Глава 18
Я остолбенела от изумления.
И что это значит? Когда бабуля успела обменять Витторио на Виктора?
– Риточка, познакомься, это Виктор, очаровательный молодой человек! Он меня спас. Виктор – это моя внучка Маргарита.
– Добрый вечер, Маргарита Андреевна, – тонко усмехнулся шеф, в его глазах запрыгали чёртики. – Давно не виделись, правда?
Соня озадаченно посмотрела на моего начальника, явно что-то вычисляя в уме.
– А-а… Так вы и есть… тот самый… Виктор Николаевич? – поняла она наконец. А затем почему-то вытаращила красиво накрашенные глазки и прикрыла рот ладошкой. – Ой.
– Бабуля, что случилось? Что произошло? Почему ты так поздно? Почему вы вместе?
– Ой! – повторила Соня. Она удивлённо хмыкнула. – Надо же… Кто ж знал…
Виктор, безусловно, не отказал себе в привычном удовольствии – он ловко ощупал меня взглядом, словно произвёл вдумчивую пальпацию, не пропуская ни одной детали. Потом обвёл глазами прихожую, и на мгновение на его невозмутимом лице промелькнуло удивление.
Ещё бы! У нас же разгром, как после попадания боевого снаряда.
Ужаснувшись, наверное, нашей обстановочке, шеф пристально уставился на мои голые коленки. Я была в старом платье-футболке с Микки Маусом и в тапках-вьетнамках. На голове – хвост, на лице – ноль косметики. Успела принять душ, после того, как закончилась моя смена в качестве воспитательницы детского сада. И теперь стояла перед начальником совершенно домашняя и умытая.
– Вашей бабушке внезапно стало плохо в магазине. От «скорой» она отказалась. Тогда я вызвался отвезти её домой.
– Бабуля! – испугалась я. – У тебя сердце прихватило?! Давление?!
– Уже нормуль, Риточка. А в магазине… Да они там просто звери!
– Что случилось?!
– Да так, ерунда… Я совершенно случайно не сняла браслетик. Совсем забыла! Я же старенькая! Ну, и эта хрень на выходе заорала дурным голосом. Сигнализация их долбаная. Завыла, блин. Вот у меня сердце чуть и не остановилось. Я на них в суд за это подам! Потом ещё и охранник набросился, скотина подлая, ой, пардон, Виктор, я не то хотела сказать… Нет, я именно это и хотела сказать! Кидаться на пожилого человека из-за какой-то безделушки… Это натуральное свинство! – Соню обуревал праведный гнев.
А у меня от стыда потемнело в глазах: я поняла, что браслетик задержался на её запястье вовсе не случайно.
– Да, персонал магазина вёл себя по-хамски. Они словно сговорились довести вашу бабушку до инфаркта, – поддержал Виктор.
– Мне до сих пор плохо! Боже, что я пережила! – Соня картинно, как актриса немного кино, заломила руки.
– Но ты сказала, что уже всё нормально! – снова переполошилась я.
– Ах, ничего… Я справлюсь! – мужественно пообещала бабуля. – Не волнуйся, моя маленькая!
– Ты уверена?
– Да. Кстати, Виктор быстро всех поставил на место, – позлорадствовала Соня. – Объяснил им, насколько они не правы. Эти работнички моментально урылись! Осознали свою ошибку. В конце концов даже и браслетик подарили, – бабуля раскрыла крошечный фирменный пакет. – Риточка, посмотри, он прелестный, правда?
Я гипнотизировала бабулю хмурым взглядом. Настроение стремительно падало, оно уже практически свалилось за наш плинтус, засыпанный строительной пылью.
– Но что же это мы стоим в прихожей! Давайте чай пить! – весело воскликнула Соня. – Знаешь, мы с Виктором так классно прокатились по вечернему городу. С ветерком! Везде огни, всё сверкает, иллюминация. Ах, Витя, как мне понравилась ваша машина! Зверюга! Рычит, аж до печёнок пробирает!
– Мне она тоже нравится. А что у вас с дверью?
