Глава 6

Усилившийся ветер уже давно осушил слёзы на моих щеках, а я всё продолжала стоять возле распахнутого настежь окна, вдыхая воздух наполненный запахом моря. Хотя его самого видно и не было, казалось, я слышу шелест волн в отдалении и ощущаю на губах солоноватый привкус.

Почему-то появилась уверенность, что если бы не высокие кроны деревьев, закрывавшие обзор, наверняка, взгляду предстала бы безбрежная лазурная гладь, раскинувшаяся до самого горизонта. Но перед глазами шелестело лишь золото осенней листвы, да красивая огненно — красная птица, размером с большого ворона, тихо сидела на ветке, склонив голову набок, то прикрывая, то вновь открывая глаза. Увидев её, я сначала удивилась, поскольку пропустила момент появления, ведь изначально, когда только подошла к окну, птицы точно не было, но потом списала всё на свою невнимательность.

Время в раздумьях летело быстро и, судя по солнцу сиявшему на небосклоне, довольно скоро должен был вновь появиться Энрион, чтобы узнать мой ответ, но, когда распахнулась дверь, вместо него на пороге стояла малышка Кэти.

— Я убежала от няни, — гордо вскинув голову, выдала она, немного сбив меня с толку своим заявлением.

— Э-эм, может, расскажешь поподробнее? — прикрыв за ней дверь, попросила я, пытаясь собраться с мыслями, которые за миг до этого весьма ловко просчитывали возможные варианты сладкой мести Энриону за его угрозы. Ведь если бы он дал мне время, чтобы я могла осознать произошедшее, в том числе и новую информацию, которая никак не укладывалась в голове, не угрожая отправить на какой-то континент, явно намекая на то, что меня там ждёт, я бы спокойно приняла его предложение, потому что малышка Кэти мне действительно нравилась и забота о ней была бы только в удовольствие. Да и научится ставить защиту самой, чтобы не от кого не зависеть, было бы весьма кстати. Вот только его категоричность пробудила во мне бунтарку, желающую поставить зарвавшегося наглеца на место. И вообще, кто ему дал право вершить судьбы? Не сними он с меня защиту, там, в кафе, я бы сейчас была дома, а не ломала бы голову над тем, как жить дальше.

— …вот поэтому я и убежала, — закончила кроха свой рассказ, который я благополучно прослушала, вновь задумавшись о превратностях судьбы, правда одно уловила, что няня, встретившаяся ей на пути, когда она спешила на кухню за молоком для мракса, увела её, не разрешив вернуться ко мне.

— Понимаю твоё недовольство, — присев на корточки рядом с малышкой, чтоб можно было видеть её глаза, промолвила я, — но представь, как она сейчас волнуется, узнав, что ты убежала неизвестно куда.

Словно в подтверждение моих слов в коридоре раздались шаги, сопровождаемые женскими причитаниями, ответом на которые были резкие рубящие фразы хозяина замка.

— Это няня, — вскрикнула Кэти, кинувшись ко мне, и обняла за шею. — Можно я останусь с тобой?

— Сейчас мне предстоит серьёзный разговор с твоим папой, а потом я обязательно приду к тебе, — попыталась успокоить разволновавшуюся малышку.

— Честно — причестно? — вскинула на меня кроха умоляющий взгляд. — А ты не станешь снова такой, какой была раньше, будешь такой же как сейчас?

Вот и что ей на это ответить?

— Что ты имеешь ввиду? — поторопилась уточнить, не понимая, какой именно смысл вкладывает та в свой вопрос, одновременно с этим прислушиваясь к звуку шагов, замерших рядом с дверью.

— Раньше ты часто злилась, даже глазки у тебя были как зимнее небо — холодные — прехолодные, — немного помедлив, уточнила она, — и я каждую ночь плакала и просила Всевышних, чтоб они сделали тебя чуточку добрее, чтоб ты ласково говорила со мной и улыбалась, как наша повариха тётушка Нарилия своей дочке. И вот, ты ушла по делам, и тебя долго не было, я испугалась, что ты совсем не придёшь, и уже стала просить, чтобы ты просто вернулась, и сегодня ты вернулась, но уже совсем не злишься, даже глазки у тебя стали тёплые шоколадные. Можно ты останешься такой навсегда?

