Глава 4

Потоптавшись пару минут в нерешительности перед дверью в покои лорда Доэрана Тшерийского, герцога Нортхэрда, глубоко вздохнула и постучалась.

Картина была примерно та же, что я наблюдала у Виртэна – мужчина с белоснежными волосами лежал на кровати и цвет его лица мог смело поспорить с цветом волос, и неизвестно, кому досталась бы победа.

– Лорд Нортхэрд, как вы? – несмело приблизилась я к нему, да и голос почему-то подозрительно сел… странно было просто видеть несгибаемого, уверенного в себе и в своих силах Тшерийского в таком виде.

– Леди Аэрита… – улыбнулся мне Доэран, и я моментально утонула в ясной зелени его глаз, рука даже неосознанно потянулась к мужскому лицу… исключительно чтобы проверить, есть ли у него жар или нет, только ради этого, но увидев стремительно темнеющие глаза Тшерийского, руку моментально одёрнула.

Разочарование, отразившееся на его лице, стало мне наградой за столь решительный поступок.

– Лорд Нортхэрд, я хотела не только справиться о вашем состоянии, но и выразить искреннее восхищение вашей смелостью и отвагой, – сцепила я свои руки в замок, во избежание всяких необдуманных поступков.

– Самочувствие великолепное, восхищение принимается с благодарностью. Рад, что вы так высоко оценили меня и теперь можете быть абсолютно спокойны за свою безопасность сейчас и в будущем. Как я и говорил, я смогу вас защитить, моя леди, – совершенно серьёзно заявил Нортхэрд, а я с нескрываемым изумлением посмотрела на него.

Головой видать приложился не слабо так, когда его волной отбросило, вот и говорит бездна ведает что.

– Хммм, – задумчиво протянула я, так же задумчиво любуясь красивым мужским лицом, – надеюсь, что в ближайшее время мы разрешим все вопросы и избавимся от угрозы. В любом случае благодарю вас, но вынуждена отказаться от столь щедрого предложения, у вас и собственных дел вполне достаточно…

Нет, ну в самом деле, этот-то куда ещё? У меня есть Хранитель, есть Виртэн, есть Шартар с его отрядом, а если Нортхэрд рассчитывает отобрать у меня моих демонов обратно, то не отдам просто и всё, самой нужны пока, да и в замке народу постоянно прибавляется. Мне только для полного счастья племянника Императора Шеридара в личной страже не хватало, будет своим постоянным присутствием отвлекать от важных дел.

– Аэрита, дорогая моя, – ласково произнёс Нортхэрд.

Моё удивление стремительно перерастало в шок. Это чего с ним такое происходит? Непредсказуемые последствия от лечебных отваров?

– С вами точно всё в порядке, лорд Нортхэрд? – я всё-таки не удержалась и приложила свою ладонь ко лбу мужчины и сделала этим огромную ошибку, потому что моя рука была тут же перехвачена и горячий поцелуй обжёг мою кожу, заставив поспешно её одёрнуть… вот и проявляй беспокойство!

Вместо ответа мне достался обжигающий взгляд зелёных глаз, и вновь лёгкая, до боли знакомая ухмылка появилась на лице мужчины. Давненько её не было, даже соскучиться успела…

– Я в полном порядке, моя леди, а ваш визит и вовсе восстановил все мои силы…

Это он сейчас на что-то намекает или я просто ищу подвох в каждой фразе?

– Вот и славно. Целители Подгорного истинные мастера своего дела, как впрочем и в любом деле. За что бы они не взялись, всегда доводят до совершенства, – зачастила я, стараясь скрыть лёгкое волнение от непозволительного, но не менее волнительного поступка Нортхэрда, от поцелуя в смысле. – Поправляйтесь, лорд Нортхэрд, не буду вам мешать.

– Вы так и не поняли, Аэрита? – с непонятным мне превосходством во взгляде озадачил меня он вопросом.