– Да вот отвалилась она, – весело прощебетала умирающая. – А обратно мы её повесить не можем, сил не хватает. Мы же девочки. Но, в целом, у нас ремонт.
– Да, я уже заметил.
– Поэтому не обращайте внимания на маленький беспорядок! – беспечно махнула рукой Соня.
Хм.. Назвать наш бедлам «маленьким беспорядком» – это всё равно, что назвать «лёгким недомоганием» рак в последней стадии.
Виктор подошёл к двери, поднял её без видимых усилий, отодвинул плечом занавеску с подсолнухами и в одно мгновение ловко насадил дверь на петли.
Соня украдкой показала мне большой палец.
– Ах, ах! Да вы силач! – затарахтела она. – Дайте, я пощупаю ваш бицепс! О, какая мощная спина! А плечи!
Я метнула на неё яростный взгляд. Бабуля тут же схватилась за сердце:
– Ох, видимо, мне всё-таки надо принять какое-нибудь лекарство… Но нет, нет, сейчас, вроде, отпустило… Давайте же скорее пить чай! Я быстренько накрою стол, поставлю сервиз. А вы пока поворкуйте, обсудите рабочие моменты. Например, «Лебединое гнёздышко» у вас ни хрена не продаётся, я ж знаю. Кстати, ещё обязательно пропустим по рюмашке за здоровье несчастной пожилой леди! – весело залопотала Соня.
– Извините, но я должен уйти. Пейте чай без меня. Соня, было очень приятно с вами познакомиться, – шеф взял бабулину ручку в обе ладони и осторожно встряхнул. – Маргарита Андреевна, выглядите потрясающе. Спокойной ночи, дамы!
***
Проводив нежданного гостя, я набросилась на бабулю.
– Ты хотела украсть браслет?!
– Ага. И пошла искать маникюрные щипчики, чтобы аккуратно откусить этикетку с магнитом. Но по дороге отвлеклась на суперскую губную помаду. А потом увидела шампунь по акции. И пробники с кремом… В результате, я совершенно забыла, что у меня на запястье этот чёртов браслет. Да так с ним и пошла к выходу. Но нет, он, конечно, очаровательный! Смотри, как блестит!
«Сорока-воровка! Тащит в гнездо всё блестящее…»
– Бабуля, но так же нельзя! – обречённо пробормотала я.
– Ты права. Надо быть более предусмотрительной, – постучала себя указательным пальцем по голове бабуля. – Лучше сразу приносить с собой щипчики. Или маленькие ножницы. Правда?
– Но воровать – плохо! Это отвратительно!
– Да боже мой! Я что, у несчастного африканского ребёнка изо рта банан выхватываю? У голодного бомжа кусочек хлеба отбираю? Раскулачивать проклятых капиталистов – наша святая обязанность! Пусть восторжествует социальная справедливость! И потом, они всё это барахло даже продать не могут! Им девать его некуда. Да я им помочь хотела! Подразгрузить торговый зал.
– И всё равно. Я с тобой не согласна и попрошу тебя больше никогда так не делать. А за украденный браслет обязательно вычли бы у продавца из зарплаты. Думаешь, они там много получают? Капиталисты внакладе никогда не останутся. Все убытки раскидают на персонал. В результате богатые станут ещё богаче, а бедные станут ещё беднее. Ты о такой социальной справедливости мечтаешь?
– Упс… Об этом я как-то не подумала…
– Вот именно! Я вообще не знаю, о чём ты думала!
– Ты у меня такая умница, Риточка! – бабуля взяла в ладони моё лицо и поцеловала в лоб, но я вырвалась из её хрупких объятий. – Хорошо-хорошо, уговорила, я больше так не буду!
– Между прочим, мне ужасно стыдно перед Виктором Николаевичем…
– Да он мировой парень! – воскликнула бабуля. – Не парься. Он всё правильно понял.
– Я в этом вовсе не уверена!
– Вот только…
– Что ещё?! – у меня упало сердце.
– Я же не знала, что это он и есть… – виновато промямлила Соня.
– И?
– Ну и… Вот, – Соня опустила глазки и зарделась.
– Что?!
