Глава 15. В паутине интриг

Снег все еще шел, покрывая траву и листву. Впрочем, Алексе это не доставляло никакого дискомфорта. Несмотря на легкое платье, ей не было холодно.

В руках поджидающих ее людей была переносная лампа, но зажгли ее явно совсем недавно, и то только для того, чтобы дать ей сигнал.

«Если что, Вредина меня отсюда вытащит!» — попыталась успокоить она сама себя и, боясь передумать, спешно шагнула навстречу мужчинам.

Те моментально встрепенулись, хватаясь за оружие. Секунда — и у ее горла замерли острия двух шпаг.

Она оцепенела, боясь пошевелиться. Сердце гулко стучало. Она уже набрала в грудь воздуха, чтобы призвать хатша, произнеся нужное слово, но тут на лице мужчин наконец мелькнуло облегченное узнавание.

— Княжна ТагКартен, — оба как по команде убрали шпаги, — не стоило так подкрадываться.

Одного из них Алекса видела впервые. Невыразительные черты лица, серая одежда, средний рост. Пожалуй, попроси ее описать этого человека, и она не смогла бы придумать лучшего эпитета, чем «обычный». Такой легко смешается с толпой, и увидев его раз — тут же забудешь. Самое то для заговорщиков.

— Позвольте представиться, — он изобразил легкой полупоклон, — я Жук.

— Это ваше настоящее имя? — с сомнением переспросила девушка, поглядывая на третьего присутствующего. Уж он-то в представлении не нуждался.

— Имеете что-то против жуков? — усмехнулся носитель необычного имени.

— Княжна ТагКартен. Вы позволите? — второй заговорщик оттеснил первого и склонился, подцепляя ее руку и прижимаясь к ней губами в церемониальном поклоне. — Прошу прощения, что пришлось вытащить вас из замка таким варварским способом. Но вы единственная, кто мог нам помочь.

— И чем я могу вам помочь, Ваше Высочество?

Перед ней действительно стоял наследный принц Вертморта. Пусть один-единственный фонарь, который они держали в руках, и не позволял хорошенько разглядеть его, но сомнений быть не могло. Перед ней был единственный сын короля и королевы — Иверт.

Ох, как же прав был Альдар, когда не хотел вмешиваться во все эти склоки и интриги! Если бы она могла, она бы прямо сейчас забрала маму, брата, и уехала бы от дворца и его обитателей как можно дальше.

— Вы нам уже помогли, — улыбнулся принц и вдруг потянулся рукой к складкам ее платья.

Алекса визгнула, шлепая его по ладони. Нахал! Она мужняя жена, вообще-то!

Но принц лишь неприятно усмехнулся, вытащил из кармана ее платья маленький пузырек с прозрачной жидкостью и тут же передал Жуку.

— Да, определённо, очень помогли. А теперь не смею вас задерживать. Надеюсь, наша маленькая встреча останется в тайне.

— Что это? — Алекса обескураженно смотрела то на принца, то на его странного сообщника. — Как это оказалось у меня в кармане?

— Сколько вопросов, — улыбнулся принц. — Но, знаете, что я хочу вам сказать. Я здесь не просто так. А для того, чтобы вы поняли, что вы и ваша семья в полной безопасности. Ваш… муж никогда прежде не вмешивался в политику, и поэтому мне бы хотелось, чтобы так было и впредь. Вертморт сам по себе. Север — сам по себе. Но мы вполне можем с вами быть добрыми соседями.

— А что насчет моего отца? — Алекса пыталась уловить скрытый подтекст в речи принца. Он что, только что предостерег ее от того, чтобы вмешивать Альдара в дела заговорщиков? — Я о той записке, которую вы мне прислали.

— А что не так с вашим отцом? — Иверт вежливо приподнял брови, изображая любезность. — Он, должно быть, покоится на вашем семейном кладбище?

— Эм… — от удивления девушка буквально потеряла дар речи.

