20

Я пришла в себя резко, уловив неприятный запах. Открыла глаза и, когда туман перед ними рассеялся, то увидела человека, который не так давно приносил пакеты с подарками и продуктами от Булатова.

— Все нормально? Сколько пальцев? — он показал два пальца, я перевела рассеянный взгляд ему в лицо и спустя небольшую паузу ответила правильное число.

Оперлась ладонями о кровать и приподнялась. Голова сильно кружилась и чувствовала я себя разбитой и слабой.

— Дети! Где мои дети? Тот мерзавец говорил, что они в соседней комнате… — тихо прошептала я.

Я встала на ноги, но меня сильно пошатнуло. Ощутив мужские руки на своей талии, я вскрикнула от ужаса.

— Тише, — услышала твердый мужской голос. — Я просто пытаюсь помочь тебе устоять на ногах, — но эти слова мало успокаивали. — Я не причиню вреда. Уверена, что можешь идти?

Я быстро кивнула и, справившись с приступом дурноты, решительно направилась в сторону двери, намереваясь найти своих детей. Все движения давались с трудом, но пока адреналин разгонял кровь по венам, мне точно хватит сил забрать Надю с Максом и покинуть стены этого неприятного места.

— Меня Павел зовут. Я человек Булатова, меня можешь не бояться. Вить, — он позвал парня, который стоял неподалеку. — Головой отвечаешь за нее и детей, я спущусь пока на второй этаж. Детей забирайте и в машину их всех веди, — распорядился он и перевел на меня невозмутимый взгляд. — Ты можешь нам доверять. Тебя и детей больше никто не тронет, поняла? — я переводила заторможенный взгляд то на названого Павла, то на Витю, и спустя несколько секунд кивнула.

Неужели весь этот кошмар и в самом деле позади, а Булатов, как и обещал, помог нам?

— Вот и хорошо. Витя, — он отошёл от меня и кивнул парню в мою сторону и я услышала его грузные шаги.

— Что вы сделали с Игнатом? — спросила я.

Кем был этот Булатов, которого в узких кругах бандиты, подобные ему, называли мужчину странным прозвищем Глыба? Такой же безумец, как и подлец Большаков?

— Пока ничего, вырубили пару его ребят и вызвали полицию, — ответил парень.

Я вышла из комнаты слегка пошатываясь, у меня сильно кружилась голова, но желание увидеть детей и убедиться, что с ними все хорошо было слишком велико. Окончательно успокоюсь лишь тогда, когда обниму Макса и возьму Наденьку на руки.

Из соседей комнаты доносился до боли знакомый плач, я бросилась к двери, но она была заперта.

— Отойдите! — приказал Витя и подошёл к двери.

Уверенным движением ноги он вынес дверь и я увидела Надю и Максима. Дети сидели в углу комнаты и жались друг к другу. Мой мальчик держал сестрёнку на руках и пытался ее успокоить, она вздрагивала всем своим крошечным тельцем, прижимаясь к нему и звала меня. Мое сердце готово было разорваться в клочья от этой сцены, я со всех ног бросилась к детям, позабыв о боли, позабыв обо всем на свете. Господи, все это время их как заложников держали одних за закрытой дверью? Какой же Игнат мерзавец!

— Мама? — в голосе Максима послышались радостные нотки. — Мамочка! — я обнимала детей и прижимала к себе, целовала их и из моих глаз текли слезы радости, что с ними все хорошо. Я подхватила Надюшу на ручки.

— Тише, мои хорошие, я здесь… Я больше никому вас не отдам. Тише… — успокивала я плачущих детей.

— Мам, у тебя губа сильно разбита… — дрожащим голосом произнес сын.

— Ничего, все это мелочи, — и это действительно было так. — Теперь все будет хорошо, — заверила я Максима.

— Идемте в машину, — скомандовал стальным голосом Витя.

— Идемте, — я кинула ему в ответ и опустив лицо, взглянула на встревоженного Максима. — Это хороший человек, — сказала ему и погладила Надю по спинке, успокаивая девочку. — Он нам поможет уйти отсюда и вернуться домой.

Даже представить страшно, что пережили мои дети. А если бы не люди Булатова, то Максим и Надя остались бы в этой комнате одни, пока этот подлец ублажал себя… Какой негодяй! Это ведь были маленькие дети! Их нельзя оставлять без присмотра одних!

Мы шли немного позади мужчины, и когда проходили второй этаж, то услышали строгий голос Павла. Мысленно я запретила себе смотреть в сторону комнаты, в которой собирался насиловать меня Игнат, понимая, что картина меня ждала не из приятных, но в последний момент не выдержала и повернула голову.

— Не стоит смотреть по сторонам, — окликнул меня Витя, заметив испуг в моих глазах. Игнат лежал на полу, уткнувшись лицом в пол, а его руки были заведены за голову, как у самого настоящего преступника, каким он и являлся. — Все страшное позади. Дети у вас, все остальное — это наши проблемы.

На выходе я заметила несколько человек, которые лежали на земле с разбитыми лицами. Первая мысль какая пронзила меня и заставила ужаснуться — этих людей убили. Судорожно всхлипнув, я прикрыла глаза. Я представить себе боялась масштабы катастрофы. И была очень благодарна Булатову, что ему удалось ее предотвратить.

Витя проводил нас до большой черной машины и открыл заднюю дверь. Я подождала, когда Макс заберется внутрь и с Надюшей залезла следом, располагаясь на заднем сиденье. Витя сел за руль и машина резко сорвалась с места, унося нас подальше от всего пережитого кошмара.

Мужчина постоянно молчал, но я и не собиралась вступать с ним ни в какие диалоги, мне просто хотелось побыстрее оказаться дома. У меня совершенно не было ни на что сил, тем более на разговоры. Но заметив, что мы выехали за пределы Питера и направились в сторону Пушкина, я начала крутить головой, не понимая куда он нас вез.

— Разве мы едем не домой? — спросила я слабым голосом, ощущая новую волну страха и паники.

С меня хватит на сегодня страшных потрясений, я хотела оказаться в своей и квартире и закрыться на все замки, чтобы прийти немного в себя и успокоить детей.

— Нет, мы едем в загородный дом Глеба Александровича. Это его распоряжение. Вам и детям больше не угрожает опасность. Вы можете ни за что не беспокоиться.

— Что? — потрясенно выдохнула я.

— Да, на даче прекрасный воздух, много чистого снега… Не переживайте. Вам с детьми там будет хорошо.