Глава 9

Настя Я отложила книгу села на пол рядом с играющей с куклами Аней. Среди всех игрушек у неё была одна самая любимая – с тёмными волосами и большими глазами, до невозможности похожими на человеческие. В последние дни малышка прямо-таки не выпускала её из рук – спала с ней, везде таскала за собой. – Это твоя дочка? – спросила я и хотела взять, чтобы лучше рассмотреть, но Аня отодвинулась. – Ты мне не покажешь? – наигранно удивилась я. – Я у тебя её не заберу, просто посмотрю. Аня погладила куклу по волосам. На этом всё и закончилось – желания поделиться со мной или поиграть вместе я в ней не заметила. – Нет, – всё-таки ответила она. – Не дочка? А кто же? – Моя сестрёнка. На этот раз удивилась я по-настоящему. Хотя чему удивляться? Это мы с Наташкой вместе росли, так что о сестре я никогда не мечтала, а одна из моих школьных подружек постоянно говорила, что завидует мне. Нашла, чему! – Надо же, какая у тебя сестрёнка. – Я подсела поближе. – Ты нас познакомишь? Как её зовут? Аня посмотрела на меня неожиданно грустно и пододвинула ко мне куклу. – Как её зовут? – спросила я снова, но она молча дёргала ворс на ковре. – Ань, – позвала я. – Как зовут твою куколку? Анютка пожала плечами. – Ты не знаешь, как зовут твою сестрёнку? – Сестрёнку? – переспросила она. – Ну да. Ты же сама сказала, что это твоя сестрёнка. Как её зовут? – Лена, – пролепетала малышка. Неожиданно меня охватила тревога. Появилось недоброе предчувствие, понять которое я не могла. – Хочешь, мы поиграем втроём? Ты, я и Лена? Анечка поднялась и пересела вплотную ко мне, потеряв к кукле всякий интерес. Жалась, как беззащитный котёнок. Я приобняла её за плечи. И что мне теперь делать?! С чего Саша решил, что ей когда-то перестанет быть нужна мама?! И почему я сама не подумала, что она сможет остаться для меня дочерью моей сестры? Чужой и незнакомой, как и её отец?! *** Вернулся Саша только к вечеру следующего дня. Я слышала, как въехала на территорию его машина, слышала, как он разговаривает с Алексеем. Дверь балкона была распахнута настежь, и я ловила каждый звук, но специально не подходила к окну, и вниз спускаться тоже не собиралась. Отлично, наверное, время провёл! Дела не просто поглотили, а буквально заглотили! На пару часов я смогла отрешиться от мыслей о нём и Наташке, а теперь они накатили с тройной силой, словно всё, что я не успела передумать за это время, злость, которой я не давала воли, нахлынуло разом. Раздался короткий стук в дверь. – Ты занята? – спросил муж, появившись на пороге. Я медленно подняла голову. Муж прошёл в комнату. Пиджак его был расстёгнут, верхние пуговицы рубашки тоже. Выглядел он уставшим, как будто прошлую ночь не спал. Скорее всего, так оно и было. – Если занята, то что? Он посмотрел на лежавшую у меня на коленях книгу. – Всё в порядке? – Это мне у тебя нужно спросить, – ответила я и отложила книгу в сторону. – Решил свои проблемы? – Да так… Как раз хотел тебя попросить помочь. – Он показал мне папку. – Как насчёт того, чтобы спуститься вниз и поработать? Можно устроить рабоче-романтический вечер. Как ты на это смотришь? Я хотела послать его и с тем, и с другим. Душу оплели гнев, ревность и разочарование, а сердце жалобно заныло. Коктейль из чувств заставил меня внимательно посмотреть на мужа. Вопрос, зачем ему я, если есть Наташа, не давал покоя. Я поднялась, положила книгу на тумбочку возле постели и подошла к Саше. – По-моему, отличная идея, – сказала, дотронувшись