Глава 10

В крепости Великих Гуров утренняя тишина была обманчивой, как затишье перед бурей. Каменные коридоры, пропитанные запахом воска и старого дерева, гудели от приглушенных шагов слуг и редких окриков стражи. Лиза спешила к комнате дочери, ее платье цвета спелой сливы шелестело, а рыжие волосы, выбившиеся из высокой прически, колыхались от сквозняка. Ночь была бессонной: ужин с гостями, дерзкий выкрик Мары, гнев Арона и смутное предчувствие, что дочь снова выкинет что-то безрассудное, не давали ее матери покоя. Она хотела проверить Мару, убедиться, что та не задумала очередную выходку, несмотря на наказание сидеть взаперти. Лиза постучала в дубовую дверь, но ответа не последовало. Сердце сжалось от нехорошего предчувствия. Она толкнула створку, и худшие опасения подтвердились: комната была пуста. Кровать смята, платье, которое Мара ненавидела всей душой, валялось в углу, словно вызов. На столе лежал гребень для волос, несколько украшений, но заколки с лилией не было. Это означало одно: ее дочь сбежала. – Мара, вот же паршивка, – прошептала Лиза, голос дрогнул. Женщина бросилась к окну, надеясь увидеть хоть тень дочери на площади, но там были лишь стражники, они лениво переговаривались, а слуги таскали дрова. Острая и холодная паника полоснула по сердцу. Лиза развернулась и почти бегом бросилась к покоям мужей, ее шаги эхом отдавались в коридорах. В комнате Великих Гуров, где пылал очаг, Арон, Грей и Кай сидели за столом, обсуждая что-то вполголоса. Их лица, суровые и усталые после вчерашнего ужина, осветились при виде Лизы, но ее взгляд, полный тревоги и гнева, заставил мужчин замолчать. – Она сбежала, – выпалила Лиза, она старалась держать себя в руках. – Мара. Ее нет в комнате. Платье на полу, все разбросано. Она ушла, я знаю! Я чувствую это! Арон поднялся, его массивная фигура нависла над столом, как грозовая туча. Темные глаза сузились, брови сошлись к переносице, а кулаки сжались так, что побелели костяшки. – Сбежала? – голос прогремел громче раската грома. – Эта девчонка… Я же велел ей сидеть тихо! Где стража? Почему никто не доложил? – Арон, успокойся, – Грей положил руку на плечо брата, но его собственный взгляд был встревоженным. – Мара – не пленница. Она могла уйти к Хильде или в лес, как обычно. Ты же знаешь ее. – Знаю, – огрызнулся Арон, голос стал холоднее. – Поэтому и велел запереть ее! Она оскорбила Кебера при всех, а теперь сбежала, как трус! – Не смей называть мою дочь трусом, – Лиза шагнула ближе, ее глаза сверкнули, как у Мары в гневе. – Она не трус, она буря. И если она сбежала, значит, мы сами довели ее до этого. Этот ужин, эти… Хладнокровные с их дарами. Она почувствовала себя товаром, Арон. Мы все виноваты в том, что произошло! Кай, молчаливый и спокойный, встал, его рука мягко легла на плечо Лизы. А глаза, такие же голубые, как у дочери, были полны боли. – Лиза, не волнуйся, мы найдем ее. Но нужно действовать быстро. Гости еще здесь, и если они узнают, что дочь Великих Гуров сбежала, это будет позор. Тагир и его сыновья только ждут повода, чтобы поставить под сомнение нашу силу. – Позор? – Лиза фыркнула, отводя взгляд. – Позор – это отдавать нашу девочку за Кебера, чьи глаза смотрят на нее как на добычу. Я видела его взгляд, Кай. Он не любит, он хочет обладать. – Хватит, – Арон поднял руку, в голосе звенела сталь. – Мы не отдадим Мару никому, пока не будем уверены. Но она должна быть здесь, под нашей защитой, – он повернулся к двери. – Гаро! Дверь распахнулась, и вошел Гаро, командующий охраной, суровый мужчина с сединой в бороде. Его взгляд был твердым, но в нем мелькнула тревога. – Найдите Мару, – приказал Арон. – Прочешите лес, поле жатки, пещеры Хильды. Проверьте деревни. Но тихо. Гости не должны ничего знать. И найдите Саймона и Рея, пусть тоже идут искать сестру. – Они думают, она просто дурит нас, – добавил Грей, качая головой. – Рей вчера хохотал, говоря, что Мара, небось, спряталась в конюшне, чтобы подразнить нас. – Рей всегда думает, что это игра, – Лиза сжала кулаки, голос стал