Глава 19. Нхассы

Вот так вот живёшь себе, живёшь… во что-то веришь, чего-то боишься, к чему-то стремишься… И кажется тебе, что ты про себя уже всё-то знаешь, и поручиться сам за себя можешь: дескать, я – никогда. Я никогда этого не сделаю, не буду в этом участвовать, разве что под пытками или с дулом пистолета у виска.

А потом, р-раз! И жизнь повернулась к тебе другим боком, и ты стоишь истуканом, каким-то чудом удерживая оружие в опустившейся руке – и зачем мне его только вообще дали? – и смотришь, смотришь, как какой-то инопланетянин расстреливает твоих соотечественников. Людей. И плевать, что инопланетянин этот тебе как-то по-особенному дорог, а людей ты видишь первый раз, надо было ведь что-то сделать! Выстрелить в него. Ну, или самой застрелиться…теперь.

Вообще, такой поворот ничего не предвещало. Мы планомерно претворяли новый план киару в жизнь, вместе прогулялись на какой-то заброшенный космодром, где Айрдан как-то выцепил нужную ему информацию из компьютера, подключённого к общей сети. Шаттл вернули. С рруггом договорились о плане штурма… И всё это время я чувствовала себя какой-то неприлично счастливой, несмотря на отчаянное желание содрать маскировку, вопреки неопределённости и рискам, и всё это просто потому, что Айрдан-ниа-Ши был рядом. И хотел меня поцеловать. Мне кажется, что я ловила это желание в его не очень понятных, задумчивых взглядах. И от этого хотелось петь и рисовать. Хотя и танцевать тоже можно.

И вот. В мою жизнь пришло оно, и пришло совершенно непрошено. Знание, от которого невозможно закрыться и отмахнуться, не знаю, может, кто и справился бы, но мои психологические защиты пасуют перед таким, и я вряд ли смогу просто взять и забыть, выкинуть из головы, что нхассы – это люди. И я ничего не сделала, чтобы помешать той бойне, которую устроили мои спутники… хотя, может, они всё-таки стреляли из парализаторов? Получается, мы им поэтому и нужны были, потому что биологически такие же, как их враг?..

– Мария? – позвал киару, и я открыла глаза… и наставила оружие на него. Заставить себя посмотреть вниз я не могла – и так хорошо помню, как они падали. Растерянные – ибо корабль перестал им вдруг подчиняться и, самовольно проложив какой-то маршрут, отправился в полёт, а откуда ни возьмись появившиеся рругги открыли огонь.

– Киару Айрдан-ниа-Ши, – дрожащим, но уверенным голосом произнесла я. Но дальше всё испортила, сорвавшись на слегка истеричное, – какого чёрта?!

– Мария, опустите оружие, – мягко сказал киару, жестом отправляя рругга осмотреть остальной корабль. – Ещё трое.

– Нет, – сказала я и попятилась так, что упёрлась спиной в стену, в общем-то, даже почти удачно – всего пара метров до двери. – Сначала Вы мне всё объясните.

– Хорошо, – пожал плечами инопланетянин. – Не опускайте.

И пока я растерянно думала, а что же мне делать дальше, смогу ли я и правда в него выстрелить, или мне не позориться, тем более, что первая волна угрозы не подействовала, киару оказался рядом и даже не вырвал, а как-то мягко забрал у меня парализатор. И отступил.

А я бросилась-таки прочь, хотя куда можно деться с корабля, который уже в полёте?

Айрдан нашёл меня почти через полчаса, в медотсеке, вернее, в той его части, которую я для себя окрестила лабораторией. И хотелось бы мне сказать, что я там уже вовсю изучала свой злосчастный вирус или что-то ещё, но нет, я ещё лишь только гадала, что это за оборудование и как им пользоваться. Переводчик мне в этом помочь никак не мог – он переводил только звуки, надписи же оставались для меня совершенно непонятными.