до его груди, как это сделала моя сестра. Саша прижал мою руку и улыбнулся уголками губ. – Тогда сейчас прикажу всё организовать. Я всмотрелась в его лицо. Либо он – мастер лгать, либо я чего-то не понимаю, либо не всё так просто, как он мне преподнёс. Как бы там ни было, я хотела понять, что происходит, и… Меня тянуло к нему. Даже сейчас тянуло, и это было сильнее меня. – Саш, что было бы, если бы Наташа вернулась? – спросила я, глядя ему в глаза снизу вверх. – Скажи, только честно. – Ничего бы не было. – Ты уверен? – Да. Она предала меня, а предательства я не прощаю никому. – Ты же её любишь. – Я её любил, Настя. А это разные вещи. – Разве любовь так быстро проходит? Хочешь сказать, что просто взял и разлюбил её? По щелчку пальцев? Так не бывает. – Я тебе сказал: я не прощаю предательство. – Одно дело простить, другое дело – разлюбить. Вот это как раз разные вещи. – Гнев всё же начал прорываться. – Давай закончим этот разговор. Я не хочу говорить с тобой про Наташу и обсуждать то, чего нет. Ты спросила, я ответил. К чему этот спор?! Он выглядел раздражённым. Взгляд стал жёстким, и я понимала: продолжения не будет. Прекрасно! Если бы своими глазами не видела их с сестрой вчера, приняла бы всё за чистую монету. – Я жду тебя внизу, – сказал Саша. Но сразу не ушёл, задержался, дотронулся до моего виска. Я напряглась всем телом. – Ты подстриглась? – Да, – ответила, насколько могла сдержанно, наблюдая за ним. – Вчера ездила в салон. Потратила кучу твоих денег. В самых уголках его губ появилась улыбка, взгляд потеплел. Он накрутил прядку на палец и отпустил. – Трать ещё. Тебе идёт. – Причёска или твои деньги? – И то, и то. Я отстранилась от него. В груди поселилась жаба, мешающая дышать. Скользкая, мерзкая и жирная. Нет, не жаба – целая жабища! Так и хотелось сказать, что я видела его вчера со своей сестрой, что не надо вешать мне на уши лапшу, что я не верю ему! Только ощущение, что я чего-то не понимаю, стало сильнее. – Я тебя жду, – снова сказал Саша и ушёл. Я привалилась плечом к дверному косяку ванной. Посмотрела на аккуратные ногти, на закрытую дверь и судорожно выдохнула. Вчера он целовал мою сестру, а сегодня говорит, что больше не любит её! Что происходит в этом доме?! И при чём здесь я?! Настя Войдя в кабинет, я глазам своим не поверила. На подоконнике стояли зажженные свечи, ещё несколько – на открытой полке шкафа и квадратном столике возле подлокотника дивана. В воздухе витали густые пьянящие ароматы дерева, мускатного ореха и крепкого чая со сладковатой ноткой миндаля. Он в самом деле решил добавить вечеру нотку романтики! – По-моему, это перебор, – сказала я, обращаясь к спине мужа. Он стоял у окна, и лица его я не видела. Пиджак валялся на диване, на нём остались рубашка и брюки. Я пыталась вспомнить, в этой ли рубашке он был вчера, когда я видела его с Наташей, но не могла. Саша развернулся. В руках у него была роза. – Разве? – спросил он и, подойдя, пропустил сквозь пальцы стебель. Бутон лёг в его ладонь, а свинцовый взгляд приковал меня к месту. Держа розу, он поднёс её к моему лицу и провёл по скуле лепестками. За секунду чувства взбунтовались, низ живота свело сладким спазмом, сердце стало огромным и заполнило всю грудь. Он щекотнул меня лепестками возле уха, поднёс розу к губам, и я уловила цветочный аромат. – Мы же работать собирались, – сказала через силу. – Саш… – Всё успеем. Он сделал ещё шаг ко мне. Взял за руку и вложил