Глава 27

Ровно через две недели в кабинете великого императора Карриана собрались самые нужные и важные для него люди. Герцог Тарис эль Соар. Герцогиня Ила эль Мора. Господин Рокос аль Нор. И рино Тизар аль Ро, который специально сел так, чтобы иметь возможность крепко держать меня за руку.

Признаться, я несколько беспокоилась, несмотря на заверения Карриана, что это действительно самые преданные его сторонники. Все они без исключения находились под магической клятвой. Все до одного были не способны его предать. Вместе они составляли штаб, который помогал Кару управлять огромной страной. Да я и сама прекрасно понимала: без одобрения этих людей мне будет сложно спокойно жить рядом с императором.

И дело было не в том, что их симпатия или, наоборот, неприязнь могли как-то повлиять на наше решение остаться вместе. Просто, становясь Мари эль Ро, я фактически утрачивала преимущества, которые дарила мне личность Мара. В качестве тени его величества я при всем желании уже остаться не смогу. Не в той степени, как это требовалось для обеспечения его безопасности. Однако и бесплатным придатком к нему мне становиться не хотелось. Поэтому, чтобы не попасть впросак и не наделать глупостей, чтобы заставить собравшихся в кабинете людей со мной считаться, следовало дать им понять, что меня можно и нужно включить во все их расклады. Иначе эти самые расклады я с высокой долей вероятности когда-нибудь порушу.

Особенно это касалось милорда герцога, от которого очень многое зависело в делах Карриана. Поэтому, сидя между дядюшкой и императором, заняв стратегически выгодную позицию между близким родственником и, надеюсь, будущим мужем, я спокойно встретила полные сдержанного удивления взгляды и с достоинством встала, приветствуя гостей и позволяя им себя оценить.

Когда все расселись вокруг большого круглого стола, который находился в помещении для особо важных гостей, я неторопливо села и предоставила Карриану возможность начать разговор.

Собственно, о том, что у его величества появилась еще одна невеста, жрецы во всеуслышание объявили еще вчера. Население столицы, не успев как следует переварить новость об окончании трехлетнего траура, впало в ступор. А сегодня Кар пригласил ближайших сторонников, намереваясь дать объяснения случившемуся.

– Тиз, – неожиданно укоризненно вздохнул Карриан, кинув на мага выразительный взгляд.

Тизар чуть не подпрыгнул в кресле.

– А? Что?

– Ты сияешь.

Маг озадаченно моргнул, но, когда на моих губах появилась мимолетная улыбка, он все же смутился. Тем не менее он не пожелал отпустить мою руку, будто всерьез опасался, что я могу волшебным образом исчезнуть.

– Ила, Тарис, Рокос… – обведя глазами присутствующих, Карриан по очереди кивнул каждому гостю. – Хочу представить вам леди Мари эль Ро, племянницу нашего славного Тизара и мою будущую супругу.

Герцогиня кинула на меня цепкий, изучающий взгляд.

– Супругу? А ты не поторопился, мой мальчик?

Кар покачал головой.

– Как-то все это неожиданно, – протянула, нарочито растягивая гласные, ее светлость. – Да и фонтаны в храмах молчали… Тарис, тебе не кажется это немного странным?

– Не думаю, что у нас есть повод сомневаться в правдивости слов императора. Или вам, сударыня, что-то не нравится в храмовом перстне?

– Нет, он в порядке, – отозвалась леди, продолжая бесцеремонно меня изучать. – Но именно это-то и кажется мне странным. Карриан, дорогой, ты ничего не хочешь нам рассказать?

Император усмехнулся:

– Думаешь, я просто так вас сегодня собрал?

– Ну, не зна-а-аю… В последнее время ты сам не свой. И мы однажды такое уже видели. Не так ли, милорд эль Соар?

– Да, что-то такое припоминаю, – изобразил задумчивость герцог. – А вы, Рокос, помните?

Рино аль Нор неловко кашлянул.

– Простите, сир. Но даже я сейчас недоумеваю. Траур закончился буквально на днях. Но храмовые фонтаны после этого не подавали никакого знака. Исходя из прямой связи между этими двумя фактами, можно предположить, что никакого перстня сидящая здесь леди не получала… или же это случилось далеко не вчера.

Ого. Как интересно. Мне-то казалось, что Рокос простой вояка, а он, оказывается, настолько смел, что рискнул намекнуть императору, будто сидящая перед ними дама – фальшивка.

– Перстень настоящий, – без тени сомнений подтвердил Тизар. – И леди действительно моя близкая родственница.