Да, Александрина, как же тебе все-таки далеко до местных интриганов!

— Что ж, раз мы друг друга поняли, то позвольте мне еще раз заверить вас в вечной дружбе и признательности. Как только я стану королем, то вы можете полностью рассчитывать на мою благосклонность в любых вопросах.

— Спасибо, — девушка буквально заставила себя улыбнуться, а затем отступила на шаг, прошептав, — пожалуй, мне пора обратно.

Стоило ей произнести последнее слово, как она снова очутилась в комнате.

Первой мыслью было сбежать из дворца. Так далеко, как это только возможно. Принц в числе заговорщиков? Такого поворота она точно не ожидала.

Мало того, ее и саму, похоже, сделали частью заговора. Что за флакон оказался спрятан у нее в кармане? И кто его подложил?

Это мог быть кто угодно из гостей на балу, невзначай прошедший мимо. Мог оказаться Ингольф, с которым она танцевала. Или даже… мама.

Нет, конечно, мама не может оказаться тем, кто подложил флакон, но, вместе с тем, она и от отца не ожидала, что тот свяжется с заговорщиками!

С такими невеселыми мыслями Алекса решила ложиться спать. Но, как назло, шнуровка корсета на новом платье была слишком плотной. Нужно было позвать слуг, чтобы кто-то помог ей освободиться от наряда.

Девушка хотела выйти в коридор, но дверь оказалась заперта. Мать Всеблагая, что за невезение!

В итоге, Алекса просто забралась на кровать прямо поверх покрывала и устало положила голову на подушку.

Казалось, стоило ей только закрыть глаза, как кто-то уже тряс ее за плечо, рядом слышался лай собаки.

— Княжна, просыпайтесь!

Алекса беспомощно приподнялась, пытаясь понять, в чем дело. Рядом с ней стояли прежде не знакомые ей стражники. Кажется, одного из них она видела в день знакомства с королевой, но не была уверена, что это тот же. А у входа в ее комнату лаяла собака.

Собака?! Мать Всеблагая, что происходит?!

— Что тут происходит? — проснуться получилось на удивление быстро.

Алекса вскочила с кровати, спешно поправляя платье и волосы. Первая мысль, почему-то, была о том, что случился пожар и надо бежать. Вот только стражники никуда не спешили.

— Расступитесь, мужланы! — подчиняясь раздавшемуся из-за их спин зычному окрику, охрана расступилась, и в комнату величественно вошла королева.

Девушка облегченно выдохнула. Сейчас Ее Величество все ей объяснит. Но женщина на удивление не выглядела такой же доброжелательной, как и всегда.

— Дитя мое, ты знаешь, что вчера кто-то пытался отравить короля? — испытующе поглядывая на ее лицо, спросила она.

— Прямо на балу?! — охнула девушка, все еще не понимая смысл странной процессии.

— Докторам удалось опознать яд. И сейчас мы ищем отравителя. Ты не против? — королева мотнула головой в сторону собаки.

— Нет, конечно, — легкомысленно разрешила Алекса, и только потом до нее дошел смысл сказанного.

Флакончик, который ей подбросили и который забрал принц! Неужели это и была отрава?!

С замершим сердцем она смотрела на то, как собака, принюхавшись, подходит к ней и усердно обводит носом платье. Прежде ей никогда не приходилось слышать, чтобы гончих использовали не только для охоты, но и для поиска чего-либо. Хотя, если вдуматься, то если пес способен учуять дичь сквозь сотни метров лесной чащи, то вполне логично, что и следы яда он может узнать.

Отстранившись, собака села и громко гавкнула, явно подавая сигнал своему хозяину. Один из присутствующих солдат подошел и что-то шепнул королеве на ухо.

— Животное учуяло следы яда на твоем подоле, — хмуро произнесла женщина. — Ты можешь это как-то объяснить?

