2
СОФИЯ
На следующий день я прихожу в офис утром. Здесь никого нет. Все отсыпаются после вчерашней вечеринки, а это значит мне никто не будет мешать. Раньше мама помогала отцу с бухгалтерией, теперь я взяла часть обязанностей на себя. Папа говорит, теперь у него будет больше времени оставаться с ней наедине.
Мне немного неловко, ведь они мои родители, но в те моменты, когда папа в сотый раз рассказывает историю, о том, как они познакомились и при этом всегда с нежностью смотрит прямо на маму, я точно осознаю, что это именно то, чего я хочу в своей жизни. Встретить такую же любовь.
Мама говорит, что когда это тот самый человек, то любовь творит чудеса. Вместо того, чтобы развеяться со временем, она становиться только сильнее. Я так сильно об этом мечтаю. Конечно, учитывая моего отца и всю его команду Беркутов, мало кто осмеливается приблизиться ко мне.
По какой-то причине перед моим мысленным взором встает образ вчерашнего мужчины. Высокий, поджарый брюнет с трехдневной щетиной и коротко стрижеными волосами. Он мне понравился. Я гадаю, понравилась ли ему я? Я знаю, что я хорошенькая, никогда не сомневалась в своей ценности как женщина. В тоже же время я осознаю, что моя истинная ценность не во внешности.
В глубине души я знаю, что внешняя красота привлекает лишь на первых порах. У моей мамы осталось несколько ужасных шрамов после ее похищения, это не заставляет моего отца смотреть на нее иначе. Он считает ее самой красивой женщиной в мире, не замечает ни седины в ее волосах, ни сеточки морщинок вокруг глаз. Он видит красоту глубоко внутри.
Я знаю, потому что он часто мне говорил об этом. Именно благодаря этому я с детства научилась понимать, что настоящая красота находится внутри. Некоторые из самых красивых людей бывают настолько уродливы внутри, что на них неприятно смотреть.
Марк по-мужски красив, в его карих глазах я не увидела зла или внутреннего уродства. Хотя, может быть, я плохо разбираюсь в людях. В любом случае, это не имеет значения. Он не для меня.
Сажусь за стол и начинаю работать. Я молода, но уже хорошо справляюсь с ведением бухгалтерии довольно крупной организации и скоро получу диплом бухгалтера. У меня есть цели, и я точно знаю, чего хочу от жизни. К учебе отношусь очень серьезно.
Возможно поэтому папа наконец доверил мне сделать шаг к самостоятельной жизни и смирился с тем, что я переехала в отдельную квартиру. Прошлая ночь была лишь третьей ночью в моем собственном гнездышке. Многие вещи еще не распакованы. Это всего лишь небольшая однушка в старой пятиэтажке, но мне она очень нравится. Больше всего тем, что она только моя!
Я провожу следующий час за работой, выделяя некоторые проблемные места. Мы могли бы определенно получить больше прибыли с помощью нескольких изменений. Закончив с цифрами, удовлетворенно откидываюсь на спинку кресла и вздыхаю от воспоминаний о Марке.
Он действительно был симпатичным, но мне нужно выбросить его из головы. Скорее всего, я никогда больше его не увижу. Собрав свои вещи, иду к двери.
Выхожу из кабинета и ахаю, натыкаясь на твердую, как скала мужскую грудь. Передо мной стоит Марк, поддерживая меня за талию и спасая от падения. Он выглядит еще лучше, чем вчера или это мое девичье воображение?
Изо всех сил стараюсь не обращать внимания на тепло, исходящее от его сильных рук и проходящее через все мое тело. Я терплю неудачу. Особенно, когда он начинает улыбаться мне. У него прекрасная улыбка. Это уже не просто тепло, это жар пронизывает меня насквозь.
— Привет, — говорит он.
Я дрожу, когда он отводит мои волосы в сторону. Либо у меня проблемы, либо этот мужчина — эксперт по соблазнению.
