Глава 22
В столовой нашей Объединённой Академии Магии было, как всегда, шумно. Представители нескольких фэнтезийных рас поглощали пищу, общались, перешучивались и обменивались взглядами.
Все чувствовали себя отлично, и только я пребывала в состоянии этакой унылой грусти. Плакать не хотелось, но упаднические настроения лезли из всех щелей.
Общаться тоже не желала, именно поэтому, наполнив поднос, отправилась не к «своему» столику, а к другому, к пустующему. Уселась, потом поймала взгляд Лириэли и отрицательно качнула головой, когда эльфийка показала, что хочет подойти.
Сокурсница послушалась, и я вздохнула свободней, а едва сделала первый глоток кофе, настроение окончательно сдохло. Нет, напиток был отличным, и дело не в нём. Просто в столовой объявились Хуго с Ататриэлем.
Первый выглядел пришибленно, второй радостью тоже не пылал и, хотя между нами всё было уже ясно, парни не постеснялись расположиться за противоположным столиком и пристально уставиться на меня.
Они… словно извинялись и предлагали забыть услышанное, но я не могла. Да и не хотела, если честно.
Угу, эльф с глазами цвета фиалок тоже проштрафился. Не так сильно, как оборотень, но всё равно. Допрос с применением тумана показал: ушастый закрутил роман с принцессой дабы компенсировать свой «маленький недостаток». Доказать и сородичам, и всем остальным, что он не только один из лучших стрелков-фехтовальщиков, но и пользуется успехом у «высокопоставленных женщин».
То есть не любил! А теперь, когда у него всё там отросло, намеревался гулять направо и налево! Хотел отыграться за те восемьдесят с лишним лет в течение которых женский пол относился к нему с некоторой насмешкой.
Я желания Ата понимала, но легче от этого всё равно не делалось. Гад он. Гад и негодяй! Впрочем, на фоне Хуго…
А вот Базилия на завтраке не появилась, что, конечно, настораживало. Только настороженность была очень смутной – её вытесняли мысли о моём соотечественнике, об Алексе Вульфе.
Какой он всё-таки зараза. Какой бесчестный человек! Ведь мы договорились, что друг к другу не лезем, а он… взял и снова испортил всё моё замечательное, почти идеальное фэнтези!
Ведь ситуация с подкупами и стукачеством – однозначно баг, а багами именно он, Волков, заведует. То есть его мерзкие мужские флюиды просочились на мою территорию, невзирая на договоры. Пришли и всё перевернули!
Клянусь, если бы Алекс был сейчас в академии, я бы пошла и всё-всё ему сказала! Но бывший вожак племени Рейя как раз летел на драконе, и телепортироваться было стрёмно.
Поэтому приходилось сидеть и негодовать, негодовать и сидеть! А ещё созерцать двух фэнтезийных дебилов в лице Хуго и Ата.
Когда эмоции достигли пика, я не выдержала. Сложила полупустые тарелки на поднос, отнесла всё на стол для грязной посуды и отправилась к аудитории, в которой должна была состояться первая лекция.
Я надеялась, что учёба поможет отвлечься от неприятного, и у меня были все шансы, но… Попаданка совершенно забыла о присутствии в её сказке ещё одного персонажа. А зря! Вернее, очень зря…
Лорд Сирис не выпрыгнул и не выскочил – он появился не внезапно, а очень даже планово. Я увидела ректора задолго до того, как тот приблизился. Он шел по коридору, навстречу мне.
Мысли о том, что столкновения лучше избежать, не возникло, желания помандражировать – тоже. Вообще, после полученных с помощью зеленоватого тумана признаний, я ничегошеньки не боялась.
Куда хуже-то?!
Вот и не свернула! Наоборот – расправила плечи, задрала подбородок и растянула губы в невинной улыбке. А когда Сирис оказался в паре шагов, притормозила и сказала вежливо:
– Доброе утро, лорд.
