Глава 19

Архив. Точнее — Императорский Департамент исторического наследия и магических артефактов. Даже и не думал, что буду рад находиться тут.

Я сидел за своим столом в отделе и с непривычным чувством блаженства втягивал запах архивной пыли, старой бумаги и кофе. После Заболотья — после мумий, монстров, горящих книг и вселившегося в особняк колдуна — это казалось раем. Отчет по командировке уже был написан и сдан Лыткину на изучение и я мог позволить себе отдохнуть.

«Соскучился», — с удивлением для самого себя понял я, поглаживая стопку формуляров.

Арчи, устроившийся под столом, фыркнул в голове:

«Ты серьёзно? По этим бумажкам соскучился?»

«По нормальности, — мысленно ответил я. — По тому, что здесь нет тварей, готовых тебя сожрать».

«Ну, твари тут тоже есть, — философски заметил кот. — Просто они в костюмах и при галстуках. И называются начальством. Ну еще и про западное крыло ты позабыл. Там тоже иногда такое вылазит…»

Я усмехнулся. В чём-то он был прав.

«А ты вообще, что тут делаешь? Это офис, животных тут не должно быть!»

«Да кто видит? Сижу тихо, никому не мешаю. С Линой договорился, она не сдаст».

«И давно ты с Линой нашел общий язык?»

«А я и не находил. Сказал, что отключу ей охлаждение серверов, если будет возникать».

В дверях отдела показалась Алина. Всё в том же образе Анны Ветровой — чёрный парик, строгая одежда, никакой косметики. Она подошла, присела на краешек стула рядом.

— С возвращением, — тихо сказала она. — Я слышала, у вас там было… интересно.

Она кивнула на кота, давая понять откуда информация.

— Мягко сказано, — ответил я, понижая голос. — Потом подробности расскажу. Как ты тут?

— Нормально. Лина присматривает за Архивом. Тамара Осиповна дома пирожками кормит. Благодать! — она понизила голос до шёпота. — Я Виктора Зарена видела в коридоре.

— Архимага?

Впрочем, чему я удивляюсь? Этого следовало ожидать.

— Спасибо за информацию.

Алина кивнула и ушла к своему столу. Я проводил её взглядом и снова уткнулся в бумаги, но мысли уже унеслись далеко.

Зарен.

Он точно что-то подозревает. Архимаг явно ищет (а может и нашел уже) связь между мной и событиями в Фонде Ноль. Если он соединит две точки — моё присутствие там и уничтожение книг его учителя — мне конец.

— Чёрт, — выдохнул я.

Катя, сидевшая за соседним столом, подняла голову.

— Что?

— Думаю, как дальше жить, — ответил я. — Зарен явно что-то пронюхал.

— Не переживай, — уверенно сказала Катя. — Мы всё сделали чисто. Книги сгорели, маги видели пепел. Даже Костя ничего не нашёл.

— Нашёл, — напомнил я. — Два корешка. И если там осталась хоть капля магии…

Катя помрачнела.

— Думаешь, они смогут понять, что это был поджог, а не детонация?

— Не знаю. Но Зарен — не дурак. Если он заподозрит хоть что-то, то начнёт копать. А копать он умеет.

Я откинулся на спинку стула, глядя в потолок.

Нужен план. Как себя обезопасить.

«Может, сбежать? — предложил Арчи. — Подальше от этого города, от Архива, от Зарена».

«Не могу, — мысленно ответил я. — Мне нужен доступ к Архиву. К знаниям. К чёрно-золотому туману. И потом — Алина, Катя… я не брошу их. И сбежать… Арчи, неужели ты думаешь, что я из той породы людей, которые при виде опасности сбегают?»

«Вот только не надо геройствовать! — сморщился кот. — Не хочешь бегать, тогда надо искать союзников. Кто-то же в этой империи враждует с Зареном?»

Тайная Канцелярия? Поговорить с Бергером? Это обязательно надо сделать, но успею ли?