МАРК
Я, видимо, сошел с ума. Она слишком молода, ее отец — жесткий и влиятельный человек, он, пусть и временно, но мой босс, от этой девочки у меня будут одни неприятности. И все же, после одного взгляда прошлой ночью, я хочу большего. Поработав в офисе, уже собираюсь ехать на другой объект, как на меня налетает вчерашняя девчонка. Она задыхается от удивления. Ясно, что она не ожидала увидеть меня здесь. Ты не одна такая, детка, ты не одна.
— Привет, — ее губы медленно растягиваются в улыбке. — Что ты тут делаешь?
— Работаю, очевидно, так же как и ты.
— Работаешь? Ты же сказал, что не собираешься становится частью «Беркутов», да и ребят здесь никого нет.
— Да, они отсыпаются после вчерашнего.
— А ты, ты что, подкарауливал меня?
— Возможно, — пожимаю я плечами.
— Ты не уверен, в том, что делал? — спрашивает она с легким смешком.
— Не совсем так. В чем я точно уверен, так это в том, что от тебя у меня будут одни неприятности.
— Ты меня совсем не знаешь.
Я пожимаю плечами.
— Может быть тогда тебе стоит, наконец, отпустить меня? — тихо говорит она и пробует сделать шаг назад.
Я еще крепче сжимаю ее талию. Обычно я очень хорошо контролирую свои действия, но не с этой девушкой.
— О, я определенно должен тебя отпустить, — я сглатываю. В горле от чего-то пересохло. Черт, я же не прыщавый подросток, чтобы так волноваться из-за девочки.
— Тогда почему ты этого не делаешь? — она склоняет голову набок и внимательно смотрит на меня. В ее глазах можно потеряться.
— Может быть я из тех мужчин, которые любят неприятности.
— Мне кажется, ты мне нравишься, Марк. И это не очень хорошо.
— Разве нет? — говорю я, не в силах сдержать удивленный смех. — Мне кажется, это хорошо, что я тебе нравлюсь, учитывая то, что я бы хотел сделать с тобой.
— Это вряд ли. Пойми меня правильно, ты мне нравишься и я бы не хотела, чтобы твое хорошенькое личико было испорчено, — говорит она.
Теперь я даже и не пытаюсь сдержать смех. В мои двадцать девять не помню, чтобы меня кто-нибудь называл хорошеньким. Я все же неохотно разжимаю пальцы и отпускаю ее тонкую талию. Но она не делает попытки отстранится. Наше дыхание совсем близко друг к другу.
— Как насчет того, чтобы позволить мне побеспокоиться о моем лице? — мой голос немного хрипит от охватившего меня возбуждения.
— Я вижу, что ты нездешний и не понимаешь, что тебя ждет. Последний парень, который заинтересовался мной, запрыгнул в свою машину и уехал едва узнав, кто мой отец.
— Меня нелегко напугать, — я безразлично пожимаю плечами.
— Именно так он и говорил вначале.
— И сколько же ему было лет?
— Двадцать один, — отвечает она, хмуро глядя на меня.
— Возможно твоя проблема в том, что ты имела дело с мальчиком, а не с мужчиной.
— Сколько тебе лет, Марк?
— Я уже достаточно взрослый, София.
— Ты знаешь, как меня зовут?
— Это сказал тот парень вчера вечером.
— И ты запомнил?
— Когда я слышу что-то важное, я запоминаю это.
Ее лицо смягчается, ей нравится то, что я сказал. Странно, что она не пытается скрыть от меня свои мысли. Кажется они отражаются прямо на ее лице. Мне это нравится. С ней мне никогда не придется гадать, не врет ли она мне, как Арина.
— Так сколько же тебе? Мне девятнадцать.
— У нас десять лет разницы, София.
— Десять?! — восклицает она, но затем кладет свою ладошку мне на грудь. — Неужели, я слишком молода для тебя, Марк?
В ответ я беру ее руку и подношу к своим губам. Целуя тыльную сторону ладони, пристально смотрю ей в глаза. Она прикусывает свою нижнюю губу белыми ровными зубками, а мой член от этого прижимается к молнии джинс. О да, с ней определенно в мою жизнь войдут проблемы.
