Глава 16
Осознание того, что обнимаю нечто большое и горячее пришло с запозданием. Для начала я сонно помычала, протестуя против такой температуры, потом немного это горячее пощупала.
Обнаружила широкие грудные мышцы, кубики пресса, тонкую дорожку волос, убегающую куда-то вниз, и пупок. Вот на пупке и очнулась. Причём очнулась резко – вздрогнула и подскочила почти до потолка.
А потом бросила взгляд на так испугавшее меня тело, и выдохнула облегчённо. Ну слава богу, всего лишь Волков.
Так, стоп. А как он в кровать-то попал?
За окном было уже светло, хотя солнце ещё не встало. Как итог – зажигать светильники не пришлось, я могла разглядеть происходящее и так.
Смутно припоминая, чем закончился вчерашний вечер, окинула взглядом периметр и посмурнела – полупрозрачной пелены, стреляющей огненными шариками, не было. То есть вообще. Совсем!
В том же, что касается идейного противника, на него случившийся кипиш не подействовал. В смысле, невзирая на все мои резкие движения, проснуться этот гад не изволил. Хуже того…
Выдохнув и взглянув на ситуацию более пристально, я, наконец, сообразила, что Волков не просто рядышком прилёг, он ещё и под одеяло забрался. И дрых на спине, с таким видом, будто имеет полное право тут спать!
Моя реакция? Она была естественной – я раздраженно скрипнула зубами.
Удивительно, но вот теперь меня услышали…
– Машка, – буркнул предводитель Чёрной стрелы, наглец и последний гад по совместительству. – Не шуми.
Дальше – больше. С этими словами Алекс сладко потянулся и тут же перевернулся на бок, спиной ко мне…
Нормально. Он что, даже справедливого возмездия не боится? Или намекает, куда мне стоит пойти?
Впрочем, озвучивать эти вопросы я не стала – скрипнула зубами снова. Потом придвинулась, нависнув над прикрытым одеялом телом и потребовала объяснений:
– Где барьер?
– Барьер? – прозвучало ну о-очень сонно. – Какой барьер? Ты о чём, Машунь?
– Не прикидывайся! – не пожелала отступить я. – Как ты его убрал?
Волков издал тяжкий стон, но, невзирая на давно доказанное скудоумие, понял – девушка не отстанет. С новым стоном переполз ближе к краю этой огромной кровати, и опустил руку, чтобы поднять с пола вполне узнаваемый предмет.
Я, при виде орудия, скривилась и зачем-то уточнила:
– Фомка?
Идейный противник бросил стальную палку обратно и ответил:
– Нет, Машунь. В этот раз лом.
Легче от подобного пояснения, разумеется, не стало. Я бессильно откинулась на подушки и, хотя всё было очевидно, поинтересовалась:
– И как ты сам барьер-то убрал?
– Как… – пробормотал хозяин покоев. – Просто долбанул по нему, и всё, стена осыпалась.
– А где достал лом? Опять прибил какого-то ни в чём не повинного монстра?
– В этом мире… – слова сопровождались ну очень широким зевком, – …из монстров ничего не выпадает. Лом я нашел в одной из оружейных, среди неопознанных артефактов.
– Угу. Понятно, – не без обиды прокомментировала я.
Реально надулась. Просто это было совершенно нечестно. Я же так старалась, возводила эту защиту, тратила время и магию, а он…
Однако Волков моим тоном не проникся и опять перевернулся на спину. Спустя ещё секунду полуголый парень благополучно задрых.
Пришлось приподняться и выразительно засопеть, но…
– Машка, отлепись, – некультурно сказали мне.
Я? Отлепись? Да… да что он себе позволяет?
Желание сделать Алексу какую-нибудь несовместимую со сном гадость было очень сильным, но я сей порыв задушила. Потом окинула соотечественника новым взглядом и, тихонько выругавшись, покинула негостеприимную кровать.
Пихнув ноги в тапки, подхватила отброшенный на стул халат и отправилась на поиски ванной. Просто естественные потребности уже поджимали, плюс хотелось принять душ и привести себя в порядок.
Ванную я, конечно, нашла и воспользовалась. В апартаменты вернулась посвежевшей и даже повеселевшей, но в прежней ночной сорочке и халате.
Да, я могла извлечь из пространства любую одежду, причём без особого риска, ведь Александр Волков был отлично об этом умении осведомлён! Однако благоразумие подсказало – не надо. Успеется.
Зато против завтрака благоразумие выступать не стало, в результате я обзавелась большой кружкой кофе и парочкой свежих круассанов. А завтракать уселась в совмещённой с кабинетом гостиной, отметив при этом, что диван тут всё-таки есть!
