Глава 23
«Исчезновение» пленницы орк заметил очень нескоро, часа через три. При этом отреагировал со скепсисом – то есть для начала он меня несколько раз позвал, потом пробормотал нечто из серии: ну да, конечно, так я и поверил, что она сбежала.
После этого тюремщик ушел, дабы вернуться с ярчайшей лампой и, поднеся эту лампу к окошку в двери, осмотреть камеру ещё раз.
Я в этот момент зажмурилась и принялась молиться, потому что навык маскирующей магии был не очень-то велик. Если правильно помню, надпись на камне вообще об изучении основ этой магии сообщала.
Действительно опасалась. Думала – вдруг свет фонаря отразится каким-нибудь хитрым образом, и тюремщик увидит, что я реально здесь, прислонившись к стеночке стою?
Однако удача перестала демонстрировать хвост и, наконец, повернулась лицом. Детина с зеленоватой кожей не только не заметил, но и, очень заковыристо выругавшись, поступил именно так, как мне хотелось. Прежде чем вызывать начальство, он отпер камеру и вошел, желая ещё раз убедиться в моём отсутствии…
Я стояла почти у самой двери, а орк буквально сразу прошел дальше, оказавшись к узнице спиной. И хотя в этот момент сознание застелил истинный ужас, я не сдрейфила!
Отлепившись от стены, я подкралась и резко врезала тюремщику ладонью по шее. Била ровно так, как подсказывали инстинкты – вернее, навыки рукопашного боя, приобретённые в той же Степи.
Секунда – очень долгая, невероятно пугающая – и противник рухнул на грязный каменный пол. Ну а я инстинктивно схватилась за сердце – просто оно окончательно с ума сошло и попыталось выскочить из груди.
Ещё пара секунд, пинок, отвешенный бездвижному телу, и я обошла орка, чтобы подхватить выпавшие из его лапищи ключи. Теперь оставалось надеяться, что детина не сможет поднять тревогу слишком быстро. Что успею провернуть задуманное до того, как меня начнут искать.
Шумно выдохнув, я развернулась и помчалась к двери. Оказавшись в коридоре, сразу эту дверь закрыла и заперла на ключ.
Огляделась, чтобы узнать – коридор очень длинный и, к счастью, совершенно пустой. А ещё нашла гвоздик, на который добытую связку ключей и повесила.
Ну а дальше – самое главное! Я прикрыла глаза и, вообразив вертикальную, похожую на разрыв в пространстве линию, шепнула:
– Хочу к Алексу!
В том, что телепортация сработает, не сомневалась – ведь меня сюда именно телепортом привели! И… да, тюремный коридор исчез. Только всё оказалось не так просто…
Я сперва не поняла. Нахмурилась, зажмурилась, потрясла головой и вообще растерялась. Когда же до мозга дошло, облегчённо выдохнула и исполнилась истинной благодарности!
Не знаю почему, но телепортация сработала немного не так, как обычно. И не нужно быть гением, чтобы понять – этот «сбой» спас мой чудесный план от провала, а меня саму от позора и насмешек.
Дело в том, что, сидя в темнице, я слегка потерялась во времени. Реально не подозревала, что уже вечер, а о намерении Чёрной стрелы посетить приём в особняке генерала Гизли вообще забыла!
Как итог, точка выхода из телепорта удивила безмерно. Я осознала себя в просторной и весьма роскошной… туалетной кабинке.
Сначала, конечно, тупила. А чуть позже заперла дверь и принялась учащённо дышать. Затем воспользовалась удобствами и сильно повеселела – просто в камере из «сантехники» было лишь ведро, прикасаться к которому я не желала. Там, в тюрьме, я решила терпеть до последнего, а теперь – вот. Испытала офигенное удовольствие!
Едва мочевой пузырь опустел, мозг воспрял и начал шевелить извилинами гораздо активней. Пользуясь его подсказками, я избавилась от мантии, платья и поношенных туфель, после чего вытащила из пространства расчёску и начала приводить в порядок свою длиннющую гриву.
Ну а когда снаружи послышались голоса, приоткрыла дверь кабинки, дабы заглянуть в щёлочку и оценить наряды местных леди.
Ага. Ага-ага!
Ещё несколько минут, и в моих руках оказался вполне подходящий случаю наряд – длинное кремовое платье, расшитое кружевами и стразами. Плюс, пышный искусственный цветок на руку, светлая лента для волос и новенькие красивые туфли.
Зеркало, косметику и духи тоже достала без проблем, и тут же погрузилась в наведение марафета. Впрочем, марафет – слово не самое подходящее, в данный момент речь шла скорее о маскировке. Ведь я как бы беглянка и, следовательно, привлекать лишнее внимание нельзя!