– Если честно, не совсем уловила, о чём вы… – пришлось признаться в несовершенстве рода Эйшар.

– Я буду с вами всегда и везде, – решительно заявили мне о переменах в моей же жизни.

– Что? – мне послышалось, определённо послышалось!

– Не замечал у вас ранее проблем со слухом, моя дорогая, – осуждающе качнул головой этот гад беловолосый, – да и вы с такой уверенностью заявляли о своей осведомлённости в некоторых вопросах… Так что повторюсь, отныне я буду следовать за вами везде, сопровождать, оберегать, охранять… Сами выберете то значение, которое вам по душе, моя радость.

Мгновенно вспыхнуло желание высказать Нортхэрду всё, что я думаю о его совершенно абсурдных желаниях… но я же Эйшар, и я действительно не раз заявляла о своей осведомлённости, так что проглотила готовые сорваться с моих губ слова и мило улыбнувшись, ответила:

– Как вам будет угодно, лорд Нортхэрд.

И, держа гордую осанку, поплыла на выход. Сопровождать? Оберегать? Ну-ну, ледышка белобрысая, посмотрим ещё, на сколько тебя хватит… В принципе, единственная тайна, которую я хотела сохранить от всех – это наличие алитриума, теперь же в этом нужда отпала. Хочется ему, пусть попытается угнаться за моим ритмом жизни, а уж как он обрадуется нашим общим планам и надеждам на визит в Поднебесную, из которых его вычеркнул не только лучший друг, но и собственный отец…

Предвкушающая улыбка сама по себе расползлась на моём слишком довольном лице. Что ж, если отбросить в сторону моё недовольство по поводу самоуправства некоторых личностей, то и из этого можно извлечь выгоду… это я просто пока не придумала какую, но если моей фантазии не хватит, то блистательный лорд Родерик Эйшар не откажет себе в удовольствии проявить свою смекалку и наработанный столетиями опыт издевательства над ближними. Великолепный день! Просто великолепный!

Лорд Нортхэрд продолжал смотреть на закрывшуюся за главой рода Эйшар дверь и никак не мог взять в толк, рад он такому быстрому согласию Аэриты на своё присутствие рядом или нет. Её ответ ему показался подозрительным…

Казалось бы, он добился желаемого без особых усилий, пусть и настраивался на долгий спор, и приготовил сотни доводов и аргументов, а если бы и они не помогли, то он просто собирался поцеловать упрямую красавицу и чистым удовольствием смыть все её возмущения…

О, он просто предвкушал этот момент! Ведь она всегда возражала на все его предложения: гордо вздёргивала свой носик вверх, сверкала своими серыми глазами, которые преследовали его и днём, и ночью, особенно ночью, и противоречила каждому его слову, заставляя терять контроль и выдержку… а её губы манили, особенно ему хотелось поцелуем стереть с них эту лёгкую улыбку превосходства и понимания, которую глава рода Эйшар нередко применяла, как некую точку в очередном противостоянии их интересов, словно говорила: «Я вполне понимаю, что вы имеете в виду на самом деле, лорд Нортхэрд, так что можете не стараться, я всё равно сделаю по-своему».

Вот и в этот раз она разрушила все его далеко идущие планы, такие сладкие и дурманящие планы!

Мужчина откинулся на подушку с широкой улыбкой. Она всё же пришла справиться о его здоровье, пусть это и выглядело как дань вежливости, но Доэран просто знал, чувствовал, что его Аэрита действительно переживает и беспокоиться за него, и от этого понимания, сердце наполнялось таким теплом, что хотелось горы свернуть и положить аккуратной горсткой камней к её ногам… Хотя тела последователей культа Дархэйлера будут куда более значимым подношением.

Пора взяться за это дело всерьёз… но это шло вразрез с его планами безотрывно находиться подле Аэриты. Брови мужчины сурово сдвинулись, и герцог Нортхэрд погрузился в раздумья, как ему совместить несовместимое.

