Глава 19

Эрика

Эта игра в семью привлекает и немного смущает. После нашего совместного утра с Киллианом и Милли я слегка обескуражена. Ощущения такие, какие я испытывала, когда в детстве играла в куклы. Мама, папа и ребенок. Я катала куклу в коляске и постоянно заставляла соседского мальчишку исполнять роль моего мужа. Он сопротивлялся, но против палки в моей руке не каждый восстанет.

Проведя день в клинике, я по привычке направляю автомобиль в приют, но на светофоре вспоминаю, что у меня на этот вечер есть планы. Тяжело вздохнув, сворачиваю в сторону дома и еду собираться на свидание. И почему у меня такое чувство, что надо мной будут смеяться все знакомые? Как будто они уже отчаялись увидеть Эрику Коулман в паре с мужчиной, и теперь будут подшучивать, мол, наконец-то нашла. Кое-кто, наверное, даже начнет советовать держаться за него обеими руками, потому что Кил может стать моим последним шансом. Господи, даже в моей голове это звучит с таким отчаянием! Внутренний голос практически срывается в истерику. Я понимаю, что это радость, но она какая-то визгливая.

Собираюсь на свидание я тоже под этот аккомпанемент в голове. Периодически краснею, и в желудке все переворачивается от одной мысли о том, как я буду выглядеть на свидании. Речь не о том, красиво ли. А о том, не буду ли выглядеть нелепо. Пару раз порываюсь позвонить Киллиану и отменить встречу. Бросаю кисточку для пудры, потом снова поднимаю и заканчиваю макияж. Сбрасываю платье, затем снова надеваю. Единственное, в чем позволяю себе бунт, – это прическа. Я оставляю слегка растрепанную косу вместо того, чтобы уложить волосы. Мне нужна хотя бы одна деталь, указывающая, что это все еще я.

Пока тону в своих сомнениях, раздается звонок телефона. Я стону, глядя на экран. Киллиан.

– Алло?

– Надеюсь, ты готова? Я у твоей двери.

– Сейчас буду.

Откладываю телефон и в последний раз смотрю на себя в зеркало. Волнение сжимает все внутри. Я не знаю, как буду есть свой ужин, кажется, что желудок уменьшился в десять раз. Судорожно вздыхаю и иду открывать дверь.

За ней стоит Киллиан с цветами. Он не дает мне и слова сказать, входит в дом и сразу целует меня, практически сминая букет между нами. Наконец мои напряженные мышцы расслабляются, и я отвечаю на поцелуй. Хочется попросить Кила все время держать меня за руку, потому что так спокойнее.

– Ты великолепна, – выдыхает он, когда отрывается от моих губ и окидывает меня взглядом.

– Может, никуда не пойдем? – спрашиваю с надеждой.

– Ну нет, – отвечает Кил с улыбкой и качает головой. – Ты наверняка столько усилий приложила, чтобы собраться. Мы не можем теперь отказаться от ресторана.

– А вдруг у них не будет свободных столиков? Все-таки сейчас праздники.

– Я уже забронировал.

– Хм, – больше я ничего не могу ответить.

Поставив цветы в вазу, я обуваюсь в сапоги на каблуке – и откуда только они у меня? – набрасываю пальто с капюшоном, и мы выходим.

Конечно же, мы едем в ресторан в самом центре, рядом с площадью, где на ярмарке собрался, кажется, весь город. Я так надеялась, что Кил выберет какое-нибудь заведение на окраине, чтобы я могла спрятаться и не показываться, пока не закончится свидание.

Ну почему меня настолько сильно смущает то, что я начала встречаться с мужчиной? Что в этом такого? В нашем городе сотни девушек встречаются с мужчинами, расстаются, строят новые отношения. А у меня такое ощущение, что я стою на сцене под светом софитов, и каждый житель города указывает на меня пальцем, оценивая актерскую игру.

– Я не знаю, по какому поводу ты так напряжена и молчалива сегодня, но надеюсь, что не я тому причиной, – говорит Киллиан, когда мотор его машины затихает вместе с музыкой.

– Нет, конечно, – тороплюсь его заверить. – Все в порядке.

– Не совсем, но я спишу это на обычное девичье волнение. Только давай договоримся, если что-то не так, ты мне об этом скажешь.

– Мхм.

Кил снимает мою перчатку и целует костяшки пальцев, глядя мне в глаза. От этого мне становится еще более нервно, но я не буду ему это показывать.

В ресторане полно людей и, конечно, половина из них – если не все, – мне знакомы. Кто-то приводит ко мне своих животных, с кем-то я училась, кто-то знает моих родителей. И все они здороваются, пожимают руку Киллиану, оценивающе осматривают меня. Столик, как назло, находится в самой глубине ресторана. И, если одна часть меня радуется этой уединенности, то вторая психует, что приходится шагать через весь зал.