Пусть он был узким, неудобным и точно не раскладывался, но про отсутствие дополнительного спального места вожак Чёрной стрелы всё же наврал. Но это не расстроило – разве можно ждать от личности вроде Алекса чего-то другого?
Вот и следующий поступок соотечественника всецело с его сутью гармонировал… Волков учуял кофе и, выбравшись из своей берлоги, заявил возмущённо:
– Не понял. А мне?
Захотелось ответить в рифму, детской поговоркой, но я опять смолчала. Более того, извлекла вторую кружку и дополнительные круассаны, и водрузила всё на низкий, установленный перед диваном стол.
На обнаженный мужской торс и шелковые пижамные штаны при этом старалась не смотреть. На сексуальную помятость его сонной физиономии – тоже. Я вообще предпочла сосредоточиться на еде, и даже общаться с идейным противником не собиралась, но куда же от него в столь ограниченном пространстве денешься?
– Мм-м… какая ты сегодня заботливая, – не без подколки выдал он.
Тут же плюхнулся рядом и потянулся к кружке. А сделав пару глотков спросил:
– Так я не понял, ты на совсем, или это была разовая акция?
Ответом Алексу стал хмурый взгляд, которым идейный противник вообще не проникся. Пришлось сказать словами:
– Не смешно. – И продолжить, действительно переходя к серьёзному: – Алекс, насчёт разборок. Всё понимаю, но твои озверевшие мымры – это перебор. Я не прошу, а требую адекватного наказания и гарантий того, что подобное больше не повторится.
– Так что они всё-таки сделали? – Волков моментом опять-таки не проникся, но тень серьёзности и его накрыла.
– Когда я уходила, эти дуры выворачивали мой шкаф.
Соотечественник промолчал, а я вздохнула и добавила ультимативным тоном:
– Сейчас пойдёшь в нашу общагу и сам увидишь. А потом я требую…
– Маш, – перебил парень. – Твои требования я слышал. Не глухой.
Я покорно замолкла и переключилась на завтрак. Невзирая на выходку дроу, какой-то особой ненависти к ним не питала, но всё равно. В прошлый раз, когда на меня напали тётки из гарема, дело спустили на тормозах, и никакого наказания агрессорши не понесли. Если Алекс поведёт себя так же, как Ирриар, то… Клянусь, я воспользуюсь принесённой оборотнями банкой! Причём мстить буду не Гитриде с Занарией, а их «владельцу».
Когда кофе и круассаны закончились, Волков удалился в ванную. Затем скрылся в спальне, а вышел оттуда уже одетым и причёсанным.
Я, глядя на готовность идейного противника выполнить обещание, повеселела. А когда он шагнул к входной двери, вскочила с дивана и заявила:
– Погоди. Я с тобой.
Алекс обернулся и уставился недоумённо. Потом указал на мою одежду, непрозрачно намекая, что вид не самый приличный. Только я и без подсказок помнила, и никакого смущения не испытывала, даже наоборот – в голове родился крошечный, но весьма ехидный план!
План был элементарен, и спустя пару секунд предводитель Чёрной стрелы задумку раскусил. Он заломил бровь и тут же поинтересовался:
– Ты уверена?
После моего кивка, губы Алекса скривились в одной из бесчисленных ухмылочек, а в тишине покоев прозвучало:
– Машунь, в прошлый раз был лишь поцелуй, и ты мне за него весь мозг выела. Теперь хочешь заявить на всю академию, что ночевала у меня? По-твоему, это нормально?
Я подумала и кивнула. И улыбнулась коварнее прежнего!
Волков глянул как на дурочку, но протестовать всё-таки не стал. Пожав плечами, брюнет отпер дверь и спокойно вышел в коридор. И сразу замер, дожидаясь меня.
Смущаться я по-прежнему и не думала. Вместо этого одёрнула халат, расправила плечи и, задрав подбородок, апартаменты Волкова покинула. Я помнила, что нахожусь на территории вражеского жанра, но всё равно надеялась на удачу.
Мироздание… услышало! Впрочем, возможно дело не только в нём. Просто сама логика вчерашнего происшествия шептала, что «мулатки» прямо-таки обязаны крутиться где-то поблизости, ведь у них вроде как возлюбленного уводят.
Вот дроу и нашлись. Обнаружились у расположенного в конце коридора окна. А так как комната Алекса была последней… В общем, мой выход из покоев главаря Чёрной стрелы не просто заметили, а рассмотрели в деталях.