Не успел…

— Николаев! Алексей Сергеевич! — голос Лыткина пронесся по офису. — В мой кабинет подойдите. Нужно обсудить… ваш отчет по командировке.

Кабинет Лыткина. И привычная атмосфера — тяжёлая, давящая, как перед грозой.

Сам Лыткин сидел за столом, но выглядел сейчас не как хозяин кабинета, а как нашкодивший школьник, которого вызвали к директору. Руки его мелко подрагивали, он то и дело промокал платком лоб.

Рядом с ним, в кресле для посетителей, расположился Виктор Анатольевич Зарен.

Архимаг даже не обернулся, когда я вошёл. Он рассматривал свои идеально подстриженные ногти с таким видом, будто присутствие здесь — величайшая любезность с его стороны.

— Садитесь, Николаев, — кивнул Лыткин на стул напротив. Голос его предательски дрожал.

Я сел. Перевёл взгляд с Лыткина на Зарена и обратно.

— Мы вызвали вас по поводу вашего отчета по недавней командировке.

— Благодарю, — весьма любезно ответил я. Тактика моя была сейчас максимально простой — играть роль очень учтивого архивариуса и не лезть на рожон. — Виктор Анатольевич, вы тоже по поводу допроса? Или у вас разговор с Аркадием Фомичом? Я могу зайти позже, чтобы не мешать.

Я тут же поднялся.

— Нет, останьтесь, — махнул рукой Зарен. — Я именно по вашему вопросу.

— Того требует порядок, — пояснил Лыткин. И пробормотал заранее выученную фразу: — При беседе будет использован артефакт верификации — «Логос-идентификатор истины». А данный артефакт — это магия второго уровня. Присутствие мага обязательно.

— Мне право неловко занимать время господина архимага Виктора Анатольевича, — ответил я, делая смущенное лицо. — Вы очень занятой человек. Отвлекать вас неловко. Вполне бы хватило штатного мага для простого архивариуса.

— Простого? — переспросил Зарен, и в его голосе послышалось что-то новое. Не угроза — скорее любопытство. — А вы себя считаете простым, Николаев?

— Я считаю себя сотрудником Архива, выполняющим свои обязанности, — ответил я, глядя ему прямо в глаза.

— Расскажите, что произошло.

— В командировке случилось ЧП. Я написал отчёт.

Зарен снисходительно улыбнулся.

— Не так коротко. Нам нужен детальный рассказ, из первых уст.

Он кивнул Лыткину.

— Начинайте, Аркадий Фомич. Посмотрим, насколько ваш коллега чист перед законом.

Лыткин долго прокашливался. Потом развернул перед собой мой отчёт, надел очки. Рядом на столе лежал «Логос-идентификатор истины» — небольшая пирамидка из тёмного металла, на гранях которой пульсировали едва заметные руны. Артефакт был направлен прямо на меня.

«Детектор лжи», — понял я.

С такой штукой мне приходилось работать в прошлой своей жизни. Обмануть крайне сложно. А тут еще и магический… Но кое-какие приемы все же у меня имеются. Попробуем.

Зарен сел вполоборота, делая вид, что рассматривает бумаги на столе Лыткина, но я чувствовал — каждое моё слово ловится, взвешивается, анализируется.

— Итак, Николаев, — начал Лыткин, стараясь придать голосу официальность, которая плохо сочеталась с его трясущимися руками. — Вы утверждаете, что в ходе командировки в деревню Заболотье произошла магическая детонация, уничтожившая обнаруженные манускрипты?

— Да, — ответил я коротко. Пирамидка на столе слабо замерцала зелёным — правда.

— Опишите хронологию событий.

— Мы прибыли на место. Произошел инцидент — машина застряла по пути. На водителя напали… — я сделал небольшую паузу, — дикие звери. — Я сообщил об этом в Архив. Вы, Аркадий Фомич, приказали продолжать работу.

Лыткин заерзал на стуле.

— Мы связались со старостой деревни, осмотрели усадьбу. Обнаружили подземное хранилище с книгами. Приступили к описи. В какой-то момент один из манускриптов проявил нестабильность, и началась цепная реакция.