Алекса круглыми глазами посмотрела вокруг. Мда… и что ей делать? Признаться, что да, яд был, но его забрал наследный принц? Который выманил ее из замка запиской о ее отце, бывшем шпионе при дворе Его Величества, который сейчас притворяется скоропостижно умершим?

Неожиданно со стороны кровати, на которой спала девушка, раздался звучный раскатистый смех.

Головы всех присутствующих резко обернулись туда. Развалившись на подушках, полусидел Альдар. На нем вновь были привычные черные брюки и простая рубашка, из вчерашнего наряда осталась лишь серебряная корона.

Стражники переглянулись между собой, не решаясь вытащить оружие.

«Трусы!» — мстительно подумала Алекса. Она прекрасно помнила, как дворце на нее уже наставлялись шпаги.

— Повелитель Севера… какой сюрприз, — разом изменившимся голосом пролепетала королева Ирма.

— Почему же? Не ожидали увидеть меня в постели собственной жены?

Охрана на этих словах стушевалась еще больше.

— Мы ни в коем случае не собирались вас беспокоить… — Ее Величество с каждой секундой бледнела все больше и больше. — Это все… собака.

Она страшными глазами посмотрела на того стражника, который держал веревку, привязанную к ошейнику пса, и тот, моментально поняв намек, потащил собаку прочь из комнаты.

Королева нетерпеливо махнула рукой, процедив сквозь зубы:

— И вы тоже, мужланы! — остальные присутствующие стражники моментально последовали примеру.

Подождав, пока все скроются за дверью, женщина, старательно удерживая на лице дружелюбную улыбку, буквально пропела.

— Должно быть, это какое-то недоразумение.

— Разве? — Ледяной весело обернулся к Алексе. — Давайте, чтобы не было недомолвок, все-таки спросим у моей благоверной. — Александрина, поведай нам. Ты пыталась отравить Августа Четвертого?

Все, что могла в этот момент сделать Алекса, это только лишь потрясти отрицательно головой и выдавать короткое:

— Нет.

— Вот видите, — Альдархин слегка приподнял одну бровь, и от этого, казалось бы, незначительно жеста королеву весьма ощутимо передернуло.

— Я, пожалуй, не буду мешать влюбленным, — задушенно кашлянула та, пятясь назад.

— И да, на будущее, — окликнул ее Альдар, — учтите, что яд — это кто-то… не серьезно.

Он поморщился и покачал головой, показывая все отношение к тому, кто использует яд в качестве оружия.

— Моей жене, чтобы убить кого-то, достаточно попросить. Меня. А мне, в свою очередь, достаточно щелкнуть пальцами.

Он демонстративно свел средний и указательный пальцы вместе.

— Вот так.

В напряженной тишине комнаты прозвучавший щелок показался громом. Ирма Хагинская втянула голову в плечи и судорожно кивнула.

— Всего доброго, — выдавила из себя перепуганная женщина, прежде чем последовать примеру стражи и так же убраться из комнаты.

Александрина проводила ее взглядом и, тяжело сглотнув, обернулась на Альдархина. Тот все так же полусидел, облокотившись на подушки, и смотрел прямо на нее.

— Рада… тебя видеть, — когда Алекса произнесла это, фраза показалась ей до невозможности глупой, и она невольно покраснела.

Альдархин же просто продолжал смотреть на нее немигающим жутким взглядом и молчать.

Так и не дождавшись ответной фразы с его стороны, Алекса, осторожно переминаясь с ноги на ногу, сделала нерешительный шаг вперед. Затем еще один, и опустилась на краешек кровати.

— Спасибо. Ты, кажется, снова меня спас.

— Я вот смотрю и думаю, ты и впрямь такая дурочка, что умудрилась вляпаться в чужие интриги, или действительно пыталась убить старину Августа? — задумчивым тоном выдал Альдар. — Я, наверное, предпочел бы второе. Да, определённо, стремление к разрушению я понять могу, а вот глупость…

Вся благодарность слетела с нее, как листва в осенний день. Это она дурочка? Ну, может быть, она действительно где-то действовала глупо и чересчур импульсивно, но это не дает права этой замороженной рыбине говорить с ней подобным образом!