Серокожие мымры подобного не ожидали и дружно побледнели, а я состроила подчёркнуто-капризную моську и, едва Волков запер дверь, зашагала вместе с ним к выходу. В том же, что касается самого Алекса, он отреагировал на девушек довольно равнодушно – приветственно махнул рукой, и всё.
Покидая покои, на часы я не посмотрела, а теперь сообразила – время близится к завтраку. Это означало, что нас действительно не только дроу увидят, а почти все.
На такой эффект я всё же не рассчитывала и, после того, как очередной встреченный старшекурсник офигел, испытала сильное желание сбежать через портал. Уйти, чтобы дождаться Волкова где-нибудь на подходах к восточному крылу, а может и в самой инспектируемой комнате.
Но потом подумалось – а зачем? Ведь я ничего предосудительного не сделала! И вообще, всё что о нас подумают – это вопрос их испорченности, а вовсе не нашей!
Так что да. Да, я продолжала шагать рядом с Алексом. Сам соотечественник проявил удивительную галантность – двигался неспешно, так, чтобы я за ним поспевала.
Ну а я… плыла. В ночной сорочке, халате и тапках. Последние были довольно изношенными и постоянно норовили соскочить. И несколько раз я тапки реально теряла! В такие моменты идейный противник останавливался, возводил глаза к потолку и ждал.
Ещё приговаривал:
– Машка, вот ты…
А с родным, с восточным крылом всё оказалось чуточку проще – все, кто остался в академии на выходные, были уже в столовой, и нам почти никто не встретился. Коридор, где располагалась наша с Базилией комната, тоже пустовал.
Едва приблизились к нужной двери, я нахохлилась и заявила:
– Открывай сам.
Волков подчинился – дёрнул за ручку, но дверь оказалась заперта.
– Мм-м… – сообщила я. Заодно вспомнила, что, уходя, ключа с собой не захватила.
Соотечественник отреагировал на ситуацию спокойно – шепнул какое-то заклинание, сделал незамысловатый пасс рукой, после чего раздался едва различимый щелчок. Тот самый, с которым задвижка о пластинку ограничителя ударяется.
И пусть Алекс действовал в моём присутствии и по моему желанию, стало чуточку неприятно. Это что же за замки-то такие, что каждый встречный-поперечный открыть может? Нет-нет, проблему нужно будет решить!
Дальше состоялось новое нажатие на ручку, и Волков первым переступил порог. Я храбро скользнула за ним, чтобы тут же застыть и хлопнуть ресницами.
– А где? – выдохнула недоумённо. Через мгновение поймала насмешливый взгляд идейного противника.
Так. Подождите. Вот такого быть точно не может!
Решительно обогнув Алекса, я добралась до середины комнаты и огляделась ещё раз, но погрома всё равно не обнаружила. Даже платьев, выброшенных вчера из шкафа, на полу не валялось.
– Открой, пожалуйста, – указав на дверцу шкафа, попросила Волкова я.
Нет, в благоразумие дроу не верилось, я ожидала подлянки, причём любой, от дохлой крысы, до вываливающегося из шкафа трупа.
Бывший вождь племени Рейя просьбе подчинился. Совершенно спокойно приблизился, распахнул обе створки, и сразу отступил, позволяя увидеть, что… ничего особенного там нет.
Более того, все вещи были сложены, причём вполне аккуратно, а вчерашние платья висели на плечиках.
– Хочешь сказать, что твои грымзы после моего ухода прибрались? – озвучила мысли я.
Волков промолчал, но улыбка стала заметно шире.
Потом у меня поинтересовались:
– Ещё что-нибудь?
– Ванную проверь.
Главарь Чёрной стрелы опять-таки подчинился. Расслабленно и плавно он добрался до нужной двери, распахнул её и щёлкнул пальцами, зажигая свет. Через полминуты заявил:
– Машунь, тут тоже всё чисто.
– Быть не может, – пробормотала я.
Алекс обернулся. Улыбка, озарявшая его лицо, стала прямо-таки запредельной, только я внимания не обратила. Сказала убеждённо:
– Они не могли уйти так просто.
– И что же они, по-твоему, сделали?
«По-моему»? Ну, знаете…
– Алекс, это твои подруги, и тебе должно быть виднее, на что они способны! Я в отсутствие подвоха в любом случае не верю, и…
– Машка-Машка, – со вздохом перебил он.
В следующую секунду предводитель Чёрной стрелы подчёркнуто-тяжело вздохнул и поднял руку, дабы выдать новый магический жест. После этого, с кончиков пальцев Алекса сорвались три крошечных серебристых шарика и медленно заскользили по комнате.