– Если бы это было не так, мы бы, вероятно, здесь ее не увидели, – благосклонно наклонила красиво посаженную голову герцогиня. – И в связи с высказанным Рокосом предположением, а также с тем, что ты, мой мальчик, решил нас друг другу представить… Скажи, я правильно поняла: именно эта леди отказала тебе три года назад? Из-за нее ты некоторое время находился в неадекватном состоянии? И это ей мы обязаны той суматохой, которая поднялась из-за смены цвета небезызвестного тебе перстня?

Карриан невозмутимо кивнул:

– Совершенно верно.

– И ты все равно решил привести ее сюда? – вкрадчиво поинтересовалась леди эль Мора, одарив меня еще одним многообещающим взглядом. Но тут подметила, как демонстративно сжал мою кисть дядюшка Тиз. Что-то такое, вероятно, прочитала на его лице, потому что откинулась на спинку кресла и бесстрастно добавила: – Это уже интересно. Хорошо, племяш. Ты меня обыграл, и теперь я действительно заинтригована.

– Я бы тоже с удовольствием вас выслушал, сир, – деликатно намекнул на свое любопытство герцог эль Соар, уделив мне буквально секунду своего драгоценного внимания. Рокос аль Нор просто кивнул. И вот тогда его величество как-то по-особенному улыбнулся.

– Тизар, я хочу, чтобы ни одного слова из того, что здесь сейчас прозвучит, ни при каких обстоятельствах не просочилось наружу.

Дядюшка кивнул. Сделал пальцами неуловимый жест, после чего в комнате заметно потемнело, а на стенах расцвели причудливые узоры недавно поставленной защиты. Поскольку одним из ее создателей стала в том числе и я, то можно было с уверенностью сказать, что до того момента, когда Тиз не разомкнет заклинание, никто и ничто не сможет сюда проникнуть. И никто и никогда не услышит сведений, которыми собирался поделиться с приближенными император.

При виде таких мер безопасности герцог и миледи быстро переглянулись, господин Ястреб подобрался, а его величество невозмутимо сообщил:

– Я готов предложить вам свою версию произошедшего, которую вы сможете потом обсудить.

– Мы все внимание, дорогой, – елейным голоском пропела леди Ила, ее глаза хищно блеснули.

– Тизар…

Придворный маг, повинуясь знаку императора, поднялся со своего места и, продолжая упрямо держать меня за руку, прокашлялся.

– Господа, леди… Вы, вероятно, помните, что некоторое время назад я потерял горячо любимого племянника. В стремлении выполнить приказ императора Орриана, Мар эль Ро слишком близко подобрался к заговорщикам. Сумел их уничтожить, но сам, увы, спастись не сумел, о чем вам тоже прекрасно известно. Думаю, нет смысла вдаваться в детали – они и без того у всех на слуху. Однако кое-что я должен пояснить, чтобы картина случившегося стала более понятной. Как вы знаете, приказ представить племянника ко двору я получил лично от императора Орриана. Мару было суждено стать его тенью. Однако никто не знал и не должен был узнать, что в обучении у мастера Зена в это же самое время находился не только мальчик по имени Мар. Здесь, вероятно, стоит упомянуть, что двадцать два года назад в семье моих дальних родственников родилась весьма необычная двойня…

Леди Ила замерла, а герцог мельком покосился в мою сторону и едва заметно кивнул, обнаружив, что моя внешность недвусмысленно намекает, вернее, прямо-таки кричит, что Мари и Мар эль Ро – очень близкие родственники.

– То есть у мальчика есть сестра, – протянула герцогиня с некоторым разочарованием. – Стоило ради этого так затягивать, Тизар?

– Дело в том, что она оказалась дарру, причем довольно сильной, – невозмутимо сказал Тизар. – А еще Мари, как и Мар, умеет видеть чужие ауры.

И вот тогда герцогиня едва заметно вздрогнула.

– Как вы понимаете, это обстоятельство не могло не привлечь внимания императора, поэтому, когда Мару исполнилось шесть, в обстановке строжайшей секретности он был отправлен в ученическую башню. Однако вам неизвестно, что в свете произошедшего незадолго до этого покушения, в котором пострадал мастер Зен и в свете некоторых деталей, которые прямо указывали на участие в заговоре сильного мага, было принято беспрецедентное решение, благодаря чему на обучение мастеру-тени передали еще и девочку.

Увидев ошарашенные лица собравшихся, я мысленно хмыкнула.

Молодец, Тиз. Почти что правда, но как убедительно она звучит!

– О деталях распространяться мне запретили, поэтому о дарру знал только я, Зен и, собственно, его величество Орриан, – добавил Тиз в оглушительной тишине. Вот теперь его слушали о-очень внимательно. И больше никто не пытался перебивать. – Девочку учил я.

Угу. И это тоже правда.

– Маром больше занимался Зен. Но к концу обучения Мари тоже получила весьма специфические навыки, которые позволили ей по праву носить звание полноценной тени.