— В следующий раз, как я и сказал, — продолжил, между тем, Ледяной все тем же убийственно спокойным тоном, — задумаешь кого-то убить — предупреждай.

— Что? Поможешь? — нервно усмехнулась она, пытаясь унять ту бурю, что поднялась в душе.

Ледяной неопределённо повел бровью, и на Алексу это сработало буквально как красная тряпка на быка, она не выдержала, выхватила из-под руки Ледяного подушку и что было силы запустила ее прямо в повелителя Севера.

— Идиот!

Слезы брызнули из глаз, она подскочила на месте, рванула в сторону двери. Как так произошло, что она врезалась в него прямо на полном ходу, оказалась зажата в крепких мужских руках?

— И куда же ты собралась? — прошипел он ей на ухо, не давая двинуться с места.

Предательские слезы не желали останавливаться, Алекса бессильно шмыгнула носом и, чтобы хоть как-то скрыть свою слабость, просто уткнулась лицом в грудь Альдара. Пусть он считает ее дурочкой, но так не хотелось, чтобы он сейчас видел ее слезы, чтобы понимал, что его слова задевают ее куда сильнее, чем она пытается показать.

— Отпусти, — буркнула она, безуспешно пытаясь заставить голос оставаться твердым.

Мать Всеблагая, как же не хотелось, чтобы он отпускал. В этот момент она была согласна терпеть все его насмешки, отстранённость, только бы Альдар просто был рядом, обнимал…

Горло скрутило болезненным спазмом, стоило ей ощутить легкие поглаживания по спине. Невесомые, почти незаметные. Так гладят дикого зверя, когда боятся вспугнуть.

Пришедшая на ум ассоциация заставила поднять глаза, сверху на нее смотрели две прозрачные льдинки глаз дракона. Внимательно, словно пытались что-то уловить.

— Хочешь, чтобы я ушел? — тихо, очень тихо прошептал дракон.

Но она услышала.

— Нет. Не уходи, — в доказательство своих слов она что было силы вцепилась в его рубашку.

Как же странно. Еще секунду назад ей хотелось остаться одной, и вот один только взгляд, и желание сменилось на противоположное.

— Не уйду, — Альдар осторожно склонился к ее уху, и от его дыхания по спине пробежали приятные мурашки, — пока сама не попросишь.

Это словно послужило сигналом, кодовым словом. Ее муж был здесь, рядом с ней, и он обнимал ее и хотел.

Алекса сама потянулась к его губам, пьянея от собственной смелости, принялась сама расстёгивать пуговицы на его рубашке, пытаясь добраться до обнаженного тела.

— Моя княжна… — пробормотал мужчина с затаенной нежностью в голосе, целуя ее в щеки, шею, ключицу, — хорошая моя…

И от этого «моя» замирало сердце, а низ живота наливался тягучей тяжестью. Тело определённо хотело большего, чем даже самые нежные поцелуи объятия.

А потому, покончив с рубашкой, Алекса уверенно расстегнула ремень брюк.

Она словно боялась, что Ледяной может исчезнуть в любую секунду, или передумать, или вновь обвинить ее в том, что она любит Саймона, или еще случится какая-нибудь подлость…

Быть может, если она сама будет действовать чуть смелее, то мужу это понравится, и он больше не оставит ее на столь долгий срок?

— Тише, все хорошо, — повелитель Севера, кажется, уловил ее нервозность и успокаивающе погладил по щеке, — я тебя не обижу. Расслабься.

Но несмотря на возбуждение, несмотря на жаркие поцелуи, страх враз лишиться всего этого не отпускал. Как и не отпускало опасение снова сказать или сделать что-то не так.

Она слышала о том, как иногда мужчинам дарят особые ласки. Может быть, и ей стоит попробовать?

