Глава 8

Энрион

Забирая Адель с Терры, я даже не предполагал, что в итоге из этого получится, думая лишь о благополучии Кэти, и совершенно не беря в расчёт свои эмоции и чувства, а надо было бы сначала хорошенько всё обдумать, прежде чем принимать решение, тогда бы не пришлось расхлёбывать то, что успел натворить.

Первоначально план казался таким идеальным, что не возникло ни малейшего сомнения в его правильности… пока, внезапно не пробудился от многолетнего сна мой зверь, моя вторая сущность.

Кто бы мог подумать, что дракон, никак не дававший о себе знать последние шесть лет, что я был в браке с Теей, отреагирует на Адель. Причём не сразу после прибытия, а через несколько часов, тем самым, словно специально обрубая все пути к отступлению. Его пробуждение было весьма неожиданным поэтому, мне пришлось приложить максимум усилий, чтоб не поцеловать её сразу же, как только штормовая волна его эмоций ворвалась в моё сознание, захлёстывая так, что от возникшего желания опалило жаром всё тело.

Там, перед лестницей, ведущей в подземелье, все мои чувства обострились настолько, что я слышал учащённый стук девичьего сердца, и ощущал лёгкий пьянящий аромат, исходящий от её кожи. Именно тогда и пробудился зверь, который плевать хотел на мои решения и планы, ощутив в Адель ту единственную, которую ждал уже много лет.

Как же меня это разозлило, даже не просто разозлило — взбесило, ведь я привык всё держать под контролем, в том числе и свои эмоции, но дракон оказался сильнее… или я чересчур расслабился за годы его безмолвия.

Маленькое хрупкое сокровище, с глазами шоколадного цвета, и нежными манящими губами… Ему мало было просто того, что она рядом: хотелось схватить её и унести подальше от посторонних глаз, но подобное не входило в МОИ планы, а значит, впереди меня ждут нелёгкие времена противостояния.

Ища заклинание, чтобы наложить ментальную защиту на Адель, я всеми силами старался на неё не смотреть, поскольку это была единственная возможность держать себя в руках. Но один сюрприз сменялся другим и когда девушка, указав на магический артефакт рода Кайри, который достался Тее в наследство, но так и не проявивший себя за всё это время, спросила, не вижу ли я там птицу, последние тени сомнения развеялись сами собой.

Феникс, огненный хранитель магического гримуара, являющийся лишь старшим наследникам из рода Кайри, был тем, кто ошибаться точно не мог. А это значит, что передо мной, растерянно разглядывая хрустальную подставку, и мило покусываю пухлые губы, стояла та, которая изначально была предназначена мне судьбой.

Подобное озарение кого угодно могло выбить из привычной жизненной колеи, но меня держало лишь то, что только в трезвом уме и здравой памяти я смогу ей помочь, поставив ментальную защиту и активировав заклинание. Готовясь к обряду, я одновременно с этим планомерно раскладывал по полочкам имеющиеся ответы на вопросы, которые сопровождали появление Аделины в моей жизни.

Если верить пророчеству Альрийского оракула, путешествующего между мирами, и появляющегося там, где его совсем не ждут, озвученное им пятьдесят лет назад, лишь старшая наследница рода Кайри, став единым целым с наследником рода Элэрейнов, сможет возродить былое могущество драконов. Наш род ждал этого события много лет, так же как и все остальные носители драконьих сущностей, мечтающие вернуть былое могущество, но в роду Кайри как назло перестали рождаться дети.

Шли годы, и вот, когда выяснилось, что леди Милена Кайри наконец забеременела, да к тому же девочкой, был заключён мой брак, поскольку на тот момент именно я оказался старшим наследником рода. Так в моей жизни появилась Доротея, к которой вопреки всему я совершенно не испытывал никаких чувств, но стойко терпел её капризы, надеясь, что рано или поздно пророчество исполнится. Это продолжалось до той поры, пока не появилась Кэти, моя маленькая кроха, ставшая для меня центром вселенной…

И вот теперь в нашу жизнь ворвалась Адель! Следуя логике, можно предположить, что в роду Кайри, двадцать три года назад, родились девочки — близняшки? Но как такое могло произойти? Как сам лорд Дайран мог об этом не знать? Никак! Ведь каждый маг нашего мира, даже самый слабый, способен определить пол будущего ребёнка и количество малышей в утробе матери! Все видели, что леди Милена беременна одной девочкой, даже мой отец, даже я, будучи ещё мальчишкой, тайно наблюдал на одном из приёмов мерцающую ауру малышки в материнской утробе.