* * *

Следующие несколько дней промелькнули в моём сознании, оставив после себя только воспоминания в виде бесконечных списков. Как бы ни возмущались почтенные целители Подгорного, что моей светлости необходим покой, я мило улыбалась, кивала и делала по-своему, то есть утыкалась в очередной свиток со сметой.

Целители были настойчивы, род Эйшар, в принципе никогда не отличался покладистостью, а уж я и подавно таким качеством не обладала. Целители, не найдя понимания в моём лице, посверкав глазами и, воинственно встопорщив бороды, пошли жаловаться! Да не абы кому, а Правителю своему, Карию то бишь.

Карий почтил меня личным визитом, очень плодотворным стоит заметить, потому как пришёл не один, а в сопровождении старейшин и теперь целители сокрушённо цокали языками на всю нашу честную компанию, схлестнувшуюся в споре.

Мне даже удалось выкроить немного времени для Тарина и ухватить немного из его опыта работы с магическими потоками… Ну, что сказать, умения наследника Подгорного значительно отличались от моего уровня подготовки, но и в моих знаниях был толк, в смысле лупить чистой силой было намного быстрее и эффективнее, как показывает практика, да и не было у меня столько времени, чтобы досконально изучать каждое плетение, а потом месяцами закреплять полученные знания. С одной стороны, обидно, конечно, хотелось бы и мне блеснуть филигранным уровнем исполнения сложных плетений, чтобы все завистливо вздохнули и высоко оценили безупречность рода Эйшар в магическом искусстве… а с другой, да ну его, это сколько времени нужно тратить на всё это обучение, а время очень ценный ресурс и разбрасываться им просто непозволительно. В случае чего, у меня есть умнейший Хранитель с ценнейшим багажом знаний, в который при крайней нужде можно засунуть свой нос, в смысле попросить поделиться нужным заклинанием, а так как памятью Хранитель рода Эйшар отличался отменной, то и заклинания у него были со времён становления Теорсии, то есть давно забытые и оттого ещё более результативные.

Был ещё один момент, который мешал мне покинуть Подгорное со спокойной душой – чета Смартик. Нет, Руфран и Эльта не раз проявили свою преданность, и в них я не сомневалась, но они переживали за встречу со своими родными, соответственно, это волнение передалось и мне. Пришлось взять это мероприятие под свою руку и оказать высокую честь, а точнее моральную поддержку Смартикам, и отправиться с ними к родителям Эльты.

Наша торжественная процессия неспешно двигалась по городу в направление отчего дома Эльты, и чем меньше оставалось нам до нашей цели, тем бледнее становилась госпожа Смартик, даже её рыжие кудряшки сникли, словно в ожидании беды, а про уважаемого Руфрана и вовсе не стоило говорить – ему каждый шаг давался через силу.

– Остановитесь, – не выдержала я этого траурного шествия. Будто на казнь свою идут, право слово! – Так не пойдёт!

Мои гномы, в смысле Смартики, и не мои гномы – стражники Скального, дружно замерли на месте и заинтересованно посмотрели на меня.

– Значит так, мои дорогие, – сурово глянула я на «своих» гномов. – Если вы сейчас заявитесь вот с такими вот лицами к родителям, то очень большой шанс, что вас выкинут, как нашкодивших котят за порог! Уважаемый Руфран, милая Эльта, я же вам уже сто раз говорила, как нужно себя вести и что говорить! Посмотрите только на себя, – при этих словах на растерянных Смартиков обратили свои взоры все стражники, ещё больше смущая их, – вы столько добились, заняли высокое положение. Вы, уважаемый Руфран, и вовсе являетесь представителем герцогства Эйшар в Подгорном, да и алитриум вы первый за столь лет увидели, да не только увидели, но и сумели образец добыть без специального инструмента! Вы настойчивы, умны, храбры, трудолюбивы! Да родители Эльты должны Симириллу Творящую благодарить за такого достойного зятя!

