на ней, а завтра утром найду другое место.

— Кушетка больше, чем этот диван?

— Не сказал бы, — признался капитан.

Эбби глубоко вздохнула.

— Почему бы тебе просто не остаться здесь? Эта кровать достаточно большая. Но без всяких шалостей, — быстро добавила она. — Девочки будут рядом.

Рибек наклонил голову.

— Шалостей?

— То, что мы только что делали. — Щеки Эбби вспыхнули от смущения.

— Мне очень понравились шалости. — Его темные глаза оценивающе посмотрели.

— Мне тоже, — застенчиво произнесла Эбби.

Наконец Рибек сел и потянул ее за собой. Бросив на него взгляд, Эбби успела мельком заметить большую зеленую головку, прежде чем он, вздрогнув, спрятал член.

— Мне жаль, что ты, гм, не получил удовольствие, — извинилась она. Джон бы уже начал дуться и жаловаться.

— Твое удовольствие доставило мне не меньше наслаждения, — заверил ее капитан, и, несмотря на свой прошлый опыт, она поверила.

Эбби поняла, что ей очень хочется ответить взаимностью, но вместо этого она прикусила губу и поднялась на ноги.

— Пойдем в постель.

Проснувшись после слишком долгого сна, Рибек обнаружил, что Люси стоит рядом с кроватью и смотрит на него. Когда он вошел вслед за Эбигейл в свою комнату, она заняла одну сторону кровати, рядом с Люси, а он — другую, рядом с Тианой. Места было достаточно — огромный матрас был одним из немногих предметов роскоши, которые капитан взял с собой на корабль, — но каким-то образом за ночь он оказался с младенцем на груди, коленом Люси, уткнувшемся ему в живот, и Эбигейл, прижавшейся к его боку. Долгое время Рибек лежал и позволял себе представить, что это его семья, и боролся со сном как можно дольше, чтобы насладиться этой иллюзией.

— Леонардо, — прошептала Люси, отвлекая капитана от воспоминаний.

— В чем дело, малыш? — он не пытался исправить свое имя, ему нравилось, что это было только между ними.

— Я потеряла свой мяч.

— Где ты видела его в последний раз?

— Он убежал, — невинно произнесла девочка, прикусив губу.

— Хочешь, я найду его для тебя?

— Да, пожалуйста.

С приглушенным вздохом Рибек приготовился покинуть убежище кровати, неохотно разматывая свой хвост с талии Эбигейл. Тиана по-прежнему крепко спала у него на груди, поэтому он осторожно положил ее рядом с Эбигейл. Рибек любовался ими двумя вместе — одной такой крошечной и невинной, а другой такой пышной и соблазнительной.

— Леонардо, — настоятельно поторопила Люси.

— Я иду.

Капитан не потрудился раздеться прошлой ночью, поэтому сейчас лишь натянул сапоги.

Дверь в его кабинет была открыта, и когда Рибек вошел, то увидел, что дверь из каюты в коридор тоже открыта. Должно быть, он забыл закрыть ее в экстазе от удовольствия Эбигейл от кульминации.

— Ты выходила из этих комнат? — сурово спросил он девочку.

— Не совсем.

Когда Рибек подошел к двери, то увидел, что дверь в кухню тоже открыта.

— Мяч убежал вон туда, — показала Люси.

Рибек подумал, стоит ли заводить разговор с девочкой о том, что двери не открываются сами, но в конце концов просто кивнул.

— Тогда пойдем искать.

Оказалось, что пропавший мяч закатился под один из шкафов. Капитан достал его с помощью хвоста и как раз возвращал его Люси, когда из другого конца коридора раздался голос Эбигейл.

— Люсинда Кэтрин Рейнольдс.

— Ой-ой. Мама зовет меня полным именем только, когда злится. — Ребенок не выглядел особенно обеспокоенным. — А у тебя больше одного имени?

— Мое полное имя — Рибек Зармутек Нак'Шарен.

— Ух ты! Твоя мама тоже использовала полное имя, когда злилась?

Его мать умерла, когда ему было три года, она стала одной из первых жертв ужасной болезни, которая со временем забрала всех женщин, но Рибек смотрел на маленькое доверчивое личико и не мог заставить себя сказать ей об этом. Только вот и солгать девочке он тоже не мог.

— Я не помню, но не удивлюсь, если это было именно так.

Снова раздался голос Эбигейл, на этот раз немного более яростный.

— Ты должна вернуться к своей матери.

— Хорошо, — девочка одарила его солнечной улыбкой и обхватила своими невозможно крошечными пальчиками один из его пальцев. — Ты пойдёшь со мной? Тогда ты бы смог рассказать про мяч?

Доверие на лице девочки и тепло ее прикосновения поразили его, и в этот момент Рибек Зармутек Нак'Шарен полностью потерял свое сердце.

— Я отведу тебя туда, куда пожелаешь.

Это был обет.