Глава 38. Я составляю список

Соня

Усадьба Шалока

Теперь я с некоторым смущением и даже стыдом вспоминаю отчаяние, охватившее меня после торопливого прощания с Гордасом. Я все-таки взрослая, разумная женщина, уже пережившая немало печальных событий и должна бы уметь справляться со своими эмоциями. Легко так говорить, когда прошло уже почти две недели после его отъезда.

Пытаюсь вспомнить, что же выбило меня из колеи в тот вечер? Ревность к Кайли? Несбывшаяся надежда получить ребенка от любимого человека… Растерянность от того, что последняя наша встреча перед разлукой вышла такой скомканной, — мы ничего не успели друг другу сказать.

Пожалуй, это был клубок тяжелых и противоречивых чувств — клубок величиной с гору, вот им-то меня и придавило. На несколько страшных мгновений я потеряла себя, но все потихоньку наладилось.

Боль потери уже не сжимает клешнями грудь, мешая дыханию, не ломит виски бессонница, — я справилась и стала почти прежней. Лоут очень помог мне. Первые дни мы не расставались. Я лежала в кровати, а он сидел рядом и включал мне на экране музыку и фильмы.

На Марионе нет привычного землянам кино, в котором играют актеры. Также как нет картин с изображением людей — почему-то наложен запрет на подобные съемки и изображения. Зато красочная природа этой благодатной земли показана с большой любовью и восхищением. Я смотрела на бесчисленные пейзажи марионских гор и лугов, вольно-невольно вспоминая родную планету и сравнивая местные ландшафты с видами далекой родины.

Очень большое сходство. Мариона будто маленькая копия Земли и эта мысль радует мое сердце. Мариона стала мне домом. Значит, нужно проявить хозяйскую заботу и по возможности устроить здесь быт. Дизайнер я или нет?

Хочу в нашу спальню большой торшер, то есть саму-то лампу не великанских размеров, зато подставку из природного материала, пожалуй, деревянную — повыше. И непременно абажур в виде усеченной пирамиды. Еще планирую сменить жалюзи, нынешние слишком невзрачные, может, добавлю портьеры, надо посоветоваться с Джеммой.

Также есть мысль приобрести прикроватный столик, вижу его стеклянным, а подставка в виде изогнутой коряги, даже с имитацией мха. Сама не пойму, что меня потянуло на подобный натурализм… Мы с мужем мало говорили о Гордасе. На обоим еще слишком тяжело, рана едва затянулась. Вот пройдет немного времени и я, может быть, смогу как бы невзначай поинтересоваться у Лоута: «Как ты думаешь, где сейчас наш мальчик?» Нет… не смогу… пока не смогу… опять будут слезы.

Надо себя чем-то занять. Таум решил подарить мне котенка, недавно выходил на связь, уточнял окрас и степень пушистости. Я отказалась и насчет щеночка тоже. Не хочу ни к кому привязываться. Может, после… Лоут сказал, что одобрит любой мой выбор, он совсем не против питомца в доме. А еще есть птички и рыбки. Еще есть музыка и флористика, мои рисунки, наконец.

Не собираюсь скучать и страдать. Категорически запретила себе апатию и хандру. Недавно приказала Рику гонять меня по саду как молодого жеребенка, понемножку осваиваю местную «йогу», мне, конечно, бывает лень заниматься, да еще с каким-то особым проникновенным настроем, но у меня самый упрямый и выдержанный тренер. С парой прямых извилин в синтетической голове…

— Шучу я шучу, Рик, не обижайся, твой коэффициент умственного развития гораздо выше моего, тебе немного не хватает… эмм… разве что, душевности … Но, может, так даже проще жить.

Вчера я занималась тем, что составила полноценный список мероприятий и увлечений, которые будут интересны мне и полезны окружающим. Итак:

Музыка (на Марионе отдают ей особое предпочтение среди прочих видов искусств) Рисование (у меня отлично получается для любителя) Разведение цветов — комнатных и садовых (ох, думаю, скоро перегорю к этому хлопотному занятию…) Дизайн одежды (новое для меня направление, столько планов и смелых задумок) Дизайн ковровых изделий (надо поддерживать профессиональные навыки) Домашний питомец (под большущим вопросом) Коллекционирование (чего-нибудь мелкого и симпатичного) Экскурсии (надо расширять кругозор) Общение с людьми (всегда узнаешь что-то новое, в том числе и о себе) Кулинария (гм… лучше дегустация, поскольку наша Рин — настоящий шеф-повар) Здоровый образ жизни: спорт, диета и всякие там обертывания-умащения (какая скука… обожаю только массаж)

Когда я шутки ради показала подробный список своему доктору, Рик скептически покачал головой и ровным тоном отметил, что, к его глубочайшему сожалению, я не внесла в него один невероятно важный пункт. Такой как регулярные занятия любовью, ведь они очень способствуют укреплению тела, нормальной циркуляции крови и психическому равновесию.

