42

42

Богдан

Мля…

Наконец–то! Дождался. Дорвался.

Меня аж трясет, как припадочного. И слюни едва ли не капают на сочную голую жопку. Ещё и мычу что–то невнятное от избытка чувств. Дебил дебилом…

Вставляю в нее свой дымящийся... Погружаю в узкое, влажное…

А–а–а! Я в раю.

Умираю. Уже умер. Почти…

А–а–а!

Ее тугая киска обхватывает мой хвост, сжимает, пульсирует… Я двигаюсь в ней, каждым толчком создавая новый Млечный путь. Звезды в глазах, искры на члене, яйца звенят и дымятся.

И… я сейчас улечу с трамплина нахрен на скорости двести миллиардов световых лет!

Слишком туго, слишком ярко.

Слишком охуенно!

В последнюю секунду удается удержаться, прикусив губу до крови. Свою.

Чуть не кончил на пятой секунде! Позор на мои звенящие яйца.

Это сразу – дисквалификация и скамейка запасных. В лучшем случае. А то и в бан. Навсегда.

Уф–ф–ф–ф…

В первый раз со мной такое! Чуть не случилось.

Да потому что эта недавашка довела меня до ручки! У меня сперма уже, блин, через поры сочится и из ушей капает.

Все... Я в норме.

Экстаз отступил. Можно продолжать в нормальном темпе.

А она уже нетерпеливо двигает попкой мне навстречу. Мол, че ты там тормозишь, ковбой? Уснул или умер?

Моя горячая кобылка… Погнали!

Бешеные скачки в коридоре приводят к некоторым разрушениям. Сначала голожопенькая Царица держится за стеночку. Потом я меняю позу, и она хватается за вешалку. Одежда падает на пол. Сверху летят головные уборы.

Мне на голову приземляется… мельком бросаю взгляд в зеркало – это шляпа. Наверное, женская. Но я чувствую себя настоящим ковбоем.

И–го–го, моя горячая лошадка!

Мы завершаем этот раунд на полу в прихожей, на груде одежды. Царица на четвереньках. Я сзади. Она так громко кричит, содрогаясь в экстазе, что у меня на секунду закладывает уши.

Или это от кайфа?

Млечный путь взорвался тысячами звезд и меня просто порвало от микроскопические пульсирующие частицы…

Мы вместе обессилено опускаемся на ворох одежды, сжав друг друга в объятиях.

– Охренеть турбулентность… – бормочу я.

Царица только стонет и дрожит.

Через некоторое время она извлекает из–под своей попки шуршащую упаковку. И ещё одну. И ещё.

– Что это?

– Презервативы.

Выпали из моих карманов.

– Сколько их здесь?

– Где–то пятьдесят–шестьдесят. Как думаешь, хватит?

– Смотрю, ты подготовился… – выдыхает она.

Конечно, я подготовился! Яйца выбриты и начищены до блеска, сам весь вымыт. надушен, подстрижен. Трусы новые! Носки с суперменом.

И – полные карманы презервативов.

Царица немного отдышалась, я поднимаю ее с пола и несу в спальню. Продолжим, как люди, на кровати.

– Теперь ты сверху, – командую парадом.

– Что?

Я падаю на кровать. Забрасываю ее на себя. Киской на лицо, ртом на член. Шестьдесят девять. Классика.

– Боже, – шепчет Царица шокировано.

Ласкаю языком ее теплую, сочную ягодку.

Давлю на ее затылок. Она давится членом. Охуенные звуки…

Продолжает старательно, хотя и не очень умело. Охренеть… Вот это у меня виды! Вот это ощущения…

Вау! Облизывает яйца. Аккуратно, как кошечка язычком.

Все, хватит прелюдий. Переворачиваю ее к себе лицом и вставляю снизу. Й–е–е–е…

– Погнали, моя наездница.

Она сначала двигается неуверенно. Но я знаю, как поддать жару. Нежно целую сосочки. Жестко шлепаю по попе. Рычу как тигр и мурчу, как кот.

Ну и, естественно, довожу ее и себя до очередного фееричного оргазма.

– Пить хочу…. – стонет Царица, упав на подушки.

Приношу ей стакан воды. Она жадно пьет, обливается, капли стекают по груди…

У меня встал. Снова.

– И есть! – заявляет она

– Что?

– Я сегодня только завтракала. У меня сил нет и руки дрожат…

– А ноги не дрожат?

– Ноги? Вроде нет…

Непорядок!

Я заказываю пиццу.

И до прихода курьера успеваю ещё разок показать ей небо в алмазах.

Мы едим пиццу прямо из коробки. В кровати. Запиваем колой.

– Ничего вкуснее в жизни не ела! – стонет моя любимая жопка, завернутая в простыню и вымазанная соусом. – Это божественно!

Столько похвал какой–то там пицце…

А я? А мне? Чем я хуже пиццы?

– Погнали, – говорю, когда она доедает последний кусок.

– Куда? – испуганно шарахается Марта.

– Трахаться.

– Но мы уже! Три раза! – она пятится от меня.

Я наступаю.

– Ага. Нормально размялись. Теперь можно приступить к основной программе...