7

Вечером того же дня Юлия собиралась на встречу с Игорем. Этот высокий парень начал ухаживать за нею еще на первом курсе института, он учился на физкультурном факультете и был двумя годами старше. Быстро уловив, что девушка не питает к нему ответных чувств, он не пытался назначить ей свидание, но танцевал на всех дискотеках только с нею, часто провожал после занятий до дома, иногда звонил, приглашал на соревнования, пока не добился того, что стал считаться другом. Юля с удовольствием общалась с Игорем, могла обратиться к нему за помощью, охотно участвовала в студенческих туристических походах, которые он организовывал. Иногда ей казалось, что их отношения все же выходят за рамки чистой дружбы – Игорь был ей приятен, она гордилась его спортивными успехами и замечала, что многие студентки смотрят на парня с восхищением, а на нее – с завистью, и это ей льстило.

С наступлением беременности Юля порвала отношения со всеми друзьями-студентами, включая Игоря, не подходила к телефону, и ясно дала понять, что ни с кем не желает общаться, так как была обижена на весь мир. Постепенно все смирились с ее решением, кроме Игоря.

Из всех бывших друзей только он пришел к родильному дому и поздравил ее с рождением сына, после чего снова стал ей звонить, ни разу не позволив себе затронуть больную тему – историю появления ребенка. Юля оценила его деликатность, разрешила ему участвовать в прогулках с коляской, не обращая внимания на соседей, которым дала новую пищу для пересудов. Теперь она смотрела на этого крепкого парня совсем иначе, чем раньше, оценила его заново, и перестала относиться к нему как к подружке, вдруг начала смущаться и подбирать слова в разговоре. Только он по-прежнему не пытался к ней приблизиться, как будто боялся поверить в готовность девушки к другим отношениям, и только взгляд выдавал его влюбленность.

В это вечер Юля придирчиво разглядывала себя в зеркале – хорошо ли сидит на ней новый сарафан в синий горошек, удачно ли сочетаются с ним босоножки, сумочка. Прической она осталась недовольна – видимо, Таня права, пора заняться волосами всерьез. Владика забрал в парк дедушка, и Алла Викторовна, всегда немного взволнованная встречей с бывшим мужем, вошла в комнату дочери.

– Неужели Игорь осмелился назначить тебе свидание? – поинтересовалась она.

– Никакое не свидание, нам надо кое-что обсудить. Это касается парка.

– Он мне нравится, и к Владику относится прекрасно. Не пора ли тебе уже определиться? – осторожно сказала Алла Викторовна, боясь нарваться на резкую отповедь. – Время идет, молодость быстро кончается.

– Может, ты и права, – неожиданно мирно отреагировала Юля, – но не могу же я повеситься ему на шею. А он инициативы не проявляет. Ладно, мам, я пойду, он уже полчаса ждет у подъезда.

Игорь с Юлей медленно пошли в сторону парка. Вечер был приятно теплым после жаркого дня, воздух наполнился ароматами цветущих деревьев с легкой ноткой остывающей хвои – в парке среди лип и каштанов росли также сосны и ели, влюбленно ворковали голуби, из ресторана доносилась музыка, и настроение у молодых людей было прекрасное. Юля рассказала Игорю о событиях прошедшего дня, и несказанно удивилась, услышав, что он уже говорил со своим дядей по поводу дежурства милиции в парке. Видно, правильные идеи настолько очевидны, что приходят в головы разным людям одновременно.

– И что он сказал? – затеребила Игоря молодая женщина.