Исключительно для того, чтобы порадовать заботливого андроида, под номером двенадцать в моем перечне мне пришлось добавить короткое слово «секс». Никто кроме меня больше не увидит этот список, так пусть же будет полный ассортимент. Хотя, может, еще что-то подкорректирую со временем.

А вообще, пришла к выводу, что мне нужно как можно реже оставаться одной. Впервые выбравшись за пределы ограды после отъезда Гордаса, я отправилась к реке. Конечно, в сопровождении мужа. У него сейчас отпуск, и мы все время проводим вместе.

Кажется, Лоут догадывается, что меня нужно так загрузить впечатлениями и делами, чтобы я к вечеру уставала и легко засыпала, без раздумий и воспоминаний. Все правильно. Я даже в комнату Гордаса не могу заходить. Точнее сказать, очень даже могу, но я себе это запретила на время и пока держусь.

Но сегодня, когда мы гуляли с мужем по берегу реки, мысли невольно возвращались в недавнее прошлое. Только я была уже во всеоружии, развернула мольберт и сделала несколько быстрых пейзажных набросков. Лучшее средство для заживления душевных ран — это природа и посильное занятие чем-либо интересным.

Лоут лежит прямо на земле, подмяв под себя высокую густую траву, задумчиво смотрит на небо, переводит взгляд на меня и хмурится. А потом вдруг заявляет, что ему придется уехать на пару дней, и раз уж я останусь одна, то следует хорошенько позаботиться о моей безопасности.

Так в нашем доме появился Истукан. Это я его так прозвала в шутку по первым буквам серийного номера ИС-к505. Но прозвище «истукан» подходит идеально. Это человекоподобный робот, запрограммированный исключительно на охрану вверенного ему объекта. То есть меня.

Когда Лоут нас «познакомил», я чуть не взвыла. Мне хватит и доктора Рика с его занудством, так предлагают обзавестись еще и угрюмым амбалом, который будет повсюду таскаться за мной как хвостик. Вернее, огроменный хвостище.

На все мои протесты Лоут терпеливо ответил, что так надо было поступить с самого начала, едва я переступила порог его дома. И еще добавил, что все женщины в городе имеют подобных телохранителей. А я припомнила парочку «гладиаторов» Джеммы и была вынуждена согласиться. Раз уж я теперь такая же знатная матрона, придется поддерживать местные традиции. Тем более, Шалок уезжает на какое-то марионское сафари, и я действительно останусь одна.

На время отсутствия мужа у меня назначена встреча с Джеммой Ласкон и ее великосветскими подругами. Мы запланировали "крестовый" поход по магазинам, во время которого дамы помогут мне выбрать ткани для будущей коллекции одежды. Я уже который день усердно разрабатываю эскизы платьев и комплектов домашнего текстиля.

Таум уже заказал для меня новый визит в Эмпоцентр, а значит, все задумки могут осуществиться. Знай только не ленись — фантазируй и выводи на экран свои образы, а сверхумная машина сама сотворит материальные тела, то есть одежду, сумочки, шторы, скатерти, гобелены и ковры.

Меня вдохновляют естественные формы и краски, я всегда любила растительные принты, а еще хочу экспериментировать — по памяти воскресить несколько известных на Земле картин и представить знакомые мне сюжеты на ткани.

Это смело, конечно, и я не очень уверена, что марионская богема оценит «земных» живописцев в моей неловкой интерпретации, но слишком велико желание увидеть подсолнухи Ван-Гога, лилии и кувшинки Моне, березовые и дубовые рощи Шишкина, лазурь и золото Левитана в интерьере собственного дома. Мне это очень нужно сейчас.

Иногда возникает такое чувство, что все признанные шедевры искусства мастера создавали именно для себя. Сначала для себя, по зову сердца, от полноты души, которая уже не в силах удержать в себе весь объем впечатления от увиденного и осмысленного и жаждет еще раз задохнуться от восторга перед красотой, повторенной и воскрешенной лично, а уж только потом на показ, для других.

Я заново открываю для себя Мариону и ясно вижу как прекрасны ее луга и реки, леса и побережье моря. На этой благодатной земле должны жить добрые миролюбивые люди, в гармонии с природой, в ладу с собой. Могут ли они противостоять воле злобной Создательницы? За все века существования планеты ни по одиночке, ни сообща смертным так и не удалось растопить лед ее отчаяния, потушить огонь ее ненависти.

