Глава 39
Вокруг бушевало людское море, но в нашей части раздевалки повисла тяжёлая пауза. Все оглянулись на генерального. Едва услышав новость об Иване, директор начал меняться в лице. Он постепенно багровел и наливался свекольным соком, а на лбу пульсировала страшная фиолетовая вена. Казалось, ещё мгновение – и Михаила Ивановича хватит удар.
Мне вдруг стало его жаль. Мой обычный страх перед директором на секунду отступил, захотелось погладить его по руке и успокоить – да что же вы так переживаете из-за этой дурацкой «Битвы»! Ладно, опять продуем. Но ведь жизнь не остановится!
Но это моя жизнь не остановится – ведь я сейчас опьянена любовью к Виктору, мне и море по колено. А для гендиректора, вероятно, победа в «Битве» имеет какое-то особое значение.
– Кто же будет танцевать?
Вопрос завис над безмолвной толпой, как НЛО над ночной долиной. Все осматривали имеющихся в наличии мужчин, и постепенно взгляды сконцентрировались на Викторе. Естественно. Во-первых, он был самым статным и красивым персонажем мужской массовки. Во-вторых, он опять крепко держал меня за руку, внушая окружающим надежду, что, раз начальник и подчинённая наладили тесный контакт, то и на танцполе они сумеют выступить скоординированно. Наверняка, изобразят что-то красивое.
О, да! Сейчас мы с Виктором весьма неплохо кое-что изобразили. Но жюри танцевального конкурса страстными фрикциями не удивишь. Им нужен настоящий танец. Тот, что отрепетировали мы с Иваном.
– Витя, голубчик… А ты умеешь танцевать? – с трогательной надеждой в голосе спросил Михаил Иванович.
Виктор шумно вздохнул. Он выглядел озадаченным. Все смотрели на него с немым вопросом.
– Ну, так. Немного… Могу даже бёдрами подвигать. Но вряд ли судьи ждут от нас именно это.
– А деваться некуда! – вздохнул Михаил Иванович. – Будешь танцевать с Маргаритой.
– С Маргаритой – всё, что угодно! – сразу же согласился Виктор.
Ломаться он не собирался. Приехал всего на один день, чтобы поддержать команду и в результате выложился по полной: сначала отличился в стендовой стрельбе, потом дотащил до финиша покалеченного Ваню. Сейчас будет ещё и танцевать.
Молодец, конечно… Но, видимо, танец мы проиграли. Как мы сейчас выступим – без подготовки, без единой репетиции? Нет, невозможно…
– Постойте! Так ведь нужна одежда, – вспомнила Василиса. – Не в этом же танцевать!
Организаторы уже пригласили всех в зал, и взволнованные участники потянулись к распахнутым дверям. Из баскетбольного зала лилась музыка. Мы выступали предпоследними. А проклятый «Сириус», набравший в состязаниях максимальное количество баллов, продемонстрирует свой танец последним.
Мы ещё даже не видели их танцоров. Где они? Они тоже отмахали трёхкилометровый кросс, прежде, чем надеть танцевальные костюмы?
– Вот, – Людмила достала из шкафчика плечики с целлофановым чехлом. Под ним виднелась чёрная рубашка и брюки. – Это Ванькин наряд. Наверное, подойдёт? Виктор Николаевич, скорее переодевайтесь!
– А можно я куда-нибудь спрячусь? – попросил доблестный рыцарь.
– Ой, чего мы там не видели! – закатила глаза Василиса. – Переодевайтесь скорее, нету же времени! Виктор Николаевич, мы не будем на вас смотреть!
– Обещаете?
– Клянёмся! – хором прокричали дамы.
Бессовестные!
– Вдруг ещё брюки не подойдут, – заметила Нафиса. – Ваня-то потолще будет.
– Витя, шевелись, – приказал генеральный.
– О’кей. Но я, если что, предупредил, – согласился Виктор и начал быстро раздеваться.
Опять!
Когда он стащил с себя футболку, нашим дамам, вероятно, стало плохо. Да и девушкам из соседних команд тоже. Все как бы случайно развернулись лицом в нашу сторону – так подсолнухи поворачиваются к солнцу.
– Ой-бай, красота-то какая неземная, – простонала Нафиса. – Какие мышцы! И это ж кому такой подарок достанется?
Ха! Уже достался!
А сейчас Виктор снимет джинсы, и все увидят его роскошные ляжки – крепкие, волосатые… Я только что гладила, сжимала и целовала все эти каменные мускулы… Хочу ещё!
Ванины брюки оказались Виктору великоваты в талии, но он затянул их ремнём. Не очень, конечно, но сойдёт. А куда деваться, делать нечего…
– А может, не застёгивать рубашку? – плотоядно блестя глазами, предложила Василиса. – За красивый пресс ещё пять баллов накинут!
