Глава 14 — Джойстик от Медведя
Поспал едва ли часа три, но тело, подчиняясь волне утреннего тестостерона просыпается чётко по графику. Потому что моя сопящая добыча ерзает своей кругленькой попкой, пытаясь устроиться поудобнее.
Не открывая глаз ощущаю, как тело наполняется горячей истомой и тянется. Чудесное ощущение! Но только при условии, что можно растерзать его источник. Источник, успокоившись, опять начинает равномерно сопеть. А я, в отличие от нее, наоборот, неравномерно!
Настроение, короче, как у Карлсона — хочется сладкого и пошалить!
Подтягиваю к себе, вжимая её попочкой в пах и зарываясь носом в волосы. Дышу наполняясь ее запахом. В какой-то момент сознание моё выключается и тело начинает делать то, что ему положено природой.
Спускаюсь губами ниже, веду ими по плечу и впиваюсь в сладкое местечко у основания шеи. Не просыпаясь Машенька тянется в моих руках и мурлычет. Прогибаясь в пояснице впечатывается мне в пах. Какие правильные рефлексы! Еще хочу…
Продолжаю медленно целовать и облизывать ее шею, слишком увлекаюсь и, в какой-то момент, с тихим возбужденным рычанием вцепляюсь зубами в загривок. С хриплым стоном Маша вздрагивает и замирает, прислушиваясь к тому, как мой язык рисует по ее коже узоры.
— Доброе утро… — целую ее ушко под тихий писк.
— Миша… — настороженно шепчет она. — Давай еще поспим?…
— Спи, моя вкусненькая.
Ну, если она уснёт, Медведь, ты — бездарный любовник!
Кладу ладонь под грудь на сердце, оно колотится мне в руку как маленький взбесившийся воробушек. Второй ладонью спускаюсь на живот, пальцы рисуют под пупком.
— Миша…
— Спи…
Трусь щетиной по плечам, покусывая кожу. И опять теряя края впиваюсь в шею, сжимая упругую высокую грудь.
— Миша!
— Спи…
— Да как спать-то?! — сорвавшимся голосом шепчет она.
— Сладенько… — шепчу, утыкаясь губами в ухо.
Выкручивается, разворачиваясь ко мне лицом. Сонная персиковая прелесть!
Встречаемся взглядами. Глазки поплывшие…
Улыбаясь, медленно тяну одеяло вниз. Вскрикивает прижимая к груди.
— Ну дай повосхищаться… не жадничай… — продолжаю упорно тянуть одеяло вниз, глядя ей в глаза.
— Ты обещал!..
— Я помню…Но ты тоже обещала немножко шалить.
— Немножко!
— А мы совсем немножко. Давай назначим стоп-слово. Ты произносишь, и я торможу.
— Не-е-ет… — с сомнением. — Ты коварен. Я с тобой все слова забуду!
— Тогда… старт-фразу. Если ты захочешь, чтобы я не останавливался, ты… говоришь определенную фразу. Пока не произнесешь, только шалим.
— Какую?
— Мм… "Машенька и медведь"?
Улыбается, смешно морща свой носик. Целую в переносицу.
— Ладно…
— Тогда отпусти одеяло, — рывком дергаю ниже.
Оно выскальзывает у неё из пальцев. Её щеки вспыхивают алым.
— Закрой глаза.
Послушно зажмуривается.
Опускаю взгляд, обводя по спирали идеальную каплю груди, от основания к ареоле… Рисую несколько дразнящих кругов. И со стоном, вжимаюсь лицом в грудь, слушая, как колотится ее сердце.
— Всё… спи теперь. Мы тут без тебя пообщаемся с твоими чудесными девочками.
Тискаюсь небритыми щеками, щипаю губами грудь, с нетерпеливым урчанием впиваюсь в маленькие вишенки.
— Миша, Миша, Миша… — задыхается она, неуверенно толкая ладонями в плечи.
— Спи, сказал! — притормаживаю, сжимая ее крепче. — Ты же хотела спать.
Фыркнув, мстительно кусает меня за плечо.
Мы как два звенящих на одной частоте камертона, пульсируем в руках друг друга. Чувствую тонкий манящий запах её возбуждения. И мои руки начинают скользить вниз. Перехватывает.