Стража согласно покивала на мою прочувственную речь и одарила осуждающими взглядами Руфрана, мол, чего теряешься, ты вон какой влиятельный, а робеешь, словно подмастерья перед мастером.

Господин Руфран приосанился после моих слов, плечи развёл, тщательно заплетённая борода торжественно легла на гномью грудь, и в глазах зажёгся огонёк уверенности в своих силах. Эльта посмотрела восхищённым взглядом на своего супруга и решительно встряхнула кудряшками, с таким же решительным видом подхватила Руфрана под локоть и не менее уверенным шагом направилась в отчий дом, до которого нам оставались считаные шаги.

Стража проводила этот манёвр одобрительными взглядами, я тоже была в восхищение от них и поспешила за этой парочкой, не желая лишать себя удовольствия лицезреть грядущий разговор и не желая оставлять своих верных работников без поддержки, если она понадобится. Хотя я очень надеялась, что Руфран проявит настойчивость и моя помощь не пригодится.

– Да как ты только посмела явиться в этот дом? – раздался довольно громкий мужской голос из дома, едва чета Смартик в него вошла, а я ещё замешкалась на ступеньках. Стража красивым рядом выстроилась вдоль дороги с каменными лицами, делая вид, что не их ума это дело, а я едва не влетела в дом, готовая грудью встать на защиту своих гномов.

– Отец, позволь мне представить моего супруга, Руфрана Смартика, чьё имя я с гордостью ношу, и кто достиг невиданных высот и положения, стремясь обеспечить достойную жизнь своей семье. Мой муж единственный представитель герцогства Эйшар в Подгорном, контролирующий подписания договоров с Советом Старейшин от лица герцогини Эйшар и единственный, кто за много лет получил право работать с алитриумом! – гордо поведала о заслугах Руфрана Эльта, взяв на вооружения мои слова. – Да что там, мой муж был лично представлен не только Правителю Карию, но и всему правящему семейству, и живём мы сейчас в Скальном, нам там покои выделили, как особо важным гостям!

Ай да Эльта, ай да умница! Я восхищалась её решительностью и в душе аплодировала её формулировкам, потому как должность зятя родителя Эльты не впечатлила, мало ли кто такие эти Эйшар, а вот особое расположение Правителя всего гномьего народа произвело должное впечатление. Проще говоря, рот у почтенного гнома открылся, да так и остался открытым по мере озвучивания Эльтой всех достижений её достойного супруга.

– Что ж, если вы не желаете принять нас и простить былое непослушание, о котором я нисколько не жалею, ведь я не только счастлива в браке, но и мой муж имеет вес в обществе, то не будем более отрывать вас от важных дел. Уверена, родители моего Руфрана окажут нам более радушный приём! – храбро припечатала Эльта, зная, как надавить на своего отца и добиться желаемого.

Моё восхищение храброй госпожой Смартик выросло выше вершин Чёрной гряды. Может её тоже какими-то полномочиями наделить? Оказывается, в ней погибает талант дипломата…

– Ваша светлость, прошу простить моих родителей за такой приём, – обернулась она ко мне и почтительно склонилась, – и приношу вам свои извинения за эту некрасивую сцену. Вы были правы в своей мудрости, когда говорили, что не всякому дано понять, какой путь приведёт к успеху, и наш удел лишь смиренно принять то, что нам уготовано судьбой.

В жизни такого не говорила, но было приятно. Решила не портить игру Эльте и не лезть со своими замечаниями, она и так неплохо справляется, если судить по онемевшему родителю, поэтому слегка склонила голову в знак согласия с её словами и уже было развернулась к дверям, как отец госпожи Смартик сумел-таки вернуть себе дар речи.

– Эльта, дочь моя, я просто не узнаю тебя. В тебе определённо проснулись черты твоей прабабушки, госпожи Утары, именно она во всём нашем роду отличалась исключительной решительностью и настойчивостью. Горжусь тобой, дитя моё, – поспешил отец Эльты заключить своё чадо в крепкие родительские объятия, да руку Руфрану с уважением потрясти, – Не сочти за труд, представь нам эту прекрасную леди, – дошла, наконец-то очередь и до меня.