цветок. Стебель оказался меж моих пальцев, и это было настолько чувственно, что руки покрылись мурашками. – А ты и правда другая. – Он прикоснулся к моему лицу уже пальцами. – Странно так, – мимолётная усмешка на жёстких губах. – Что странно? – переспросила я тихо. Муж мотнул головой, погладил меня по щеке и отошёл к столу. Я выдохнула. Между ног ныло, сердце колотилось, мысли стали похожи на кисель. И где мой разум?! Что этот мужчина сделал со мной?! Я ведь такой не была. Всегда хотела быть самостоятельной, а сейчас что?! Он наполнил два фужера вином и подал один мне. В кабинете неожиданно заиграла тихая музыка. – Я пришла, чтобы с работой тебе помочь, – снова запротестовала я, но его очередная улыбка заставила осечься. – Я знаю, Настя. Но ты – моя жена, и в первую очередь я хочу думать об этом. Я потратил несколько лет своей жизни не на ту женщину. Знаешь, как мы познакомились с твоей сестрой? – спросил он вдруг. Я не знала. Откуда мне было это знать? – Шёл дождь. Она стояла на дороге и голосовала. Было темно, я толком не разглядел её. На ней было платье по колено, она вымокла насквозь. Сам не понимаю, что заставило меня остановиться. Никогда не сажал к себе никого, а тут… – Что? – Не знаю. Но сейчас думаю, что Вселенная промахнулась, и на её месте должна была оказаться ты. – Вряд ли. – А я уверен в этом. – В чём ещё ты уверен? – спросила, глядя на него. Как ни странно, разговор о Наташе не вызвал во мне прежнего раздражения. Вопросы по-прежнему терзали, но теперь я была уверена, что на каждый из них есть ответ, отличающийся от очевидного. – В том, что у тебя красивые глаза. Это было совсем неожиданно. Я на автомате сделала глоток вина. Саша подошёл к столу и, раскрыв папку, вытащил бумаги. – Я хочу, чтобы ты составила для меня новый договор. В старом нужно выделить все спорные пункты и подробно расписать варианты действий по ним, которые ты видишь. Пока я ищу хорошего юриста для компании. Дела на данный момент ведёт юрист моего давнего партнёра, но мне нужен человек, которому я полностью доверяю. – А мне ты полностью доверяешь? – спросила я, подойдя. Сделала глоток вина, взяла бумаги и посмотрела на мужа. – Я доверил тебе свою дочь, Настя. Тебе нужны другие доказательства? Ты считаешь, что в моей жизни есть что-то более ценное, чем Аня? Я об этом не задумывалась. Вопросы отпали сами собой и, пытаясь скрыть неловкость, я переключилась на бумаги. Читала и не вникала в смысл. Буквы, слова, предложения: всё глушило смятение. Я бы хотела вернуться на день назад и снова увидеть их с Наташей. Как глупая, оправдывающая мужа жена, я искала объяснения. Не находила, но искала снова и снова, пока не поняла, что это абсурдно. Отложила документы на стол и повернулась к мужу. И тут мой телефон зазвонил. Опять Паша. Я сбросила вызов, но буквально через пару секунд прилетело сообщение. «Давай встретимся, Насть, — написал бывший. – Хватит дурковать. Извини меня, обещаю исправиться». Стало противно. Обещает исправиться?! Посуду за собой мыть начнёт или что?! Телефон вновь зазвонил прямо у меня в руках. Я хотела ответить – сказать, чтобы шёл к чёрту, чтобы забыл мой номер, но мобильный выхватил муж. – Слушаю, – ответил он. – Ты кто? Динамик у меня был хреновый, так что разговор могли слышать все желающие. – Это ты кто? – сказал Саша, не повышая голоса, но предупреждающие нотки не заметить было трудно. – Где Настя? – Настя рядом со мной. Какого хрена тебе нужна моя жена? В