– Примерно то, что и предположила директриса. Но подал неплохую идею. Ты знаешь, что в нашем городе есть институт внутренних дел, там учатся будущие милиционеры, следователи. Вот кто мог бы помочь! Если заручиться согласием их ректора, можно привлечь к дежурствам курсантов, хотя бы в летнее время! Дядя мой с этим ректором смолоду друг друга знают, ну не то, чтобы друзья, но в хороших отношениях. Короче, он пообещал в ближайшее время переговорить и обсудить этот вопрос. Я, со своей стороны, могу предложить курсантам, которые примут участие в дежурствах, поощрение в виде кратковременного отдыха на нашей летней спортивной базе, тем более, что некоторые из них у нас занимаются. – Игорь был тренером по самбо во Дворце спорта. – Самое сложное – это правовой статус таких дежурств. Но это, я думаю, можно решить. Ведь была же когда-то Добровольная Народная Дружина, официальная организация, имела свои штабы. А ректора за хорошую инициативу еще и похвалят.

Юля пришла в восторг и в порыве радости закружила парня за руки и вдруг чмокнула в щеку, сама же смутившись от своего поступка. Игорь тоже был смущен, но не подал виду, только довольно заулыбался.

– А не поесть ли нам мороженого по такому случаю? – осмелел он. – Давай посидим на летней площадке возле «Избы»!

– С удовольствием, – немного лукаво ответила Юля.

Но побыть вдвоем им так и не удалось. По пути к летней площадке их перехватили Таня с маленькой Настей, решили присоединиться к парочке, а через несколько минут их компания была замечена Владиком, гуляющим с дедом. В результате все уселись за столик и заказали соки и мороженое. Сергей Евгеньевич очень любил бывать в обществе Юлиных друзей, и это было взаимно – он умел быть очень веселым и остроумным, а также галантным по отношению к подругам дочери. Сегодня речь шла о парке, о тех усилиях, которые предпринимали молодые мамаши, о новых замыслах.

– Я тоже хочу как-то помочь вам.– задумчиво произнес Юлин отец. – Но не знаю, как.

– Послезавтра суббота, мне уже звонила Роза Давыдовна насчет прически, – сообщила Таня, – смотрите, не забудьте, встречаемся в семь возле фонтанов, и будем караулить мэра. Вот кто действительно может помочь, если захочет!

Вскоре Татьяна с дочкой отправилась домой, Владик ушел в сопровождении деда, и Юля с Игорем остались вдвоем. Они долго гуляли по улицам, а когда подошли к подъезду Юлиного дома, Игорь взял руки девушки в свои ладони и нежно прикоснулся по очереди к каждой кисти, потом провел пальцем по ее щеке, наклонился и… дверь подъезда громко хлопнула, выпуская пожилую женщину с мусорным ведром.

– Ладно, Игорь, я пошла, – заторопилась Юля. – Созвонимся, да ?

Она давно ушла, а Игорь все стоял под ее окнами, не веря своему счастью.

В субботу было пасмурно и прохладно, но без дождя. Необычно жаркий май решил дать людям передышку. Вечером три подруги с детьми чинно прогуливались по аллее возле ресторана «Изба», прислушиваясь к взрывам хохота, доносящимся из зала. Дни стали гораздо длиннее, но в парке уже темнело, у ресторана зажглись фонари. Народу в парке было немного, и дети недоумевали, почему их не ведут домой ужинать. Впрочем, это не мешало им нарезать круги вокруг матерей и прятаться друг от друга за стволами деревьев.

Прошел почти час, а гости из ресторана не выходили, и подруги начали нервничать. Наконец, на крыльцо вышло сразу человек десять курильщиков, за ними вышли и некурящие подышать воздухом. И самой последней появилась Роза Давыдовна в нарядном зеленом платье, с замысловатой прической, ее вел под руку высокий худощавый мужчина лет сорока, в котором с трудом можно было узнать человека, который смотрел на горожан с плакатов и листовок во время предвыборной компании. Эта пара постояла, оживленно о чем-то беседуя, а затем медленно пошла по аллее. А через двадцать метров состоялась историческая встреча мэра города Александра Егоровича Никитина с тремя молодыми мамами и их отпрысками.

– Ой, девочки мои! – издала удивленное восклицание Роза Давыдовна, строго в соответствии со сценарием. – Вот, Саша… Александр Егорович, это мои молодые подруги, мы каждое лето здесь гуляем с детьми, ты ведь спрашивал, как я живу на пенсии… Это Таня, это Юля… Это Виктория… и соответственно Настя, Владик и Кирилл.

