Глава 35

— Хорошо, — Волдер не стал спорить, все еще с удивлением поглядывая на чернильницу, которую я ему выдала. — Кофе?

— Остин уже варит, — нервно улыбнулась я. — Спасибо.

— Хорошо, — повторил мужчина. — Тогда пойдем. Познакомлю тебя с Мираникой, только… кхм, как бы это сказать… Остров ее изменил. Очень.

Я не знала его сестру «до», так что мне не с чем было сравнивать. Да и явно травмирующий опыт проживания на острове в роли пленницы не мог не нанести отпечаток на личность. Готовилась я к самому худшему.

Волдер жестом предложил подняться на второй этаж, провел коридором к самой дальней двери и так же жестом попросил подождать снаружи. Медленно приоткрыл дверь в практически полностью погруженную во тьму комнату и сделал первый шаг.

— Мираника? К нам гости.

— Твоя художница? — тихий и скрипучий голос. — Хорошо.

Лорд Митчел шире открыл дверь, пропуская меня внутрь небольшой комнаты, где из освещения было лишь слабое пламя в камине.

Плотные шторы на окнах не пропускали ни единого луча заходящего солнца. А из мебели имелись лишь небольшой столик и пара кресел у того же камина. Сестра Волдера устроилась в одном из них, забравшись на сиденье с ногами и укутавшись в теплый плед. Женщина дрожала.

Даже в таком скудном освещении несложно было отметить болезненную худобу, темные пятна на щеках и руках, блеклые тонкие волосы, которые, кажется, слишком долго не знали расчески.

— Мне больно на свету, — каркающим голосом проговорила женщина, будто оправдываясь.

— Меня зовут Ярослава, — невпопад отозвалась я, мысленно пристыдив себя за разглядывание пострадавшей от рук инквизиции чародейки. — Мне очень приятно познакомиться.

Мираника расхохоталась кашлем и тонкой рукой махнула в сторону свободного кресла.

Чувствуя себя не в своей тарелке, я осторожно прошла к предложенному месту, села на край, будто собиралась сбежать в любую минуту.

— Ярослава хотела поговорить с нами и задать волнующие ее вопросы, — тихо произнес Волдер, шагнув следом и остановившись у спинки моего кресла.

И от его близости стало как-то спокойнее. Не так тревожно, что ли.

— И о чем же хотела спросить твоя художница? — Мираника смотрела прямо на меня большими темными глазами, но будто не видела вовсе.

— Я… — голос резко осип, и мне пришлось брать себя в руки. — Не касаемо всего этого дела, я бы хотела узнать… Мираника, вы случайно не встречали на том острове женщину по имени Ильза?

Это был опасный вопрос. Волдер по-прежнему думал, что Ильза — моя сестра. Не знаю, в курсе ли Митчел, куда она пропала, но хочется верить, что не подставлю своим вопросом детей. Я обязана выяснить хоть что-то о настоящей матери Нетты, Лайна и Эвена. Пусть младшая и говорила, что чувствует, будто мамы нет в живых. Но… если существует хоть какой-то шанс. Или просто воспоминание, которое я потом смогу передать детям о родной маме…

— Ильза, — Мираника покатала это имя на языке. — Ильза-а-а. Не знаю. Не слышала о такой. Нам редко удавалось встречать других. Нас всех держали как зверей.

Она криво усмехнулась и уставилась в пустоту справа от меня. Волдер мягко коснулся моего плеча и ободряюще сжал пальцы.

Ну да, я ведь спросила о сестре.

— Точно! — Мираника воскликнула, буквально подпрыгнув на месте, чем до чертиков меня напугала. — Ильза! Да, знала такую!

— И?..

— Она и года не продержалась, — безэмоционально отозвалась она. — Слишком слабая. В последние годы инквизиция тащит даже тех, у кого всего капля силы.

У меня болезненно сжалось сердце. Значит, Нетта была права.

Пальцы на моем плече стали тверже. Волдер будто старался передать мне все свое сожаление через прикосновение.