Так. А вот теперь все внимание на меня… Смотрите, смотрите, господа интриганы. Мои руки теперь скромно сложены на груди, в глазах – бездна кротости и смирения.

– Мари, ты переигрываешь, – вполголоса заметил Карриан, и вот тогда я позволила себе улыбнуться. Уголком губ, аккуратно и чуточку хищно, чтобы сомнений ни у кого больше не осталось.

– Что касается Мара, его работу вы видели, – кашлянув, продолжал придворный маг. – Ему было приказано держаться на виду. Тогда как Мари…

– Может быть, девушка сама нам расскажет? – неожиданно предложила герцогиня.

Я вопросительно посмотрела на Кара, и тот, ненадолго задумавшись, кивнул.

– Император в то время заподозрил, что на его высочество оказывается постороннее воздействие, – спокойным тоном сообщила я. – Возможно, ментальное. Не исключено, что шантаж или новый вид магии. Тизар не сумел установить природу происшедших с наследником изменений, поэтому во дворец отправили меня. Моей задачей было выяснить, мог ли кто-то умышленно или случайно воздействовать на его высочество. И по возможности нейтрализовать угрозу. Во дворец меня провел Тизар. Укрытие и все необходимое с разрешения императора тоже предоставил именно он. Пока Мар отвлекал на себя внимание, я делала другую работу, однако, как потом выяснилось, причины, которые некоторое время назад тревожили его высочество, не были связаны с влиянием на него посторонних лиц.

Да. Он переживал из-за меня. И поскольку во время самой первой встречи коснуться его ауры я все-таки успела, именно это и вывело будущего императора из равновесия.

Моя работа не ограничивалась стенами дворца, поэтому иногда мне приходилось выбираться в город, – добавила я, как только собравшиеся переварили первую порцию информации. – В одну из ночей я оказалась в столичном храме, где по неосторожности выудила из фонтана вот этот перстень.

Взгляды собравшихся моментально скрестились на моей левой руке, где неярко поблескивало обручальное кольцо.

– Тизар об этом не знал, – выдержав паузу, призналась я. – Меня тоже к такой проблеме не готовили, поэтому кольцо я забрала исключительно по незнанию, а не из желания что-то получить с помощью него. А когда узнала, какие проблемы с ним связаны, мне ничего не оставалось, как промолчать. Будучи дарру и нося на себе печать императора Орриана, было нелепо думать, что у меня есть шанс стать невестой его сына. К тому же я дала клятву. Остановить расследование было нельзя, поэтому я не сказала, что случилось в храме, даже повелителю.

– Это было не очень разумным решением, – деликатно заметил его светлость.

– У девочки просто не было выбора, Тарис, – не согласилась леди эль Мора. – Темные маги не передают друг другу своих дарру. В то время еще никто не знал, что связь можно ослабить, но и тогда над леди довлела печать и приказ хозяина. Природные способности к поглощению магию сделали ее перстень недоступным для нас. Поэтому мы и не смогли определить его местоположение. И поэтому же леди удавалось так успешно сопротивляться его магии.

Я согласно наклонила голову.

– Поскольку работала я одна, то совета спросить было не у кого. Его величество дал понять, что не желает, чтобы подробности моей работы стали известны кому бы то ни было. Даже Тизар ничего не знал. Тем более что вскоре произошло первое покушение, на этом фоне суета с кольцом сама собой утихла, а перед императором встала гораздо более важная проблема. Затем была попытка спровоцировать заговорщиков на второй акт этой опасной пьесы – в доме леди эль Мора, если помните. И вот тогда мне пришлось вмешаться уже открыто.

– Вы хотите сказать, милая, что тоже в этом участвовали?

– Из-за меня напавшей на его высочество девушке удалось бежать, – уклончиво ответила я. – И вот после этого сообщить о своей оплошности в храме у меня не осталось даже теоретической возможности.

– Так это вы помогли ей бежать?! – опешила миледи, а герцог эль Соар заметно нахмурился.

– В интересах императора было выловить всех заговорщиков, а не только исполнителей, поэтому я всего лишь выполняла приказ.

В глазах его светлости вдруг мелькнуло сомнение, но он ничего не сказал. Только нахмурился еще больше. Тогда как господин Рокос настороженно переспросил:

– Леди, вы хотите сказать, что, позволив преступнице бежать, сумели внедриться в группу заговорщиков?

– А это хорошая мысль, – обронила леди эль Мора, когда я многозначительно промолчала. – Девушку-дарру спасает другая дарру, и они вместе попадают к хозяину. Если представить дело так, что преступница получила подтверждение своим предположениям о мерзких привычках императора, это могло помочь заручиться ее доверием. Тогда Мари сразу становится не подозрительной особой, очень кстати оказавшейся в нужном месте, а превращается в жертву – такую же, как Валья… Браво, девочка. Отличный ход! Что же тебе удалось выяснить?