Ректор доброжелательно кивнул.
Затем остановился и тоже улыбку подарил, но какую-то слишком уж спокойную.
А потом с тем же спокойствием спросил:
– Мари, а где ты вчера была?
– Э-э… – ответила я. – Э-э…
Сирис, который лично для меня по-прежнему выглядел молодо и брутально, сложил руки на груди и слегка, вот самую малость, прищурился. В этот миг интуиция резко встрепенулась и шепнула: Ма-а-аш, мы, кажется, влипли.
– Думаешь? – уточнила я.
На лице ректора отразилось недоумение, а принцесса, сообразив, пояснила:
– Извините, это я не вам.
– А кому? – спросил синеглазый.
Студентка факультета Любовной магии благоразумно промолчала, а лорд…
– Мари, нам нужно поговорить!
Интуиция вздрогнула и состроила жалобную моську. Мозг активизировался в судорожной попытке придумать что-нибудь, что способно нас спасти, но… руководитель ВУЗа возможности поразмышлять не дал – крепко ухватил за локоток и потащил к ближайшей лестнице.
Ёп…перный театр! Да что же за день сегодня? Международный день обломов и неудач?
К ректорскому кабинету я шла, словно на каторгу. Через приёмную, где обитала мадам-секретарь, как через камеру пыток проходила.
Очутившись в знакомом помещении и усевшись на опять-таки знакомый стул, удовольствия тоже не испытала. Просто в воздухе появился отчётливый запах какого-то глобального капеца.
Некоторое облегчение я почувствовала лишь после того, как Сирис подарил ещё одну улыбку и спросил:
– Чаю хочешь?
– А… я только что из столовой, – сказала на выдохе.
Кстати, самого ректора в столовой не видела. Или не заметила? Впрочем, не в этом суть. Куда интереснее другое – зачем меня сюда привели и что за разговор будет?
Хоть бы банальная сцена ревности! Хоть бы…
Я инстинктивно скрестила пальчики наудачу и сделала самое невинное лицо. А лорд глянул как-то ну о-очень загадочно, потом спросил:
– Боишься?
– А надо? – жалобно пропищала я.
Пауза. Не то чтоб пугающая, но боязливые мурашки всё равно побежали.
– Как прошло свидание с Ататриэлем? – спросил Сирис.
Я шумно выдохнула и скорчила жалобную гримасу. Спустя ещё секунду, вздрогнула, ибо ректор спросил:
– А по лесу-то с кем гуляла?
Уж не знаю почему, но мысль о том, чтобы выдать Алекса и Чёрную стрелу, вызвала прилив паники. Зато эмоции подстегнули мозг, и решение нашлось почти моментально.
– Я? По лесу? – И после того, как стало ясно, что в невиновность ректор всё равно не поверит: – С Хуго. С кем же ещё?
Улыбка, озарявшая лицо синеглазого лорда, превратилась в оскал, зубы зловеще клацнули…
– Мари, зачем тебе этот оборотень? Неужели ты до сих пор не поняла, что он тебя использует?
Ыыы. Что на такое ответить? Рассказать про магический допрос и признаться, что теперь-то уже понимаю? Или притвориться дурочкой? Или перестать защищаться и самой в атаку пойти?
После всех утренних событий, в позитив вообще не верилось, но я собрала волю в кулак и выбрала последнее. Даже рот открыла, желая спросить – а что насчёт самого лорда ректора? Он искренне в мою чудесную персону влюбился, или как?
Но Сирис сказал быстрей:
– Мари, я понимаю твою горячность – тоже молодым был. Но давай так: разбираться со всеми твоими иллюзиями насчёт парней будем позже, а сейчас примем решение.
Увы, но запах капеца стал на порядок отчётливей, да и мурашки с новой силой побежали. И я, разумеется, спросила:
– Какое решение?