щеке малышки скатилась слеза, и, не сдержавшись, я подхватила её на руки, крепко прижав к себе и нашёптывая ласковые слова, уже не видя, как тихонько приоткрылась дверь, и на пороге замер Энрион, рядом с худощавой, раскрасневшейся старушкой, от удивления прижавшей ладонь к губам.

Время будто бы остановилось, продляя трепетное ощущение щемящей нежности, возникшее в душе, когда я прижала Кэти к себе. Эта малышка казалась настолько родной, что стало даже неловко, из-за неправильности ситуации, ведь я знала её всего несколько часов. Разве может за столь короткое время настолько всё изменится? Скажи мне об этом кто раньше, ни за что бы не поверила, но теперь… Слушая тихое сопение крохи возле уха, я точно знала, что может. Вот только объяснения этому явлению у меня не было.

— Кхе-кхе, — тихое покашливание разрушило момент очарования.

Вздохнув, девочка отстранилась, и устремила печальный взгляд на вошедших.

— Извините, леди Нороти, что я убежала, — голос Кэти немного дрожал, выдавая сильное волнение, отчего пожелая леди расчувствовавшись, кивнула, протянув ей руку.

— Ты не забудешь, что обещала? — шёпотом спросила Кэти, дотронувшись своей маленькой ладошкой до моей щеки и заглянув в глаза.

— Не забуду, — покачала я головой, улыбнувшись, и поставила её на ноги.

Радостно улыбнувшись в ответ, девочка подбежала к няне, и, помахав на прощание рукой мне и папе, скрылась за дверью.

— Весьма неожиданно, — протянул Энрион хрипловатым голосом, — я впечатлён вашим отношением к моей дочери, притом, что вижу, насколько вы искренни при общении с ней.

— Для меня это тоже весьма неожиданно, уж поверьте, — признала я, задумчиво рассматривая узор на пушистом ковре, лишь бы не встречаться с лордом взглядом, — но ваша дочь само очаровани. Даже не представляю, что же могло случиться, чтоб такое чудо бросила родная мать. Разве что дело в её отце? Я знаю вас всего несколько часов, но желание убежать без оглядки и как можно дальше, у меня возникло в первые же минуты после нашей встречи. Вам не кажется это странным?

Вскинув бровь, решительно подняла взгляд на мужчину, уверенная, что наткнусь на ярость в его глазах, но вместо этого в них плескалась боль.

— Так каков ваш ответ? — после секундной заминки, за время которой мужчина успел взять себя в руки, спросил он, совершенно проигнорировав мою речь.

— Очень познавательный разговор, спасибо за ответы, — ехидно промолвила я, скрестив руки на груди, и хорошего настроения, которое появилось после разговора с Кэти, как и не бывало, — прям таки сразу стало всё понятно. Вы просто мастер вести диалоги!

— Так каков ваш ответ? — повторил тот, совершенно не реагируя на мои колкости.

— Согласна, поскольку выбора у меня в любой случае нет, — хмурясь, ответила я, чувствуя опустошение и некоторую неловкость, от пристального мужского взгляда, который несмотря ни на что, всё же выдержала, заслуженно собой гордясь.

— Хорошо, — видно было, что Энрион немного расслабился, а зря, поскольку обиженные женщины весьма коварные существа, особенно когда видят, что обидели их незаслуженно.

— Но хотелось бы открытого диалога, и честных ответов на вопросы, поскольку сотрудничество подразумевает доверие, которое к вам я совершенно не испытываю, — повторила я попытку начать разговор.

— Что ж, логично! — внезапно усмехнулся тот, и на его бесстрастном лице отразилась плохо скрываемая злость. — Хотите открытого диалога? Вы его получите, но сначала я поставлю защиту, выполнив свою часть уговора. Следуйте за мной, время не ждёт: не хотелось бы проснуться завтра утром и узнать о том, что к замку приближаются тёмные маги, желая вернуть утраченное обратно.

— Куда мы направляемся? — спустя некоторое время поинтересовалась я, глядя на широкую мужскую спину идущего впереди Энриона, надеясь тем самым развеять затянувшееся тягостное молчание.