Я одарила герцогиню еще одним спокойным взором.

– Позвольте, я пока не буду об этом рассказывать. Главное, что вскоре произошло второе покушение, и император Орриан скончался. Однако даже это не могло освободить меня от выполнения приказа.

– Я так понимаю, Карриан в то время о вас не знал? – прищурившись, поинтересовался герцог эль Соар.

– О том, что в деле работает тень по имени Мари, ему действительно не было известно. Моя работа подошла к концу лишь ко времени последнего покушения уже на нового императора. Всю работу во дворце сумел сделать Мар и личная охрана его величества. А вот потом мне понадобилась его помощь. Дело двигалось к завершающей фазе, тянуть дальше было опасно, поэтому Мар, не успев оправиться от ран, был вынужден покинуть дворец и явиться в дом господина эль Нойра, где в это же самое время находилась и я.

Сделав еще одну эффектную паузу, я покосилась на герцога, помрачневшего еще больше, чье лицо и напряженный взгляд выдавали бешеную работу мысли. Однако и теперь он не задал ни единого вопроса, поэтому, благодарно ему кивнув, я неторопливо продолжала:

– В результате схватки с графом эль Нойра и магом, который когда-то носил имя Марса аль Ро, Мар был тяжело ранен, а в доме произошел пожар. Я тоже пострадала, поэтому Мару помочь оказалось некому. В процессе устранения заговорщиков перстень с меня сорвали, но сама я выжила, хотя почти сгорела. А после этого посчитала уже необязательным сообщать дядюшке или новому императору об ошибке с кольцом.

– Почему вы покинули столицу? – сухо осведомился его светлость.

– Оставшаяся без хозяина дарру – ценная добыча, – без улыбки ответила я. – А раненая дарру – это еще и смертельно опасное создание, которое проще убить, чем поймать. В столице меня больше ничто не держало. К дядюшке я не успела толком привязаться – мы слишком мало общались. Хозяин был мертв. Его враги тоже. Мне показалось, что в тот момент лучше исчезнуть, поэтому я забрала из тайника графа деньги, драгоценности, артефакт, позволяющий даже дарру создавать качественные иллюзии, и, надев личину эль Нойра, покинула Орн.

– Куда же вы отправились, позвольте поинтересоваться?

– На юг, милорд. Судьба занесла меня в крепость под названием Ойт, где мне пришлось на некоторое время задержаться.

– Ойт? – Брови герцогини взлетели высоко вверх. – Что вам там понадобилось?

– Мне подумалось, что там меня никто не будет искать. Тем более что под мужской личиной проникнуть туда оказалось нетрудно. Я взяла себе имя «Аш» и прожила в Карраге два с половиной года.

Вот теперь закашлялся и господин Ястреб.

– Леди… так это о ваших геройствах я получал такие восторженные отзывы?!

Я скромно опустила глаза.

– А граф эль Сар сможет это подтвердить? – с нескрываемым подозрением осведомился герцог.

– Полагаю, у него нет причин вас обманывать. Если вы отправите запрос, думаю, его сиятельство с удовольствием на него ответит.

– Так-так… – задумчиво наморщила нос герцогиня. – Карриан, а ты чего молчишь? Когда ты заподозрил, что в этом деле замешана девушка?

Император едва заметно улыбнулся.

– Когда мой перстень вернул себе цвет. А Тизар наконец дал мне полную информацию по «племяннику».

– И ты еще тогда заподозрил, что это была она? Ты знал, что все это время девушка жива, и ничего нам не сказал?!

– Я должен был проверить сам, – невозмутимо отозвался его величество. – Это было слишком невероятно, чтобы я доверил сбор информации посторонним. Прости, Тарис. Я действительно не все тебе рассказал.

Господин Ястреб озадаченно повертел головой, поглядывая на меня с явным интересом. Герцог эль Соар недовольно засопел. А леди Ила насупилась.

– То есть ты умчался в Карраг, сбросив на нас все дела. Познакомился там с красивой девушкой. Привез ее сюда. Зачем-то скрывал столько времени… и только теперь соизволил нам ее показать?

– Что тебе не нравится в этой версии, дорогая тетушка? – с едва уловимой усмешкой осведомился его величество.

– Да все! – внезапно вспылил милорд герцог, заставив миледи удивленно обернуться. – В ней все не так! Начиная с того, что у Тизара нет никаких племянников! И заканчивая тем, что я ни в жизнь не поверю, что Орриан мог провернуть такое дело без моего участия. Чтобы нелегально работать в Орне, нужно иметь не только деньги, но и связи. Кто их предоставил, если без моего ведома сделать это невозможно, а я такого приказа не давал?