Лыткин заглянул в отчёт.

— Здесь написано, что вы успели эвакуироваться. Каким образом?

— Мы почувствовали неладное и выбежали. Если бы не это — погибли бы оба. Не ожидали, что огонь распространиться так быстро.

Зарен поднял голову, бросил на меня короткий взгляд. Пирамидка мигнула зелёным — снова правда.

Лыткин перелистнул страницу.

— В отчёте указано, что все манускрипты уничтожены. Это так?

— Да. — Зелёный.

— Не осталось ни одного фрагмента?

— Осталось два корешка. Их изъяли ваши… — я запнулся, — сотрудники, прибывшие на место.

Лыткин нервно поправил очки.

— Вы можете объяснить, почему детонация затронула только книги, но не задела вас с коллегой?

— Удача. — Пожал я плечами. — Или, если угодно, провидение. Мы стояли у выхода, когда начался огонь.

— А обгоревшие корешки? — вмешался Зарен. Голос его прозвучал негромко, но Лыткин вздрогнул. — Они ведь не просто так уцелели. Почему именно они?

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Может, материал переплёта был другим. Может, магия в них была слабее. К сожалению, я не эксперт по пожарам.

— Вы эксперт по манускриптам, — поправил Зарен. — Архивариус. Должны разбираться в таких вопросах.

— Обязательно сделаю выводы после этой командировки и по вашему приказу изучу все доступные в Архиве манускрипты и инструкции по пожарам, — кивнул я.

Зарен долго глядел на меня, пытаясь понять — издеваюсь я или говорю правду. Ничего не сказал, видимо решив что я и в самом деле честен с ним.

— Виктор Анатольевич, мы обязательно проведем внеплановый инструктаж со всеми сотрудниками архива, — подхватил Лыткин. — Изучим вопрос, пройдем обучение.

— Скажите, Николаев, — спросил вдруг архимаг, — а не пытались ли вы… повлиять на процесс? Ну, знаете, взять под контроль, замедлить, остановить?

Ага, пошел в прямую атаку. Нужно отвечать осторожно, так, чтобы слова мои не оказались ложью.

— Когда началось возгорание, я предпринял действия, которые в той ситуации казались единственно возможными, — ответил я, тщательно подбирая слова.

Пирамидка мигнула зелёным.

— Какие именно действия? — уточнил Лыткин, осмелев.

— Я использовал подручные средства, — ответил я и это была чистая правда. Бензин — вполне себе подручное средство. Для ускорения горения, но Лыткин этого не уточнил.

— А ваша коллега? — вмешался Зарен. — Екатерина, кажется? Она тоже пыталась помочь?

— Она находилась рядом и делала то, что я просил. Мы действовали как команда.

Зелёный.

— И всё же, — Зарен подался вперёд, — почему вы не использовали, скажем, воду? Рядом наверняка была вода, ручей там, или озеро?

— Я не видел поблизости источников воды, — ответил я. — А бегать за ней наверх было бы бессмысленно. Огонь распространялся слишком быстро.

Правда. Воды рядом не было. А бегать за ней действительно бессмысленно — если хочешь, чтобы сгорело быстрее.

— То есть вы признаёте, что не пытались тушить огонь традиционными способами? — наседал Зарен.

— Я признаю, что в той ситуации сделал выбор в пользу тех методов, которые казались мне наиболее эффективными. — Я выдержал паузу. — Возможно, я ошибался. Возможно, если бы я побежал за водой, ничего бы не изменилось. А может, и изменилось бы. Но у меня не было времени на эксперименты.

Зелёный. Пирамидка вновь замерцала ровно.

Зарен откинулся на спинку кресла.

— Интересно, — протянул он. — Очень интересно. Артефакт показывает, что вы говорите правду. Но почему-то мне кажется, что я слышу не всю правду.

— Я отвечаю на ваши вопросы, Виктор Анатольевич, — сказал я, глядя ему прямо в глаза. — Спрашивайте — я с удовольствием отвечу на них.