Решившись, она осторожно опустилась на колени, потянувшись руками туда, где сейчас намеревалась попробовать дотронуться губами.

— Если можно… я хочу… — сбивчиво прошептала она и тут же почувствовала, как рука мужчины зарылась ей в волосы, вынуждая задрать голову и посмотреть наверх.

— Я должен взять свои слова назад, — хрипло произнес он, и в первый момент Алекса испугалась. Что она опять сделала не так? Неужели Альдар вновь отстранится?

Но вместо этого он вдруг призвал магию, и снежный вихрь моментально перенес их на кровать.

— Кажется, из нас двоих дурак — это я, — Ледяной оказался сверху, и с этими словами он страстно впился ей в губы поцелуем.

— Платье… — попросила Алекса, и мужу оказалось достаточно лишь взмахнуть рукой, чтобы оно исчезло, рассыпавшись на тысячу снежинок.

До чего же полезная эта штука — магия!

Момента единения не пришлось долго ждать. Они оба слишком хотели этого, и, кажется, оба слишком боялись потерять то, что было между ними сейчас.

Когда наслаждение вспыхнуло, заставив обоих выгнуться навстречу друг другу, Алекса не выдержала и прошептала то, что безостановочно крутилось у нее в голове:

— Пожалуйста, не отпускай меня больше. Я не хочу уходить.

— Я, конечно, сказал, что я дурак. Но ведь не настолько, — усмехнулся ей на ухо Альдар, и от этой теплой усмешки на душе наконец стало спокойно.

Хотелось прижаться еще теснее и закричать о том, что она любит этого вредного, иногда отстранённого, иногда холодного, но, вместе с тем, такого родного мужчину.

А любит ли он ее? Помучавшись несколько минут, Алекса так и не смогла решиться признаться первой.

Понежившись еще какое-то время в объятиях друг друга, они наконец отстранились. Алекса поднялась, чтобы подойти к окну и выбрать себе новое платье по погоде. Но стоило ей взглянуть в окно, как вся расслабленность тут же сменилась испугом.

Королевский сад было не узнать. Он был полностью покрыт снегом, с деревьев слетели листья, но самое страшное было не это. А несколько человеческих фигур, которые замерли в нелепых позах.

Мать Всеблагая, что происходит?!

— Что это?

Альдар тут же оказался рядом, нахмурившись вглядываясь за окно.

Алекса закусив губу с тяжелым сердцем прислушалась — никого не слышно. Ни за стеной, ни на улице.

Девушка сорвалась резко с места и кинулась прочь из комнаты.

— Прямо так? — Услышала она недовольный голос дракона, а уже секунду спустя ощутила на теле легкое покалывание — магия окутала ее, обращаясь в простое светлое платье, но любоваться им времени не было.

В коридоре было пусто и… морозно. Покрытые инеем стены, заледеневший пол. Алекса бросилась в сторону ступенек, скользя босыми ногами по наледи, сбежала на два пролета вниз. Там должно было быть подсобное помещение, где собирались слуги и всегда кто-то был.

Первое, что она увидела — это застывшую с кастрюлей в руке кухарки. Тело женщины покрывала плотная корочка льда, остекленевшие глаза смотрели перед собой.

Алекса взвизгнула, пятясь назад и в итоге наткнулась еще на одного замкового служащего, должно быть тот облокотился на стену, и о чем то болтал с кухаркой.

— Не может быть… — Ужаснулась она, стараясь не думать о самом плохом.

Ноги сами понесли ее к апартаментам выделенным ее матери. Руки тряслись, а ноги буквально подкашивались. Она уже предвидела, что увидит, когда толкнет дверь, как вдруг прямо перед ней, перегораживая путь возник Альдар:

— Не надо. — Хрипло произнес он, — Не ходи туда.

— Я должна увидеть. — Она уже понимала, что и мама и Кевин так же подверглись заморозке, но пока она их не видела, в душе все равно жила глупая иррациональная надежда.