Но что если в деле замешаны тёмные? Могло ли быть так, что они, с помощью магии мрака нашли способ скрыть от всех тот факт, что в утробе две девочки? Зная мощь некоторых жрецов — вполне. Вот только зачем им это понадобилось? Зачем надо было идти на такой риск, ведь для поддержания заклинания кто-то из них всё время должен был находиться рядом с леди Миленой? Ответа на этот вопрос у меня не было.

Но если предположить, что мои рассуждения верны, тогда у всех нас большие проблемы: мало того, что я жил все эти годы не с той, о которой шла речь в брачном договоре, так ещё и надо объяснить всю эту ситуацию Адель, а это уже на грани невозможного. Да ещё эти тёмные жрецы, которым зачем-то понадобилась её кровь…

Противостояние между нашими народами длилось веками, пока драконы не утратили свою способность к полётам, прогневав богов, но и тогда столкновения имели место быть, хотя уже в меньших масштабах. Странно только, что дети ночи не воспользовались нашей слабостью, и не истребили всех подчистую.

Хотя по этому поводу у меня имелись кое-какие подозрения. Что если и с их вторыми сущностями, способными оборачиваться в любое животное, по желанию, произошло то же, что и с нашими драконьими? Тогда становилось понятным их бездействие. Вот только узнать это наверняка не было возможности, поскольку посланные во вражеский стан шпионы так и не возвращались.

Размышляя о превратностях судьбы, я смешал в ритуальной чаше нашу кровь, и, творя над ней заклинание, уже примерно знал, что может произойти, но выброс магической энергии, взвившийся огненным вихрем к потолку, оказался настолько сильным, что я растерялся. Это какой же силой мы будем обладать, когда станем едины? Вернее, если станем…

Взглянув на перепуганную Адель, с трудом, но я всё же поверил, что спустя столько лет, наконец, встретил ту, которая способна возродить в наших сердцах надежду, надежду на то, что когда-нибудь мы сможем вновь бороздить бескрайние небесные просторы, ощущая упругие воздушные потоки под распростёртыми крыльями.

Завершив магический ритуал и, на время, задвинув мысли о нашем с Адель предназначении на второй план, я поспешил на помощь к Витару, поскольку реальность требовала серьёзного вмешательства, перед этим посоветовав девушке призвать мракса и спрятаться с ним в тайных переходах.

— А как же Кэти? — растерянно спросила она, и взволнованный взгляд её карих, с медовыми крапинками глаз, наполненный тревогой, явно давал понять, насколько девушке не безразлична моя дочь.

— Сейчас ей лучше держаться от тебя подальше, — как можно безразличнее ответил я, стараясь скрыть за показной холодностью, своё истинное отношение.

Мне стоило неимоверных усилий отойти от неё, направляясь к лестнице, ведущей из подземелья, но другого выхода не было: Витар хоть и сильный маг, но если к нам в гости пожаловал верховный жрец, надолго его не хватит.

Уже возле самой двери Адель обернулась, взглянув на пустую хрустальную подставку, где совсем недавно проявился магический гримуар, открывшийся от одного её прикосновения, и в глазах промелькнула тоска.

— Появиться и не раз, — промолвил я, понимая, что поддержка ей сейчас просто необходима, — можешь даже не сомневаться.

Глядя на девушку, внешне так сильно похожую на Тею, я на миг представил, какой была бы моя жизнь, не будь той чудовищной подмены, и душу затопила горечь обиды, за бесцельно прожитые годы, но образ Кэти, возникший в мыслях, напрочь отмёл глупые мысли. Да, последние шесть лет оказались не самыми простыми, но именно они мне подарили мою кроху, и за такой бесценный подарок я всегда буду благодарен судьбе!

— Я чувствую, что она здесь, верни мне её, щенок, — прервал поток мыслей усиленный магией голос, — иначе пожалеешь. Клянусь силой данной мне Таргом, я разнесу твой замок, не оставив от него камня на камне.

Подобная наглость была верхом безрассудства со стороны тёмного. Казалось, жрец намеренно меня провоцировал. Что ж, не буду его разочаровывать.

Рванув по лестнице, скрепя сердцем оставив Адель позади, уже через пару минут я распахивал дверь в коридор, направляясь туда, где меня, похоже, уже заждались.

Появление тёмного было как гром среди ясного неба. Да, рано или поздно, это бы произошло, но сегодня я точно никого не ждал. Казалось невозможным, чтобы за столь короткое время кто-то пронюхал о том, что Адель вернулась, если конечно в замке не было предателя. Мракс отпадал сам собой, ведь в случае гибели хозяйки, оставшейся без приемника, он тоже уйдёт в небытие, поэтому в данном случае ему выгоднее её оберегать, что рогато — мохнатый без сомнения и будет делать, заботясь о собственной шкуре. В его добрые намерения верилось с трудом, а вот холодный расчёт, в нём без сомнения, присутствовал.