– Очень приятно, – приосанился мэр, он явно был слегка подшофе и пребывал в прекрасном настроении. Его взгляд очень внимательно и даже пристально заскользил по лицам подруг.

– И нам очень приятно! – солидно ответила Таня. – Радостно видеть такого молодого мэра. В жизни вы значительно симпатичнее, чем… Впрочем, это неважно. Очень надеемся, что вы оправдаете наши надежды на улучшении жизни в нашем городе и поможете устранить серьезные недостатки!

По-гусарски щелкнув каблуками и наклонив голову, Никитин ответил:

– Умру, но флот не опозорю! А что вы считаете самыми серьезными недостатками? Если вы об оборудовании остановок городского транспорта, освещении улиц, урнах и общественных туалетах, то я уже информирован.

Довольные тем, что мэр захватил наживку, подруги весело переглянулись.

– Нет, мы не об этом, хотя и это очень важно. Вот, взгляните вокруг, – Таня широко повела рукой. – Единственный в городе детский парк. Знаете, какой он был раньше, лет двадцать- тридцать назад?

– Знаю, – радостно прервал ее Никитин. – Роза Давыдовна, не вы ли нас сюда водили на праздники? А помните, какая здесь была железная дорога? А кино мы с друзьями смотрели с ограды кинотеатра, а какая газировка была за три копейки в автоматах! Теперь продают какую-то гадость…

– Вот именно! – торжествующе воскликнула Таня. – А теперь посмотрите – что вы видите?

– Вообще-то уже темновато, но кинотеатр точно не светится. – пробормотал мэр.

– Какой там кинотеатр! Зато ресторан исправно работает! – осмелела Юля. – Разве вы видите хоть одну скамейку? Или урну? В детском парке нет туалета, наши дети бегают в кустики – это мы им прививаем культурные навыки! Воды попить негде, фонтаны тоже не работают.

– А ведь и правда, ни одной скамейки, – согласился мэр. – Хотя есть … вон, под деревом кто-то сидит.

Под ближайшей липой на скамейке расположились три юноши с бутылками пива в руках, один из них бренчал на гитаре и гнусаво что-то напевал, двое его друзей о чем-то спорили, употребляя крепкие нецензурные выражения.

– А это, так сказать, наш генофонд! – горько бросила Таня.– Здесь часто распивают не только пиво, а под кустами постоянно валяются пустые шприцы…

– Им лет по пятнадцать, не больше, – определил мэр. И вдруг резко повернулся к Виктории:

– А вы почему молчите?

– А что говорить? Я бывала с сыном за границей, там столько для детей развлечений! А наши дети ничего хорошего не видят. Мы вам сказали только о материальных недостатках, а где же работа по развитию детей в этом детском учреждении? Ни детских фильмов, ни кружков. Почему такое отношение к тому, ради чего мы все живем? Мы обращались с жалобой к вашему предшественнику год назад, но толку ни какого… А директор устала ходить с протянутой рукой по кабинетам.

– Вы кто по профессии? – казалось, Никитин никого не видит, кроме Вики.

– Детский психолог.

Мэр замолчал и долго смотрел вглубь потемневшей аллеи. Потом повернулся к подругам и сказал совершенно трезвым и жестким голосом:

– Я все понял. Через два дня вызову директора парка, определим круг проблем. Потом мне нужно будет не меньше недели, чтобы встретиться с нужными людьми. Чудес не ждите, по крайней мере, в ближайшее время. Бюджет на этот год давно составлен. Но есть ведь разные способы добиваться поставленных целей. Возможно, мне понадобится ваша помощь. Буду рад видеть вас вместе с директором. Надеюсь, до скорой встречи, – и крикнул Розе Давыдовне, робко стоящей в сторонке,– Нам пора возвращаться!

– До свидания! – хором ответили подруги, и сразу заторопились по домам.