Глава 12
Утро следующего дня выдалось чудесным. Впрочем, быть каким-то другим оно и не могло. И дело не в погоде – она как раз оставляла желать лучшего, а в полном удовлетворении чувства справедливости. Я справилась. Я – молодец!
Второй момент – Базя. Блондинка уже забыла про бойкот, но лишних вопросов не задавала. Смотрела на меня со смесью восхищения и настороженности. Ещё ресницами хлопала и робко улыбалась по поводу и без.
Мы встали вместе, по будильнику. Невзирая на ночную вылазку, обе выспались и были очень даже оптимистичны. Поочерёдно посетили ванную, оделись, причесались и подкрасили реснички. Ну а когда принялись собирать сумки, случилось небольшое ЧП.
Стук в дверь. Он прозвучал настолько дипломатично, настолько вежливо, что я невольно напряглась и даже струхнула.
– Не на… – сказала поспешившей к двери Базе, но осеклась и решила промолчать.
Просто вот это «не надо» показалось каким-то совсем уж глупым, и вообще… Чего мне бояться? Особенно сейчас – утром, в наполненной студентами общаге?
Но когда Базилия распахнула дверь, моя храбрость попятилась. Увы, предчувствие не обмануло – на пороге стоял Александр Волков, и замершая на его губах улыбка ничего хорошего не предвещала.
Нет, кому-то другому, совсем уж наивному, она могла бы показаться дружелюбной, но я-то знала!
Мм-м… Кстати о подгузниках. Я же теперь любое гигиеническое средство, и в любых количествах достать могу…
– Привет, – не сказал, а буквально промурлыкал гость.
Блондинка не ответила – нервно сглотнула и, обернувшись, затравленно уставилась на меня. А в следующую секунду…
– Базилия, – голос Волкова прозвучал мягко, – я могу обратиться к вам с небольшой просьбой?
Всё. Затравленное выражение с блондинки сдуло – на пухленьком лице отразился щенячий восторг!
– О… Он знает моё имя, – простонала Базя. И тут же покраснела, ибо сообразила, что сказала вслух.
Волков ответил новой улыбкой.
– Конечно, знаю, – произнёс он. – Но вы могли бы оставить нас с Мари на пару минут?
С этими словами Алекс отступил, давая Базе возможность прошмыгнуть в коридор. А едва девушка послушалась, шагнул в нашу комнату и дверь не просто закрыл – запер!
Казалось бы, вот тут должен состояться глубокий обморок, но я не упала. Просто паника резко сменилась подозрением, и вопрос вырвался сам собой:
– Слушай, ты как-то их приворожил? Или что?
– Кого «их»? – не понял Алекс.
– Девчонок наших, – с чувством пояснила я.
Соотечественник слегка нахмурился и тут же мотнул головой.
– Зубы мне не заговаривай, – резко растеряв благодушие, рыкнул он. И добавил совсем уж угрожающе: – Мар-ри!
Я от этого вопля… едва не описалась. Но потом подумала – а чего так переживаю? Да, предводитель Чёрной стрелы явился в нашу общагу, и он ужасно зол, но… с чего я взяла, что эти эмоции именно мне посвящаются?
И вообще – лично я ничего плохого не делала. С самого вечера тут, в этой комнате сидела, и…
– Машунь, какого фига? – перебил мысленный монолог Алекс.
– То есть? – невинно уточнила я.
Соотечественник моментом не проникся – зло сощурил свои совершенно обыкновенные глазища и руки на груди сложил. Процедил:
– Машунь, побереги свои ужимки для идиотов вроде Хуго. Ты прекрасно поняла, что речь о вчерашнем. И я даже не спрашиваю, где ты нашла некроманта. Просто объясни – нафига?!
Мм-м… Какая прелесть. Но…
Впрочем, нет, отпираться и дальше я не стала. Тоже воинственную позу приняла и спросила:
– А ты как хотел?
– У нас договор, – прорычал Волков. – Перемирие, которое ты нарушила!
Меня захлестнуло прямо-таки безудержное возмущение, ибо…
– Ты нарушил первым!
Визг получился знатным. Таким, что соотечественник слегка вздрогнул, а я…
– На меня вся академия за тот поцелуй ополчилась! Тебя за такое не то что покусать – убить мало!
Алекс застыл и уставился недоумённо. Выдохнул после паузы:
– Что? Из-за такой ерунды?
Я не ответила, но засопела очень выразительно. Зато Волков резко успокоился и сказал:
– Ладно, Машунь. Понял. Согласен. Ты имела полное право отомстить.