И всё же, как жрец узнал, что девушка здесь? Вопросы, вопросы, опять вопросы! Но на этот раз, я получу ответы, и притом, любой ценой!

Выбравшись за ворота, я без труда нашёл Витара. Старый маг сдавал: тёмный теснил его ко рву, без устали швыряя огненными снарядами, но расстановка сил, с моим появление, быстро изменилась, да к тому же, подоспел ещё один гость, появившийся как нельзя кстати. Втроём мы загнали жреца в угол, не оставив ему ни малейшего шанса на спасение. Я ясно видел, что его резерв уже на исходе, а это значит — ещё пара минут, и победа будет за нами.

— Стойте, прошу, не трогайте его! — раздался неподалёку девичий крик, от которого сжалось сердце.

Аделина

Моё появление для всех оказалось весьма неожиданным. На миг, мужчины замерли словно статуи, удерживая в руках огненные снаряды, похожие на шаровые молнии, которые готовы были сорваться с ладоней в любую секунду.

— Адель, ты что творишь? Уходи немедленно! — от громоподобного рёва, вырвавшегося из груди Энриона, мне захотелось тут же забиться куда-нибудь в дальний уголок, подальше от источника звука, гневно сверкающего на меня потемневшими глазами.

Но вместо этого, я, перепрыгивая тлеющие проплешины в некогда высокой траве, рванула в сторону седого старика в чёрной хламиде, чем вызвала у всех присутствующих лёгкий шок.

Жрец, цепким взглядом окинул меня с ног до головы, уделив особое внимание туфлям, которые я всё ещё держала в руках, переключил внимание на того, кто крутился у моих ног.

— Айлин? — вскинув бровь, произнёс старик одно единственное слово, в упор глядя на притихшего Мусика, растерявшего весь свой боевой настрой под этим пристальным взором.

На что мракс лишь, молча, покачал головой, видимо понимая, о чём именно его спрашивают, но спустя мгновение, похоже решив, что этого всё-таки недостаточно, откашлявшись, добавил:

— Примите мои соболезнования, милорд! — и мне сразу стало понятно, о чём шла речь.

— Как давно? — казалось, жрец постарел буквально на глазах.

— Пять лет назад, — на этот раз ответила уже я.

Плечи старика безвольно опустились, и от огненных шаров в его ладонях не осталось и следа. Сев на траву, он порывисто сжал голову руками, и по морщинистым щекам покатились слёзы. Безмерное горе отразилось на его лице, горе родителя потерявшего своего ребёнка. Да, его дочь давно уже выросла и улетела из родного гнезда, но для любящего отца, которым без сомнения оказался жрец, всегда оставалась ребёнком, несмотря на количество прожитых лет.

Хотелось его как-то поддержать, чем-то успокоить, но сейчас любые слова казались пустыми, поэтому, поддавшись порыву, я сняла с шеи медальон, перед самой смертью подаренный мне мамой, с вложенным в него снимком, на котором, улыбаясь, мы стояли с ней обнявшись, и, открыв крышечку, протянула жрецу.

Седые брови взметнулись вверх, когда невзначай вскинув взгляд, он заметил раскачивающийся на цепочке медальон в полуметре от себя. Миг промедления и вот, старик уже пристально всматривается в крохотное изображение, а на его лице расцветает улыбка.

— Вы обе здесь такие счастливые! — прошептал жрец.

— Так оно и было, — кивнула в ответ.

— А ты знаешь, что у этой вещицы есть секрет? — внезапно спросил он, и, видя удивление на моём лице, захлопнул крышечку и, проделав с золотистым кругляшом некоторые манипуляции, вернул его мне. — Открой.

Пожав плечами, я сдвинула маленькую пластинку, фиксирующую крышечку и, дождавшись щелчка, раскрыла медальон, резко выдохнув от неожиданности. Наше с мамой фото исчезло, но вместо него было другое — уже немолодой мужчина, в котором с трудом угадывался старик, сидящий рядом на земле, и юная красавица с тёмной короной из кос на голове — Айлин. Рассматривая изображение, я только сейчас осознала схожесть этого медальона с тем, что показывал мне Энрион, там, в кафе. И даже не в расположении узоров было дело, а в самом механизме, распахивающем створки…

— Мне кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? — незнакомый мужской баритон, раздавшийся за спиной, прервал воцарившуюся тишину.

