Глава 21

Перед дверью в главные помещения дома я останавливаюсь. Не тороплюсь отодвинуть щеколду, оттесняю Василису к боковой стене. Прижимаю к ней спиной, но не с силой. Меньше всего хочу сделать этой девушке больно. Мои ладони на ее пояснице, ртом ловлю ее губы. Получается быстро, она сама тянется ко мне.

Она такая нежная и вкусная. Уже не та растерянная студентка у пруда, но тоже хрупкая, невинная. Пусть ее характер стал строже, но даже от жизненных трудностей она не загрубела. А я ее взрослая серьезность еще больше снесла мне крышу.

Сейчас Василиса спрятала свои колючки. Еще ни одна женщина так не откликалась на меня. Ей не хватает дыхания, но она только углубляет поцелуй. От ее горячечной инициативы мозг абсолютно выключается. Прижимаю ее к себе, целую, пока не кончается кислород. После долго не могу отпустить, касаюсь губами каждой клетки ее красивого лица.

- Егор… Мы же должны идти, - напоминает моя воспитанная девочка.

Глажу ее по щеке, чуть прихватываю ушко.

- Сейчас попрощаемся со всеми и уедем. Хочу быть только с тобой.

Я и раньше прямо говорил ей о желаниях, а теперь, когда получил зеленый свет…

- И я хочу этого, - Василиса балует меня ласковыми словами, - но еще не желаю ссориться с твоей семьей. Ведь у твоей мамы юбилей.

Верю, что она не кокетничает.

- Мама - одна из самых умных людей, которых я знаю. Выглядит ворчливой, но она очень понимающая. Не бойся, что возникнут какие-то проблемы…

- А интересно, я вхожу в этот список, - Василиса перебивает и хмурится, - ну, самых умных людей?

Она заставляет меня улыбаться чаще, чем что-либо на свете.

- Однозначно, - говорю как можно убедительнее. Отпираю дверь.

- Не ври, Золотов! - она выходит вперед.

- Я когда-нибудь тебя обманывал?

Мама иронизирует, что хотя бы в ее юбилей я мог не пропадать. Но я знаю, она не сердится. Хоть и прошу прощения. Они все вышли на территорию у виллы поиграть с малышкой Таиной. А местные друзья матери, кажется, уехали.

- Пообщайся с дядей Петром, - просит мама, - он ради тебя летел из своей Эстонии. Совсем беднягу одолела нога. И ведь ничего не находят, какие-то потусторонние боли.

Наклоняюсь к Василисе, касаюсь губами ее лба.

- Я ненадолго.

***

Василиса

Роза провожает взглядом жест сына, а потом и его самого. Вспоминаю слова Егора о ее мудрости. Правда это или сыновья любовь в его глазах? Впрочем, мне тоже эта женщина показалась довольно умной.

- Когда мать смотрит на влюбленного сына, она вспоминает его детство, - голос пожилой женщины как будто накидывает на меня сеть, - нет, я не о том, что она ухаживала за малышом и не спала ночами, а он достался какой-то молодухе. Просто вспоминается та нежность, на которую был способен этот ребенок. У взрослого сына любовь к матери уже не такая, и это нормально. А вот перед искренне любимой женщиной даже здоровенный бык беззащитен как младенец.

Улыбаюсь, вскидываю брови.

- Вы так интересно говорите. Я не обижу вашего сына.

Роза с легкостью кивает.

- Заметно, что ты на его стороне. Хорошо, и для тебя тоже так будет легче. Быть с таким мужчиной - это не просто отношения. Находиться рядом с ним - это образ жизни, - она пожимает плечами, - хоть и не обязательно быть его тенью.

Я еще насторожена в сторону будущей свекрови, но как человек она мне очень нравится. Однако все равно я теряю способность вникать в ее слова. Мудрые речи звучат как в тумане - я устала. Так что просто мило улыбаюсь и жду Егора.

- Вы вырастили достойных сыновей, Роза Викторовна. За что вам большое спасибо, - сзади к нам подходит жена старшего брата Егора, - теперь Егору еще нужно побольше деток.