Правда, когда покончила с приготовлениями, запихнула всё лишнее в пространство и, выбравшись из кабинки, подошла к рукомойникам, стало ясно – остаться незамеченной не получится. Я была слишком хороша! Сказочно хороша, если быть точной.
Тон лица ровный, носик припудрен, изумрудного цвета глазки не просто блестят – сияют! Ещё губки бантиком, красиво подведённые бровки, подхваченные лентой роскошные волосы, заметная талия и весьма провокационное декольте.
Глядя на своё отражение в огромнейшем, расположенном над рукомойниками зеркале, я сперва охнула, а потом улыбнулась и подмигнула этой удивительной красотке.
Спустя миг, улыбка сделалась ещё шире, ибо стало совершенно понятно: Волкову не устоять!
Тот факт, что в особняке генерала Гизли праздник, был более чем очевиден. Я ощутила эту атмосферу ещё до того, как покинула туалет. Уже от двери слышалась зажигательная музыка струнного оркестра и звон бокалов.
Впрочем, со звоном я, конечно, гоню, зато две тётки, с которыми столкнулась на выходе, выглядели ну о-очень нарядно!
К сожалению, тётки меня тут же узнали… Они сильно удивились, но быстро опомнились и присели в реверансах. Я тоже присесть хотела, а потом сообразила, что я как бы принцесса, и ограничилась кивком. Заодно поняла – действовать нужно очень быстро. Так, чтобы никто не успел доложить о моём появлении «папочке».
Как итог – выскользнув в украшенный разноцветными гирляндами коридор, я быстро огляделась и тут же направилась в сторону, откуда доносилась музыка. А очутившись на пороге зала, где и происходило веселье, споткнулась и изумлённо приоткрыла рот.
Это было очень красиво! И… абсолютно нечестно.
Да, адреналин по-прежнему бурлил, а ещё у меня была цель, но я всё равно надулась. Просто вот это всё… все эти кружащие на паркете пары, стайки гостей, распивающие вино из красивых бокалов, ленточки и гирлянды – это было моё!
В смысле, точно относилось к самому романтическому фэнтези, а никак не к мужской сказке с её кроваво-брутальными фишками. То есть это я должна была в вот таких кругах вращаться, а… А меня на праздник даже не пригласили!
Миг, и я надулась ещё сильней. Даже носом обиженно хлюпнула! Но тут же взяла себя в руки и вновь нацепила на лицо улыбку – причём не простую, а самую милую из всех.
Ладно-ладно! Пускай веселятся! Я… тоже повеселюсь! Вот только вернусь домой и сразу откупорю спрятанную в заначке бутылку коллекционного шампанского. Такого, какое здешнему «высокому» обществу и не снилось!
С этой мыслью, я гордо задрала нос и опять огляделась. И шагнула вперёд, чтобы вновь споткнуться.
Только теперь причиной затыка стали не интерьеры, а обнаружившийся в поле зрения идейный противник. Вот никогда бы не подумала, что могу сказать такое, но Волков был очень хорош.
Невольно вспомнилась наша самая первая встреча – та, в мире Степи. Я же его за бога приняла и слюной едва не захлебнулась. Но самое удивительное – сейчас начинало происходить что-то похожее… Едва взгляд упал на Волкова, сердце пропустило удар, а душа… крутанулась на пятке и тихонечко запела.
Лично мне вот такая реакция вообще не понравилась! Однако призывать себя к трезвости, пытаться вытащить на поверхность здравый смысл, я не стала.
Вместо этого, улыбнулась ещё обаятельней и, забив на ошарашенные лица опознавших меня гостей, поплыла к нему.
Угу. Именно поплыла. Иначе не скажешь.
Я… была лебедью! Шагала плавно и красиво. Вкупе с расшитым бесчисленными стразами светлым платьем в пол, длинной гривой каштановых волос и ярко-зелёными глазами, всё точно выглядело великолепно.
Впрочем, ладно… Ладно, как мой выход смотрелся для остальных – не знаю, не видела. Зато реакция Волкова от внимания не укрылась! И стала настоящим бальзамом на моё измучанное багами сердечко.
Идейный противник, облачённый в какой-то невероятно стильный парадно-выходной костюм, стоял в компании своей банды и пил из бокала. Беды не чуял, но в какой-то миг один из его соратников дёрнул за рукав и указал на меня.
Волков неохотно обернулся, да… так и застыл.
То есть просто замер, и всё! Словно замороженный!