– Кто научил леди такой тонкой работе, если приступить к ней ей пришлось в довольно юном возрасте, а обучить в вашей башне этому ее никак не могли? – согласно мурлыкнула герцогиня. – Это уже моя стихия, так что не сердись, дорогой.

– Я просто не могу не видеть дыр в этой пусть и правдоподобной местами, но совершенно нежизнеспособной версии, – уже спокойнее буркнул его светлость.

Я наклонилась к императору и негромко шепнула:

– А давайте их поженим, сир? Смотрите, как дивно они смотрятся вместе! Ну ни дать ни взять – настоящая семейная пара.

Герцог метнул на меня раздраженный взгляд.

– Я еще двадцать лет назад предлагал ей узаконить отношения.

– Но в целях безопасности я решила этого не делать, – очаровательно улыбнулась леди Ила, кокетливо поправив выбившийся из прически локон.

Я хмыкнула. Ну да, мне уже давно казалось, что эти издевки скрывают под собой нечто большее, чем просто шутки коллег. Опять же за столько времени герцогиня так и не вышла замуж, хотя желающих наверняка был воз и маленькая тележка. А еще она очень уж близко к сердцу приняла реакцию мужа, да и сейчас смотрела на него так, что мои губы сами собой сложились в улыбку.

– Тарис, ты полагаешь, что наша версия слишком слаба? – поинтересовался император.

Его светлость все еще недовольно буркнул:

– В ней много белых пятен. Мне уже сейчас хочется их проверить. И отчего-то кажется, что закрыть их вы, ваше величество, не сможете.

Император повернулся к Тизару:

– Вот видишь, Тиз. Твоя история нуждается в серьезной доработке.

– Увы, ваше величество, – вздохнул маг. – Судя по всему, вы правы, и мы немного поторопились с объяснениями. Первая наша версия никуда не годится.

Леди Ила сделала стойку:

– А что, есть и вторая?

Карриан аккуратно накрыл ладонью мою руку.

– Вряд ли она вам понравится. Но ради разнообразия я готов вам ее рассказать. При условии, что вы воспримете ее как самую обычную сказку…

Спустя два часа в кабинете воцарилось такое гробовое молчание, что, если бы у кого-то из присутствующих имелись часы, было бы слышно, как крутятся колесики и громко тикает секундная стрелка. Кар, изложив мою реальную историю, откинулся на спинку кресла и замолчал, рассеянно поглаживая мои пальцы. Тизар напрягся, потому что до последнего считал, что такую правду говорить нельзя никому. Я скользила взглядом по сторонам, отслеживала реакцию собравшихся и попутно размышляла над тем, как много нам еще предстояло сделать, прежде чем все окончательно устаканится и я смогу со спокойной душой принять предложение императора.

Перехватив мой прицельный взгляд, который больше не был ни кротким, ни смиренным, леди Ила неожиданно поежилась, господин Рокос закашлялся, а герцог эль Соар, обратив внимание, как аккуратно я поправляю рукав, на редкость спокойно осведомился:

– Скажите, юная леди: сколько кинжалов у вас сейчас при себе?

Я мельком показала ему краешек спрятанных в рукаве ножен.

– Четырнадцать, ваша светлость.

– А сколько вы способны метнуть в цель, не сходя с этого места?

– Достаточно, чтобы ни у кого не возникло мысли испортить настроение моему будущему супругу.

– Ты забыла сказать про булавки, – тихонько буркнул Тизар, выразительно покосившись на мою сложную прическу. – Я видел, как ты сегодня прихорашивалась перед зеркалом.

Я холодно улыбнулась.

– Не суйте туда руки, дорогой дядюшка: половина этих булавок отравлена. И вообще, вы позабыли, что слишком близко находитесь к дарру, а это может скверно сказаться на состоянии ваших артефактов.

Герцогиня вдруг спохватилась, зашарила ладонью по корсажу и подняла на меня настороженный взор.

– Мои уже разрядились. – Взглянула на мужа и встревоженно добавила: – И твои, Тарис. Все до одного.

Господин Ястреб, тоже являвшийся магом и тоже слишком долго находившийся в опасной близости от меня, прислушался к себе и на всякий случай отодвинулся вместе со стулом.

– Бесполезно, рино, – с едва уловимой улыбкой просветила его я. – Ваша аура заблокирована. И амулеты истощены.