— Нет… — отрицательно качаю ей головой. — Не надо ничего контролировать… Я сам себя контролирую. Мы просто шалим, забыла? Расслабься…
Веду ладонью вниз.
— Можно?… — дергаю бровью, наслаждаясь её открытыми эмоциями и трепетной растерянностью.
— Что?.. — на выдохе.
— Хочу тебя погладить… здесь… — веду пальцем по тоненькой ниточке на лобке вниз, вдавливая палец в самое чувствительное местечко.
Вздрагивает и со вскриком дергается в моих руках. И я снова рисую пальцем вверх, отступая… потом — вниз… вверх… вниз…
Её колени все еще плотно сжаты.
Большие неморгающие глазищи с поволокой как пропасть, и я лечу туда…
Гладя губами маленькое ушко шепчу ей, ощущая, как она дрожит в моих руках:
— И еще: облизать… мою сладкую конфетку… здесь.
Проникаю пальцами дальше, уверенней и нахальнее.
На последнем слове срываюсь на хриплый нетерпеливый стон, потому что малышка так потрясающе готова, что…
— Нет… нет… нет!.. — ловит мою кисть.
Кусаю за мочку. Вскрикивает!
Ее передёргивает и выгибает. Коготки утыкаются в мою руку.
— Да!.. — тискаю ее, довольно урча в шею. Вжимаю в себя, зацеловывая лицо.
Шокированно смотрит на меня, заливаясь краской. Венка на шее пульсирует, грудь вся в пятнышко… Вау…
— Ещё… — шепчу ей в ушко.
Крутит отрицательно головой.
— Да!.. Ты не распробовала… Не прочувствовала… Второй раз будет увлекательнее.
Зажмуривается и немного зажимается.
Окей… Небольшая пауза. Притормаживаю, просто поглаживая ее прохладную спину и попку своими раскалёнными ладонями.
— Если хочешь, поспи. Я не буду наглеть, обещаю.
Обнимая за шею, отрицательно качает головой, пряча лицо на моей шее.
— Не хочешь?..
— Нет…
— А чего хочешь?.. Давай, я — твой джин. Ты озвучиваешь, а я воплощаю. Совершенно безвозмездно!.. — соблазняю ее на шалости, целуя в ладошку. — В шейку целовать?
— Мхм… — мурлычит невнятно. Сочтем за согласие!
Веду языком по шее, покусывая губами.
— Спинку поцеловать?…
Распинаю ее лицом вниз.
— Ой! — вскрикивает от моих атак губами на все ее чувствительные местечки на спине.
— Красавица! — обвожу ладонями силуэт, сжимая на мгновение попку.
Попискивая дергается.
— Ччч…
Всю затискав и облизав, прижимаю к себе. И неровно дыша, ловлю её очумевший взгляд.
— Миш…
— М…
— Он мне… сейчас бедро расплавит… — шипит она, распахивая свои огромные глаза еще шире.
— А… да… — мучительно усмехаюсь я, вдавливаясь в ее бедро почувствительнее. — Он тоже хочет своего джина.
— Эй!.. Ты обещал безвозмездно! — дергает она возмущенно бровями.
— А при чем тут я? — смеюсь, ловя ее губы. — Я же не могу запретить ему хотеть такую девочку!
— Он… пугает меня.
— Только потому, что вы не знакомы!.. — провокационно играю ей бровями. — Он тебе понравится. Поздоровайся с ним… Чисто из вежливости!..
— Миша! — хихикает она.
Ловлю ее пальчики, рисующие на моем прессе.
— Это не страшно…
Медленно веду ими вниз.
— Он не укусит…
Через шорты кладу её ладонь на член, превращаясь в радар. Нет… не для того, чтобы поймать ощущения от прикосновения. Это не самое вкусное! А для того, чтобы на всю глубину впитать кайф от того, как она чувствует и проживает это всё сейчас. Стёб и игры на мгновения улетают. И мы остаёмся без этих защитных масок, касаясь друг друга через взгляды чем-то очень тонким и уязвимым. Меня пробирает! Все это вместе — и ощущения и её взгляд — обрушивают меня в водоворот нереальной чувственности. Оглушенный им, я, зажмуриваясь, падаю на спину и со стоном вбиваюсь затылком в подушку.