И пусть пояснений никто не дал, но я сразу сообразила – это заклинание поиска. Интересно, а среди моих навыков подобный имеется?
Принцесса сосредоточилась, прислушиваясь к ощущениям, и разочарованно поморщилась. Увы, но мне вот такая штучка точно была неподвластна.
Пришлось поморщиться ещё раз и положиться на качество магии кареглазой ехидны. Той самой, которая продолжала стоять возле распахнутой двери в ванную и… двусмысленно ухмыляться.
А спустя пару минут, когда шарики доплыли до моей кровати, ухмылку с небритого лица сдуло. Брови Алекса скакнули вверх, а сам соотечественник пусть не сильно, но напрягся.
– Та-ак… – протянул он.
Волков стремительно направился к кровати, отогнал зависшие над подушкой и замерцавшие алым светом шарики, и окинул пространство очередным взглядом. После этого и подушка, и одеяло, и даже простыня были содраны, а в руке Алекса блеснул извлечённый из-за голенища нож.
Ещё миг, и послышался выразительный треск ткани – это соотечественник матрас вспарывал. Ну а вслед за треском…
– Да ладно. Да не может такого быть.
Желание приблизиться и заглянуть через плечо, конечно, возникло, но я проявила благоразумие и осталась где стояла. Только шею вытянула, чтобы как следует продолжение банкета рассмотреть.
А оно, ну то есть продолжение, реально случилось! Волков убрал нож, а его правая рука окуталась зеленоватым свечением – будто на неё силовую перчатку надели. После этого Алекс сунул руку во вспоротый матрас и извлёк из него какую-то непонятную фигню.
Всё. Любопытство устроило маленький бунт, а благоразумие издохло!
– Что там? – устремившись к Волкову, вопросила я.
Соотечественник мучить не стал, сразу продемонстрировал паука, выполненного из какого-то красноватого металла.
Я же спросила:
– Это что?
– Пока не знаю, – ответил совсем уж посмурневший Алекс. – Нужно проверять. Но речь, вероятно, об одном из столь любимых дроу проклятий.
Я… нет, не испугалась. Во-первых, чего-то такого и ожидала, во-вторых, магическая гадость обнаружена, следовательно, угрозы нет.
– Есть во что её положить? – спросил Алекс. – Например, какая-нибудь керамическая ёмкость.
Уж с чем, а с ёмкостью проблем не возникло, я достала её из пространства. Ну а протянув добычу Волкову, наконец, осознала ещё одну вещь… Что-что он там после вспарывания матраса говорил? Быть такого не может?
Я отступила на шаг и, окинув идейного противника пристальным взглядом, прищурилась.
– Что? – заметив манёвр, хмуро спросил он.
– Погоди, ты… не верил, что твои мымры ко мне приходили?
– Не верил. – Угу, отпираться этот гад не стал.
– А вчера? – уточнила я. – Когда пришла к тебе и сказала…
Уголки его губ заметно дрогнули, и в наполнившей комнату тишине прозвучало совсем уж возмутительное:
– И вчера не верил. Понимаешь, Машунь, учитывая твою фамилию, верить тебе сложно.
Вот теперь его вопиющее равнодушие к проблеме прояснилось, но…
– Ах вот как! – взвизгнула я.
Ещё миг, и к возмущению добавилось непреодолимое желание убивать! Я сжала кулаки, яростно топнула ногой и заозиралась в поисках чего-нибудь тяжелого.
– Машунь, не злись. Я ведь всё понимаю. Знаю, что есть вещи, которые сильнее нас…
– Ты о чём? – нет, я реально не догнала.
– О твоей непреодолимой симпатии к самому популярному парню академии, и стремлении видеться с ним как можно чаше. И целенаправленном поиске поводов, – тут он выразительно потряс плошкой, в которой лежал металлический паук, – для таких встреч.
Я сперва не поняла, а когда сообразила, на что намёк…
– Какие поводы?! – взвизгнула на всю общагу. – Какие симпатии?! Твои мулатки сами заявились, и…
Я осеклась. Плюс, испытала дикое желание взвыть громче прежнего и удариться головой о стену. Понимание, что идейный противник банально подтрунивает, пришло слишком поздно.
– Эх, Машка, – с улыбкой выдал он.
Теперь, чуть протрезвев, я могла ответить. Объяснить, куда этому гаду пойти, а ещё с кем и в каких позах совокупиться. Однако развивать тему я всё же не стала – от греха подальше. Просто выдохнула и, кивнув на плошку с пауком, процедила:
– Волков, если твои тётки ещё раз…
Продолжать не пришлось – соотечественник моментально посерьёзнел. Более того, его лицо приобрело такое выражение, что за парочку эльфиек-дроу немножко страшно стало.