Богиня уже давно не являлась мне, и порой я начинаю сомневаться, уж не плод ли она моего воспаленного воображения. Даже не знаю, как было бы лучше — наверняка знать, что над тобой всегда незримо присутствует всесильное, капризное Нечто или одна лишь равнодушная пустота.

В зависимости от настроения поочередно я склоняюсь к каждому варианту. Но сейчас мне спокойно одной, без язвительных речей и блестящих очей непостижимой Марионы.

И без того есть чем озадачиться… Не успел Лоут уехать на свою работу или охоту, что уж у них там намечено, как доктор Рик явился ко мне для обстоятельной беседы. Ух, как ретиво начал, видно, долго готовился, сочинял целую речь.

— Дорогая Соня, я крайне обеспокоен состоянием твоей нервной системы и дисбалансом в гормональной сфере. Ты полностью игнорируешь мои рекомендации и если собираешься и дальше придерживаться своих странных принципов, мне придется обратиться в инспекцию о защите здоровья женщин.

— Давай уже, говори прямо, что у меня не так! Я готова на любые процедуры.

— Ты избегаешь интимных контактов с мужчиной. Это негативно сказывается на функционировании твоего организма. Я вынужден принять меры.

— Да уж… А я и не знала, что ты у нас такой ябеда и шпион! Навязали тебя на мою голову… и прочие части тела. Лучше отстань по хорошему, мне нет дела до твоих расчетов. Рик, ты разве не видишь? Я отлично себя чувствую, я встречаюсь с подругами, мы вместе чего-то выдумываем, у меня колоссальный прилив сил. Я не хожу, а летаю.

— Соня, кого ты хочешь обмануть? Я внимательно за тобой наблюдаю — ты почти не ешь, твой сон неглубок и беспокоен, мне не нравятся твои анализы и сердечный ритм. Если господин Шалок уже не устраивает тебя в качестве полового партнера, мне придется подать заявление о необходимости наладить твой контакт с другим мужчиной детородного возраста. Ты хотела иметь ребенка и очень расстроилась, когда этого не случилось после первой попытки.

Но должен тебя заверить, в настоящее время твой цикл налажен и на фоне общего укрепления организма витаминами и антистресс-терапией ты вполне можешь стать матерью. Нужно лишь подобрать подходящего кандидата.

— Эх, Рик… железная твоя голова…

— Должен заметить, мое тело представлено модифицированными сплавами нескольких металлов и насыщено высокотехнологичными системами адаптации.

— Тише, мой милый друг, успокойся, не заводись. Дай мне сказать, вернее спросить, я что-то не поняла, ты серьезно? Если я не буду спать в одной кровати с Лоутом, ты побежишь стучать на нас как последний дятел? Рик, я безмерно тебя люблю и ценю, не будь же таким подлецом, не лезь в нашу личную жизнь — это гадко и некрасиво. Мы разберемся сами.

Но с таким же успехом я могла бы просить о снисхождении каменную плиту.

— Если в ближайшее время ты не возобновишь половые контакты с мужчиной, мне придется подать рапорт об угрозе твоему психо-физическому состоянию.

Внезапно мне пришла в голову неприятная догадка, и я тут же решила ее проверить:

— Рик, скажи честно, ты же не умеешь врать — это Лоут тебя попросил провести со мной столь важную беседу?

— Напротив. Я не раз доводил до сведения Шалока подробную информацию о твоем угнетенном состоянии и крайне возмущен его бездействием. Если ваше интимное общение не восстановится после его приезда, я буду вынужден обратиться за более квалифицированной помощью.

Пришлось пустить в ход прямые угрозы:

— Рик, мы тебя отключим! Я легко обойдусь без твоих кремов, массажей и пилинга.

Но оказалось, что даже в состоянии анабиоза робот сможет подать сигнал о том, что здоровье его хозяйки в опасности. У-у-у, что тогда начнется — тревога, тревога, женщина на Марионе уже месяц как не испытывала оргазма! Куда только смотрит ее муж… Катастрофа планетарного масштаба!

А если серьезно, к нам на дом может запросто явиться официальная проверка и все закончится крупным скандалом, вплоть до присуждения мне более ответственного и ретивого «самца». Я же ни в коем случае не могу допустить такой поворот событий и потому, скрепя сердце, пообещала противному лекаришке, что вернусь к исполнению супружеского долга, как только Шалок вернется со службы.

Что может быть проще, чем лечь в одну постель с собственным мужем, который внимателен и предупредителен, окружает меня заботой и лаской. Да, я люблю Гордаса и только усилием воли заглушаю в себе боль от нашей разлуки. Но ведь Лоута я тоже люблю. Только иначе… иначе…

И даже если нам с мужем предстоит снова заниматься сексом после довольно длительного перерыва, я найду в себе достаточно здравого смысла относиться к этому спокойно, как к простой неизбежности. Лоут старше меня, он всегда казался мне опытным и умелым любовником.