Обернувшись, я увидела стоявшего неподалёку крепкого мужчину, с русыми волосами, в которых пробивались серебристые пряди седины, прямым носом и пухлыми губами, не сводящего с меня пристального взгляда.

— Многое придётся объяснять, лорд Дайран, — ответил незнакомцу Энрион, всё ещё удерживая на ладонях огненные шары, — для этого потребуется время и не мало.

— А я, если хочешь знать, как раз никуда не спешу, — усмехнулся тот, и в голосе, проскользнуло нечто похожее на скрытую угрозу.

— Что ж, — кряхтя, жрец поднялся с земли, — похоже, действительно пришло время для серьёзного разговора. Думаю, лучше начать мне, но сначала хотелось бы примостить свои старые кости на мягкое кресло, и чашечка чая не помешает.

— Доверия к тебе нет, жрец, — подал голос лорд Витар, — так что твоим старым костям придётся потерпеть.

— Всегда знал, что у драконов напрочь отсутствует гостеприимство и чувство такта, — улыбнулся старик, отряхивая свою чёрную хламиду от земли и пепла, но в глазах полыхнуло раздражение. — Девочке тоже придётся стоять на холодной земле босыми ногами всё-то время, пока будет идти наша беседа?

— Не горячись, старик, — выступил вперёд незнакомец, — есть у меня одна идея, но сначала всё же хотелось бы уточнить… Сколько гостей собираются прибыть в это чудесное место следом за тобой, или они уже засели в близлежащих кустах, в ожидании удачного момента для нападения?

— Клянусь силой данной мне Таргом, я здесь один, — гордо вскинув голову, ответил жрец, — и о том, где меня искать не знает никто.

— Замечательно! Насколько я осведомлён, такая клятва у вас нерушима, — промолвил Энрион, переглянувшись с лордом Дайраном и, наконец, погасил магические огненные шары в своих ладонях. — Но предупреждаю, тёмный, — твоя жизнь висит на волоске: один подозрительный взгляд в нашу сторону или неверное движение, и это будет последнее, что ты сделаешь в своей жизни. Тогда уже никакие упрямицы, — быстрый взгляд на меня, — ничего не смогут изменить. А поговорить, действительно, давно пора!

В то время как Энрион делал свои недвусмысленные намёки, лорд Дайран, отойдя в сторонку, начал творить какое-то заклинание. Его пальцы мелькали так, что за ними трудно было уследить, складываясь в непонятные символы и знаки. Я буквально физически чувствовала исходящую от мужчины силу, и это восхищало, вызывая в душе трепет от того, что сейчас случится чудо.

Первые минуты, кроме появившихся эфемерных ощущений, ничего не происходило, но через некоторое время, воздух в том месте, куда был направлен сосредоточенный мужской взгляд, замерцал радужными всполохами, прорисовывая силуэт какого-то строения, похожего на садовую беседку. Минута, другая, и вот, открыв рот, я уже смотрю на увитую зелёными лозами ажурную стенку, к которой постепенно прибавляются и остальные части строения.

Затаив дыхание, я наблюдала, как буквально из ниоткуда, появляется невысокий стол и мягкие кресла, расставляясь каждый по своим местам, следуя за движением жилистой руки лорда.

— Энри, сервировка стола уже за тобой, — утерев лоб, с довольным видом произнёс мужчина, — а то было бы глупо, в данной ситуации, мне тратить последние силы на чай и плюшки, достаточно уже того, что сделал.

— Эй, мракс, сгоняй по-быстренькому на кухню и принеси оттуда чай и всё остальное, а то и правда следует поберечь магию, так, на всякий случай, — обратился к Мусику Энрион, чем немало меня удивил.

— А сопельки тебе ещё не подтереть? — уперев руки в бока, выдал мохнатик. — Никогда ещё мракс не был на побегушках у дракона.

— Не вредничай, — проворчал жрец, — делай, что тебе говорят.

Надув губы, Мусик отправился выполнять поручение, мы же направились к готовой беседке, к тому же обставленной мебелью.

— Прежде чем начать разговор, — присев, и дождавшись, когда разместятся на креслах остальные, промолвил тёмный, — разрешите представиться — моё имя Таруш, из рода Торнсов.

Как только последнее слово слетело с губ старика, трое мужчин рванули со своих мест в его сторону, одновременно вскидывая руки и творя заклинания. Сорвавшиеся с их пальцев магические потоки, превратившись в металлические цепи, примотали ухмыляющегося жреца к креслу, на котором он сидел.