В кабинете повисла тишина. Лыткин перевел взгляд с меня на Зарена и обратно, не решаясь вмешаться.

— Хорошо, — медленно произнёс архимаг. — Скажите, Николаев: вы лично принимали участие в процессе, который привёл к уничтожению книг?

— Да, — ответил я, глядя ему прямо в глаза. — Я находился рядом, когда началось возгорание.

Пирамидка мигнула зелёным.

— Не уходите от вопроса. — Зарен подался вперёд. — Я спрашиваю прямо: это вы подожгли книги?

Я выдержал паузу. Соврать? Пирамида меня раскусит. Промолчать? Это только усугубит ситуацию. Что же тогда делать?

— Повторяю, — с нажимом произнес Зарен. — Это вы подожгли книги?

«Лекс! — голос Арчи прорвался в разум. — Ответь прямо сейчас на мой вопрос!»

«Что? О чем ты?»

«Ты купил мне пять килограмм ветчины?»

«Чего…»

«Не задавай лишних вопросов! Это эффект замещающих эмоций, — сказал кот. — Не время сейчас все объяснять. Просто ответь вслух не на его вопрос, а на мой: ты купил мне пять килограмм ветчины?»

— Нет, я этого не делал, — ответил я вслух.

Пирамидка мигнула и загорелась… зеленым.

Зарен нахмурился — совсем не той информации он ожидал.

«Сработало!» — подумал я.

«За это ты купишь мне прямо сегодня не пять, а десять килограмм…»

«Арчи, не наглей!»

— А ваша коллега? Может быть, это она сожгла книги? — не унимался Зарен.

«Кто-то украл у меня мой любимый пыльный шарик, с которым я игрался. Это Алина сделала?»

— Нет, это не она.

— Интересно. Очень интересно, — Зарен стал заметно нервничать и злиться.

— Еще вопросы? — спокойно спросил я у Лыткина.

Тот покачал головой.

— Нет, у меня больше нет… А у вас? — он глянул на Зарена.

Архимаг молчал.

— Так мы закончили? — после затянувшейся паузы шепнул я Лыткину.

Тот икнул, уставился на Зарена.

— Виктор Анатольевич…

Телефон архимага звякнул. Он ответил, молча выслушал. Нахмурился. Стало понятно, что звонит какой-то важный человек.

— Виктор Анатольевич? — повторил Лыткин. — А второго архивариуса допросить?

— Без меня. Мне нужно идти.

— Тогда мы… закончили, — дрожащим голосом произнес Лыткин.

— Аркадий Фомич, — бросил архимаг на ходу, — проследите, чтобы отчёт Николаева и второго архивариуса лёг в архив лично. И чтобы ни одна бумажка не пропала.

— Конечно, Виктор Анатольевич! — залепетал Лыткин. — Всё будет в лучшем виде!

Зарен вышел, даже не взглянув на меня.

Я остался сидеть, глядя на пирамидку, которая всё ещё слабо мерцала на столе. Лыткин суетливо собирал бумаги.

— Свободны, Николаев, — буркнул он, не глядя на меня. — Идите работайте.

Я поднялся и вышел в коридор.

Катя ждала за углом. Увидев меня, выдохнула.

— Ну?

— Пронесло, — тихо сказал я. — Пока.

— Отлично! — обрадовалась Катя. — тогда пошли отпразднуем? Выпьем кофе.

— А тебя разве н ебудут допрашивать?

— После того случая с домогательством Босха Лыткин побаивается меня. Сказал, что хватит только письменного отчета.

— Отлично!

— Тогда кофе?

— Чуточку позже. Сейчас мне нужно по-быстрому раздобыть где-то пять килограмм ветчины.

День выдался сумасшедший.

Сначала — поход в обеденный перерыв на рынок за ветчиной. Арчи, который во время допроса сидел у дверей кабинета Лыткина и мысленно подсказывал мне ответы, достоин был вознаграждения.

— Плохо не станет? — спросил я кота, вручая ему пакет. — Пять кило все-таки! Ты сам меньше весишь.