Руководитель нашего ВУЗа грациозно присел на краешек стола и, выдержав короткую паузу, заявил:
– Мари, час назад мне пришла бумага от твоего отца. Мы, маги высшей категории, императору, конечно, не подчиняемся, но тут иной случай. Ситуация предельно серьёзная, а приказ уже согласован с Орденом. То есть проигнорировать волю Тариуса я не могу, но…
Я сглотнула. А ещё съежилась и приготовилась услышать нечто мерзкое.
– Есть лазейка, – после новой паузы, продолжил Сирис. – В данный момент ты дочь своих родителей и не больше. На тебя распространяются все законы Империи, ну и воля отца в придачу. Однако если статус поменяется, то я смогу отказать и Тариусу, и Ордену, и всем остальным.
– А если попонятнее? – не выдержав, попросила я.
Синеглазый кивнул и заявил:
– Ты можешь стать моей женой, Мари.
Шок? Всё-таки нет. В конце концов, предложение было вполне в рамках канонов. Форма близкая к ультиматуму в каноны тоже укладывалась, а единственный баг заключался в том, что замуж я категорически не хотела. То есть действительно! Вообще! Никак! Даже в глубине души!
Более того, после вопиющего намёка о необходимости смены фамилии, сделанного Волковым, тема брака мною не рассматривалась. Дать Алексу ещё один повод для подколок? Ну уж нет!
В итоге я спросила осторожненько:
– А если женой не становлюсь?
– Тогда я буду бессилен, – вздохнул ректор.
– А… если вы будете бессильны, тогда что? – задала новый вопрос я.
Руководитель нашего ВУЗа вздохнул ещё раз и подарил новую несколько пугающую улыбку. Лишь после этого пояснил, но…
Вот лучше бы я этих пояснений не слышала!
– Видишь ли, Мари… Дело в том, что Тариус каким-то образом узнал о твоей травме. О ряде других моментов, включая обретение новых магических умений, ему тоже известно. И теперь император утверждает, что речь идёт не об амнезии, а о подмене. То есть, что ты не Мари Брехунье, а вселившийся в её тело демон.
– Э-э… – прокомментировала ситуацию я. – Э-э…
– А самое неприятное, что обвинения не лишены смысла, – продолжил Сирис. – Изменения, которые произошли в тебе, действительно слишком велики, и это заметил весь преподавательский состав. Но мои подчинённые промолчали, потому что я попросил не вмешиваться.
– А почему вы попросили не вмешиваться? – вновь полюбопытствовала я.
После короткой паузы услышала:
– Чувства, Мари. Я очень давно ничего подобного не испытывал.
С одной стороны стало приятно, а с другой сердце слегка похолодело. Я нервно сглотнула, потом кивнула, потом отрицательно помотала головой. А собравшись с мыслями очередной вопрос задала:
– И что будет, если вы отдадите меня Тариусу?
– Пытки. – Прозвучало настолько ровно, словно речь о какой-то прогулке, или банальном походе в булочную. – Серия специфических истязаний, которая будет длиться до тех пор, пока Мари Брехунье не вернётся в обычное состояние ума, ну или… умрёт.
Я сглотнула снова, и почувствовала, как к мурашкам добавилась сильная дрожь.
Вот блин. Действительно день обломов. Но самое обидное и несправедливое – заподозрить во мне какого-то демона. И это при том, что я практически ангел во плоти!
– Мари? – позвал синеглазый, но я промолчала. Просто сидела и пыталась полученную информацию переварить.
Ректор такой реакцией не удовлетворился, спросил:
– Что, совсем замуж за меня не хочешь?
Я подумала и промолчала. А он…
Руководитель нашего ВУЗа плавно отлепился от стола и не менее плавно шагнул навстречу. Затем опустился на одно колено, подхватил мою дрожащую руку и принялся её целовать.
Вернее, поцелуй был вначале, а после него мне подарили загадочный взгляд и принялись поочерёдно облизывать ни в чём неповинные пальчики.