За это время я успела уже много чего передумать, например, что я теперь знаю одну из тайн киару – они как-то нереально хорошо ладят с техникой, причём с любой, не на уровне конечного пользователя, а где-то глубже. И масштабней. И это одинаково восхитительно и ужасно, потому что никакие пароли им не важны – они просто убедят систему, что был назван уже тот самый пароль и пойдут дальше. Взять хотя бы Айрдана – он моментально и с одинаковой лёгкостью переподчинил себе как автолёт нашего рругга, так и корабль нхассов… при воспоминании о последних у меня начинали дрожать губы. Но я решила, твёрдо решила, что скандалить нельзя. Даже если всё и в самом деле обстоит так ужасно, как сказали мне мои глаза – а в это мне до сих пор никак до конца не поверить, то истерикой всё равно ничего не добьёшься…

– Мария, – сказал объект моих размышлений и метаний, появляясь в дверях. И, кажется, собирался добавить что-то ещё, но я так заметно вздрогнула, что он замолчал. И был, кстати, уже без маскировки.

– Да? – хотелось отозваться естественно, а получилось, разумеется, напряжённо. Хорошо хоть без надрыва. Кажется, без.

– Кого Вы видели? – спросил киару, подходя ко мне слишком близко. То ли ближе, чем раньше, то ли я из-за его родного облика так занервничала, а может, свежие события давали о себе знать…И вопросик у него, кстати, совершенно странный, даже слегка безумный. Кого ещё я могла видеть? Его и рругга, расстреливающих представителей моей расы. Неужели был ещё кто-то?

– Вы их…убили? – вместо ответа – вопрос.

– Парализовал.

– И что с ними будет?

– Вообще, я подумывал оставить их тут, на корабле… – и не успела я облегчённо вздохнуть, добавил, – и продать пиратам вместе с кораблём.

– Что? – переспросила я. – Что?!

– Мы не можем лететь на этом корабле, он слишком медленный, – пояснил киару, как будто именно смена корабля в его планах была самым диким. И подошёл поближе.

– Продать пиратам…их?! – почему-то у меня не получалось назвать людьми, равно как и нхассами.

– Ну а что мне с ними делать? – как-то устало вздохнул он. – Простить и отпустить?

Я чуть было не сказала «да». Даже несмотря на отчётливо прослеживавшийся сарказм. Чувствовала, что упускаю что-то важное, возможно, киару не зря что-то такое спрашивал, но неужели я должна отказаться верить своим собственным глазам?

– Пойдёмте, Мария, я Вам кое-что покажу, – вздохнул он и странно привычным движением взял за руку. И я сама, кажется, тоже к этому привыкла. Слишком привыкла. Так, что отвыкать будет очень больно.

– Ключ-то здесь? – спросила я, пока мы шли по длинному коридору, чуть ли не касаясь головой потолка. Экономия пространства? Или нхассы значительно ниже, чем люди с планеты Земля?

– Да, – коротко ответил Айрдан.

– Хорошо, – как-то слишком безразлично сказала я, но ничего не могла с собой поделать – как искренне и бурно радоваться за того, кто, не моргнув глазом, собирается продать людей каким-то космическим пиратам? Но попытку я всё же сделала. – Рада… за Вас.

– Благодарю, – тоже не очень выразительно ответил киару, и я почувствовала, как между нами стремительно всё портится. Если есть вообще чему портиться. Хотя мою руку он так и не отпустил, но это, возможно, чтобы не убежала снова? Сейчас как запрёт меня вместе с остальными…

– Вот, – сказал киару, открывая одну из дверей и отпуская мою руку. – Заходите. И скажите мне, что Вы видите.