Я опять промолчала. Только плечи расправила и подбородок гордо задрала. Вот так. Знай наших! А то ишь… явился он! Твой бы гонор да в мирное русло!
Пока я сопела, собеседнику надоело изображать столб, и он приблизился. Учитывая гадкую натуру Алекса, мне снова боязно стало, но я не дрогнула, осталась где была.
Брюнет замер в полушаге, окинул пристальным взглядом и продолжил:
– Но на этом всё. Больше никаких взаимных подстав и подножек.
– Это угроза или обещание? – не поняла я.
– Предложение, – отчеканил Алекс. – Ну что, договорились?
Я подумала и кивнула. Просто чувство мести было удовлетворено, а большего мне и не надо. Но…
– Но смотри, – я важно погрозила пальцем, – если ещё раз в моё романтическое фэнтези влезешь, я за себя не отвечаю.
– Хорошо. Учту.
А в следующую секунду случилось маленькое чудо – идейный противник подхватил мою руку и, с галантностью истинного рыцаря, потянул оную конечность к губам.
Запечатлев поцелуй, Алекс поднял голову и подарил взгляд от которого и мурашки, и гормоны, и вообще всё побежало.
Я, кажется, зарделась, а в груди вспыхнуло такое сладкое, такое тёплое чувство…
Ещё миг, и…
– Закрепим договорённость?
Если бы не промелькнувшее на лице соотечественника ехидство, я бы из сказки не выпала, а так – очнулась. Только разгадать план и отреагировать не успела, гад кареглазый оказался быстрей!
В общем, да. Меня снова прижали к пышущему тестостероном телу и поцеловали самым наглющим образом. Тот факт, что одна попаданка отчаянно отбивается, норовя укусить, никого не задевал.
Попытки ударить коленкой или провести болевой приём угадывались и пресекались сразу. Отчаянное мычание подвергалось игнору, мысленные призывы прекратить – тоже. В итоге, когда Волков отпустил и отпрыгнул, я чуть ли не молнии метала.
– Ты! – прошипела злобно.
– Заметь, в фэнтези я не влезал, – самодовольно заявил гад.
Хотелось сказать. Выдать все слова и выражения, какие знаю! Только возмущение оказалось настолько сильным, что прямо-таки душило. Я ничего вымолвить не могла.
Алекс ситуацией воспользовался – с показательной ленцой ретировался. Обернулся уже на пороге, чтобы подмигнуть и сказать ехидно:
– Хорошего дня, Мари.
Вот теперь немота прошла, но увы, слушатель уже испарился. Нет, я, разумеется, могла выбежать за ним в коридор и рассказать уже там, при свидетелях, но…
Сразу вспомнилось, что я вообще-то принцесса, а титул обязывает. Плюс, за кем бежать? За кобелиной, который с двумя эльфийками-дроу спит? Ну уж нет!
Так что… я выдохнула, и осталась. Потом выдохнула ещё раз, и ещё…
Заодно прогулялась в ванную, аккуратно, дабы не испортить макияж, умылась ледяной водой. Где-то через четверть часа, я была уже в норме. Более того, приняла одно важнейшее решение.
Всё. Хватит. Больше никаких Алексов. С этого момента Волкова для меня не существует. Только котики и ректор! Только хардкор!
Жаль, но вот так, сходу, выбросить идейного противника из своей сказки не получилось. Мне напомнили о нём буквально через полчаса, за завтраком.
Едва мы с Базей, которая снова за наш, за прежний столик перекочевала, впились зубами в рыбные сэндвичи, аппетит был нарушен появлением стайки сокурсниц во главе с Лириэлью.
Разрешения присоединиться девочки, как и раньше, не спрашивали. Просто водрузили подносы и оккупировали примыкающие к столу лавки.
Я жевать не перестала, но глянула строго. Ждала пояснений. И услышала!
– Мари, – сказала Лириэль. – Прости, мы были неправы. Алекс Вульф выбрал тебя, а мы позавидовали. Но ты же не виновата, что у него к тебе любовь.
Зря! Нет, в самом деле зря я сэндвич при появлении девчонок не выплюнула. Теперь подавилась и закашлялась, причём настолько круто, что слёзы из глаз потекли.
Сокурсницы, включая Базю, наблюдали за процессом с сочувствием, кто-то даже салфетку подал, а я…
– Какая ещё любовь?! – выпалила прокашлявшись.
– Настоящая, – с тяжким вздохом поддержала светлую эльфийку Базя.
Я подавилась опять, на сей раз воздухом вперемешку с возмущением. И тут же подумала – а может местным студенткам какой-то психотропный препарат дают? Некую особую «таблетку для тупости»?