Альдар покачал головой, вынося этой самой надежде приговор.

— Они там? Они тоже заледенели? — Со слезами в голосе спросила девушка. — Так разморозь их!

Истерично крикнула она, до боли вцепляясь руками в волосы.

Это все она виновата. Пыталась спасти семью, а в итоге погубила не только их, но и все королевство. Что же произошло?

— Я уже пытался… извини.

— Нет, не может быть… попробуй еще раз! Альдар, ты ведь уже делал так раньше. Пожалуйста, попытайся! — Силы оставляли ее с каждым словом.

Альдар обхватил ее за плечи, прижимая к себе.

— Мне нужно время, что бы понять, как так вышло. Прошу тебя, успокойся, я все исправлю. — Успокаивающе шептал он ей на ухо, поглаживая по спине.

Слезы градом текли по щекам, но она их не замечала. Там за стенкой ее маленький братик, а она ничем не может ему помочь. Более того, она сама же виновата в том, что случилось… Если бы она только сразу рассказала Альдархину о том, что говорил ей призрачный дракон.

— Обещаю, все будет хорошо. Мне нужно немного времени, чтобы разобраться.

— Это я виновата.

— Не говори глупостей, это из-за моей магии. Но раньше она никогда не вела себя подобным образом…

— Дело не в твоей магии. Вернее, не только в ней, — Алекса всхлипнула, стараясь восстановить дыхание, но получалось с трудом. — Я видела дракона в ритуальном зале, он предупреждал, что не стоит уезжать с Севера.

Последние слова потонули в приглушенных рыданиях. Алекса уткнулась в грудь Ледяного. Второй раз за день она плакала у него на плече. Не так она себе представляла их примирение.

— Подожди… кого ты видела? Ты про мой замок?

— Я пошла туда после нашей ссоры… уже и не помню, зачем. И увидела дракона, сидящего на большом священном камне. Я пожаловалась ему на тебя, на то, что ты хочешь отправить меня на юг… — Алекса подняла виноватые глаза, хотя понимала, что дело не только в ней. Если бы не было той дурацкой ссоры, то ничего бы не произошло.

— Алекса, повтори точно, что он тебе сказал, — с каждым ее словом Ледяной мрачнел все больше и больше.

— Сказал, что не стоит уезжать с севера, что это принесет одни беды. Кажется, это, я плохо помню.

Ну вот! Она еще и совершенно ничего не помнит, а если это важно? Если слова флегматичного ящера могли бы помочь ей разморозить родных и любимых? От осознания собственной беспомощности и бесполезности слезы покатились только быстрее.

— Кто он, Альдар? Какой-то дух? Он может нам помочь? Мы должны их всех спасти, пожалуйста!

Сколько в замке народу? Фрейлин, членов королевской семьи, стражи, слуг, членов совета, министров? Человек двести? Триста? И все они застыли между жизнью и смертью, потому что она приставала к владетелю и соблазнила его прямо в выделенных ей покоях.

Почему-то сейчас собственные действия представали в исключительно дурном свете. А еще до дрожи пугала мысль о том, что замок может быть не единственным местом, которое замерзло. Что если целое королевство перестало существовать? Да уж, заговорщики могут быть довольны — захватить Вертморт сейчас — раз плюнуть.

Кто помешает чужеземной армии войти и просто разбить ледяные статуи всех неугодных, а остальных перенести в темницы?

— Дай мне полчаса. Побудь пока здесь, хорошо? Я вернусь на Север, кое-что сделаю, а потом мы снова попробуем спасти твоих родных, договорились?

Алекса отрывисто кивнула, отступая от мужа на шаг. Стоило ему исчезнуть, она вновь подошла к двери, отделяющей ее от мамы и Кевина. Несколько минут поколебавшись, она все же не решилась войти, чтобы увидеть все собственными глазами, и просто сползла по стенке, давая волю слезам.