Ыыы!
– Лорд Сирис, – не выдержав, пропищала я, и конечность из капкана выдернула. Спустя ещё секунду, не выдержала снова – аккуратненько вытерла оную часть тела о мантию.
Ректор, разумеется, всё видел, и совершенно не порадовался.
– Значит, не хочешь, – вслух заключил он.
Я опять-таки промолчала, и даже невинное лицо сделала. Ну а справившись со шквалом эмоций, собственный вопрос задала:
– То есть вы в моей сущности тоже не сомневаетесь? И, тем не менее, хотите жениться? А не страшно жениться на демоне?
Новая подаренная мне улыбка была какой-то совсем уж особенной, а лорд ректор отстранился, чтобы тут же подняться на ноги и отступить на пару шагов. Он шумно втянул ноздрями воздух, раскинул руки, и…
– Ой, – панически выдала я.
Просто свет внезапно померк, а через миг передо мной возникло существо, место которому в ночных кошмарах, причём самых жутких!
Массивные загнутые назад рога, провал вместо носа, синее свечение в прорезях глаз! Рост тоже увеличился, а руки превратились в уродливые когтистые лапы. Плюс, добавился запах смешанной с аммиаком серы, и ещё какого-то не менее вонючего вещества.
– Ыыы! – сказала уже вслух, и едва в обморок не упала – дело в том, что Сирис приоткрыл рот, продемонстрировав толстый раздвоенный язык и острые желтоватые клыки.
Мозг забился в истерике, чувство самосохранения – тоже. А где-то на грани сознания вспыхнуло воспоминание о гигантской твари, которую Алекс и Ко по лесам ловили. Как он там говорил? Порождение Хаоса?
Пусть в местных проблемах я не разбиралась, но возникло чёткое ощущение, что от лорда Сириса именно Хаосом веет. Потом опять гигантская тварь вспомнилась, и…
– А собачка-людоед, которая по Империи бегает, случайно не ваша?
– Случайно моя, – радостно отозвался лорд.
Всё. Дева очутилась на грани самого настоящего обморока, а ещё в туалет захотела, причём очень сильно. Параллельно в её голове сложился незамысловатый пазл – вот же он, главный гад, подлежащий уничтожению «героическим» Алексом!
Ещё подумалось – а ведь как шикарно всё могло сложиться! Я замужем за главным гадом, Волков выступает против нас обоих, а мы троллим этого фаната мужского фэнтези и регулярно оставляем с носом, но…
Во-первых, девственность. Я же имею все шансы перенестись в родной мир после первой брачной ночи. Во-вторых, абсолютное отсутствие нежных чувств к Сирису, а замуж без любви я не могу. Ну и третье: читать про роман с вот таким вот рогато-демоническим мужчиной – это одно, а впустить такого в свою жизнь и постель… Не-ет, я всё-таки против. Можно мне кого-нибудь попроще? Побанальнее?
Повинуясь охватившей панике, я закусила губу и глянула на Сириса ещё раз. Вдохнула, выдохнула, и вот после этого нашла в себе силы изобразить улыбку.
– Ой, у вас такие красивые рога, – сказала с придыханием. Прозвучало очень искренне! Так, что и сама почти поверила! – И глаза… Мм-м… лорд ректор, я поражена.
Тьма, окутавшая кабинет, плавно развеялась, а Сирис вернулся в прежнюю, человеческую форму. И руки на груди сложил! И заинтригованно заломил бровь – мол, давай, Машунь, продолжай.
Ну я и продолжила!
Вспорхнула со стула, подлетела к нему и, завороженно погладив прикрытый рукавом чёрной мантии бицепс, нежно заглянула в глаза.
– Вы открылись для меня с новой стороны, – сказала опять-таки с придыханием. – Не думала, что вы такой. Теперь ваше предложение выглядит гораздо привлекательнее.