Но вслух сказала мягче:
– Девочки, вы спятили? И вообще, при чём тут я? Вульф, если вы не заметили, не со мной, а с двумя мулатками встречается.
– С кем? – не поняла Диза.
– С дроу.
Девочки застыли, но выражения лиц не поменялись. Через секунду я услышала «чудесное»:
– Гитрида с Занарией не в счёт.
– То есть? – спросила я. – Это как?
Лириэль поджала губы и объяснила:
– Они, как ты правильно заметила, дроу, а женщины этой расы мужчинам не подчиняются. У дроу вообще матриархат. Отношения с Алексом для Гитриды с Занарией, всего лишь статусность. Но долго девочки не выдержат. И да, это точно не любовь, а банальный секс.
Я от таких откровений слегка припухла. То есть и раньше знала, что у дроу матриархат, но…
– Но у Алекса мужское фэнтези и, по законам этого жанра, мулатки ни к какому матриархату не вернутся. Они будут любить этого козла до последнего.
– Мм-м… что? – озвучила общий вопрос Базя.
Теперь в употреблении «таблеток для тупости» заподозрили меня, но объяснять я всё-таки не стала. Просто выдохнула и сказала о главном:
– Между мной и Алексом Вульфом ничего нет, и он в меня не влюблён.
Удивительно, но меня услышали.
– Может и так, – издав новый тяжкий вздох, сказала Лириэль. А едва я расслабилась, добавила: – Но то, что он тебе симпатизирует, это точно.
Всё. Выдержка закончилась, нервы сдали. Я вскочила на ноги, тут же запрыгнула на лавку и, отчаянно сжав кулаки, провизжала на всю столовую:
– Я не имею никакого отношения к Алексу Вульфу! Мы не встречаемся! Между нами абсолютно ничего нет!
Пространство мгновенно затопила тишина, а младшая дочь императора Тариуса опомнилась и почувствовала себя довольно неуютно. Отдельным поводом заёрзать стал взгляд лорда Сириса – ректора точно посетил шок.
Пришлось резко исправиться – выдавить дружелюбную улыбку и добавить бодренько, обращаясь ко всем и сразу:
– Спасибо. У меня всё!
Вот теперь я спрыгнула на пол, а потом опять за стол уселась. В той же тишине хлебнула кофе и яростно вгрызлась в недоеденный сэндвич.
Ещё с минуту народ боролся с немотой, а дальше жизнь вернулась в прежнее русло. Все забубнили, зашептались, зачавкали… Даже сидящие вокруг меня девочки к завтраку вернулись.
Я тоже ела, а прикончив и второй сэндвич, заозиралась в поисках Хуго. Мой ирбис нашелся в привычной компании косматых, и он, в отличие от остальных, не завтракал, а внимательно взирал на меня.
В желтых глазах читались укор и ревность! Словно само упоминание Алекса – уже измена. Это стало поводом фыркнуть и отвернуться обратно. Какой он всё-таки глупый, этот котик.
А на выходе из столовой ко мне ещё и Ататриэль подкрался. Ушастый ухватил за руку и сказал:
– Мари, нам нужно поговорить.
Я глянула хмуро и уточнила:
– Сейчас? Но сейчас занятия.
– Можно вечером, – выдохнул эльф. – А можно в выходной. Прогуляемся, поужинаем где-нибудь в городе.
– Э-э, – ответила я.
Бывший парень смотрел прямо, в фиалковых глазах читалась знакомая решимость. Это было так мило, так трогательно, но…
– До выходного ещё целая неделя. Давай обсудим это чуть позже? – предложила я.
Эльф неохотно, но отпустил. Потом сверкнул глазками и сказал:
– Хорошо, Мари. Договорились.
Я подарила Ату улыбку и выскользнула из столовой вслед за девчонками. Та-ак… Что там у нас сегодня по расписанию? Чему студенток факультета любовной магии учат?
Учили всё тому же – основам магии вперемешку с основами права и прочих необходимых для жизни и работы штук. Но смысл не в предметах! Смысл в том, что у нас опять замена случилась.
То есть мы вновь удостоились внимания лорда ректора, которого по расписанию у нас не стояло. И понеслось…
Запишите то, учтите это. Девочки повнимательней. Разговорчики, блин, в строю.
И совсем уж отдельная тема – наглые, совершенно бессовестные придирки к амнезийной принцессе. Синеглазый Сирис упоминал моё имя при каждом удобном и неудобном случае!
То требовал не отвлекаться. То спрашивал моего мнения по какому-либо вопросу. То просто язвил, прохаживаясь по кое-чьей «соображалке» и умственным способностям вообще.