Но чаще всего я робела перед ним, почему-то не могла полностью раскрыться, как это происходило с моим «ангелом». В близости с Лоутом я невольно сдерживала свои эмоции, я была ведомой и принимала правила его игры. Что уж скрывать, порой мне приходилось немного терпеть и притворяться.

А с Гордасом я была сама собой. Случалось так, что вела именно я, то есть полушутливо выражала все свои желания, не стесняясь даже открыто доминировать. А впрочем, мы с ним всегда были на равных, Гордас мгновенно перенимал и поддерживал любую мою идею, привнося в нее собственную яркую инициативу. Мы так много успели вдвоем… Надеюсь, это хоть как-то ему поможет, глупо, конечно, так думать, но хоть что-нибудь хорошее у него в память должно от меня остаться.

Внезапно вспомнился его смех — Гордас всегда был щедр на проявление эмоций, не то что Лоут. У того не поймешь, о чем он думает, когда смотрит на тебя своими жуткими зелеными глазищами. А вот Гордас совершенно не умел сдерживать свои чувства, они били из него фонтаном, переливаясь искристой влагой через край.

Движения его были грациозно-порывисты, словно у молодого оленя или подростка-щенка, который уже простился с детской неуклюжестью, но еще не приобрел зрелую вальяжность. И эта юношеская непосредственность, этот молодой задор и полнота жизни неизменно восхищали и умиляли меня.

С Лоутом было иначе. Он будто все рассчитывал наперед. Узнал меня и представил сразу, что мне может понравиться, а что вызовет неприязнь. Выработал единую схему поведения и вносил в нее коррективы по ходу нашего общения.

Но Гордас… моя любовь к нему стекала сверху вниз, несмотря на то, что парень был на голову выше меня. Я словно возвышалась над ним и укрывала его своей любовью, верно говорила Мариона, в этом есть немалая доля безусловной материнской заботы и участия.

А мое чувство к Лоуту наоборот робко струилось снизу вверх, зарождаясь от уважения и безмерной благодарности. С готовностью подчиняться и уступать. Он старше, опытнее и мудрее. Он — хозяин дома и мой спаситель. Порой мне даже казалось, что и сам Лоут относился ко мне как к дочери, которой у него уже никогда не будет, — он лелеял, опекал и наставлял меня, учил управляться с местными технологиями, следил за моим комфортом.

Так же и в постели, если стереть с памяти несколько сложных и неприятных ситуаций, обычно меня все устраивало. После тихих намеков насчет огромной разницы между искусственной женщиной и настоящей, Лоут стал гораздо нежнее и мягче. Он обращался с моим телом, как с величайшим сокровищем — осторожно и бережно прикасался к самым чувствительным местечкам, никогда не сжимал до боли соски, не принуждал к оральным ласкам по отношению к самому себе.

Вот и сейчас, судя по рассказу моего доктора, Лоут проявил истинный такт, отказавшись настаивать на исполнении супружеских обязанностей. Новую грубость от него я бы не пережила. Ну что же делать… Я не смогу избегать мужа весь этот год, а точнее, оставшиеся до возвращения Гордаса триста шестьдесят марионских дней. В конце концов, секс и любовь — это не равнозначные понятия, так ведь и любовь бывает разной, теперь-то я знаю.

Если я попытаюсь относится к нашим интимным отношениям как к разновидности массажа, будет ли это считаться изменой любимому мужчине? А если у меня два любимых мужчины… Один далеко и мое сердце кровью обливается, когда я лишь на мгновение представляю, как ему может быть сложно там. А другой…

Другой как раз только что вернулся со службы и, похоже, привез мне подарок.

— Лоут, так ты не шутил насчет охоты?! Вот это да! Кабан? Настоящий дикий кабан — у нас их в старину называли вепрями. И что будем делать с мясом, наверно, Рин уже перебирает сотый рецепт его приготовления в своих электронных мозгах. Рин, ты что, зависла? Лоут, а может, признаешься, что просто купил этот окорок.

Ловлю озорной блеск его зеленых глаз и слышу горделивое признание:

— Нет, мейла, этого зверя я убил лично. Зато дал скрыться второму раненому кабану. Может, пригодится менее удачливым охотникам и кто-то тоже отведает на ужин жареное мясо. Приправленное дымом костра…

Мой восторженно-шутливый настрой сменился на легкую тревогу. Показалось, что в словах Лоута скрыт какой-то тонкий намек и это непременно касается Гордаса. Я не хотела спешить с расспросами, муж всегда начеку и в любой момент может уйти от неловкой темы. Я уже достаточно хорошо знаю его и подожду более удобного момента для разговора.