— Но вам удалось продержаться дольше? — осторожно продолжила я расспрос спустя несколько мгновений тишины. — Целых десять лет, Мираника…

За те дни, что были у меня на подумать, я перебрала в голове десятки версий произошедшего и возможного развития событий. Одни были радужными, другие мрачными и параноидальными. Этот вопрос родился из последних.

Если маги выживали максимум пять лет, то как Мираника смогла продержаться так долго? Как она смогла вернуться? Сама. Без помощи. Что, если это ловушка? Одна большая и страшная ловушка, в которую мы можем угодить в любую минуту.

— Желание отомстить и не на такое сподвигнет, — сухо проговорила она, выдыхая на каждом слове. — Я не жила, существовала. Мечтала вернуться и вырвать сердце предателю!

Она взвизгнула и замолчала, уставившись на угли.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы сопоставить факты. Волдер говорил, что Миранику сдал Мэв Черный. И его же… она успела полюбить? Заинтересоваться им? Что бы ни связывало в прошлом чародейку и бандита, это было сильным чувством. По крайней мере, с ее стороны.

— Но брат убил его до моего возвращения, — прошептала пересохшими губами Мираника. — Месть свершилась.

— А как вы… выбрались? — задала я следующий вопрос, рожденный все тем же страхом перед ловушкой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ — Маги умирают, когда у них кончается их сила, — безразличным тоном проговорила женщина, натянув плед повыше. — Тело умирает. Меня использовали долго. Очень долго. Говорили что-то о том, что я каким-то чудом умудряюсь пополнять резерв. А потом… все же иссушили. Полностью.

— Полностью? — непонимающе нахмурилась я. — Но вы живы.

— Да, я жива, — Мираника резко повернулась ко мне, прожгла злым взглядом. — Не знаю почему. Может, потому что хотела отомстить Мэву.

Она отвернулась, вновь погрузившись в созерцание тлеющих углей очага.

— Они посчитали, что я умерла. Выкинули вместе с остальными телами в море. Мне спасло бревно, за которое я зацепилась… Не знаю, сколько бы я продержалась, если бы не рыбаки, — она говорила это таким тоном, будто рассказывала о прогнозе погоды. — Они и спасли меня.

— Мне пришло письмо из дальней деревушки на севере королевства, — подтвердил ее слова Волдер. — Я ездил туда. Эти люди до сих пор не понимают, как моя сестра оказалась так далеко от берега. Да еще и в таком состоянии.

Я закусила губу. Значит, остров, который скрывают магией, не так уж и далеко от суши. Как же его до сих пор не нашли? Хоть один корабль да должен был наткнуться на него, какими бы заклинаниями ни укрывали тюрьму для магов.

— Ты правда думаешь, что король не знает о том, что происходит? — шепотом спросила я, повернувшись к Волдеру.

Это был еще один вопрос, ответ на который я хотела услышать. За то время, что мы не виделись, я говорила с Дэрией. Расспрашивала ее про сплетни, которые ходят вокруг храмов Новой веры. Сама я в эту тему не особо была посвящена. Как-то не до изучения религии было за все то время, что я тут находилась.

И подруга подтвердила, что тоже слышала слухи о том, что храмовники слишком уж легко привечают новых адептов веры. Подозрительно.

Как и тот факт, что простой люд слишком быстро отрекся от старых богов. Именно это и породило слухи об артефактах внушения.

В слухи я слабо верила. Зато поймала себя на мысли, что верю Волдеру. Верю в то, что, если мы все сделаем правильно, он сможет что-то изменить. Сможет открыть королю глаза.

— Может ли правитель быть их марионеткой? — дополнила я свой последний вопрос.

Митчел тяжело вздохнул. Его реакция была достаточно красноречива для того, чтобы понять: он не горел желанием отвечать на вопрос. Но все же решился:

— Именно король и попросил меня разобраться в том, что происходит. Подозреваю, что доверенных достаточно по всему королевству, и вместе мы сможем найти убедительные доказательства того, что инквизиция водит корону за нос. Думаю, не я один обратился за помощью к… кхм, магам. Мне кажется, это будет весомым поводом для того, чтобы в будущем пересмотреть отношение к чародеям по всему континенту. Может, не сразу, но…

— Хорошо, — окончательно сдалась я. — Что нам нужно, чтобы ты смог открыть королю глаза на происходящее? Чем я могу помочь?