Сокурсницы, глядя на сей беспредел, искренне сочувствовали, а я прилагала массу усилий, чтобы сдержать широкую улыбку. Просто это для девочек Сирис – гадкий старик, я же видела ректора совершенно другим, «без грима».
Добавить сюда каноны романтического фэнтези, и всё, студентку можно выносить! Ведь как флиртует паршивец. Как флиртует!
– Мари! – вырывая из вот таких счастливых размышлений, рычал ректор.
– А? – отвечала я.
И дальше опять… Снова и снова… На протяжении нескольких академических часов.
К концу двух проведённых ректором замен, я словно пьяная была. Хорошо, что две пары, которые состоялись после обеда, вёл не Сирис, а нормальные, обычные преподаватели.
Финалом учебного дня стала прогулка к расположенной на первом этаже кассе. Вот тут у девчонок – а они, разумеется, тоже за стипендией отправились, – случился ещё один шок. Просто мне не маленький мешочек, а два ну очень объёмных мешка дали!
Я под тяжестью золота аж согнулась. И сильно вспотела, пока донесла монеты до общаги.
И уже там, в комнате, наблюдавшая всю картину Базилия, не выдержала…
– Мари! – взвизгнула она. – Это как? Откуда?
Рассказывать про лёгкий шантаж, которому подвергся руководящий состав академии, я, само собой, не стала. Но объяснение всё равно требовалось. Как итог:
– Помнишь, как у меня котёл на зельеварении взорвался? Так вот, это, – я потрясла двумя тяжеленными мешочками, – поощрение молодого таланта. Лорд Сирис с лордом Нираном и Дэймоном решили, что я очень перспективна.
У Бази от подобных откровений челюсть отпала.
– Перспективна? – визгливо переспросила она. – Но тебя же за тот взрыв наказали!
– Да, наказали, – не стала отпираться я. – Но и наградили тоже!
Блондинка логики не поняла и страдальчески застонала. Я же радостно пихнула мешочки с золотом в ящик письменного стола и, бросив сумку, поспешила прочь.
Просто, как правильно заметила Базя, я – наказана, и отработку в лабораториях никто не отменял. И мне следовало поторопиться, пока Шширум и Сскарум без меня всё печенье не сожрали.
Из подвалов я возвращалась в весьма задумчивом настроении. Нет, ничего особенного не случилось, общение со сладкой парочкой змеелюдов, несло лишь позитив.
Поводом впасть в некоторую меланхолию стало осознание того, что спасённый мною котик ведёт себя как последний свинтус. За весь день он даже не подошел. Даже слова ласкового не сказал!
Нет, понятно, что случай в столовой мог немного ударить по кошачьим нервам, но вот такое поведение он не оправдывал. Тем более, что я не о любви к Волкову кричала, а наоборот. То есть причин вести себя столь вопиющим образом у Хуго не имелось, а он…
А он – вёл! И от этого как-то совсем неприятно стало. Настолько, что, к моменту возвращения в общагу, лёгкая меланхолия окрасилась в самые мрачные тона.
Пересекая большой общий зал, я покосилась на коридор, в конце которого располагалась комната оборотня, и… нет, не свернула. Гордо вздёрнув подбородок, направилась к себе. Ну то есть к нам с Базей.
Подруга обнаружилась за письменным столом. Словно протестуя против стереотипов, блондинка сидела над учебниками и зубрила. Меня встретила слегка затуманенным взглядом. Потом кивнула и опять уткнулась в книги.
Я, глядя на Базю, тоже об учёбе задумалась, но лишь на миг. Тут же добралась до кровати, завалилась поверх покрывала и уставилась в желтоватый, покрытый тонкими трещинами потолок.
Было обидно. Не до слёз, но очень. Настолько, что даже аккуратный стук в дверь ни капли моего внимания не привлёк.
Зато Базилия заметила. Только оторваться от книг не пожелала…
– Мари, – окликнула она. – Откроешь?
Шевелиться не хотелось, но я всё-таки встала. К моменту, когда добрела до двери, в неё успели постучать раз пять.
Где-то в глубине сознания вспыхнула догадка, что это блудный ирбис припёрся, и желание открывать окончательно издохло. Увы, но да, я совсем разобиделась. Надулась капитально!
Тем не менее, за ручку всё-таки взялась и сильно удивилась, обнаружив на пороге не Хуго, а одного из моих косматых сокурсников.
– Привет, – буркнул парень.
– Привет, – хмуро ответила я.
Оборотень вздохнул и, отступив от двери, попросил:
– Можешь выйти?