— В подземелье есть специально оборудованное помещение, стены которого не проводят магию, скрывая от окружающих её всплески, — нехотя ответил тот, — не стоит привлекать внимание к нашим делам даже тех, кто здесь живёт.

— Что от меня требуется, чтобы поставить защиту? — ловя момент, пока лорд стал более разговорчивым, задала следующий вопрос.

— Самая малость, — усмехнулся тот, — всего лишь пара капель вашей крови и молчание во время активации заклинания.

— Кровь обязательна? — поёжилась я, от нехорошего предчувствия.

— Другого способа я не знаю, — сухо ответил он, но что-то в его голосе заставило поверить, что это правда.

Коридор стал светлее, из-за появившихся огромных стрельчатых окон, расширяясь и наполняясь ароматами цветущего сада, непонятно откуда взявшимися здесь, но уже совсем скоро, за поворотом, я увидела и саму причину — в коридор выходила стеклянная двустворчатая дверь, ведущая в огромную оранжерею. Захотелось заглянуть в неё одним глазком, но решила оставить это на потом, чтоб лишний раз не злить хозяина замка, и так находящегося сейчас в скверном расположении духа.

Следуя за Энрионом по коридору, я невольно залюбовалась широким разворотом его плеч и гордой поступью. Что не говори, а мужчина был хорош, даже очень, и встреть я его при других обстоятельствах, он наверняка бы мне приглянулся…

Покраснев от собственных мыслей, я тряхнула головой, стараясь вернуть те в более безопасное русло, например, не мешало бы подумать над вариантами сладкой мести, чтобы немного сбить с Энриона его надменность и спесь.

Промелькнувшая мысль вызвала улыбку, вновь поднимая настроение, что, впрочем, не помешало мне заметить, как у идущего впереди мужчины внезапно сбился шаг. Обернувшись, тот как-то странно на меня посмотрел, вызывая одним этим взглядом целый табун неприятных мурашек на моей спине.

— Что-то не так? — дёрнув плечом, сглаживая неприятное ощущение, решила уточнить сей момент.

— Всё так, — улыбнулся он, сверкнув белоснежными зубами, сбавляя шаг, тем самым давая возможность поравняться с ним, — просто стало забавно, какие интересные мысли крутятся в вашей голове.

— Не поняла, — покраснела я ещё сильнее, — вы что, каким-то образом знаете, о чём я думаю?

— Это не сложно, — вновь ускорив шаг, ответил тот, — вы сейчас словно открытая книга, и если на Терре, приходилось прикладывать много усилий, чтобы заглянуть в ваши мысли, то здесь, это не труднее, чем перелистнуть страницу.

— Да? — не поверила я. — И что же вы смогли прочесть в этой самой книге, так запросто листая страницы?

— То, что мне стоит опасаться вашей глупой мести, — чуть обернувшись, хмыкнул он, и, немного помедлив, добавил, — а так же то, что я вам симпатичен, несмотря ни что.

Упс! Похоже, стоит немного пересмотреть свои планы относительно первого пункта, по крайней мере, на время, а вот со вторым нужны уточнения, желательно, прямо здесь и сейчас.

Скрипнув зубами от негодования, я сделала глубокий вдох, досчитав до пяти, чтобы сдержать нелестные эпитеты, готовые сорваться с губ по поводу всей этой ситуации в общем и одного конкретного индивидуума в частности, и лишь после этого решилась оспорить услышанное.

— Немного ошиблись с формулировкой, — язвительно выдала я, усмехнувшись, — я подумала, что могли бы понравиться, если бы не ваш дурацкий характер: видимо с «перелистыванием страниц» у вас всё же небольшие проблемы. И вообще, кто дал вам право лезть в мои мысли?

— Это право дано мне при рождении, поскольку в мою обязанность, как хозяина здешних земель, входит защита владений и вверенных мне подданных, — как ни в чём не бывало, ответил мужчина, остановившись возле неприметной двери, — и если для общего спокойствия надо знать чьи-либо мысли, чтобы избежать неприятных неожиданностей, со стороны этого человека, я без зазрения совести это сделаю и не единожды, так что будьте осторожны со своим желанием мне навредить.

— Теперь понятно, почему от вас сбежала жена, — пробормотала я, прикусив губу, — не каждая захочет быть рядом с человеком, который видит тебя насквозь.