– Ну-у-у… Я всю дорогу расписывала ему, какой у внучки начальник кретин и деспот, да и вообще моральный урод.
– О, боже… Бабуля… Я точно тебя убью.
– Так ведь он всю дорогу мне ещё и поддакивал, негодник! – возмутилась Соня. – Сказал бы сразу: я тоже работаю в «Армаде». Хотя бы намекнул! Я бы мигом переобулась. Так нет же! Но ты не расстраивайся, Риточка! Всё будет хорошо!
Но я капитально приуныла. А ещё – ужасно рассердилась на бабулю, хотя такого не бывает практически никогда. Я стойко переношу все её причуды, прощаю ей любые выходки. Но сейчас мне на самом деле ужасно неприятно. Как я теперь появлюсь в офисе? Как буду смотреть в глаза Виктору? Моя бабуля – воришка. Какой позор! Я плохо её воспитываю, не прививаю нравственных ценностей.
Да уж куда мне! Я и сама хороша! Сегодня сказала шефу, что Света моя сестра. И этот обман обязательно вскроется – рано или поздно. Только от этой мысли становилось не по себе. А уж Сонина авантюра и вовсе выбила меня из колеи… Бабуля грабит магазины, внучка напропалую обманывает. Что и говорить, мы отличная команда!
А как я выглядела… Кошмар! Старое трикотажное платье, шлёпки, наспех стянутый конский хвост, не накрашенные губы и ресницы. Да я в таком виде даже мусор не пойду выносить! И вот предстала во всей красе перед мужчиной, который мне безумно нравится…
А наш разгром? Виктор увидел, в каком жутком бардаке я живу, и от этой мысли мне тоже тошно. Теперь он будет знать, что его подчинённая по вечерам возвращается в клоаку, где по углам – цемент и обломки штукатурки. Не очень удачное дополнение к моему образу элегантной и стильной барышни. Принцесса не должна жить в берлоге.
Виновата во всём, конечно, Соня.
…Бабуля, очевидно, уловила излучаемые мной потоки возмущения, потому что тихонько самоустранилась и больше на глаза не показывалась. Не предлагала поужинать или просто попить чайку. Тихонько пошуршала на кухне и уселась играть в шахматы. Но делала это в необычной манере – не орала, как это ей нравится, а общалась с противником вполголоса:
– Ладно, ешь, разрешаю. Жуй моего слоника… Вкусно, не обляпался? А я зато твою ладейку прихвачу. Не понравилось? А ты думал! Ой, постой, куда?! Куда коня моего дел? Нет, вы посмотрите! А не выйдет! Ага, вот тебе, вот тебе! Что, не понравилось? Русские не сдаются! Не знал? А вот теперь знаешь!
Сыграв несколько партий, бабуля не выдержала и пробралась ко мне в комнату, скорчив несчастную рожицу.
– Прости-и-и-и, – проныла она. – Я больше так не буду!
Как маленький ребёнок, право!
– Кстати, я вот подумала. Если ты вдруг чего-нибудь стыришь, у тебя будет оправдание – плохие гены. Вали всё на бабулю!
– Спасибо, но я не хочу ничего тырить. Предпочту воздержаться, – сухо процедила я.
Соня душераздирающе вздохнула и присела на мой диванчик, где я уныло валялась с недочитанной книгой Джона Стила "Правда, ложь и реклама". Текст сопротивлялся, несмотря на то, что был для меня интересен и описывал тайные механизмы рекламного бизнеса. Но мои мысли, конечно, были заняты совсем другим и вертелись вокруг сегодняшних событий.
Сколько переживаний!
Словно красный сигнал светофора в голове один за другим вспыхивали вопросы. Почему постоянно что-то происходит? Почему я живу как на вулкане? Кто в этом виноват? Обязательно ли жизнь должна быть такой напряжённой? Как это исправить?
Бабуля ласково погладила меня по ноге, пощекотала пятку, помяла пальцы.
– Что же ты сразу не сказала, что у тебя такой классный шеф? Всё это время ты его только ругала.
– Но он изменился. И превратился совсем в другого человека.