Пусть на миг, но меня всё же охватила паранойя. Мол, покину комнату, а мне какую-нибудь гадость ка-ак сделают!
Но потом вспомнилось, что мы в густонаселённой студентами общаге, да и Базилия рядом, а до отбоя ещё несколько часов, и… В общем, я всё-таки шагнула в коридор, чтобы сразу услышать новую просьбу:
– Вон туда посмотри.
Парень махнул рукой, а я за жестом проследила. И опять удивилась, ибо в коридоре, в нескольких метрах от нас, стоял Хуго, собственной желтоглазой персоной.
Мой бойфренд был хмур и приближаться точно не собирался. Это стало поводом удивиться ещё сильнее и поинтересоваться:
– А что происходит?
– Ничего хорошего, – сказал сокурсник. – На Хуго блокирующее заклинание наложили.
– Чего-чего? – не поняла я.
– Ему запретили подходить к тебе ближе, чем на десять шагов, а чтобы Хуго не ослушался, подкрепили этот приказ заклинанием. Хуго попросил меня передать свои извинения и сказать, что мы над вопросом работаем. Но снять заклинание пока не получается, потому что…
– Что за бред? – не выдержав, перебила я.
Парень замолчал, а моё настроение достигло точки минимума. Раздраженная, я расправила плечи и устремилась навстречу котику, но не сделав и пары шагов, наткнулась на невидимую преграду. Самым паршивым было то, что преграда оказалась упругой и попаданку отбросило. Как итог, равновесие я потеряла, но встреча с каменным полом не состоялась – меня подхватил подосланный ирбисом переговорщик.
А сам Хуго крикнул:
– Осторожней, Мари!
До сего момента в коридоре было пусто, но после громкого возгласа приоткрылись сразу несколько дверей. Базилия из комнаты тоже выглянула и закономерно выпучила глазки.
– А что будет, если приблизиться попробуешь ты? – крикнула, обращаясь к Хуго.
– То же самое, – сказал ирбис. Через миг даже продемонстрировал.
В смысле, он тоже шаг навстречу сделал и тут же уткнулся в преграду. Правда по оборотню барьер ещё и неяркой молнией долбанул.
– М-да, – сообщила миру я и вновь на переговорщика уставилась. Спросила, как у лица более осведомлённого: – И кто же нас такой «прелестью» наградил?
– Известно кто, – сокурсник выразительно скривился. – Заклинание – дело рук лорда ректора. И так как Сирис один из сильнейших магов в Империи, снять барьер пока не удаётся. Но мы пробуем.
Я не хотела, но выругалась. Ещё через миг поняла: злость отступила, на её место вновь пришла обида.
Какой он всё-таки гад, этот Сирис. Ведь я… я… А он!
Круто развернувшись на каблуках, я прошествовала обратно в комнату. Там снова на кровать забралась и опять уставилась в потолок. Где-то в глубинах души заворочалось чувство справедливости и попыталось призвать к действию, но я отмахнулась. Не хочу. Ничего не хочу.
Апатия развеялась ближе к ужину. Я даже нашла в себе силы подняться и уделить внимание собственному образу.
Сменила платье, переплела косу, поправила макияж… Потом ещё выражением лица позанималась – потренировалась делать самые невинные глазки.
В столовую вошла в образе этакой симпатичной мышки! А что? Ведь именно таких девушек руководители магических ВУЗов и любят.
Но хитрый план по привлечению ректорского внимания, увы, провалился – Сирис на ужин не пришел. Все остальные явились, а он…
Осознав уровень вероломства, я закономерно скривилась. Через миг в мозгу зародился новый план. Ведь ждать встречи совершенно необязательно, я могу сама эту встречу инициировать. Причём, мне даже искать ректора не придётся – достаточно применить заклинание телепортации, и магия сама найдёт.
Эта идея захватила. Чувство справедливости тут же оживилось и, захлопав в ладоши, возопило: да-да, идём! Вот только…
– Нет, – сказал здравый смысл безапелляционно. – Никаких телепортаций.
– Но почему? – воскликнуло чувство справедливости с негодованием.
– Нам и без того неприятностей хватает!
Как по мне, неприятностей не хватало – то есть их уровень был весьма далёк от критического. Но здравый смысл имел собственное мнение и разорался со страшной силой. Мол, только попробуйте! Только посмейте!
Ну и самое, с его точки зрения, веское: если вы это сделаете, то я вообще от вас уйду!
И не то чтоб этот самый смысл был сильно мне нужен, но я подчинилась. После ужина отправилась в комнату, а затем – в постель. Принцессе и студентке Мари Брехунье предстоял новый день и новые приключения. Оставалось понять, что делать со старыми.