Инна мне в целом нравится, и она явно попроще свекрови. Но вот на малышах, похоже, повернута.

- Кто это сказал? - поднимает бровь Роза. - Ты почему-то родила одного.

А вот нужны ли внуки матери семейства Золотовых - вообще неясно.

- У нас была сложная жизнь, - вздыхает Инна.

- У Егора она тоже непростая, - тут же отбивает мяч Роза.

А я изо всех сил гоню страхи о своем здоровье. Золотов прав, нужно сначала провериться как следует. И он в любом случае со мной. От этого легче.

Инна больше не спорит с матерью мужа, отвлекается на свою внучку. К нам же, наконец, возвращается Егор. Мы прощаемся со всеми на сегодня, машина уже на территории у ворот. Провожать нас идет брат Егора - Иван. Они перекидываются фразами о бизнесе, в которые я не особо вникаю. Включаю внимание только у дверцы такси, нужно попрощаться.

- Я улетаю рано утром, но вернусь через десять дней, - говорит Иван, - вас уже здесь не будет. Ну, как-нибудь увидимся. В общем, Егор, своё вози с собой. До свидания, Василиса.

Он перевел взгляд ко мне на последней фразе. Я с улыбкой прощаюсь. Ух, наконец-то едем в отель!

Номер для нас с Егором был подготовлен один, теперь это выглядит особенно правильным решением. Вот только в душ приходится идти по очереди. Зато успеваем позвонить - я маме, Золотов помощникам. И теперь принадлежим только друг к другу. Такое непривычное ощущение, что мы с этим человеком близки до самого дна.

Я ложусь спокойно рядом, головой на его плечо. Закидываю ногу на его мощное бедро. На нас халаты, белая ткань контрастирует с его кожей и почти сливается с моей.

- Что там тебе наговорила мама? - Егор гладит мои влажные волосы.

Смеюсь.

- Женские секреты. Все хорошо.

- Если что-то не так, сразу говори мне.

- Спасибо.

Он притягивает меня, чтобы я оказалась совсем сверху. Хочет поцеловать. Улавливаю его желание на подсознательном уровне, и оно тут же отзывается во мне. Пока отбросим усталость.

Впрочем, теперь в нас нет того стремительного темпа, как в дальнем крыле виллы. Нежность и слаженность - впереди вся ночь. Егор даже помогает мне поверховодить, и я могу видеть его лицо снизу на самом пике любви.

Во второй половине ночи я все же проваливаюсь в сладкий крепкий сон. Просыпаюсь поздно, Егор уже сидит в светлом кресле с ноутбуком, в номере пахнет завтраком.

- Попросил принести еду, чтобы я проснулась? - отвлекаю мужчину от монитора.

Морщинки на лбу Золотова тут же разглаживаются, он поднимает на меня глаза. В темных омутах улыбка. В первые дни не могла и предположить, что они будут такими.

- Я разбудил тебя звуком кнопок? Нужно было уйти во вторую комнату, но я хотел видеть, как ты спишь.

Он объясняет причину так спокойно, а по мне бегут мурашки. Удивительное чувство, когда кто-то в тебя так влюблен.

- Все хорошо, я не хотела долго спать. Да и умираю от голода! Идем есть?..

Короткий поцелуй все же случается, когда я прохожу мимо кресла. Но Золотов покорно отрывается от моих губ и ведет к столу. Говорю первое, что приходит в голову.

- Вкусные завтраки ассоциируются у меня с тобой. Ты специально их присылал, чтобы я думала о тебе каждое утро?

Мужчина усмехается, наливая кофе.

- Я хотел, чтобы ты вела здоровый образ жизни. А еще каждое утро знать, что у тебя все хорошо.

Двигаю ближе белую чашечку с овсянкой.

- Мм… Она с черникой.

- Да, но еще я на всякий случай заказал мясо, сыр и тосты.

- Да уж, энергию восстановить не помешает!

Фу-ф, говорю на автомате и, кажется, краснею. В который раз напоминаю себе, что имею кое-какой опыт и не должна так смущаться. С другой стороны, такая упоительная ночь была у меня впервые.