– Нет, лучше застегни, – тихо сказала я Виктору. У меня уже созрел план.
– Маргарита Андреевна, идите сюда, – гендиректор потянул меня в сторонку и тихо спросил: – Какой у вас кредит? Долго ещё платить? Сколько вы ещё должны?
– Полмиллиона, – удивлённо пробормотала я.
Почему он сейчас об этом спрашивает? Нашёл время!
– Если сейчас выиграете в танцах – я его погашу, – тихо произнёс генеральный.
– Вы закроете мой кредит?! – вскинулась я.
– Да. Пожалуйста, делайте, что угодно. Хоть по паркету ползайте. Но выиграйте этот долбаный конкурс! Вытаскивайте на себе, раз так получилось. Танцуйте за двоих, – Михаил Иванович осторожно сжал меня за плечи. – А за мной не заржавеет, обещаю.
***
За минуту до того, как мы отправились в баскетбольный зал, у Виктора зазвонил телефон.
– Это Полина, – сказал он, нахмурившись, и отвернулся в сторону.
Я испуганно замерла рядом. Боже мой, только бы сестра не сказала Виктору, что с Гришей всё плохо…
– Да?.. Правда?.. И на сколько?.. Серьёзно?.. Не может быть! А лейкоциты? Тоже?.. Спасибо! Позвоню по скайпу прямо из аэропорта. Ночью уже приеду. Целую. Грише привет.
– Что?! – со страхом спросила я.
– Вчера поставили капельницу с новым лекарством, а сегодня наш пацанчик ожил. Слегка, конечно, немножко, но даже это удивительно. Полина за сегодня третий раз звонит. Говорит – ребёнок меняется прямо на глазах.
– Наверное, врачи влили в него живительный эликсир!
– Да, они предупреждали. Совершенно новый препарат. По цене космической орбитальной станции.
– А вы сможете платить за него?
– Надеюсь.
***
И вот наш выход.
Мы с Виктором, держась за руки, вышли в центр зала. Вдоль стен замерла публика, напротив – за длинным столом, украшенным разноцветными букетами, – сидело строгое жюри.
– Поприветствуем наших новых участников. От строительной компании «Армада» выступают Маргарита Никитина, специалист по рекламе, и Виктор Морозов, директор по маркетингу.
– Придётся импровизировать, – шепнула я Виктору.
– Ничего, импровизировать мы умеем, – он крепко сжал мою ладонь. – Сейчас мы им покажем. Будем биться насмерть. Порвём «Сириус»! – Виктор улыбнулся.
Мой восхитительный любовник явно иронизировал. Но я сама собиралась зубами вырвать у соперников победу. Виктор не знает, что для меня этот танец стоит полмиллиона. А это значит, что я на целый год раньше покончу с кредитным рабством. Я шесть лет вкалываю, как проклятая, и отправляю деньги в ненасытную, алчную утробу банка. Но нужно победить в танцах, и я опять стану свободным человеком!
Дожидаясь музыки, мы стояли бок о бок, держались за руки и не сводили глаз друг с друга. Очевидно, наши взгляды были такими страстными, что это заинтриговало зрителей. По залу метался взволнованный шёпот. Я не видела никого вокруг, но в голове то и дело всплывали картины из душевой, и от этих воспоминаний становилось очень жарко…
Наконец, зазвучала музыка, зазвенела гитары, запели скрипки… Румба, чувственная и томительная, как розовый морской закат, заполнила всё пространство баскетбольного зала…
И с первых тактов мелодии выяснилось, что Виктор значительно преуменьшил свои способности. Он был не только блестящим маркетологом, опытным руководителем, метким стрелком, ответственным командным игроком, заботливым братом и дядей, криворуким стилистом и бесподобным любовником… Ко всему этому, он был ещё и неплохим танцором.
Какое же сокровище мне досталось!
Я-то предполагала, что Виктор будет только переминаться с ноги на ногу и придерживать меня за талию, как неумелый и деревянный жених на свадьбе, которого требовательная невеста заставила исполнять танец новобрачных – все танцуют, чем мы хуже!
Но сразу же стало понятно, что танцевать Виктор умеет. Он был лёгким и артистичным, молниеносно угадывал мои движения и подхватывал их, быстро подстраивался и держал ритм.
Наш танец превратился в испанскую корриду – мы сошлись как два противника, и ни один не желал уступить другому. Это было сражение характеров, спор за мировое господство. Мы обжигали друг друга злыми взглядами, я ускользала, презрительно отталкивала руку партнёра, отбивалась от его объятий. А он преследовал меня, пытался схватить и прижать к себе. Временами ему это удавалось, и тогда несколько мгновений мы сладострастно обвивали друг друга и совершали эротичные танцевальные па, но потом я вновь исчезала.