СОФИЯ
В то утро в офисе с Марком я была так возбуждена, как никогда прежде. Я думала, что это только начало и с нетерпением ждала продолжения. Но после того, как он поцеловал мне руку, он просто взял и ушел. Это было четыре дня назад, и с тех пор я ничего о нем не слышала.
Может он играет в какие-то свои странные игры? Я имею ввиду, какой парень исчезает после всех этих намеков, комплиментов, после того, как не хотел выпускать меня из своих объятий. А я видела, что не хотел! Пусть играет в эти игры сам.
— Чего это ты такая грустная, София?
Я смотрю на Рому и стараюсь изо всех сил выбросить мысли о Марке из головы.
— С чего ты взял?
— Ты почти весь вечер не разговаривала. Это на тебя не похоже.
— А когда мне было разговаривать? Сначала ты два часа собирал комод. Потом плюхнулся на диван и смотрел футбол, — надеюсь, что он купиться, но на самом деле сомневаюсь, что он это сделает. Рома обычно очень внимателен и тонко чувствует смену моего настроения.
— Как скажешь, — качает он головой.
— Может тебе уже пора домой? Спасибо за помощь с мебелью, но я очень устала.
— Да, пожалуй, пойду.
Я не только устала, но и расстроена из-за Марка. Это безумие, я знаю! Да, он дразнил меня, потом исчез. Это не должно так меня огорчать. Если он игрок, то он не стоит моего времени. Тем не менее все равно грустно и я хочу погрустить в одиночестве.
— Мы еще не закончили этот разговор, — предупреждает Рома. Я хмурюсь и вздыхаю. — Не бери в голову. Я просто немного огорчена.
— Чем же?
— Тебе этого не понять.
— А ты попробуй.
— Каждый раз, когда мне нравится парень и я думаю, что это взаимно, он исчезает. Я начинаю думать, что со мной что-то не так.
— Ты — само совершенство, сестренка!
— Ты мой брат. Это нормально, что ты так думаешь! Но большинство парней, с которыми я знакомилась, не хотят сражаться с целой армией, чтобы просто сводить меня в кафе или кино.
— Значит у них нет яиц и тебе будет лучше без них.
— Возможно, но это не значит, что иногда я чувствую себя такой одинокой.
— Я понимаю, — вздыхает Рома. — Это трудно, когда у тебя есть чувства к кому-то, кто не разделяет их.
— Звучит так, будто ты сам…
— Я тоже не готов сейчас об этом говорить, — перебивает он меня.
— Возможно позже?
— Возможно. Спокойной ночи, София.
— Спокойной ночи. До скорого. — Я смотрю как он спускается по лестнице.
Вздохнув, я запираю дверь, но едва дойдя до кровати, слышу стук. Очевидно, Рома что-то забыл. Я оглядываюсь и вижу его бейсболку на комоде. Иду к двери и, не глядя в дверной глазок, открываю ее, держа перед собой бейсболку.
— Ты опять забыл свою… — я замолкаю, когда вижу, что передо мной вместо моего брата стоит Марк.
— Милая кепка, но это не в моем стиле, — говорит он.
— Что ты здесь делаешь? — я изо всех сил стараюсь не обращать внимание, как сильно бьется мое сердце.
— Хотел тебя видеть.
Мои глаза сужаются от такого ответа.
— Откуда ты знаешь, где я живу?
— Предполагалось, что это секрет?
— Нет, но все же…
— Успокойся, малышка. Со мной ты в безопасности. Я увидел твой договор аренды на столе. Признай, ты специально забыла его в офисе?
— Чтоо? Нет, конечно, нет.
— Ты собираешься впустить меня или будешь ждать пока твой кавалер вернется?
— Пока… стоп. Мой кто?
— Я должен предупредить тебя, София, что я не из тех мужчин, которые делятся своей женщиной.
— Я не… подожди, о чем ты говоришь?
— Если мы будем мутить с тобой, тебе придется отказаться от своего мальчика для развлечений.
— От кого? — восклицаю я.
— От своей игрушки для секса.
— Моей игрушки для секса?! — я не могу удержаться от смеха.
— Да, ты меня хорошо слышала.