– Но я же не знала! – вздохнула Соня. – А он обалденный. Рита, скажу тебе совершенно серьёзно: нужно брать. Весьма породистый жеребец, дети получатся красивые. Не хлопай ушами, девочка моя! Он тебе нравится?
Я приподнялась на локте и страстно призналась:
– О, как же он мне нравится! Несколько раз даже приснился!
– Голый?! – ахнула Соня. – Вау! Круто!
– Нет. В офисе за рабочим столом. Командовал, распоряжался.
– Ну, это не так интересно… – разочарованно хмыкнула бабуля. – А командовать он мастер! Видела бы ты, как он ринулся на защиту незнакомой очаровательной старушки, которую пытались растерзать охранник и продавцы. Бросился, как лев, едва всех не покусал… Это так приятно.
– Тебе повезло, что нашёлся такой спаситель. Но следующий раз его не будет. Постарайся больше не попадаться. Вернее, никогда больше не забывай снять браслет, кольцо, шубу, лыжи, когда выходишь из торгового зала.
– Больше – никогда! Век воли не видать! – поклялась бабуля. – Надеюсь, у этого парня не гусеничка, а нормальный такой инструмент.
О-о, знала бы она!..
– А какие у него великолепные манеры! – продолжала рекламировать моего шефа Соня. – Он галантен, сейчас это редкость.
– У него блестящее образование, к тому же, он стажировался в Англии. Наверное, там и поднабрался всяких джентльменских штучек. Или родители так воспитали.
– Риточка, но я не понимаю, почему вы до сих пор не вместе? Вы будете отличной парой! Ты меня удивляешь. Около тебя в офисе ежедневно маячит роскошная добыча, а ты игнорируешь! И ты ему нравишься, это заметно. Как он на тебя сейчас смотрел, да просто пожирал глазами. Что ты медлишь? Уведут!
– Всё очень сложно, – вздохнула я. – Виктор – очень законспирированный товарищ. В интернете я о нём ничего не нашла, в офисе тоже никто ничего не знает. Я даже не в курсе, есть ли у него жена или подружка. Но один знакомый со мной поделился, что у Виктора проблемы с алкоголем.
– Фигово, – расстроилась бабуля. Но тут же оживилась: – Только зачем нам верить словам какого-то знакомого? Может, он специально это сказал, чтобы отвадить тебя от Вити? Вдруг он сам на тебя виды имеет?
Возможно и так. Но я-то владею неоспоримым доказательством того, что в пьяном виде Виктор неадекватен. Ему начисто срывает крышу. Не может здравомыслящий мужчина так запросто взять и наброситься на незнакомую девушку. За это, между прочим, в тюрьму сажают, это преступление.
Но я совсем не против, чтобы Виктор стал рецидивистом!
Я села на диване и обняла бабулю за плечи.
– Как же он мне нравится, – горячо прошептала я. – Он бесподобный… Я схожу по нему с ума. Мне трудно на него смотреть, заходить к нему кабинет, отвечать на его вопросы… Я плохо соображаю, когда он на меня смотрит. У меня в голове щёлкает какой-то тумблер, и хочется бросится на него, содрать пиджак, сорвать галстук… О-о… Что же мне делать, бабуля?
– Я бы сказала «сделай ему минет», ведь это лучший способ наладить с мужчиной конструктивные отношения. Однако… Как ни крути, с алкоголем шутки плохи, – сокрушённо вздохнула Соня. – Если есть подозрение, что он не равнодушен к бутылке, тогда, действительно, нужно быть поосторожнее с нашим красавчиком. Алкогольная зависимость – слишком серьёзный изъян, он ничем не компенсируется.
– Увы!
– Вспомним про Антона… Он ведь тоже мне очень нравился. Блестящий юноша, обходительный, незаурядный. С предпринимательской жилкой, без пяти минут миллионер. А кем оказался? Гадом ползучим! Да чтоб он сдох, урод! Итак, повторю: осторожность и ещё раз осторожность! Чтобы опять не угодить в историю!
Удивительно слышать такой совет от дамы, которая сегодня нагло грабила магазин!