- Приятного аппетита, - ухмыляется Егор.

- Спасибо. И тебе.

Мне и правда приятно. Банально сидеть напротив него и прихлебывать кофе. Я не представляла, как мы будем сосуществовать. А теперь прихожу в экстаз от каких-то бытовых мелочей. Главное, в его компании.

- Мы успеем немного прогуляться по местности? - спрашиваю, дожевав тост. - А то завтра меня уже ждет работа.

- Я хотел поговорить с тобой об этом.

- О прогулке?

Егор выдыхает и качает головой. Берет меня за руку и зачем-то поднимает из-за стола. Но я тут же понимаю его план, он усаживает меня к себе на колени. Я еще завернута в халат, а на мужчине спортивные штаны и темная футболка. Провожу ладонью по плечам, обтянутым трикотажем. Обнимаю Золотова за шею. Не понимаю, после близости это или честного разговора, но чувствую себя окончательно влюбленной.

- О работе, Василиса, - мужчина говорит серьезно, - я хочу, чтобы ты взяла отпуск за свой счет и поехала со мной в командировку.

- Да Палыч меня прикончит! - громко смеюсь.

Однако лицо напротив остается невозмутимым.

- Я все решу.

Он ведь и правда решит.

- Егор… Я тоже, конечно, буду скучать…

- Не в скуке дело, - Золотов перебивает терпеливо, но твердым тоном, - теперь мы вместе, и ты должна быть рядом со мной.

Морщусь. Сейчас я действительно рядом и не могу возмутиться. Его лицо так близко, я вся пропиталась его запахом. В животе бабочки, решительность где-то на задворках машет белым флагом. Мне хорошо с ним, приятно, и то, как легонько он поглаживает мое колено, отзывается во всем теле. Но все же какого черта?

- Я только недавно была в отпуске, Егор, - собираюсь с силами поспорить.

- А потом уйдешь в декрет.

- А если не уйду?

Золотов хмурится. Но не отпускает, а еще крепче прижимает к себе.

- Василиса! И потом ты спрашиваешь, почему я не ухаживал нормально? Так вот поэтому. По договоренности ты точно была бы рядом.

Ох, не зря Роза Викторовна сказала про образ жизни. Но мне не хочется ругаться. В конце концов, он редко на чем-то настаивает.

- Хорошо, я поеду с тобой как покорная будущая жена. Пал Палыч вот только…

- Ты умница.

Егор окончательно сгребает меня в объятья, и я забываю, что хотела сказать.

Как и прошу, после завтрака (во всех смыслах этого слова) мы идем гулять. Посмотреть достопримечательности полуострова не получится, но с архитектурным наследием я все же немного знакомлюсь. Идем по невероятно узкой улочке, выложенной камнем. Вокруг домики в ряд без просвета - тоже каменные, некоторые оштукатуренные. В них не живут - это ресторанчики, мелкие музеи, магазины.

В каждой стране и городе Европы свой дух, этот пропитан легкостью и свободой. Не зря тут задержалась такая женщина, как Роза. А для ее громоздкого сына городок, конечно, маловат. Кажется, даже небо над улицей настолько низкое, что Золотову нужно пригнуться.

- Зайдем сюда, Василиса.

Пока я предаюсь размышлениям, Егор останавливается у магазина.

- Мм, пошли.

Кажется, это антикварная лавка.

- Может быть, тебе что-то понравится, - говорит Золотов.

Решил сделать мне подарок. Еще недавно я бы запротестовала. А сейчас только посылаю мужчине ласковый взгляд. Все-таки нас сблизил его рассказ. Правда о том, что он поддержал меня еще годы назад, тронула. Ведь после того случая Саша реально не кричал на меня грубо. А еще внутри щемит от того, что Егор отступил, не стал рушить мое «счастье». Столько времени был вдали. Мне как будто хочется додать ему сейчас ласки. Может быть, глупо.