– Но? – верно уловив интонации, подтолкнул Сирис.
– Я не могу так сразу. Мне нужно чуть-чуть времени, чтобы подумать.
Угу. Реально чуть-чуть. Буквально до обеда! Ведь к обеду Алекс точно в академию вернётся, и тогда…
– Мари. – Прозвучало очень сладко. Вернее, настолько сладко, что аж жутко сделалось!
В следующую секунду руководитель ВУЗа взял меня за подбородок и наклонился, чтобы опалить дыханием губы.
– Времени на раздумья нет, – прошептал он. – У меня приказ.
Бли-ин! А по папу-то я и забыла!
Мозг вновь заметался в панике, но решение нашлось быстро.
– Но вы же такой большой и могущественный…
– Конечно могущественный, – подтвердил ректор. – Однако ввязываться в драку с целым Орденом не готов. Это слишком затратно, Мари. К тому же, это разрушит мою легенду.
Пришлось прибегнуть к самому жесткому из всех каноничных методов – сделать большие и о-очень жалобные глаза.
Секунда. Две. Три. И… брутальный красавчик сдался.
Он отпустил мой несчастный подбородок и сказал:
– Ладно, Мари. Думай. Но только до утра!
Я чуть не подпрыгнула от счастья! Ура! Дело сделано, осталась малость – дождаться Волкова и…
А вот закончить мысль я не успела. Просто Сирис взял за руку, и окружающее пространство изменилось. Светлый просторный кабинет исчез, вместо него появился мрачный коридор, грубая каменная кладка и факелы.
Ну и ещё кое-что! Массивная деревянная дверь с небольшим, закрытым стальной решеткой окошком.
– А… – начала было я, только ректор возможности спросить не дал. Он стремительно распахнул эту самую дверь и впихнул меня в крошечное, дышащее сыростью помещение.
Ещё миг, и дверь захлопнулась, а я услышала, как проворачивается ключ в замке.
Погодите! Это что? Это как?!
Я резко развернулась и уставилась на Сириса в оба глаза. Он тоже смотрел – сквозь ту самую решетку.
На брутальной физиономии читались печаль и сочувствие, легче от которых, конечно, не стало. Выданный ректором комментарий, радости тоже не принёс:
– Тут немного темновато, – сказал он, – но поверь, это лучшее место для размышлений. Здесь гораздо чаще рождаются умные мысли, к тому же, сама понимаешь, учитывая твою способность к телепортации, оставить тебя на свободе не могу.
Я очень хотела ответить, но слов не нашлось. Вернее, слова-то были, но эмоции зашкалили, и единственное, на что оказалась способна – беззвучно открывать и закрывать рот.
Вот же скот! Гадкий, мерзкий, лишенный всякой совести Упырь! Да как он вообще смеет поступать со мной подобным образом! Ведь я… я…
– Я принцесса! – Нет, с эмоциями не справилась, но сказать всё-таки смогла.
Ректор улыбнулся уголками губ и кивнул, соглашаясь.
– А ещё тебя к пыткам приговорили, – напомнил он.
Очень хотелось выглядеть приличной, но я не смогла – крепко сжала кулаки, вскинула голову и взвыла. Попутно вспомнила весь запас бранных слов, однако выдать этот запас оказалось некому – переодетый человеком демон уже исчез.
То есть да! Он ушел, а я осталась! В крошечной грязной камере без окон. Но самое неприятное – я уже знала, что тут, как и в покоях самого Сириса, телепортационные заклинания не работают. И раз так, то… как же я с Волковым свяжусь?!
Осознав степень засады, я взвыла снова.
Потом подумала про предстоящее изгнание из Мари Брехунье демона, и захотела зарыдать.
Это что за нафиг? Что за незапланированные баги? Что за бракованное фэнтези?! Ведь я была хорошей девочкой, а они!.. Они!
– Мама… – пропищала я.