— Ну что ж, давай сначала посмотрим, как у нас все пойдет, а потом я…
— Как все пойдет? Ты думаешь, ты собираешься сначала испытать меня? — ворчит он.
— Ну, если я решу «мутить» с тобой, как ты элегантно выразился, то сначала мне нужно знать, что ты того стоишь, — отвечаю я, стараясь не разразиться смехом.
— Я должен был догадаться, с тобой не будет просто. Можешь испытывать меня, но при одном условии. Ты принимаешь тот факт, что я не делюсь.
— Я поняла.
— Вот и хорошо.
— Так ты заходишь? — я отхожу в сторону от двери.
- Я передумал.
— Ээ, что? — растерянно спрашиваю я.
— Я не думаю, что хочу так быстро войти и занять место того чувака, который был здесь до меня.
— Ааа. Слушай, я думаю, это не будет проблемой. Рома, он…
— Не надо. Я видел, как он только что ушел. Не нужно быть гением, чтобы понять, чем вы тут занимались и что тебе это очень понравилось. Вот почему я тебе сразу сказал, что не делюсь.
— Ух ты, и ты все это понял, просто увидев как Рома покидает мой дом?
— Я видел его с Беркутами. Я знаю, что он, вероятно, новичок. И если ты просто пытаешься насолить своему папочке, флиртуя с его людьми, я в порядке с этим. Я готов вписаться. Но я не делю тебя с другими мужчинами.
— Приятно слышать, — бормочу я, закатывая глаза.
— Давай так. Встретимся завтра днем около кинотеатра, что в двух кварталах отсюда.
— Ты знаешь, где находится кинотеатр?
— Просто проезжал мимо и увидел. И давай договоримся, пока не так уж много между нами происходит, нет смысла афишировать это перед твоим отцом.
— Ты не произвел на меня впечатление боязливого человека?
— Всего в меру, знаешь ли. Подумай, над тем, что я сказал на счет других мужчин. Если ты не явишься, это и будет твой ответ.
— Марк, ты все неправильно… — я хочу ему объяснить, что Рома мой брат, но он резко приближается ко мне и кладет свою руку мне сзади на шею, тем самым лишая меня дара речи. Он притягивает меня к себе, наши губы так близко, что когда он говорит, я чувствую его дыхание и слабое прикосновение его губ к моим.
— Прежде, чем ты примешь решение, я должен попытаться доказать тебе, почему ты должна прийти, верно? — шепчет он. Я не могу говорить. По правде, я не уверена, что смогла бы сейчас что-то сказать, даже если бы от этого зависела моя жизнь. Его губы скользят по моим и я теряюсь в этих ощущениях. Они гораздо мягче, чем я себе представляла, его язык танцует вдоль моей нижней губы и я открываю рот, нуждаясь в большем, жаждая его поцелуя так сильно, как никогда не хотела ничего другого прежде.
Он рычит мне в рот, и я глотаю этот звук, когда наши языки сплетаются, его доминируя, а мой умоляя о большем.
Я не знаю, как долго длиться поцелуй, но когда он прекращается, мое дыхание становится прерывистым, пульс зашкаливает. Меня целовали и раньше, но так — никогда.
— Завтра, София, завтра, — обещает он, отпуская меня. Он уходит, не оборачиваясь, а я не могу оторвать глаз от его удаляющейся фигуры.
МАРК
Мне нужно проверить голову у специалиста. София явно увлекается играми и хочет позлить своего папашу. Типичная скучающая мажорка. Я должен был уйти сразу, как только увидел ее с тем парнем около ее дома. Я начал было это делать, но тут случилось самое странное. Я заревновал. Я никогда в жизни не ревновал. Я не могу припомнить, чтобы ревновал, увидев как Арина отсасывает другому.
Я расхаживаю перед входом в кинотеатр, потирая руки о джинсы. Никогда бы не подумал, что буду так нервничать ожидая девушку на свидание. Да что там, никогда бы не подумал что в свои двадцать девять приглашу девушку на настоящее свидание. Случайный секс после пары рюмок в баре — вот моя стандартная схема. Эта девочка переворачивает весь мой мир.