— Не стоит рассуждать о том, о чём вы и близко не знаете, — в его голосе прорезались стальные нотки, — и если мысли, в данном случае, могут быть простительны, ведь редко кто может держать их в узде, то за слова придётся отвечать, советую, прежде чем в следующий раз что-то сказать, хорошенечко подумать о последствиях.

— Снова угрожаете? — процедила я.

— Нет, всего лишь, предупреждаю, — в тон ответил он, — не усложняйте свою и без того не простую жизнь.

— Тогда, может быть, расскажете об истинной причине произошедшего? — уже более спокойно, спросила я. — Если уж мне суждено заменять вам жену.

— По-моему, речь шла о том, что вы замените Кэти мать, — казалось, его глаза мерцают в полумраке коридора, — но если вы желаете заменить ещё и жену…

Энрион шагнул мне навстречу, и, положив руку на талию, резко привлёк к себе.

— Нет, не желаю, — испуганно пискнула я, видя, как черты его лица резко заострились, принимая хищное выражение, и ощущая жар мужского тела.

— Что ж, видимо я вас не так понял, впредь выражайтесь яснее, — усмехнулся лорд, отступая, — и, ещё один дружеский совет — не нужно меня провоцировать, поскольку я не всегда в состоянии сдержать зверя, живущего у меня внутри.

— Боже, куда я попала? — прошептала я, — магия, внутренние звери… сумасшедший дом какой-то

— Не думайте, что вы лучше меня, — распахнув дверь, промолвил он, ступая на лестницу ведущую вниз, — судя по всему, вы сделаны из того же теста.

— Да неужели? — фыркнув, последовала за ним. — Что-то у меня каких-то там внутренних зверей пока не наблюдалось.

— Ключевое слово в этой фразе «пока», — тихо ответил лорд, отчего стало совсем уж не по себе.

— А поточнее? — выдохнула я, передёрнув плечами.

Но отвечать никто не торопился, пополняя тем самым ворох вопросов, появляющихся быстрее, чем грибы после дождя, ещё одним. Я чувствовала себя слепым котёнком, на пути которого каждая брошенная вещь казалась непреодолимым препятствием, поскольку совершенно не понимала сути этого мира, в котором правила магия, и каждый новый вопрос ставил меня в тупик. Вот и как можно заключать сделку с этим невыносимым типом, если тот даже объяснять ничего не хочет?

Решив вернуться к размышлениям на эту тему немного позднее, я сосредоточилась на лестнице, чтобы не оступиться. Несмотря на то, что мы спускались всё ниже, воздух по-прежнему оставался сух и свеж. Ровные ступени, высокие потолки, освещённые мерцающими сферами… За этим местом явно следили, поскольку на всём протяжении не встретилось ни пылинки, ни паутинки.

— У тебя в голове когда-нибудь бывает тишина? — спросил лорд, обернувшись, подавая мне руку на особо крутом участке, что было очень неожиданно, но весьма кстати, поскольку я до сих пор была обута в туфли на высоком каблуке, о чём уже не единожды пожалела.

— Мыслим, значит, существуем, — процитировала, прочитанное когда-то в журнале, — и вообще, тебя никто не заставляет лезть в мою голову: не хочешь — не слушай.

— Не могу, — вздохнул тот, — честно, пытаюсь, но ты думаешь слишком громко.

— Не рассказывай сказки, — поморщилась я, пыхтя как ёжик от усердия, и желая сейчас лишь одного, чтоб скорее закончился этот, казавшийся бесконечным, спуск.

На что мужчина лишь усмехнулся.

— И, кстати, я не лез в мысли своей жены, поскольку каждый маг в нашем мире умеет ставить ментальный блок от чужого проникновения чуть ли ни с рождения, — огорошил он меня своим внезапным откровением, отчего я даже забыла про усталость, — но даже ни это главное, поскольку она была посредственным магом, и сломать её блок не составило бы для меня особого труда, даже без её на то ведома… Веришь или нет, но я уважал её личное пространство, о чём теперь жалею, ведь если бы знал заранее, что она задумала, мог бы избежать многих проблем, поэтому второй такой ошибки уже не совершу.