Лорд Митчел поднял руку, в которой по-прежнему сжимал чернильницу.

— Правильно ли я понимаю, что ты знаешь чары, которые могут переносить предметы? Портальная магия?

Он впервые так явно заострил внимание на том, что я обладательница магии.

— Что-то вроде того, — я раскрылась легко, больше не опасаясь. По крайней мере, не опасаясь Волдера. Этому мужчине я поверила. — Особый ее вид. Придется набраться терпения, чтобы я смогла перенести необходимое. Мираника, что это за вещь?

Сестра графа повела плечами:

— Я долго была там. Долго кормила их своей магией. Была у главного в кабинете несколько раз.

Женщина резко повернулась, вздрогнув всем телом. Посмотрела мне в глаза впервые за все время нашего разговора:

— В кабинете есть сейф. Я видела. Там будет то, что нужно моему брату.

И откуда только такая уверенность?

— Сейф, да? — пробормотала я. — Мне нужно будет сверхдетальное описание этого предмета, Мираника. И ваша помощь.

Кажется, я только что ввязалась во что-то настолько трудное, что простому человеку и не снилось. Но выбор был невелик. Или жить тут, вздрагивая от каждого шороха, или попытаться что-то поменять.

— Пойдем, — Волдер сделал шаг в сторону.

— Мне было очень приятно познакомиться, — обратилась я в последний раз к его сестре.

Мираника не обратила на меня никакого внимания. Закашлялась.

В коридор поместья графа я вышла в смешанных чувствах. Думала о том, что этой женщине не помешал бы психолог. Или даже психиатр. Но, увы, я еще ни разу за время своего проживания тут не слышала о подобных профессиях.

— Кофе готов, — Остин, возникший в коридоре, показался мне существом из совершенно другой вселенной. Каким-то добрым, лучезарным и совершенно не вписывающимся в картину, которую я только что лицезрела. — И ватрушки. Где накрыть стол?

— В малой гостиной, пожалуйста, — распорядился лорд Митчел и повернулся ко мне, когда мажордом поспешил выполнять поручение хозяина. — Я благодарен тебе за помощь, Ярослава.

— Я еще не помогла, — растерянно отозвалась я.

— Но ты согласилась попробовать, — его голос прозвучал мягко. — А это уже много для меня значит. Я не меньше твоего хочу уничтожить эту организацию, пусть сам и не родился с даром. Ты видела, что из-за них стало с моей некогда улыбчивой и веселой сестрой. Ее больше нет.

— Мне очень жаль, Волдер, — прошептала я, не зная, какие вообще слова могут выразить все мои чувства.

— Давай выпьем кофе, — вздохнув, предложил он. — Могу пообещать, что в этом доме тебе ничего не угрожает. Все, что было и будет произнесено в этих стенах, тут и останется.

— Спасибо.

Мне было очень важно услышать эти слова. Но нервозность не ушла, до тех пор пока Остин не подал кофе. И ватрушки.

— А у тебя какие новости? — Волдер рассеял мирное потрескивание камина хриплым вопросом.

— Замоталась, — внезапно хлестко, даже для самой себя, выдала я и еще крепче сдавила пальцами горячую кружку. — Я не жалуюсь, я смогу с этим всем справиться, просто… Просто чувствую себя хомячком в беговом колесе.

— Хомячком в беговом колесе? — нахмурившись, переспросил лорд Митчел.

Интересно, есть ли в этом мире хомяки? Если уж даже к кошкам отношение весьма спорное, то вряд ли кто-то стал бы намеренно заводить существо, отдаленно похожее на мышь.

— Не бери в голову, это я к слову, — неловко улыбнулась я. — А еще мои девочки открывают ателье.