Я, конечно, приободрилась. Плюс, испытала большое желание ускорить шаг, а лучше вообще вприпрыжку к нему помчаться.
Но сдержалась, чтобы… очень скоро о своём решении пожалеть. Просто, пока доплыла, Алекс успел прийти в себя, и вместо желанного – Мария, ты великолепна! Позволь упасть к твоим ногам и сложиться в одинокий штабель! – я услышала пусть заинтригованное, но всё-таки настороженное:
– Машунь? Что происходит?
– А? – невинно откликнулась я.
Потом посмотрела на парней из Чёрной стрелы, одарила всех дружелюбной улыбкой. Вдохнула, выдохнула, и… сделала ещё один шаг навстречу Волкову, сократив разделяющее нас расстояние до минимума.
Алекс отстраняться не стал, только бровь заломил и заинтригованно сверкнул своими очень обыкновенными глазами.
– Ма-аш… – вновь попытался позвать он, и я таки сказала…
– Мы можем поговорить наедине?
Идейный противник думал недолго. Буквально через секунду дал знак парням, и те дружно отступили. А Бор ещё и бокал с вином у Алекса отобрал, и вот это – ну то есть свободные руки, – было очень кстати!
Едва представители Чёрной стрелы ретировались, я сделала последний шаг навстречу и, ухватив Волкова за лацканы навороченной парадной куртки, выразительно хлопнула ресницами.
И тут же услышала:
– Так и будешь кота за хвост тянуть? Или всё-таки скажешь?
В голосе Волкова прозвучали тёплые нотки, но смутилась я, разумеется, не поэтому. Просто то, зачем я к нему пришла… И вся эта ситуация… И…
– Машунь? – вот теперь Алекс наклонился и даже на шепот перешел. А ещё руки на мою талию положил, от чего как-то совсем приятно стало.
Наверное, из-за этих рук я и решилась! Сделала ещё один ну о-очень глубокий вдох и прошептала:
– Саш, у меня к тебе одна маленькая, но очень важная просьба.
– Что такое? – откликнулся он.
А я…
– Секса хочется. Очень. Так, что сил никаких нет.
Сказала и крепко зажмурилась. Ещё и краской залилась – будто между нами никогда ничего не было, а девственность у меня не третья, а… ну максимум вторая.
Бывший вожак племени Рейя замер, потом растерянно кашлянул и задал совершенно вопиющий вопрос:
– Машунь, а при чём тут я?
Голос прозвучал опять-таки ласково, однако легче от этого не стало. Более того, я растеряла добрую половину своей скромности и едва не взвизгнула от возмущения!
Хотела спустить на этого «волка» всех собак, но, вспомнив о тюрьме и грозящем изгнании демона, обороты сбавила. В очередной раз вдохнула, выдохнула, и…
– Ну а кто кроме тебя?
Рук с моей талии не убрали, и даже попытку отстраниться пресекли. И сказали с толикой ехидства:
– А как же Хуго? Ататриэль? Лорд престарелый ректор академии?
Я закономерно поморщилась и, задвинув гордость подальше, принялась «объяснять»:
– У меня романтическое фэнтези, понимаешь? А в нашем фэнтези секс без последствий невозможен. То есть, если я кого-то выберу, мне точно придётся выходить замуж, а я к подобному не готова. Я… ещё не определилась. А организм не железный, и мне… В общем, мне действительно надо!
На последних словах, впавшее в спячку либидо резко очнулось. Оно радостно оскалилось и, натянув на голову треуголку, воинственно махнуло саблей, давая команду гормонам.
Те повиновались мгновенно, а я оказалась в самом эпицентре взрыва! Ощутила всё и сразу – и холод, и жар, и слабость, и прилив сил вкупе с забегом неугомонных мурашек.
Говорить, переживая вот такую атаку, было совершенно невозможно, тем не менее, мысль я завершила:
– А ты – свой. Ты из нашего мира, и к сексу относишься проще. С тобой нежелательных последствий не будет, и поэтому…
Я осеклась, ибо Волков… в общем, да. Он заржал!
И хотя хохотал беззвучно, на мои ощущения это не повлияло…
Я снова залилась жгучим румянцем и поняла важное – да ну его нафиг! Лучше я к императору Тариусу, на ритуал изгнания демона, чем терпеть вот такое издевательство!
Дальше была решительная попытка вырваться из захвата и, послав Волкова лесом, гордо ушуршать в туман.
Только меня не пустили! Причём ржать при этом не перестали.
Вторая попытка успехом опять-таки не увенчалась, единственное – захват стал крепче.