Вот теперь ближайшие сторонники, соратники и по совместительству самые влиятельные люди империи взглянули на меня совсем другими глазами. Они были умными людьми и прекрасно понимали, почему именно так меня представил сегодня император. Нет, до угроз я бы, само собой, не опустилась. Но никому из присутствующих не нужно было объяснять, что мастер-тень, пусть и в таком непривычном облике, все равно останется прежним. И кем бы ни назвал меня император, я в первую очередь буду именно тенью. Буду блюсти только его интересы. Защищать именно его правду. И исключительно на его стороне буду применять свои убийственные навыки. Всегда. Везде. Что бы с нами ни случилось.

Во взгляде леди эль Мора забрезжило понимание. Она огляделась вокруг, оценила нашу с Тизаром защиту, подметила в его лице холодную решимость и лихо ему отсалютовала. Да, поддержка придворного мага дорогого стоила, и у меня она тоже была. Наконец, когда Карриан демонстративно выбросил вверх маленькое черное облачко, а я так же демонстративно его перехватила, герцогиня с каким-то злым восхищением протянула:

– Так вы действительно синхронизированы… Дорогой, ты меня поражаешь!

Император насмешливо изогнул бровь.

– Ну не все же тебе выводить меня из равновесия!

– Прошу прощения, но, по-видимому, я все же ошибся, ваше величество, – нарушил наконец тягостное молчание герцог эль Соар. – Сказка, которую вы нам сегодня поведали, оказалась весьма познавательной. Уверен, если поднять старые приказы, в них непременно найдется упоминание о некоей молодой леди, инициированной к работе лично его величеством Оррианом. А также распоряжения об оказании ей полной поддержки со стороны службы магического надзора. Подробные отчеты об ее работе, показания, взятые по поводу случившихся покушений. Не уверен, что кто-то всерьез будет этим интересоваться, но, быть может, стоит внести некоторые изменения в родословную рино аль Ро, чтобы вопросы, которые возникли сегодня у меня, больше никому не пришли в голову? И, возможно, мне следует пригласить сюда для беседы графа эль Сара? Есть подозрение, что его память по некоторым вопросам тоже придется освежить, а ряд малозначительных обстоятельств, которые он мог неправильно воспринять, представить в нужном для нас свете.

– Я верю в твои способности, Тарис, – благодарно кивнул Карриан, а я незаметно перевела дух. – Первая версия мне тоже нравится больше.

Фух. Вот теперь можно расслабиться. То, чего не смогли предусмотреть мы, теперь очень аккуратно и со свойственной ему деликатностью доделает дражайший герцог эль Соар. После этого вопросов по моему поводу точно ни у кого не возникнет. А если возникнет – пожалуйста, пусть задают их милейшему господину герцогу. Полагаю, он уже оценил степень важности рассказанной сегодня «сказки», которая прозвучала в обстановке строжайшей секретности, и сделает все, чтобы никто в этом мире больше никогда о ней не узнал.

Все-таки у Карриана хорошая команда. Вон и герцогиня уже прикидывает, где ей потребуется вмешаться, чтобы новую императрицу знать приняла с распростертыми объятиями. Да и господин Рокос что-то напряженно просчитывает в уме. С такой поддержкой мне нечего опасаться. Когда в распоряжении мужа есть такой сплоченный отряд, беспокоиться ни о чем не нужно.

К эль Сару нам, правда, лучше будет съездить самим. Заодно проведать Ворчуна и спросить, как я ему нравлюсь в новой, так сказать, шкуре.

Признаться, в этой части моей истории пробелов было больше всего. Конечно, можно было сослаться на амулет иллюзий, который я, как дарру, могла не только носить, но и заряжать. Энергии в крепости Ойт имелось достаточно. Сам процесс мне тоже прекрасно известен. Надежность созданного Лоэниром артефакта не подлежала сомнению, но вот убежденность графа в том, что Аш все-таки мужчина, могла сыграть с нами злую шутку. Нужно, чтобы его сиятельство искренне во мне усомнился – этого вполне достаточно, чтобы придать легенде достоверность. Все остальное уже мелочи. Пожалуй, кроме того, что мне и впрямь хотелось, чтобы комендант крепости Ойт, так ответственно относившийся к присягнувшим ему людям, перестал переживать за мою судьбу.

Заодно имело смысл намекнуть, что у его единственного сына есть возможность продолжить обучение у мастера Нолама, о котором во время прошлой поездки случайно узнал от губернатора император. И которого первым же рейсом после этого переправили в Орн. Полагаю, граф не откажется устроить будущее Атиса и его приятелей, которых я бы с удовольствием отдала на растерзание учителю. Легенду отпрыску графа мы тоже придумаем, никто не свяжет его с эль Сарами, особенно если мы наденем на него маску. А спустя годик-другой – по реальному, разумеется, времени – я припрягу всех троих к такому ответственному делу, как охрана императора. В прошлый раз я уже убедилась, что одиночкам это сделать непросто. А слаженная команда, натасканная на совместный бой… С таким прикрытием мне, надеюсь, уже не понадобится заниматься подобными вещами. Хотя, конечно, если приспичит, я сама кого угодно распотрошу, и ничего в душе не дрогнет.