— Что ж, похоже, моя слава дошла и до этих мест, весьма лестно, — расхохотался тёмный, — но прежде чем развеять меня пеплом по округе, советую всё таки выслушать, тем более это напрямую касается не только девушки, но и вас всех.

После забега по крутой лестнице и выжженной поляне, ноги просто гудели от усталости, а в теле чувствовалась ломота, от боли в натруженных мышцах, поэтому сев в кресло, я прислонилась к спинке, на минуту закрыв глаза, чтобы восстановить дыхание, тем самым пропустив момент, когда в седовласого старца полетели заклинания. Лишь заслышав звон цепей и зловещий хохот жреца, встрепенулась, возвращаясь в реальность.

— Если вы и дальше будете так реагировать на каждое моё слово, то разговора не получится, — отсмеявшись, промолвил старик. — Заметьте, я мог назваться любым именем, но изначально предпочёл честность. И чем вы мне за это отплатили? Мда-а, драконы и такт не совместимы.

— Не ворчи, старик, — прервал его лорд Дайран, — тем более комфортным креслом я тебя обеспечил.

— Да, но хотелось бы к этому креслу в придачу всё-таки чашечку чая, а не моток стальных цепей, — усмехнулся тот.

— А чего ты ждал, когда твоим именем уже пугают непослушных детей? — хмуро ответил лорд Витар. — Тем более тебя сюда не звали.

— Не звали, согласен, — кивнул тот, скрипнув зубами, — но пару часов назад я почувствовал, присутствие в этом мире родственной силы, и подумал, что наконец-то вернулась моя дочь. Я прибыл сюда, думая, что Элерейн захватил её в плен, каким-то образом отыскав на Терре, но никак не ожидал, что вместо дочери встречу девочку, из-за которой её потерял.

— Какую девочку? — не понял лорд Дайран.

— Её, — ответил тот, кивком указав в мою сторону.

— Каким образом Доротея связана с твоей дочерью, — ещё больше нахмурился мужчина, не видя логики в словах старика.

— Доротея — никаким, — промолвил жрец, переводя взгляд с лорда Дайрана на меня, — а вот леди Аделина, присутствующая здесь, очень даже связана. Или ты не слышал, каким именем называл её Энрион, там на поляне? Мальчишка уже догадался обо всём, но вот поделиться с тобой информацией, похоже, не успел. Познакомься Дайран, эта девушка твой первенец, одна из двух близняшек, родившихся двадцать три года назад у твоей жены.

От услышанного сердце пропустило удар, дыхание перехватило, а в глазах потемнело. Навалившаяся усталость давила на плечи непомерным грузом, казалось, что ещё мгновение, и я уже просто не выдержу подобного давления. Всё новая и новая информация сыпалась как из рога изобилия. И если час назад я просто жаждала ответов на свои вопросы, то сейчас уже хотелось заткнуть уши и ничего не слышать, чтобы не сойти с ума от всех сюрпризов, которыми сегодня щедро одаривала меня судьба, видимо, решив отыграться за все годы спокойной жизни. Но сейчас для меня это было непозволительной роскошью, поскольку, чтобы здесь выжить, я должна знать, а чтобы знать, я должна слушать.

— Что за бред ты несёшь старик? — взревел мужчина, сжав кулаки. — Я изо дня в день наблюдал за развитием своей дочери, и в утробе она была одна.

— Глупец, — фыркнул седовласый жрец, — ты видел то, что было нужно нам: Айлин постаралась на славу. Моя девочка превосходно владела ментальной магией, и, находясь рядом с твоей женой, внушала окружающим то, что считала нужным. Или ты не помнишь темноволосую красавицу, компаньонку своей жены, которую сам принял на работу, и за которой тайком пытался ухаживать?

Судя по побледневшему лицу, лорд прекрасно всё помнил.

— Но зачем? — мужчина уже кричал, не в силах справиться со своими эмоциями. — Зачем нужен был весь этот фарс?

Подобные откровения были последней каплей моего терпения. Внутри словно лопнула натянутая струна, которая удерживала меня, заставляя находиться здесь и сейчас, и не позволяя совершать глупости.

Осторожно встав с кресла, я, воспользовавшись тем, что всё внимание присутствующих сосредоточено на седовласом старике, вышла из беседки, хватая ртом воздух и не в силах надышаться.

Я устала, я так устала, что уже не было сил удерживать рвущиеся из груди рыдания. Устала от всего — от этого мира, от этой магии, от информации, избыток которой буквально разрывал голову…

Зажав рот рукой, чтоб не разрыдаться в голос, я побежала, желая оказаться как можно дальше от этого места, но не успела преодолеть и пары метров, как неведомая сила, подхватив меня, приподняла над землёй.