Ну а после третьей, самой яростной, кое-кто окончательно охамел. Спросил:
– Машунь, куда ты так стремишься?
– Туда! – заявила я визгливо.
И тут же услышала:
– Не знаю, как в вашем, бабском фэнтези, а у нас за базар нужно отвечать. Ты сказала, я тебя услышал. И теперь…
Я перестала беситься и хмуро посмотрела на идейного противника снизу вверх. А вот желания задать традиционный вопрос про совесть не возникло – ведь ясно, что нету!
– Машунь, прекращай, – шепнул Алекс. Уже не ржущий, а просто сияющий, словно лампочка. – Лучше скажи, к тебе или ко мне?
– Ни к кому! – выпалила я.
– Мм-м, – протянул гад задумчиво. – Извини, но отмазки не принимаются. Ты сама напросилась. И отказываться уже поздно.
С этими словами, меня прижали к мужскому телу таким образом, что стало совершенно понятно – секс у меня действительно будет. Просто при том уровне боеготовности, в которую вошел Волков, других вариантов вообще не предусмотрено!
Вырвусь – поймают, убегу – догонят. Вот точно догонят! И реально заставят «ответить за базар».
Осознав сей возмутительный факт, я засопела. А гормоны похватали маракасы и принялись танцевать румбу, причём все сразу, массово! Мозг, к которому обратилась за помощью, от меня попросту отмахнулся, а здравый смысл заявил: Машка, ну что ты развозмущалась? И вообще – не позорься! На вас люди смотрят!
Лишь теперь я вспомнила о том, где находимся, и огляделась. Увы, но незамеченной наша с Волковым борьба не осталась – народ, разодетый в парадные костюмы и бальные платья, таращился ну очень активно.
И глазки у всех этих леди-джентльменов блестели так, что ярче и не бывает. Высший свет уже получил шикарный повод для сплетен, а теперь жаждал продолжения! Ведь речь не только о брутальном мачо из какой-то там академии, но и о дочке императора.
Единственными, кто сплетничать точно не собирался, были парни из Чёрной стрелы. Они просто кучковались в сторонке и озаряли мир предельно красноречивыми улыбками! Такими, что хотелось показать кулак, а лучшее вообще фаерболом в них запустить. Но времени на фаерболы всё-таки не было…
– Разумеется, к тебе, – состыковав все факты, выдохнула я.
Потом подумала и, приподнявшись на цыпочки, обвила его шею руками…
Шепнула:
– Глаза закрой.
Алекс, как ни удивительно, подчинился, ну а я… Я вообразила знакомую, совмещённую с кабинетом гостиную, и сделала шаг вперёд, заставляя идейного противника инстинктивно отступить, дабы не потерять равновесие.
В следующую секунду звуки музыки исчезли, а картинка окружающего мира изменилась. Никакого нарядного зала с тысячей расфуфыренных гостей! Мы… в комнатах Волкова оказались.
Светильники были погашены, но луна висела ровно напротив расшторенного окна, и её света вполне хватало, чтобы рассмотреть помещение. Алексу понадобился всего миг на осознание, а вот дальше – всё. Капец попаданке. Причём полный!
Волков наклонился и разгорячённым хищником впился в губы. От этого поцелуя не то что я, а, кажется, само мироздание дрогнуло. Голова неуловимо закружилась, а ниточка, связующая с реальностью, начала стремительно таять…
Я не заметила, как поддалась на эту ласку. Тот факт, что уже умудрилась стянуть с кареглазого брюнета куртку и нетерпеливо рву шнуровку его рубахи, дошел опять-таки не сразу.
Однако никакого стыда или неловкости я не почувствовала, наоборот – опьянела сильней. И тихонечко застонала, когда идейный противник, не прерывая поцелуя, потянулся к застёжкам моего платья.
Едва расшитая стразами ткань упала к ногам, оставляя меня в одном белье, эмоции достигли пика – я отстранилась, чтобы хлебнуть воздуха и застонать ещё громче.
Алекс этой паузой воспользовался – подхватил на руки и потащил вглубь своей берлоги, в утопающую во мраке спальню…
В процессе передислокации я потеряла туфли, но это так, мелочь. Новый взрыв эмоций, случившийся после того, как оказались на кровати – вот что важно! Я изогнулась, извернулась, вновь обвила мужскую шею руками… а Волков щёлкнул пальцами, зажигая тусклые настенные бра, и опять впился в мой приоткрытый рот.
Новый поцелуй был стократ горячее – я почувствовала себя и жертвой, и охотницей, и демоницей, и ангелом одновременно. Мне хотелось проклинать и благословлять, убивать и любить!