К сожалению, вместе со сменой тела и появлением нового статуса у меня появилась еще одна ма-а-аленькая проблема: под платьем мечи незаметно уже не поносишь. Меня это не устраивало, но фасон приличествующей даме одежды, как ни печально, не предусматривал таких элементов гардероба. Оставалось довольствоваться ножами, булавками, дротиками, звездочками (каюсь, с некоторых пор я полюбила широкие рукава и пышные подолы). Ну и магией, конечно. Хотя именно ее-то в императорском дворце было завались. Если уж совсем начистоту, то при необходимости я смогу его взорвать вместе со всеми обитателями. Надо будет – по камешку раскатаю. Но с мечами оно как-то привычнее, что ли.

Впрочем, ладно.

Если что, клинки можно будет и заказать. Разве кто-то посмеет отказать бывшей тени его величества в этой маленькой, хотя и не совсем обычной просьбе? А если и откажется, неужто я не найду способ переубедить этого смертника?

Полагаю, что все-таки смогу. Особенно если попрошу об одолжении не как тень, а как будущая императрица.

Когда за гостями закрылась дверь, Карриан поднялся из-за стола и, подав руку, провел кончиками пальцев по моей щеке. Легкая, совсем невинная и нечаянная ласка, к которой я уже начала привыкать.

С Каром было на удивление хорошо коротать долгие вечера, говорить о всяких пустяках, вместе прогуливаться по саду, на пару читать деловые бумаги и вместе выискивать в них всякие косяки. Император сдержал обещание и после той встречи окружил меня такой немыслимой заботой, что это просто поражало. И заставляло проникнуться к нему искренней симпатией, которая и с моей и с его стороны постепенно перерождалась в нечто большее.

Насчет его предпочтений, кстати, зря переживала – у Карриана не было конкретных требований к женщинам, и в этом плане он не имел на мой счет никаких ожиданий. Все, что во мне было, он с удивительным спокойствием принимал. А каждый новый шаг делал с такой осторожностью, словно забыл, как мало у нас осталось времени узнать друг друга по-настоящему.

Но было в эти дни и еще одно маленькое, но чрезвычайно важное открытие. Когда во второй раз знакомилась с вдовствующей императрицей Нараной, я поразилась, с каким уважением Карриан на нее смотрел. Он искренне восхищался этой женщиной. Преклонялся перед ее стойкостью и силой воли. Более того, глядя на вдовствующую императрицу, следовало раньше догадаться, каким в представлении его величества мог быть образ идеальной спутницы. Но так даже лучше – с леди Нараной, как и в прошлый раз, мы быстро нашли общий язык. И именно тогда я поняла: мне не придется ничего в себе менять, чтобы понравиться Карриану. Он и так был уверен, что нашел то, что хотел. И день за днем это доказывал, все больше заставляя меня терять голову.

Это было приятно – постепенно открывать в нем какие-то новые свойства. Черпать из него магию и тут же, через перстень, снова отдавать, больше не боясь истощить его или ранить. Это было необычное ощущение – знать, что даже темная часть его дара постоянно находится во мне, циркулируя между нами, как смертоносный и величественный водоворот. При этом он больше не причинял вреда, не приносил неприятных ощущений. Напротив, с каждым днем его присутствие становилось неотъемлемой частью нашего существования. И в какой-то момент я ощутила, что без него мне будет чего-то не хватать.

С каждым прожитым днем Карриан раскрывался передо мной все глубже, удивляя тем, что я была не способна увидеть раньше. Что он умеет быть внимательным даже к мельчайшим деталям. Способен оберегать мои чувства, чутко реагировать на самые крохотные изменения в наших неумолимо крепнущих отношениях. Это было воистину удивительно – раз за разом убеждаться, что человек, с которым мы так долго боролись, вдруг сумеет так глубоко заглянуть внутрь себя и вытащить из закоулков своей запертой на тысячу засовов души все, что никому и никогда не показывал.

Он верил мне. И ждал такого же доверия в ответ. Не просил, не требовал – просто ждал.

Вот и сегодня его ласка была ненавязчивой и совсем мимолетной. Однако вместе с тем кое-что изменилось. Легкое прикосновение показалось мне сегодня особенно приятным. Пробежавшая по коже дрожь – особенно сильной. Вспыхнувшие невесть откуда взявшимся румянцем щеки – особенно горячими. А вместе с ними на это простое прикосновение встрепенулась и моя медленно просыпающаяся душа.