Наконец мы усаживаемся, и мне удается спрятаться за меню. Я долго и тщательно блуждаю по строчкам. Мне плевать, сколько стоит блюдо, которое я выбрала. Если Кил предложит разделить счет, я за себя заплачу. Но, раз уж мне сегодня было суждено так много нервничать, я хочу вознаградить себя за свою смелость.

Мы делаем заказ, а я слежу за лицом Киллиана, когда произношу вслух блюда, которые выбрала. На его лице не дергается ни один мускул, он даже не смотрит на меня, продолжая листать меню. А я так надеялась, что он станет отговаривать меня, потому что скупой. Ну должен же быть в этом мужчине хоть какой-то изъян, помимо профессии! Непонятно только, зачем я его ищу.

– Вина? – предлагает Кил, когда озвучивает официанту свой заказ.

– Спасибо, нет, – качаю головой. – Воды достаточно.

– У нас прекрасный домашний лимонад с грейпфрутом, если позволите предложить.

– Несите, – увидев мое замешательство, отвечает Киллиан.

Как только официант, забрав меню, отходит от столика, Кил подвигается ближе и, взяв меня за руку, укладывает наши кисти на стол. Он медленно скользит большим пальцем по моим костяшкам, глядя мне в глаза.

– Ну давай, Эрика, говори.

– Что я должна сказать?

– Какое это по счету свидание в твоей жизни?

Я вскидываю на него взгляд, которым скользила по залу, чтобы поймать людей за подглядыванием.

– Откуда ты знаешь? – спрашиваю шепотом. – Ах, ну да, это же Маринетт.

– Что знаю?

– Вот черт, – шепчу, прикрывая глаза. Сама себя сдала.

– Так что? Расскажешь?

Тяжело вздохнув, открываю глаза и смотрю прямо на Киллиана.

– Готов к суровой правде?

– Мне даже не страшно. Давай.

– По сути это мое первое свидание без принуждения и третье в жизни, – выпаливаю.

Улыбка стекает с лица Киллиана, и он склоняет голову набок.

– Не говори, что ты серьезно.

– Как на исповеди.

– Ого. Значит, я счастливчик.

– Или где-то просчитался.

– Это вряд ли.

– А ты не думал, что, если до тебя никто не прихватил такое сокровище, как я, значит, что-то с этим сокровищем не так?

Кил откидывает голову назад и смеется.

– Не думал. Точнее, думал, и рад тому, что эти придурки не рассмотрели под напускной строгостью  бриллиант, который кроется в тебе. Эрика, ты потрясающая. Если нужно, я буду говорить тебе это каждый день.

– Не перегибай.

– Даже не думал.

Официант ставит перед нами кувшин с лимонадом. Как только он отходит от столика, Киллиан наполняет наши бокалы. Поднимает свой.

– У меня есть новости.

– Ты женишься? – не выдерживаю я и смеюсь.

– А ты согласна? – парирует он.

– Это предложение?

– А ты к нему уже готова?

– Точно нет, – вывожу нас из диалога, построенного на вопросах, иначе он заведет нас на опасную территорию, а я, отвечая на вопрос Киллиана, совсем не готова туда ступить.

– Тогда эту новость пока отложим. Другая. Я перевожусь на другую коммерческую линию.

– Пока еще не определилась поздравлять тебя или сочувствовать, потому что не понимаю, зачем ты это делаешь.

– Четыре ночи в неделю я буду дома, оплата выше.

– Тогда поздравляю.

– Спасибо. – Мы сталкиваемся взглядами и бокалами.

– Я хочу чаще видеть своих девочек, – произносит он как раз в тот момент, когда я делаю глоток.

Конечно, давлюсь, а Киллиан хлопает меня по спине. Прикрыв рот салфеткой, я киваю ему, давая понять, что уже легче.

– Что тебя так взволновало? – спрашивает он с игривой улыбкой на губах.

То, что ты сказал про девочек. В этот момент я понимаю, что мне очень хочется верить в то, что к числу «своих» девочек он причисляет и меня. Впервые за много лет мне хочется кому-то принадлежать, состоять в отношениях. И – что странно и пугающе, – я готова даже поступиться некоторыми жизненными приоритетами ради этого. Более того, я готова подстроить под эти отношения свой график.

Киллиан не дает мне обдумать ни одной из десятков мыслей, роящихся сейчас в моей голове, потому что снова берет меня за руку и заглядывает в глаза.

– Я хочу тебя видеть чаще, – как бы поясняет он. – Тебя и дочку.

– Господи, – выдыхаю я. – Слишком быстро, Кил.

– Жизнь вообще стремительная штука. Так зачем терять время, если ты понимаешь, что нашел своего человека?

– А ты нашел?

– Кажется, да.

– Не торопись с выводами, ты еще меня не знаешь.

– А у меня такое ощущение, что знаю тебя всю жизнь.

Я открываю рот, чтобы что-то ответить, но к нашему столику подходит официант и начинает расставлять тарелки. Это дает мне немного времени, чтобы вернуться в момент, из которого я уже начала уплывать, влекомая мечтами.