Я неохотно шагнула внутрь, слегка успокоившись, когда Айрдан всё же зашёл вслед за мной, и огляделась – это помещение, вероятно, предназначалось для перевозки грузов, по крайней мере, там стояли какие-то коробки в одном углу, мебели не было…а в другом была какая-то непонятная и неопрятная куча, немного отталкивающего вида. Местами фиолетовая, местами полупрозрачная. И я уже собиралась немножко огрызнуться, что я понятия не имею, как этот его космический мусор называется и зачем мне на него смотреть, но тут, приглядевшись, поняла, что это не сплошная куча. Это сваленные вместе тела каких-то невысоких и крайне несимпатичных существ. Он хочет сказать, что это мои соотечественники плохо обращаются с каким-то видом гуманоидов, поэтому не грешно и их самих продать пиратам?

– Кто это? – спросила я, с удивлением обнаружив, что держусь за руку инопланетянина. Попробовала незаметно отпустить, но оказалось, что он тоже держит и, в отличие от меня, отпускать не планирует.

– Нхассы, – любезно, но скупо сообщил синеглазый.

– А… – спросила я, снова испытывая трудности с формулировками. А казалось же, что уже от этого избавилась. – А те, в кого Вы стреляли?

– Нхассы, – ещё любезнее сообщил киару.

– Не понимаю, – призналась я. – Они выглядели по-другому.

– Как руане, – предположил почему-то он, и я замотала головой. Конечно, люди и руане похожи, но спутать я их не могла.

– Как люди, – всё-таки выдавила из себя, и киару тут же отпустил мою руку.

– Стойте здесь, – попросил он, а сам направился к куче тел – смотреть на неё без содрогания было невозможно, и извлёк оттуда одного… один экземпляр. Он был ужасен. Перепутать это с человеком я никак не могла, разве что намазать на него этой самой нано-биомассы, которой нас гримировал киару, и то… Вытянутый тощий и лысый череп, полупрозрачная кожа, под которой виднеется что-то сиренево-фиолетовое… почему-то пришло на ум желе, и я поняла, что никогда в жизни больше не смогу его есть, всегда будет сразу вставать перед глазами это вот…Лучше я буду смотреть на Айрдана. Он красивый. Очень-очень красивый, настолько, что меня так и тянет прикоснуться, несмотря на всю неуместность…Я зажмурилась на секунду – киару что-то вколол прозрачно-фиолетовому гоблину, а когда открыла глаза, в руках у Айрдана бился человек. При этом, правда, он изрыгал ругательства на каком-то неизвестном мне языке, по крайней мере, переводчик растерянно вещал:

– Слово с резко негативной окраской, запрещено переводить, слово с резко негативной окраской… фраза с резко негативной…

– Человек? – спросил у меня киару, и я растерянно кивнула.

Человек обмяк и снова стал монстром, Айрдан аккуратно вернул его в общую кучу, и гостеприимно указал мне на выход. Я с радостью послушалась, пытаясь как-то уложить в голове, что фиолетовые монстры в отключке и люди в сознании, которых расстреливали мои спутники, – это одни и те же существа.

– Простите, Мария, – сказал мой спутник уже в коридоре. – Я не думал, что это подействует на Вас, иначе бы, разумеется, предупредил. Вам было очень… плохо?

– Да, – честно сказала я, запрокидывая немного голову и усиленно моргая, чтобы справиться с подступившими к глазам слезами. Я всегда после сильного стресса плачу, и многие говорят, что это хорошо, что это своего рода разрядка, и это куда лучше, чем держать напряжение в себе, но случается это всё очень не вовремя. Не хочу, чтобы киару считал меня плаксой. Хотя с другой стороны… вряд ли я его удивлю. Разве что поцеловать опять…

– Простите меня, – повторил он ещё раз. И это у него получилось так мягко и осторожно, почти нежно, что слёзы всё-таки пролились. – Что я могу для Вас сделать? – опять завёл свою любимую тему про искупление инопланетянин.

– Избавьте меня от маскировки, наконец, – неосмотрительно брякнула я. Не корабль же с него, в конце концов, требовать, на радость оставшемуся за много световых лет отсюда работнику родимых спецслужб?