— Цветочек рассказал, — Митчел сделал глоток ароматного напитка, не сводя с меня внимательного взгляда.

— С твоими шпионами мне совершенно нечем тебя удивить! — беззлобно отшутилась я, тут же перехватив его хитрую усмешку.

В комнате повисла тишина. Но в этот раз наполненная теплом и уютом. Мы мирно пили кофе, наблюдая за танцующим пламенем в камине.

— Спасибо. За то, что вызвалась помочь. Это многое для меня значит, — вдруг признался Митчел.

— Для меня тоже, — не стала кокетничать.

Кофе подлейшим образом кончился. Даже в кофейнике. Уходить не хотелось, но порождать новые сплетни в кругу домочадцев желания тоже не было.

— Думаю, мне пора, — приподнимаясь с кресла, произнесла я.

Митчел встал одновременно со мной. Мы замерли друг напротив друга. Каждой клеточкой кожи я вдруг ощутила напряжение, образовавшееся между нами.

— Что насчет свидания? — как-то неожиданно поинтересовался он.

— Когда? — тихо отозвалась я.

— В идеале, сейчас, — Митчел сделал короткий шаг вперед, приблизившись ко мне почти вплотную.

Я ощутила теплое кофейное дыхание, перевела взгляд с его глаз на подбородок и… подалась вперед. Его губы оказались мягкими и нежными, в этом я убедилась, пройдясь по ним языком. В первое мгновение Митчел даже не пошевелился, но уже через секунду взял инициативу в свои руки.

Я сама не поняла, как очутилась в плотных объятиях. Поцелуй стал более глубоким и требовательным, по моему телу забродили мурашки. С губ сорвался тяжелый вздох, ненадолго прерывающий дурман. Именно это и заставило прерваться… Уткнувшись руками в его грудную клетку, я чуть откинула голову и улыбнулась.

— Отличное свидание. Но мне пора. Я зайду завтра вечером, — все так же хрипло произнесла я.

— Я тебя провожу, — тут же отозвался он, вновь подаваясь вперед и беря в плен мои губы.

* * *

Дом встретил шумными посиделками старших домочадцев на кухне. Мия с Анни восседали во главе стола, держа перед собой какое-то письмо. Судя по заломам, бумагу они пускали по кругу минимум раз десятый.

— Яра! Ты вернулась! — Мия вскочила на ноги, протягивая мне листок. — Гляди! Письмо от супруги главы аукционного дома!

Я взяла его в руки и вчиталась. Губы сами собой растянулись в улыбке. Нет, я даже не сомневалась в том, что жене Ричарда понравится то, что сотворили мои девочки, но одно дело не сомневаться, а другое — иметь письменные доказательства.

— Нас будут рекомендовать, Яра! — радостно пискнула Анни. — Она уже сегодня вечером посетила светский раут!

— А у нас совсем мало ткани в наличии, — как всегда деловито добавила Мия. — Хватит на пару платьев, не больше.

— Закупим, — ответила я. — Вы большие молодцы!

— Это все благодаря тебе, — пробормотала Анни.

— Я всего лишь разрисовала ткань. Вы тоже научитесь, — ответила уверенно. — Обязательно отметим вашу победу в течение недели. Уверена, уже завтра вам начнут поступать заказы!

Собственно, так и вышло. С самого утра на пороге нашего дома то и дело топтались юные посыльные. Все требовали свободную художницу Яру, хозяйку ателье «Хендмейд». Миль принимала письма, Анни назначала время для съемки мерок, Мия прикидывала смету. Каждый был при деле, и потому мое участие не требовалось.

Отлежавшись в горячей ванне с чашкой кофе — и надо же было так приобщиться к этому напитку! — я со спокойной душой направилась в пекарню для разрисовки печенья и торта.

Сэм отдал процент с продаж, что набежал за последние пару дней, и выдал краски, изготовленные по моему же рецепту. Работа заняла не больше часа, но к пухлому мешочку прибавилась еще пара-тройка монет. Закончив, я со спокойной душой направилась в дом Волдера.