трубке повисла тишина. По логике мне надо было возмутиться и забрать телефон, а я не шевелилась. – Какая ещё жена?! – наконец отмер Паша. – Моя жена, – отчеканил Саша. – Слушай сюда. Забудь этот номер и больше не беспокой Настю. Иначе мы с тобой встретимся лично. – Ты что бочку катишь? – Появишься на горизонте, я тебя самого в бочку закатаю, как царицу из сказки о царе Салтане. Паша ругнулся и повесил трубку. Наши с Сашей взгляды встретились, и он молча отдал мне телефон. – Извини, – сказал он. – Не смог сдержаться. – Да… ничего. Ему полезно. Губы его изогнулись, а я поняла, что не смогу так. Ни секунды больше. – Я видела тебя с Наташей! – выпалила я. – Вчера. У ресторана. И не говори, что мне показалось, Саш. Я не слепая. Я видела вас и видела, как ты целуешь её. Настя Пауза тянулась невыносимо долго. Хорошо, что Саше хватило ума не отрицать. Хуже всего было бы, если бы он сказал нечто вроде «это не то, что ты подумала». Он же не сказал ничего, и это раздражало. Словно я только что поведала ему, как мне ногти красили! – Саша! – воскликнула я зло. – Ты слышал, что я тебе сказала?! – Слышал, – ответил он. – И ты ничего не хочешь мне объяснить? – Что я должен тебе объяснять? Ты сама сказала – ты не слепая. Я едва не задохнулась от возмущения. Готова была к чему угодно, только не к этому. – То есть ты считаешь нормальным целоваться с ней, потом проводить с ней ночь, а… – Кто тебе сказал, что я провёл с ней ночь?! Готовые сорваться с языка слова застряли в горле и превратились в выдох. Взгляд мужа стал ещё тяжелее. Мрачный, Александр смотрел на меня из-под бровей, а я не знала, что ему ответить. В который раз слова сбились в ком и застряли в горле. Я нервно заправила волосы за ухо и только потом поняла, что заплела их в косичку. Боже, косичка, домашний костюм… А он с розой и этим своим взглядом, от которого у меня становятся мокрыми трусики. – Но ты… – Она сама поцеловала меня, – оборвал меня он. – Что-то я не заметила, чтобы ты был против. – Я этого не ожидал, Настя. Да и потом… Ты только что втирала мне про любовь. – Так всё-таки любовь? – Нет больше никакой любви. И всё-таки я хотел в этом убедиться. – Очень убедительно убеждался, – процедила я с сарказмом. – Это ничего не значит. – Для меня значит, – сказала и поняла, что выдала себя с головой. Очередная пауза затянулась надолго. Он не собирался оправдываться, а я больше не хотела оправдывать – ни его, ни сестру. Только как вести себя, не понимала. И ладно бы, если бы за мои поступки отвечал разум. Во всём, что касалось Александра, вперёд выступали эмоции, которые начисто вырвались из-под контроля. – Ночь я провёл в офисе, Настя, – сказал Саша спокойно и жёстко. – Хочешь выдумывать небылицы – твоё право. – Тогда зачем ты с ней встречался? Отвечать на этот вопрос желанием он явно не горел. Но в пределах одной комнаты уйти от ответа было трудно. Пока тянулось молчание, я вдруг подумала, что они с Аней безумно похожи: точно так же она не хотела говорить мне про свою куклу. Разница заключалась в том, что Саша давно не был ребёнком, и я тоже. – Если ты не расскажешь мне всё, как есть, – сказала я с холодным спокойствием, – я соберу вещи и уеду. Развестись в наше время не проблема, Саш. Так что решай. По-прежнему мрачный, он посмотрел на меня. Я загнала его в угол, но поняла это только тогда, когда наши взгляды встретились. – У нас остались невыясненные вопросы относительно… Ани. Я сам назначил встречу. – И что