резче. – Но это не игра. Мара не просто прячется. Она ушла, потому что не хочет быть пешкой в ваших союзах. Я чувствую это. – Мы разберемся, – Кай сжал ее руку. – Но сейчас главное – найти ее. Лес за границей… Он опасен. Ты знаешь. Лиза кивнула, горло сжалось. Она знала. Лес за пределами земель Великих Гуров был полон тайн, о которых даже Гуры говорили шепотом. И Мара, упрямая, дерзкая Мара, шагнула туда одна. Но если Бес с ней, то, может быть, им удастся найти ее живой. *** В лесу, где кроны деревьев сплетались в непроницаемый полог, Мара пробиралась сквозь чащу, ее сапоги утопали во мху, а сердце как бешеное колотилось в груди. Бес шел рядом, его рычание было низким, почти неслышным, но девушка чувствовала его напряжение. Лес был живым – каждый шорох, каждый скрип ветки казался предупреждением. Но Мара, стиснув зубы, шагала вперед, сжимая нож и бормоча себе под нос: – Ну и что, что темно? Ну и что, что крик? Мы с тобой, Бес, не из тех, кто боится теней. Верно, друг? Бес фыркнул, янтарные глаза сверкнули, словно говоря: «Ты сама себя уговариваешь, глупая». Мара хмыкнула, поправляя мешок. Она устала, ноги дрожали, но останавливаться было нельзя. Каждый шаг уводил ее дальше от крепости, от матери, отцов, братьев, от Кебера, от судьбы, которую ей навязывали. Внезапно Бес замер, его шерсть встала дыбом, а рычание стало громче. Мара остановилась, ее рука легла на нож. Из чащи донесся шорох – не ветра, не листвы, а чего-то тяжелого, крадущегося. Глаза девушки расширились, когда из тени выступили три огромные фигуры – дикие кошки, каких она никогда не видела. Каждая была размером с медведя, тела покрыты пятнистой шерстью, глаза горели зеленым огнем, а клыки, длинные и острые, сверкали, как кинжалы. Они двигались бесшумно, их когти втягивались в лапы, но каждый шаг был полон угрозы. – Бес, назад! – прошипела Мара, но пес уже бросился вперед, его рычание переросло в яростный рев. Кошки зашипели, одна из них прыгнула, целясь в Мару, но Бес перехватил ее в воздухе, вцепившись зубами в шею. Вторая кошка метнулась к ней, но Мара увернулась, полоснув лезвием по ее боку. Кровь брызнула на мох, зверь взвыл, отступив. – Ну, давай, тварь! – крикнула Мара. – Думаешь, я просто девчонка? Я дочь Великих Гуров! Бес сражался с первой кошкой, его клыки рвали шерсть, а когти оставляли глубокие борозды. Третья кошка, самая крупная, ринулась на Мару, но девушка прыгнула за корень дерева, уходя от удара. Она чувствовала, как кровь кипит в венах, как страх смешивается с восторгом. Это было настоящее – не платье, не ужин, не цепи Кебера, а бой, где она была воином. Бес сбил свою кошку на землю, и та, взвизгнув, рванула в чащу. Вторая кошка, раненая Марой, последовала за ней, хромая. Третья, увидев бегство, зарычала, но отступила, ее зеленые глаза сверкнули напоследок, прежде чем она растворилась в тенях. Мара стояла, тяжело дыша, нож был испачкан кровью, руки дрожали. Бес подошел к ней, его шерсть была влажной от пота и крови – не его, к счастью. Они переглянулись, оба тяжело дышали, и Мара вдруг рассмеялась, падая на колени. – Ну ты даешь, Бес! – выдохнула девушка, хлопая пса по загривку. – Три гигантские кошки, а ты их разогнал, как щенков! Хотя, знаешь, я бы и сама справилась. Ну, почти, – она подмигнула, но голос дрогнул. – Ладно, признаю, без тебя мне был бы конец. Но не говори никому, а то Саймон с Реем будут хохотать до конца жизни. Бес фыркнул, его взгляд был полон укоризны, словно он говорил: «Ты опять влипла, дурочка». Мара хихикнула, убирая нож в ножны. Сердце все еще колотилось, но теперь в нем был восторг, чистый, яркий восторг. Она жива, свободна, и этот бой – только начало. Лес, полный опасностей, был ее миром и приключением. А сколько их еще будет впереди, можно только догадываться. – Пошли, Бес, – сказала девушка, вставая и отряхивая штаны. – Эти кошки – только разминка. Впереди нас ждет что-то покруче. Ты готов к новым приключениям? Бес фыркнул, толкнув ее носом, и они двинулись дальше в чащу, где тени шевелились, а лес хранил свои тайны.