Я с любопытством вытянула шею, силясь заглянуть за угол, кого это имел в виду отец Эльты под этим «нам»?

– Её светлость, герцогиня Аэрита Эйшар, глава рода Эйшар. – чинно представила меня Эльта, и её отец тут же подмёл бородою пол, до того низко склонился. – Светлая леди, у которой мы состоим на службе и благодаря покровительству и особому расположению которой мой супруг достиг всего, что имеет сейчас. Леди Эйшар настолько умна и проницательна, что смогла по достоинству оценить талант и знания Руфрана! – окончательно добила она своего родителя.

Ой, не тем занята Эльта у меня в замке, такой талант пропадает почём зря, даже талантище! Кто бы только мог подумать! А ведь какой застенчивой всегда казалась, даже нерешительной… Вот что любовь с людьми… ой, с гномами делает.

– Светлая леди, это мой отец, господин Трисвур, ювелирных дел мастер, моя матушка, госпожа Трисвура, мои братья Смир и Нутар, а также мои сёстры Жэла и Умира, – представила мне своих многочисленных родственников Эльта, имена которых совершенно не отложились в голове, просто в глазах слегка зарябило от засилья оттенков рыжего цвета: от морковного до тёмно-медного, – Старшие родственники сейчас в другом доме, обычно всё семейство собирается только на ужин.

Вот тут я дрогнула, с ужасом представляя себе, сколько всего гномов может собраться за вечерней трапезой. Это же родственники со стороны отца Эльты и такая же куча родственников со стороны её матушки: бабушки, дедушки, тётушки, дядюшки, племянники и прочие, прочие, прочие…

Теперь традиции гномов жить общинами заиграла новыми красками… это же сколько еды надо сначала наготовить на один такой семейный ужин, а после убрать её да чистоту навести! Вздрогнула, едва представила себе масштабы таких посиделок.

Что я там говорила Руфрану о неразумности побега с молодой женой из Подгорного? Беру свои слова обратно! Заслужить одобрение всего семейства и получить благословение в свете открывшихся обстоятельств в виде такого количества родственников становилось просто непосильной задачей. Слава всем Богам, что у четы Смартиков всё сложилось наилучшим образом. Я была за них безумно рада, а в свете проявившихся талантов Эльты, так и вовсе спокойна за их будущее.

Закончив торжественную часть знакомства, мы перешли к не менее торжественному чаепитию.

Эльта с огромной радостью поспешила с матушкой на кухню, а я решила проявить благородство и избавить уважаемого Руфрана от пристального внимания не менее уважаемого господина Трисвура.

– Уважаемый господин Трисвур, мне не послышалось, Эльта назвала вас лучшим мастером ювелирных дел во всём Подгорном? – без малейших зазрений совести вознесла я до небес умения и навыки отца Эльты.

– Ваша светлость, моя дочь совершенно права, – не отказался от этого статуса господин Трисвур, а я сразу же почувствовала сочувствие к Руфрану, не просто ему будет с такими родственниками. Не знаю, как насчёт остальных, но глава семейства Трисвур восторга у меня не вызывал… но, мало ли, возможно, я попала в точку своим заявлением и отец Эльты действительно хорошо в своём деле.

– Великолепно, господин Трисвур, тогда я бы хотела заказать вам одну вещицу, – зря я, что ли, тот красивый красный камушек с собой притащила, – будьте любезны бумагу и перо, я попытаюсь набросать эскиз, но заранее прошу простить, особых талантов не имею…

– Леди Эйшар, вы талантливы во всём, – с чувством отозвался господин Смартик, и я одарила его благодарной улыбкой. Нагло льстит, но всё равно приятно.