– О! – оживился киару. – С удовольствием. Пойдёмте.

И где-то в этот момент я начала догадываться, что подписалась на что-то не то. Потому что маскировка у меня везде, вообще по всему телу. Выходит, я пообещала инопланетянину своего рода стриптиз? Интересно, а передумать насчёт искупления можно? Или это какое-нибудь страшное оскорбление? И хочу ли я и в самом деле передумать?

– А как они это делают? – спросила, чтобы немного отвлечься.

– Можно сказать, что это в некотором роде гипноз. Они излучают определённые волны, которые воздействуют на мозг и заставляют видеть кого-то безопасного, своего. Может даже кого-то, кому хочется помочь…

– И на Вас это тоже действует? – как бы отвязаться от фривольных мыслей? А с другой стороны… может, пускай остаются? Если что, скажу киару, что это опять приступ вируса был…

– Нет, – на меня не действует, – после некоторой паузы сообщил Айрдан. И – невиданное дело – добавил. – Ни на кого из киару не действует. А на остальных руан – да. Действует. И на Вас, кстати, тоже не должно было действовать, но, видимо, вирус…

– А что с ними сделают пираты? – спросила я, уже когда мы зашли в какую-то каюту. Видимо, в ту, которую он присмотрел для себя.

– Не знаю, – чуть повёл плечами, – и, честно говоря, мне всё равно. Раздевайтесь!

– А Вы? – на автомате спросила я и сама себе удивилась. Я была уверена, что моя реакция «по умолчанию» на такое предложение – «нет-нет, ни за что!».

И знаете, что самое ужасное? Он действительно стал раздеваться.

– Стойте, – потребовала я, испытывая сильное чувство дежавю. Но зажмуриваться не стала. В конце-то концов, я не так давно вломилась к нему в душ. Какие после этого могут быть между нами секреты? А хотя всё равно как-то неловко…

– Мария, не трусьте! – улыбнулся уже оставшийся в одних штанах киару. – Ничего я Вам не сделаю… плохого.

– Ага, – сказала я, мучительно размышляя, то ли сделать шаг вперёд, то ли наоборот попятиться. Последнее получилось само собой.

– Смывать маскировку лучше в душе, – сжалился надо мной синеглазый. – Душ там. Вот, это надо нанести, – протянул мне какой-то небольшой флакончик. – Идите уже.

– А Вы? – зачем-то снова спросила я, сама не понимая: то ли убедиться, что точно не пойдёт, то ли требуя, чтобы пошёл.

– Мария, Вы, – спросил оказавшийся неожиданно очень близко, а также слишком раздетый и, кажется, дюже злой киару, – чего именно добиваетесь? Хотите, чтобы я пошёл с Вами – пойду, не хотите – не пойду. Но определитесь уже сами-то! Или Вы настолько вошли в роль женщины рруггов, что решать за Вас теперь должен кто-то другой?

– Знаете что, Айрдан?! – завелась я в ответ, но закончила совершенно неожиданно для себя и для него. – Хочу!

– Хотите? – переспросил киару. То ли не расслышал, то ли наслаждается.

– Хочу, – подтвердила я, невольно чуть поднимая голову. Интересно, мне это кажется, или в данный момент речь идёт уже не только о снятии маскировки?

– И я хочу, – как-то очень обезоруживающе-серьёзно признался он.

– Снять маскировку? – зачем-то решила я всё же уточнить. Наверное, просто потому, что не знала, что дальше говорить. И можно ли мне его поцеловать. С одной стороны, он вроде давал понять, что не против, с другой – мог бы и сам инициативу проявить…

– И это тоже, – как-то уж очень многообещающе обронил синеглазый. – Идёмте?

Моего энтузиазма хватило минуты на две – от тёплой воды, долгожданного ощущения чистоты и пережитого стресса так разморило, что я практически заснула там же в душе, совершенно неэротично пытаясь прислонить голову то к киару, то к стенке, то ещё куда-нибудь…