Её сжимающие меня пальцы тут де исчезают. И тяжело дыша, я нервно улыбаюсь, пытаясь вынырнуть обратно.
Открываю глаза, облизывая пересохшие губы.
Маша с любопытством и непосредственностью очень внимательно разглядывает моё лицо. И… ее пальцы вдруг возвращаются, скользя от основания к головке. От неожиданности гашу стон, сжимая губы.
— Я поняла.
Присаживается на колени, переводя взгляд вниз.
— Это как… джойстик от Медведя.
— Бинго, малыш!
— Мм… — с любопытством. — Как интересно… он даже вибрирует почти как джойстик от плейстейшн!
Сжимает через ткань головку.
— Оооо… да-да-да…
Снова одергивает руку. Покусывая губы смотрим друг другу в глаза.
— Во что поиграем? — подмигиваю ей.
— А как включить перечень игр?
— Мне кажется, для начала лучше воспользоваться навигатором…
Пальчик едва ощутимо скользит по рвущемуся ей навстречу органу.
— Есть еще сенсорные опции…
— Это как?..
— Управление без касаний, — не отвожу глаз от ее плотно сомкнутых бёдер, которые в основании вырисовываются в шикарный заманчивый игрек.
— Положи на него ладонь… и разведи свои бедра… ты почувствуешь, как это работает.
Смех смешивается с хныканьем. Жалобно сводит брови, отрицательно качая головой.
— Ну… пожалуйста… ты там красивая как роза… покажи мне…
— А если нет?…
— Да!! Я уверен! Конечно же — да!
Колени неуверенно вздрагивают.
Прижимаю ее руку к своему стволу.
— Ты сейчас почувствуешь все искренние комплименты. Он врать не умеет!
Закрывая глаза она разводит бедра. Аккуратненькая и нежная. Припухшие губки, прячут практически всё от моего жадного взгляда.
— Вау… — рефлекторно сжимаю своей кистью ее руку на себе. Кровь чувствительными толчками распирает член, он дергается у нее в руке.
— Вот… это сенсорное.
Вырывая руку, хохоча падает на спину рядом.
— Ты!.. — подбирая эпитет.
— Классный? — смеюсь вместе с ней.
— Ну в целом — да. Но всё равно гад!
— Почему?
— Тебе невозможно противостоять. Ты что-то важное выключаешь.
— Это харизма, малыш.
— Вот и я говорю — гад гадский!
— Ну… твой зато.
— Мой… — задумчиво.
— Конечно. Сердце похитила, тело присвоила… Неси ответственность.
Стягиваю с тумбочки чашку, кормлю её виноградом, целуя после каждой ягодки в губы.
— Еще немножко пошалим?
— Может быть…
Только одно важное дело.
— Малыш… семь утра. Я думаю батя твой достаточно уже наказан и всё осмыслил. Пора ему как-то сообщить, что ты жива и здорова.
Запечатывает мне ладошкой рот. Уворачиваюсь.
— Я могу ему позвонить сам и…
— Нет.
— Тихонов, наверное, не самый охренительный батя, но…
Подскакивает, воинственно заваливая меня на спину и полностью забывая про смущение в это мгновение.
— Только попробуй!
В голосе обида и на глазах блестят слёзы.
— Эй… — убираю прядь с лица, заправляя за ушко. — Перестань.
— Всё, я хочу уйти.
Срывается с меня. Ловлю, заваливая обратно.
— Я понял. Спокойно.
— Если ты меня ему отдашь…
— Дурочка!..
— Клянешься? — требовательно прищуривается.
— Не отдам. Но мы поговорим обо всём чуть позже. И я обещаю, что не скажу где ты, окей?
Расслабляется…
Падаю обратно на спину.
— Вредительница…
— Я?!
— Конечно! Давление мужчине нужно поднимать исключительно "сенсорно", а не вот это всё, что сейчас было. Быстренько, давай, шали всё обратно.
Садится снова на колени.
Засовывает мне виноградинку в рот. И глядя в глаза медленно разводит бедра.
— Ммм… вкусно как!..