Был бы здесь Хранитель, заявил бы нечто подобное, только с формулировкой: «Ты талантлива во всём, потому что Эйшар»… Вновь проснулась тревога за неповторимого лорда Родерика Эйшар, как он там? Всё ли в порядке? Успокаивало меня лишь одно – на душе было спокойно… нет, тревога, конечно, была, но не всеобъемлющая дикая паника, и я надеялась, что и с блистательным Хранителем всё хорошо, он же тысячелетний дух, мудрый и находчивый, с ним по определению не может ничего случиться! Домой, пора возвращаться домой. К гномам потом портал настрою и в любое время в Подгорное заскочить можно будет.

Нарисовав на бумаге какие-то закорючки, которые в моём понимании должны были изображать узорный мужской браслет, в меру широкий и с местом под камень, я передала своё творчество господину Трисвуру, воззрившемуся на мой рисунок с пониманием во взгляде. Какая прелесть! Я и сама ещё не до конца понимала, что и как я хочу, а вот он уже во всём разобрался! Одним словом – мастер!

– Я бы хотела получить готовое изделие завтра вечером, самое позже послезавтра с утра. Мы покидаем Подгорное на днях. Камень пришлю сегодня вечером. Успеете сделать?

– Времени маловато, но для вас, леди Эйшар, я сделаю.

– Сколько будет стоить такая красота?

– Основа же золото?

– Да, – коротко ответила я. Эх, хотелось бы, конечно, из алитриума сделать, тем более и кусочек был подходящий, только этот самый кусочек, с таким трудом добытый упорным Руфраном, как-то незаметно растворился где-то среди старейшин, как дорогая реликвия.

– Угу, – задумчиво пробормотал господин Трисвур, явно прикидывая, сколько можно с меня содрать… так, по-родственному… – Значит-ца материал наш, тут золото чистое надобно, без примесей, работа опять-таки срочная, что дороже будет… – то и дело зыркал он на меня из-под задумчиво сдвинутых бровей, отслеживая мою реакцию. Я хранила молчание в ожидании окончательного вердикта. – Золотых двадцать где-то получиться…

– Побойтесь Богов, уважаемый Трисвур, это ж не артефакт счастья, чтоб за него столько денег платить! – тут же возмутилась я. – Сколько там того золота пойдёт? Тем более браслет-то не сплошной! А вы за него едва ли по весу берёте! Да даже если по весу считать, двадцать золотых куда больше потянет, чем безделушка!

– Так-то оно так, но работа опять-таки срочная, ваша светлость! Я уважаемый мастер, и мои изделия известны во всём Подгорном! – прищурился на меня уважаемый мастер ювелирного дела, с энтузиазмом вступая в спор.

– Бесспорно, уважаемый Трисвур, бесспорно. Именно поэтому я обратилась к вам, – не менее живо боролась я за понижение стоимости, совершенно забыв, по какой причине оказалась во владениях этого почтенного гнома, – и теперь ваши изделия будут известны и за пределами Подгорного. Вы даже не представляете, какой высокопоставленной личности этот браслет предназначается в дар! Это же какие перспективы открываются!

– Согласен, довольно весомые аргументы. Пожалуй, в знак глубочайшего уважения, скину монет пять…

– И в знак родственного расположения ещё пару монет.

– Без ножа режете, леди Эйшар! Тринадцать золотых, присылайте камень, – с огромным уважением посмотрел на меня господин Трисвур, – говорите, вы со старейшинами договора заключали?

Широко улыбнувшись, кивнула.

– Сочувствую им! Вы уж простите меня, ваша светлость, но характер-то у вас явно гномий прослеживается!

Ха! Я давно это знала, нужно всё-таки родословную своего рода детальненько изучить, может, затесались в какой ветви славные представители гномьего царства?

– Я вам больше скажу, господин Трисвур, есть идея изготовления украшений из алитриума, которые потом переведём в разряд артефактов…

– Обсудим?

– С огромным удовольствием! – улыбнулась я господину Трисвуру.

С гномами иметь дело одна радость!