Публика тоже разгорячилась, всем уже хотелось, чтобы я наконец, покорилась мужчине.
– Давай же, девочка, не сопротивляйся! – крикнул кто-то басом.
Страсти накалялись, наша румба становилась всё более знойной и яростной. Да, она была расхристанной и совсем не профессиональной – пару раз мы едва не грохнулись, оступившись. Но наш танец пылал жаром, это снова был секс – но теперь уже не в безлюдной раздевалке, а прямо на публике.
И все это чувствовали. Все понимали, что мы не просто так выделываемся друг перед другом – нет, нас связывают невидимые нити.
В финальных аккордах мы разошлись в разные стороны, словно так и не договорились, кто же в нашей паре будет главным, но потом с разбегу бросились в объятья друг друга. Я изо всех сил рванула рубашку на груди Виктора, втайне умирая от страха, что сейчас он сделает то же самое с моим платьем. Но нет, Виктор застыл, пуговицы брызнули во все стороны, и великолепный обнажённый торс моего партнёра, выставленный напоказ, заставил зрителей ахнуть. А я сползла вниз по груди любовника, цепляясь за него руками и губами, всё ниже и ниже, спустилась шёлковой лентой по его бёдрам и застыла на полу, прижимаясь к колену – признавая победу мужчины.
Стихла музыка. Зал, наверное, целую минуту ошарашенно молчал. А потом началось всеобщее помешательство. Публика кричала, орала, хлопала, взбудораженная нашей дикой румбой. Сейчас любой мужчина в зале мечтал обо мне, а любая женщина – о Викторе.
Мой босс, улыбаясь, поднял меня с пола, и вдруг – вместо того, чтобы поклониться жюри и публике – быстро подхватил меня на руки и, сделав страшные глаза, понёсся прямо к выходу из баскетбольного зала – словно тащил со склада украденный мешок с сахаром.
Вслед покатились вопли и хохот.
– Виктор Николаевич, вернитесь немедленно! – потребовал в микрофон председатель жюри. – Куда вы понесли Маргариту Андреевну! Поставьте её на место! Вы ещё не узнали оценки!
Виктор развернулся уже у выхода, демонстративно вздохнул и с грустным видом поплёлся обратно. Зал умирал.
– Да не ломайте вы мужику кайф! – крикнул кто-то. – Пусть несёт, куда хочет, он заработал! А оценки мы и без них узнаем.
Жюри безоговорочно поставило нам максимальный балл. Мы с Виктором вернулись к своим и угодили в объятия команды. Все нас обнимали, поздравляли, похлопывали по плечам, гладили по спине.
– Да вы ж мои милые! – едва не прослезился Михаил Иванович. – Спасибо, ребятки! Спасибо!
***
– Приглашаются следующие – и последние – участники нашего конкурса. Они представляют строительную корпорацию «Сириус». Встречайте! Алина Быкова, сотрудник департамента персонала, и Геннадий Орешников, главный менеджер рекламного отдела.
Они даже ещё не заняли исходную позицию, а уже было ясно, что «Сириус» ведёт нечестную игру. Эти двое явно посвятили профессиональным танцам всю свою жизнь, начиная с трёхлетнего возраста. Им достаточно было сделать два шага – отточенная кошачья грация, элегантные реверансы, особые жесты – и сразу стало понятно, что эти участники – профессионалы международного уровня. Такими можно полюбоваться, включив ролик на ютубе.
Даже в паре с Иваном мы бы их не обыграли. Мы просто не годились им в подмётки. Что же говорить о нас с Виктором? Да, мы танцевали раскрепощённо и страстно. Но мы были всего лишь жалкими дилетантами по сравнению с этими звёздами танцевального мира…
Сейчас им тоже поставят максимальный балл, как же иначе! И мы опять проиграем «Битву»…
О, нет, только не это!
– Уроды, гады, дебилы, – тихо ругался рядом Михаил Иванович.
Главный рекламщик «Сириуса» – Геннадий – тем временем закрутил гениальный пируэт. Это было настоящее балетное фуэте. А потом партнёрша играючи положила ножку в золотой туфельке на плечо партнёру, и он проволок её три метра по паркету в изумительном вертикальном шпагате.
– Думаете, судьи это проглотят? – прошипела Василиса. – Видно же, что подставные!
– Да они и дня в «Сириусе» не проработали, когда им? – прошептала Людмила. – Наверное, по соревнованиям разъезжают!