— Я кот, — философски заметил он, впиваясь зубами в первый кусок. — Юный растущий организм, мне нужно больше мяса. И потом, ты бы без меня на допросе прокололся раз десять. Так что считай это инвестицией в твоё будущее.

Потом был кофе с Катей. Мы посидели в маленькой кофейне у Архива, и она всё пыталась вытащить из меня подробности допроса.

— Он тебя не раскусил? — допытывалась девушка. — Точно?

— Артефакт показал правду, — успокаивал я её. — Я ни разу не соврал. Просто не договаривал.

— А если Зарен вернётся с другими вопросами?

— Значит, будем придумывать другие ответы.

Катя посмотрела на меня с тревогой и чем-то ещё — кажется, тем самым чувством, которое я старательно пытался не замечать.

— Ты как? — спросил я, чтобы сменить тему.

— Я? — Она усмехнулась. — Я в порядке. Отпуск за свой счёт, приключения на грани жизни и смерти, горящие книги… Обычная рабочая неделя.

— Извини, что втянул.

— Не извиняйся. — Она накрыла мою руку своей. — Я сама согласилась.

Мы помолчали. Потом она поцеловала меня и ушла, сказав, что завтра на смену, и ей нужно выспаться. Потом я вернулся в Архив и там был Костя, для которого вся эта внезапная поездка и спуск в горелое подземелье оказались сильным стрессом. Пришлось успокаивать.

Теперь, дождавшись, когда все уйдут из офиса, я сидел за своим рабочим столом, сжимая в руках кристалл-ретранслятор. Бергер. Инспектор Тайной Канцелярии. Единственный человек в этой империи, который, кажется, может мне помочь.

Я активировал кристалл. Тот засветился тусклым голубым светом.

— Бергер, — сказал я в пустоту. — Это Николаев. Нужно поговорить.

Через минуту из кристалла раздался его голос — спокойный, чуть насмешливый, но сегодня в нём чувствовалась настороженность.

— Слушаю, Алексей Сергеевич. Что случилось? Есть что сообщить?

— Зарен раскрыл меня, — сказал я без предисловий. — Сегодня я выкрутился, но ненадолго. В ближайшее время, думаю, он нанесёт удар.

Бергер помолчал несколько секунд.

— Вы уверены?

— Абсолютно.

— Что вы предлагаете?

Я глубоко вздохнул.

— У меня один есть план. Рискованный, почти безумный. Но если сработает — Зарен потеряет надо мной власть.

— Он же вроде и сейчас не имеет над вами власти, — спросил Бергер.

— Формально — да, — кивнул я. — Но на практике все выглядит несколько иначе. Он подмял под себя Лыткина. Тот трус и выполнит любое его устное указание. Понадобиться — и меня сожрет. Тоже было и с Босхом.

Повисла тишина. Я слышал только своё дыхание и далёкий шум города за окном.

— Хорошо, я помогу. Что конкретно нужно сделать?

Я сделал паузу, понимая, что произнесенное сейчас будет несколько шокирующим для Бергера.

— Убедить Императора подписать один приказ.

Инспектор звонко рассмеялся.

— Вы шутите, да?

— Нет. Это не шутка. Я понимаю, что Император вряд ли сейчас что-то подписывает…

— Вот именно! Он ничего не подписывает! — тон Бергера резко изменился, стал предельно серьёзен. — Он в критическом состоянии сейчас. Назначены люди по направлениям, которые ведут работу, которые изучают, одобряют или напротив, отклоняют. Все очень сложно.

— Вот в этом мне и нужна будет помощь от вас. Расскажите весь расклад — кто за что отвечает.

— Да что вы задумали, Алексей⁈ Как вас спасет это от Зарена? Неприкосновенность хотите себе выбить?

— Нет. Все гораздо проще — я хочу сделать так, чтобы Зарен не может влиять на меня напрямую.

Бергер долго молчал. Потом совсем тихо спросил:

— И что же?

— Поставлю своего руководителя Архива…