В кои-то веки мне отчаянно захотелось, чтобы эта ласка продлилась еще немного. Чтобы рука стоящего рядом мужчины хотя бы на пару мгновений, но задержалась на моей коже. Почувствовать его еще лучше… подойти еще ближе… коснуться в ответ и, всмотревшись в его глаза, получить точно такой же искренний отклик…

– Кажется, блокировка спадает, – с сожалением признал его величество, ненадолго к чему-то прислушавшись. – Похоже, у нас совсем не осталось времени. Хотя она и так продержалась дольше, чем я рассчитывал.

Я перехватила руку Карриана и переплела его пальцы со своими.

– Я так не думаю, Кар.

– Мари…

– У нас впереди еще много времени, – тихо сказала я, прикрывая глаза и вслушиваясь в свои ощущения. – Хотелось бы надеяться, что его действительно будет много – годы, целая вечность…

Император прерывисто вздохнул.

А я вдруг почувствовала, что между нами действительно что-то происходит. Словно мы все это время стояли по разные стороны стеклянной двери, осторожно ее исследовали, тщетно пытаясь почувствовать тепло чужих ладоней. День за днем изучали эту хрупкую преграду. Оценивали друг друга. Без масок, без всякой фальши. Пытались понять, действительно ли мы хотим зайти за загородку. И вот сейчас, когда нам показалось, что время пришло, стекло вдруг тихонько треснуло.

Я вскинула голову и замерла, до рези в глазах всматриваясь в расширенные зрачки стоящего напротив императора.

Сердце в груди гулко стукнуло. В ушах зашумела кровь. Весь остальной мир как-то незаметно исчез, растворился в охватившем меня предвкушении. И, зная, что там, за стеклом, с таким же волнением ожидает нашей встречи очень важный для меня, ставший удивительно близким за эти дни мужчина, я качнулась навстречу, потянулась к нему всей душой и…

Именно тогда наши губы впервые встретились.

Мне показалось, что в этот момент не только мир – все тысячи и тысячи вселенных замерли, не смея мешать нашей долгожданной встрече. Меня омыло изнутри жаркой волной. Стремительно истаивающая перегородка покрылась трещинами. Мои руки дрогнули и сами собой потянулись обнять за шею приникшего к моим губам императора. Я выгнулась. Тихо охнула, когда за первой волной пришла вторая. А затем не выдержала, ухнула с головой в охвативший нас водоворот и со стоном прижалась, понимая, что все, что у меня есть, все, что я хранила в себе, все, во что верила, чем дорожила, – все это сейчас переживал крепко обнявший меня мужчина. Сдерживал напор обуявших меня чувств. Бережно поддерживал. С нежностью целовал. И точно так же, как и я, с ума сходил от внезапно проснувшегося желания. Желание прикасаться и ощущать ответные прикосновения. Стоять, вот так прижавшись, чувствуя друг друга каждой клеточкой тела каждый миг, каждый час, день или миллионы лет. Ничего больше нет рядом. Никто не важен. И ничто в целом мире не имеет значения.

Только он. Здесь. Сейчас.

Вместе.

Вот так обыденно и просто. Стоя посреди самой обычной комнаты, возле самого обычного окна такого же обычного дворца в совершенно обычном городе. В такой же обычной стране не менее обычного мира. В крохотной, кажущейся совсем уж незначительной точке одного из множества миров, где стремительно и бурно распустился чувственный красно-белый цветок.

Лед и пламя.

Теплый золотой огонек посреди наметенного метелью сугроба.

Такие разные, невыразимо далекие… и все равно – вместе.

Я тоже видела это чудо. И чувствовала себя так, словно и впрямь оказалась в сказке. Посреди бескрайнего моря тепла и нежности. Рядом с самой надежной в мире скалой. Прямо в центре зарождающегося в ее глубине жаркого пламени…

Карриан. Мой потерянный и снова нашедшийся Огонек!

– Я иду к тебе, Кар, – едва слышно прошептала я, устремившись в самую сердцевину бушующего пламени.

– Я тебя вспомнил! – пораженно отозвался Карриан, с нетерпением распахнув объятия и потянувшись навстречу. – Я действительно знаю тебя, Мари эль Ро! Всегда знал! Ты слышишь?!

– Да…

– И я тоже к тебе иду, – тихо добавил он, когда наши души наконец слились воедино и переплелись настолько тесно, что стало невозможно отделить одну от другой. – Мы так долго друг друга искали, столько ошибались, делали глупости, но больше этого не будет, потому что теперь я знаю, кто ты. И никуда не отпущу. Только вместе, Мари эль Ро. До конца.

Я тихо вздохнула:

– Да.

Да и как иначе?

Я ведь все еще твоя тень, Кар аль Орриан. А с тенями, кто бы что ни говорил, по-другому не бывает.