Громко хлюпнула носом, вытерла этот самый нос рукавом мантии и поняла, что сейчас действительно расплачусь. Просто это было нечестно. Несправедливо! И, главное, никаким позитивом тут уже и не пахло!
Следующие полчаса ушли на метания по камере и попытки взять себя в руки. Последнее было особенно сложно, ибо эмоции бурлили, как лава в жерле проснувшегося вулкана, и били чётко в мозг.
Такая атака давала весьма неприятные плоды – мозг соображать отказывался! Я могла только нарезать круги в тесном пространстве, махать руками и истерически визжать.
А спустя полчаса – всё, выдохнула и резко успокоилась. Постояла с минуту, вглядываясь в зарешеченное окошко на двери и, зажмурившись, призвала магию огня.
А что? А почему нет? Ведь точно помню, что я эту магию изучила! Ну а там, где магия огня, там что? Правильно! Боевые фаерболы!
Именно такой фаербол я и попыталась призвать. К полному счастью попаданки, всё получилось, и почти сразу в тюремную дверь впечатался увесистый, точно опасный огненный шар.
Только эффект от удара оказался совсем не таким, как рассчитывала. Дерево не обуглилось, а дверь с петель не слетела. Более того, вместо положенного грохота, я услышала басистое и раздраженное:
– Да ты достала!
Я… растерялась и даже слегка присела. Кто это сказал? Я разве не одна?
Увы, но очень скоро выяснилось, что я действительно в компании – в закрытом решеткой окошке зеленоватая орочья морда показалась. Тюремщик – а это точно был он, – хищно оскалился, демонстрируя некрасивые зубы, и рыкнул:
– Ты чего орёшь? Неужели настолько дурная, что до сих пор не поняла?
– Не поняла чего? – совсем растерялась я.
– Эти камеры рассчитаны на магов, – рыкнул орк. Кстати, невероятно рослый для своей расы. – И ваши заклинания тут не работают!
– Совсем-совсем? – уточнила… ну так, на всякий случай.
Орк оскалился шире прежнего и не ответил, а я…
Выдохнула, потом опять вдохнула. Расправила плечи, одёрнула мантию и подарила хмурому индивиду самую нежную улыбку. И спросила:
– А ты знаешь, кто я такая?
– Понятия не имею, – отозвался орк.
Пришлось задрать подбородок и объяснить:
– Я – принцесса.
– И что? – парировал детина нагло.
Все интонации тюремщика говорили – на титул он не купится, но я всё равно попробовала.
– Я принцесса, и меня посадили в эту камеру незаконно. Если ты поможешь мне выб…
– Ага, щас! – перебил гад.
Продолжил после паузы:
– Мы в этих стенах и не таких видали. Вот придёт лорд ректор и сам с тобой разберётся. А пока лорда нет, советую сидеть тихо. Иначе и обеда, и ужина лишу!
Ёп…перный же ты театр! Вот что за непруха? Неужели так сложно помочь маленькой, точно неповинной принцессе?
– Маленькой? – переспросил орк, и я лишь теперь сообразила, что сказала вслух. – Невинной? Дурака-то из меня не делай, куколка. Наш ректор, конечно, тот ещё упырь, но невинных в камеры не сажает.
Э-э… «наш»? То есть мы сейчас…
– То есть мы в академии?
– А где же ещё? – удивился орк. А потом подумал и спросил не без ехидства: – Или ты сразу в центральную тюрьму столицы хотела?
– Я? Да я вообще не…
– Цыц! – вновь перебил детина. – Хватит. Достала уже. Рот закрой и сиди!
Прозвучало настолько грубо, что рот я не закрыла, а наоборот распахнула. Только сказать ничего не смогла, потому что эмоции опять зашкалили, лишив возможности издавать звуки и связывать их в слова.