Но и судьи, видимо, пребывали в замешательстве. Давно стихла музыка, роскошные танцоры получили свою порцию аплодисментов, а оценки всё не объявляли. Кстати, аплодисменты, заработанные «Сириусом», и близко нельзя было сравнить с восторженной овацией, вызванной нашим искренним и дерзким танцем. Он зрителям понравился гораздо больше. Но что скажет жюри?
Судьи – их было семеро – продолжали обсуждение. Они переглядывались, пожимали плечами, что-то друг другу доказывали.
– Минуточку внимания, дорогие участники и болельщики, – в конце концов поднялся с места председатель жюри. – Как вы знаете, по правилам «Великой битвы строителей» к участию к соревнованиях допускаются только сотрудники строительных предприятий и организаций. И тут у нас возник вопрос… – председатель жюри замешкался и нерешительно почесал бровь. – Возьмём, хотя бы, Маргариту Никитину. Эта прелестная девушка работает специалистом по рекламе в «Армаде», если я не ошибаюсь, уже более пяти лет, и, благодаря своему опыту и активности, известна всему городу. Виктор Морозов тоже давно зарекомендовал себя в профессиональной среде. Сразу понятно, что Виктор Николаевич, действительно, гораздо больше времени уделяет маркетингу, чем упражнениям у балетного станка… Но к участникам, представляющим корпорацию «Сириус», у нас очень много вопросов. Тут не всё так очевидно… И вот что мы придумали. Я попрошу выйти сюда Маргариту Никитину и Геннадия Орешникова.
Я выбралась из толпы коллег и вышла на середину зала. Рядом встал главный менеджер по рекламе «Сириуса» – Геннадий – укладка с гелем, вытянутая в струнку спина, поднятый подбородок, грудь колесом, эффектно отставленные локти.
И он занимается рекламой, сидит в офисе и сочиняет промо-тексты? Ой, я вас умоляю! Да он не вылезает из танцзала и репетирует по десять часов в день!
Мы с Геннадием переглянулись и нерешительно улыбнулись друг другу. Оба не понимали, что с нами собираются сделать.
– Маргарита Андреевна, мы просим вас задать несколько узкоспециальных вопросов вашему коллеге. Дадим Геннадию Петровичу возможность продемонстрировать, что он является не только великолепным танцовщиком, но и опытным специалистом по рекламе.
Я пожала плечами, повернулась к сопернику и быстро спросила:
– Какого наилучшего значения CTR для баннерной рекламы вам удалось добиться? И чем вы руководствуетесь, когда размещаете рекламные блоки «Сириуса» в радиопередачах, посвящённых борьбе с наркозависимостью? На какую целевую аудиторию рассчитываете? И почему вы уже два месяца не снимаете изуродованный брандмауэр со стены торгового комплекса «Алмаз»? Ведь нельзя же так!
Геннадий улыбнулся и эффектно развёл руками. Было ясно, что его позвали исполнить танец, покрасоваться. Пообещали за это хороший гонорар. Гонорар он честно отработал, так как выступил блестяще. А отвечать на странные и непонятные вопросы – вы уж извините, не нанимался!
Геннадий поклонился и жестом попросил у меня руку. А когда я её протянула, вдруг резко отступил и, сделав неуловимое движение, закрутил меня волчком, а потом опрокинул назад и тут же подхватил. Секунда – и мы замерли в эффектной позе, словно закончили исполнять танго: я прогнулась назад, подметая волосами паркет, а Геннадий склонился надо мной, крепко держа под спину.
– Ты умница, – прошептал он, коснувшись моей щеки. Я ощутила сладкий запах клубничного блеска для губ.
Потом напомаженный красавчик лихо привёл меня в вертикальное положение и элегантно мне поклонился.
Я совершенно обалдела от только что выполненного пируэта. Танцор так меня крутанул, что закружилась голова. На минуту ощутила себя игрушкой в руках настоящего профи. Что ж, я была профессионалом в своей области, а он – в своей.
Публика радостно зааплодировала – бонусное мини-выступление всем очень понравилось. Но конкурсанты и болельщики быстро притихли, ожидая вердикта жюри.
– Итак, каково же наше решение… – вновь поднялся с места председатель. – Несмотря на то, что нам понравилась композиция, представленная последними участниками, Алиной и Геннадием, мы вынуждены объявить о дисквалификации. Выступление не засчитывается. Строительная корпорация «Сириус» за этот конкурс не получает ни одного балла. Играть надо честно, господа.
Всего две секунды мы переваривали услышанное, переглядывались и удивлённо перешёптывались. А потом мы поняли, что у нас получилось – мы выиграли «Битву»! Да, мы её выиграли!
Уже через мгновение все двадцать человек нашей команды орали, прыгали и обнимались, как ненормальные. Нас переполняли эмоции.
Мы победили! Наконец-то!