– Не волнуйся, – сказал Алекс. – Девочки за свой поступок ответят.
Я нахохлилась и сложила руки на груди, а главарь студенческой банды дезактивировал поисковое заклинание, кивнул и направился на выход.
От такой покорности я остыла и даже офигела чуть-чуть. Как? Неужели всё? И даже лезть с поцелуями сегодня не будет?
Насчёт последнего хотелось съязвить, однако язык я всё-таки прикусила. Когда же Волков распахнул дверь, моя злость окончательно отступила… Дело в том, что на пороге обнаружилась Базилия – заметно помятая, в перепачканном плаще и с припухшими от слёз глазами.
– Базя? – ошарашенно выдохнула я. – Что произошло?
Блондинка жалобно всхлипнула и… зарыдала.
Мне было грустно. Прям очень-очень.
А ещё я чувствовала себя законченной тупицей, и вообще…
Просто вчера ночью, когда в комнату заявились Гитрида с Занарией, о Базилии я даже не вспомнила. У меня и мысли не возникло, что это вторжение и полученное соседкой приглашение могут быть как-то связаны.
Или дело не в тупости? Или проблема в том, что я слишком сильно уверовала в канон?
Как бы там ни было, но связь между событиями всё же имелась. После того, как блондинка немного успокоилась и заговорила, это стало очевидно.
– Я пришла в театр, но на сам спектакль меня не пустили, – всхлипывая объясняла она. – Контролёры, которые стояли на входе в зал, заявили, что билет поддельный. Я попыталась поспорить, и тогда мне показали, как выглядит билет настоящий, и он действительно отличался. На моём не хватало таких блестящих штучек… голографических печатей.
Сначала я просто не поверила, – продолжала Базя. – Ведь меня пригласили, и не кто-нибудь, а поклонник… Я даже показала контролёрам записку, опять попыталась объяснить… Тогда один из них и предположил, что меня попросту разыграли.
До этого момента я не понимала, а когда услышала про розыгрыш, всё встало на места… Я прекратила спорить, развернулась и пошла в гардероб, за верхней одеждой. Было очень неприятно, даже заплакать хотелось, но я твёрдо решила, что ещё один повод понасмехаться никому не дам! – Тут Базилия всхлипнула особенно громко и вытерла побежавшую по щеке слезу. – А когда вышла из театра и свернула к академии… я узнала, что главные неприятности ждали впереди.
– Что произошло? – не удержавшись, подтолкнула я.
– Я вышла из театра… потом свернула в переулок, и… кто-то применил магию.
– Какую? – угу, терпение вновь дало сбой.
– На меня набросили силовую сеть, и с помощью этой сети прилепили к стене одного из домов, на уровне второго этажа. Ещё заклинание тишины и отвода глаз применили, и… – Базилия вновь всхлипнула, – и оставили. А я висела и выбраться не могла! Я же не боевой маг, я учусь на факультете Любовной магии!
Всё. Выдержка блондинки закончилась, и плотину вновь прорвало. А у меня сердце сжалось, и тоже слёзы побежали.
Сомнений в том, что Базю обезвредили либо сами дроу, либо по их указанию, не имелось, и этот момент бесил! Ещё стало очень жаль, что Алекс давно ушел и рассказа не слышит.
Зато была надежда – Волков своё обещание сдержит, и тогда эти с…собаки женского пола поплатятся! Очень жестко!
За всеми этими событиями, я совершенно забыла о приглашении, полученном от Ататриэля. Впрочем, ладно, события ни при чём – я в принципе о как бы обещанной прогулке не вспоминала.
В итоге, появление на пороге нашей комнаты светловолосого мачо с фиалковыми глазами стало большой неожиданностью.
– Э-э… – увидав разодетого эльфа, сказала я.
И хотя это было немного низко, но в данный момент я даже порадовалась, что Базя рыдает. Ведь плачущая подруга – железобетонный повод остаться и никуда не ходить.
– Хорошо, – отозвался Ат. – Тогда, может быть, завтра?
– Э-э… – вновь «сумничала» я. – Но завтра учёба.
– И что? – парировал эльф. – Когда это мешало?
Я пожала плечами, давая понять, что не уверена и вообще – завтра будет видно. Пусть с неохотой, но Ататриэль данный ответ принял.
Когда гость свалил, я вернулась к Базилии и продолжила утешать. Мне ещё предстояло как-то признаться в том, что пострадала она из-за меня. Вернее, из-за моего знакомства с Алексом.