это за обстоятельства? – Мне нужно, чтобы твоя сестра отказалась от родительских прав. – Она же от них и так отказалась. – Да, но мне нужна не записка, а официальный отказ. Я хочу, чтобы она подписала все бумаги – на каждый, чёрт подери, случай жизни. Чтобы ни при каких условиях она не имела права сунуться ко мне и потребовать дочь. Я предложил ей деньги в обмен на это. Мой мир рушился. Идеалы, ценности: всё превращалось в прах. Деньги в обмен на ребёнка… Как бы я ни относилась к сестре, до последнего не могла поверить, что она способна на такое. Взгляд Саши был твёрдым и бескомпромиссным, как у человека, привыкшего вести дела. Слабый должен был уступить, а сильный… Сильнее Александра человека я в жизни не встречала. – И что? – спросила я сдавленно. – Она согласилась? – Да. Мне стало нехорошо. Чтобы прогнать дурноту, я осушила бокал, но это ничего не изменило. – То есть она отказалась от дочери ради денег? – Да. – Я тебе не верю. – Твоё право. Да, это было моим правом. Убеждать меня он не собирался. Долил вино и подвинул ко мне документы. – Давай займёмся работой, Настя. Мне действительно нужна твоя помощь. *** Когда я снова посмотрела на время, шёл новый день. Удивительно, как я не заметила несколько прошедших часов. За окном была ночь, но свечи по-прежнему горели, источая насыщенный аромат. Саша потянулся и размял плечи. – Вот на этот пункт надо обратить особое внимание, – сказала я, выделив текст ярко-розовым маркером. – Тут… Поймала взгляд мужа и остановилась. – Будешь на меня работать? – Работать? – переспросила недоумённо. – Да. Разумеется, я найду юриста, но мне нужен человек, которому я доверяю. Обжёгшись на молоке, как говорится… – Ты всё это считаешь нормальным? Засунутые внутрь чувства проснулись. Переключаясь на работу, я всегда оставляла личное на потом, но тут они схлестнулись. Может быть, причиной тому было вино, а может, я сама. – Зачем ты меня притащил?! – спросила, подлетев к Саше. – Зачем ты женился на мне?! – Я тебе… – Неправда! – вскрикнула я. – Я больше тебе не верю! Ни единому твоему слову, Саша! Что за игру ты ведёшь?! Ане два с половиной, она могла… Он схватил меня за локти и сжал так крепко, что стало больно. Я замолчала, стиснула зубы. Мы смотрели друг на друга с враждебностью. Внезапно он обхватил мою голову и накрыл рот своим. Яростный, грубый поцелуй сметал все границы. Я отталкивала его как могла до тех пор, пока не поняла, что борюсь не с ним, а с собой. Это оглушило. Секундная расслабленность обошлась мне полной капитуляцией. Саша в буквальном смысле разрушил все оборонные сооружения, созданные мной. Ворвался в мой рот языком и стал целовать – глубоко и жадно. Мыслей не осталось. Я ухватилась за ворот его рубашки. Отвечала ему, сгорая в костре ярости и желания. Я хотела его, а он хотел меня, и это было главным. Он обнял меня за талию, прижал к себе. Поцелуй прервался, но мысли яснее не стали. – Знаешь, что? – просипел он. – Что? – Мой голос был почти таким же сиплым. – Если бы мне сейчас предложили выбрать из миллиона женщин, я бы выбрал тебя. И к хренам всё. Миг, и он опять поцеловал меня. Подтолкнул к столу. Рукой я сбила бокал, брызги вина окропили лодыжки, щиколотки. Он усадил меня на стол и посмотрел в глаза. – Всё в этой жизни вело меня к тебе, – просипел он. – А Аня? – Аня тоже. Она вела меня к тебе, Настя, – сказал он, и моё имя окуталось бархатом. Настя-Настя-Настя… Никто так не произносил моё имя. Только он. Настя…