Когда я увидел ее договор аренды, забытый на столе, еще полчаса ходил вокруг, борясь с желанием посмотреть ее адрес. Моя сила воли проиграла. Закончив работу в офисе с утра пораньше, я решил выехать в автосервис. Уже отъезжая, увидел Беркутов, громко смеющихся и входящих в офис с каким-то зеленым мальчишкой. Тогда еще я не обратил на него внимания.
Почти весь мой день ушел на установку камер в автосервисе. Хотелось только принять душ и выпить холодного пива. Но, пропустив поворот в сторону особняка, сам не заметил как оказался в районе, где живет София. Два раза проезжал мимо ее дома, обещая себе, что вот сейчас точно поеду домой. Это же самое я обещал себе, вынимая ключ зажигания и выходя из машины около ее дома.
Только сделал шаг в сторону подъезда как увидел картину, от которой больно сдавило в груди. София шла под руку с парнишкой, которого я видел утром с Беркутами. Что они делают в девять вечера вместе, а точнее, что они собираются делать вместе в ее квартире на ночь глядя? Ответ очевиден. Мне хотелось подойти и свернуть ему шею.
Они зашли в подъезд, а я продолжал стоять посреди двора, как идиот еще минут десять. Знал, что нужно просто уехать, но не смог. Следующие три часа сидел в машине и пялился на дверь, как потерявшийся щенок. Время шло, но парень так и не выходил. Я не знал, какие из окон ее, мог только предполагать, но, когда все окна в доме начали постепенно гаснуть одно за другим, я почувствовал дикую смесь гнева, горечи и отчаяния, которое разрывало мне сердце.
Вспоминая сейчас, как он наконец вышел довольный из подъезда Софии, я непроизвольно сжимаю кулаки, мое лицо напряжено.
— Обычно, когда я прихожу на свидание, парень не выглядит так, будто готов кого-то убить, — говорит София и я резко оборачиваюсь. Черт возьми, она хорошо выглядит. Она одета в короткое белое платье с тонкими бретельками. Ее прекрасные сиськи едва помещаются в нем. Если бы она была моей женщиной, я бы отшлепал ее, приковал к кровати и потребовал, чтобы, когда она выходит на публику, на ней было одето больше одежды.
— Ты хорошо выглядишь, малышка.
— И ты тоже, — улыбается она. Господи, в ней столько огня. Дерзость, молодость и сексапильность исходят из нее волнами.
— Помнишь, я сказал тебе, что от тебя одни неприятности?
— Да, я помню, — саркастически ухмыляется она.
— Я думаю, что был неправ.
— Да неужели? Что же так?!
— Ты опаснее неприятностей. Ты как бочка с динамитом, готовая взорваться.
— Ну, это… очень романтично.
— Вот кто я такой, мистер романтика.
— Бочка динамита, говоришь. Значит ли это, что ты слишком напуган, чтобы увидеть куда это приведет?
— Это? — поднимаю я бровь.
— Да. Ты и я. Между нами есть притяжение. Может я и молода, но не глупа. Я знаю, ты чувствуешь ту же химию. Так что не пытайся играть со мной в свои игры.
— Ты всегда так прямолинейна?
— Да.
— Приятно это знать. Так это значит, что ты подвинешь своего мальчика для секса в сторону, пока я нахожусь в кадре?
— Если бы ты задержался вчера вечером, я бы рассказала тебе о Роме…
— И слышать о нем не хочу. От мысли, что он рядом с тобой, мне хочется его убить. Так что пока мы мутим нашу мутку, он остается не удел.
— Мутим что? Да, твои слова могут согреть сердце любой девушки.
— Я не собираюсь согревать твое сердце, София.
— Ты и впрямь мистер романтика, — качает она головой.
— Я жду твоего ответа, — говорю я, устав от разговоров об этом.
— Ответа?
— Ты пинаешь своего мальчика в сторону или нет?
— Эм, пока, мы, как ты говоришь, мутим, Рома не будет проблемой.
— Ну что ж, раз мы обо всем договорились, пойдем, — я веду ее ко входу в кинотеатр, положив руку на спину, едва удерживаясь от того, чтобы переместить ее на аппетитную попку.