Внутри магазина я, правда, теряюсь. На темных деревянных прилавках много интересных вещиц, разбегаются глаза. Но что конкретно выбрать? Элементы декора для квартиры - я там не хозяйка. Да и обстановка у Золотова современная. К украшениям я равнодушна, за редким исключением.

Все же прохаживаюсь вдоль полок. Продавец здесь в лучших традициях таких магазинчиков - пожилой мужчина с доброй улыбкой. Он о чем-то заболтался с Золотовым.

Бросаю взгляд на будущего мужа в джинсах и темном плотном пиджаке. Ох, он все-таки хорош, но это не тот экспонат, который мне сейчас нужно рассматривать. Возвращаюсь к товарам. Хм, здесь есть кое-что для детей.

Нам пока рано. Или бессмысленно - не знаю. Но взгляд прилипает к потертым, но милым куколкам с жесткими кудряшками. Выструганным из дерева котам, которые меня скорее пугают, чем умиляют. А от вида металлического робота с квадратными деталями и безумными круглыми глазами вырывается смешок. Нет, Машке бы точно хотелось современную игрушку.

Но кое-кто из этой подержанной веками компании цепляет мой взгляд - медвежонок. Он не коричневый, а светло-серый. Почти слоновая кость. Небольшой, с круглой мордашкой и ушками, темными глазенками и носом, вышитым «ртом». Я улыбаюсь, потому что одета игрушка под девочку - белое кружевное платьице, бантик. Милашка!

- Так понимаю, берем медведя? - Золотов подходит сзади.

Кажется, моя улыбка грустнеет.

- Думаешь стоит? Покупать игрушки заранее не плохая примета? - скольжу глазами по витрине и нахожу ценник. - Да он же стоит дороже моего пальто!

Золотов обнимает меня за плечо.

- Вот, явно ты не дашь его на растерзание малышу.

Качаю головой, хотя так не хочется отходить от игрушки. Продавец уже около нас. Егор указывает на мишку.

- Покупаем, оформите.

Дядечка лучится улыбкой.

- Спасибо, - ох, не могу скрыть удовольствие.

Не считать деньги, конечно, круто. Но еще лучше, когда мужчина относится к глупым женским мелочам со снисхождением. Я получаю своего мишку в коробке, перевязанной ленточкой. Может, когда-нибудь я передарю эту дамочку в кружевах своей дочери?

Эти мечты наталкивают меня на вопрос, когда мы выходим.

- Егор, а ты бы хотел мальчика или девочку?

Кажется, ответ будет очевидным. Мужчина берет меня за руку, ведет вперед по улочке.

- Девочку.

Ого, не так предсказуемо.

- Да ладно? - не могу скрыть удивление. - Думала, ты мечтаешь о наследнике.

- Не очень брутально? - Золотов смотрит боковым взглядом. - Нет, вообще я хочу несколько детей разного пола. Но буду рад, если первой родится девочка. Она будет забавной, а мне будет достаточно защищать ее и баловать. С мальчишками порой надо быть жестче, хорошо к этому подойти уже с опытом. И потом, перед глазами у девочки будет идеальный пример - ты. А с пацанами мне придется думать, какие поступки я им демонстрирую.

Егор умен. Но он взрослый мужчина и, конечно, подходит к отцовству рассудительно.

- Надеюсь, твой план осуществится, - вздыхаю.

- Василиса.

Мы не одни на улице. Хоть и не сезон для туристов, людей на прогулочной зоне прилично. Золотов увлекает меня к какой-то стене, мы упираемся в нее плечом и смотрим друг на друга.

- Во-первых, это уже наш план. Во-вторых, что за упаднический настрой?

Опускаю глаза.

- Не знаю, может быть, он пройдет, когда я сдам еще анализы?

Золотов качает головой.

- А мне кажется, ты еще больше будешь дергаться, и это уж точно не полезно для здоровья. Предлагаю на пару недель отложить тему детей. Как раз на время командировки. Ведь твоей жизни ничего не угрожает?

Мотаю головой.

- Нет.

- Ну вот и все. Я изначально говорил, что не ищу только инкубатор. Не хочу, чтобы ты зацикливалась.