Но самое, пожалуй, ценное – возникло чувство, что с Алексом все эти желания осуществимы. Вернее, они осуществимы только с ним!
Когда виток буйства прошел, Волков отстранился. Приподнялся, удерживая собственный вес на руках, и заглянул в глаза. Что увидел он – не знаю, а я… буквально утонула. Вот уж не думала, что такие обыкновенные карие глаза могут превратиться в настоящий омут!
И опять поцелуй… только на этот раз не горячий, а чувственный и почти нежный. Такой, после которого не скажешь, что всё случилось исключительно из страсти, нет… Это была уже осознанность, сильное обоюдное желание. И тот факт, что Волков действительно меня хотел, добавил происходящему особый, очень ценный оттенок.
С застёжкой бюстика Алекс справился на раз, зато нижнюю часть кружевного комплекта стягивал невероятно долго. Процесс сопровождался поцелуями и такими ласками, что я не просто ёрзала, а извивалась змеёй.
Идейному противнику такая реакция точно нравилась, но возмутиться мужскому коварству я не могла. Я была занята. Я таяла и плавилась! И получала, наверное, куда большее удовольствие, нежели истязающий моё тело Алекс.
Едва кружевные трусики оказались отброшены в сторону, Волков скатился с меня, а потом вообще на ноги поднялся. Стянул, для начала, рубаху, затем избавился от сапог и штанов.
Причём, раздевался нарочито медленно, словно давая возможность опомниться и передумать. Только я передумать уже не могла. Всё! Это был предел!
Вместо попытки удрать, я пихнула руку в пространство и извлекла запаянный в фольгу контрацептив. А когда Алекс снова оказался рядом, лично этот контрацептив вскрыла.
Волков намёк понял и, вопреки ожиданиям, не воспротивился. В смысле, продолжать эту бешеную, изводящую прелюдию не стал – он послушно перешел к главному.
Несколько секунд на то, чтобы сделать наш секс защищённым, и Алекс очутился сверху. Накрыв мои губы поцелуем, он провёл ладонью по внутренней стороне бедра и… Ну, собственно, всё. Началось!
Предводитель Чёрной стрелы входил медленно, явно желая, чтобы я прочувствовала это его движение по полной программе, и я действительно ощутила, но… В определённый момент к удовольствию добавилась боль. Да, та самая, которая, учитывая новообретённую девственность, была неизбежна.
Где-то в глубине души я очень надеялась, что Волков преграду не заметит, однако надежды пошли прахом – Алекс резко застыл, на лице отразилось изумление, а взгляд карих глаз прямо-таки впился в меня.
Только я, невзирая на сильнейшее опьянение и боль, к подобному повороту была готова… Сперва я крепко обхватила бёдра партнёра ногами, лишая его возможности отстраниться, а потом взмолилась:
– Пожалуйста, продолжай!
Секунда, вторая, третья, и… Алекс сорвался. Инстинкты оказались сильнее разума, и справиться с ними идейный противник не смог.
Опять боль. Жуткая, почти нестерпимая! Но и удовольствие такое, что хочется не просто стонать, а кричать в голос.
А ещё… безумные поцелуи, жар мужского тела и сладкий туман, застилающий мысли. Резкие сильные движения, прикосновения и нереальное желание раствориться, остаться в этом моменте навсегда.
Да, остаться! Несмотря на боль и понимание, что кое-кто кое-кого немножечко обманул… И совершенно наплевав на очередное проявление закона парных случаев – звуки набата, которые в наше наполненное стонами пространство ворвались.
Впрочем, лично я это зловещее «бом-бом» почти не слышала. Мысль о том, что тревога явно связана с побегом одной принцессы из темницы, в голове тоже не задержалась.
Мне было слишком хорошо, чтобы обращать внимание на такие мелочи – я горела и плавилась! И неумолимо приближалась к высшей точке этого сладкого полёта…
А потом – всё. Оно, то самое.
Вернее, он. Который похож на фейерверк и маленькую, невероятно приятную смерть.
Ну и бонус – Волков, который, добравшись до финиша, совершенно обессилел. Он скатился с меня, упал рядом, и… ни одного вопроса не задал.
То есть, пока не задал. Не успел!
Я на идейного противника не смотрела, но точно знала – он пытается восстановить дыхание и привести в порядок мысли. Ещё было совершенно очевидно: долго его бездействие не продлится, Алекс вот-вот оклемается и непременно устроит допрос.
И тем приятнее было ощутить, как собственное сознание меркнет под действием навалившейся после взрыва усталости… Ещё секунда, и всё. Я уплыла в сон.