Тюремщик этой немотой воспользовался и от окошка отошел, ну а я… Я снова осталась! В той же темноте, тесноте, сырости и прямо-таки глобальном возмущении.
Зачем в Объединённой Академии Магии тюрьма? Нет, такого вопроса не возникло – в конце концов, замок большой, а студенты разные бывают. Зато всё остальное было вне всякого понимания. Ну ладно Базя, ладно Хуго с Атом, но тюрьма, из которой не могу выбраться – это точно слишком. Такого в позитивном романтическом фэнтези не бывает!
А ещё…
Я опять вспомнила об «отце» и участи, которую он для меня приготовил. И если раньше слова о пытках воспринимались как-то вскользь, то теперь настоящий ужас пробил.
Что если дальше всё тоже пойдёт не по плану, и меня действительно поймают и начнут «изгонять демона»? Что если я в самом деле окажусь в камере пыток? В окружении всяких причиняющих боль железяк и жутких машин?
Я знала, что давать волю воображению нельзя, но оно извернулось и одну картинку всё-таки подбросило – представилось, как мне иголки под ногти вгоняют, и…
Увы, но ужас перешел в новую стадию – меня даже в холодный пот бросило! Мама дорогая, это что же получается? Меня могут по-настоящему покалечить или… даже убить?
Вот теперь я вздрогнула всем телом и едва не упала, потому что ноги ослабли. Спустя ещё минуту, огляделась и поплелась к брошенному у дальней стены тюфяку. В голове стало очень пусто, а остатки позитивного настроя рассыпались в пыль.
Ну и самое мерзкое – надежды на то, что кто-то придёт и спасёт, не возникло. Вместо неё появилось чёткое ощущение: выбираться нужно самой, причём не только из тюрьмы, а вообще. Из всей этой жуткой сказки!
Время, выражаясь книжным языком, превратилось в кисель. Оно текло настолько медленно и уныло, что выть хотелось. Только я не выла, а совсем наоборот – сидела и, невзирая на вакуум в голове, думала. Ведь безвыходных ситуаций не бывает, значит и из этой выход найдётся.
В процессе обдумывания, снова попробовала снести дверь. Сперва использовала уже знакомые фаерболы, а потом к магии воздуха и земли обратилась. Я применила сильный воздушный поток и лёгкое землетрясение. Первый поднял в воздух всю пыль, заставив кашлять весь следующий час, а землетрясение вообще не сработало.
Телепортация тоже, увы, не подействовала, равно как и фокус с выниманием вещей из пространства. То есть мне предлагалось сидеть на вонючем тюфяке, и… ну, собственно, всё.
Но самое мерзкое – отсутствие оружия для самообороны. Вломись тот же тюремщик в камеру, и я буду бессильна. Ну разве что рукопашный бой чем-то да поможет.
Ощущение беззащитности нервировало особенно сильно. Когда орк открыл дверь, чтобы поставить на пол поднос с обедом, я вообще от страха чуть не померла.
Когда же детина ушел, а я встала с тюфяка и ознакомилась с содержимым подноса… Бли-ин! Сирис реально думает, что я после такого обращения замуж за него пойду?
Просто пленнице предлагали миску какого-то явно несвежего супа, корку хлеба и кусочек плесневелого сыра. Причём плесень была вовсе не благородной, а самой что ни на есть бытовой.
В общем, побег был не прихотью, а жизненной необходимостью! Только идей не имелось. Никаких! И чем дальше, тем чаще посещало чувство паники. Я была уже на грани слёз, когда вспомнила один хороший метод.
Памятуя приключения в Степи, я прикрыла глаза и расслабилась. Вдохнула-выдохнула и расслабилась вновь. А потом выбросила все мысли из головы и принялась ждать озарение! И оно, к моему великому счастью, в самом деле случилось!
…Идея была чуточку безумной, но заставила подпрыгнуть и исполниться самых светлых чувств. Нет, ну это точно шанс, и совершенно реальный!