Глава 11

На удивление, больше никаких происшествий не было.

Ночь прошла спокойно. Никто не ломился в дверь, не лез в окно, не пытался поджечь. Я даже выспался — впервые за несколько дней.

Утром спустился вниз. Хозяин отеля, пузатый мужик с бегающими глазами, смотрел на меня странно. То ли удивлённо, то ли разочарованно.

Видимо, не ожидал увидеть живым.

Я мило улыбнулся ему и вышел на улицу.

Город просыпался. Торговцы открывали лавки, грузчики таскали ящики, где-то орал петух. Обычное утро, обычная суета.

Но мне здесь было некомфортно.

Даже воздух какой-то не такой. Тяжёлый, спёртый. Пахнет дымом, помоями, конским навозом, чем-то химическим. В моих лесах дышится совсем по-другому.

Я шёл по улицам и пытался понять — почему город так привлекателен для многих? Люди едут сюда, стоят в очередях на воротах, платят за разрешения. Чего ради? —

Безопасность? Ха. После вчерашнего — не смешите.

Работа? Может быть. Но за стенами тоже можно найти занятие.

Еда?

Хм. Вот это интересно.

Откуда у них столько еды? Город большой, людей много. Полей вокруг я не видел — одни руины да пустоши. Скота тоже немного. Откуда берут продукты?

Решил проверить.

Нашёл заведение побогаче — что-то вроде ресторана. Каменное здание, чистые окна, даже вывеска с названием: «У Толстого».

Зашёл, сел за стол, заказал обед. Жареное мясо, овощи, хлеб. Заплатил две серебряных — дорого, но для «ресторана» нормально.

Официантка в короткой юбке принесла еду, и я попробовал.

И тут же скривился.

Мясо странное. Вроде бы на вид мясо, на запах тоже. Текстура тоже на месте, но привкус какой-то неправильный. Не говядина, не свинина, не птица. Что-то другое, непонятное и вообще ни разу не вкусное.

Овощи — ещё терпимо. Хлеб — так себе. А вот мясо — полный звездец.

Доедать не стал. Зачем? Питательная ценность, наверное, стремится к нулю. Желудок набил, а толку?

Я расплатился, вышел на улицу и тут же увидел интересное зрелище.

По главной улице ехали телеги. Около двадцати штук, одна за другой. В них — люди. Связанные, сидят плотно, смотрят пустыми глазами.

Рабы.

Я подошёл ближе, встал в толпу зевак.

— Это что за процессия? — спросил у мужика рядом.

Тот покосился на меня.

— Не местный, что ли? Гильдия ловцов работает. Привезли новую партию.

— Гильдия ловцов?

— Ну да. Они за стенами людей находят и сюда везут. На продажу.

Я снова посмотрел на телеги.

Люди в них — явно не преступники. Обычные крестьяне. Женщины, дети, старики. Из какой-то деревни за стенами, видимо. Были.

— И это законно? — поинтересовался я.

Мужик пожал плечами.

— А кому какое дело? Они ж не граждане.

Он сплюнул и пошёл по своим делам. А я стоял и смотрел, как телеги проезжают мимо.

Теперь понятно. Город не просто живёт — он пожирает всё вокруг. Планомерно, методично захватыет людей, ресурсы, земли.

Интересная картинка вырисовывается.

Мне нужна информация, чтобы лучше понять, как здесь всё обстоит. Но с кем поговорить?

Не зная, к кому обратиться, я решил прибегнуть к представителю самой древней профессии…

Нет, не к той!

Я отправился искать трактирщика.

В мирах, где я бывал, трактирщики всегда были источником информации. Они слышат всё — сплетни, слухи, секреты. К ним приходят пьяные, а пьяные болтают.

Нашёл небольшой, но оживлённый трактир в переулке. То что надо.

Сел за барную стойку и заказал кружку чего-то местного, что и пить-то не собирался.

Бармен, худой мужик лет пятидесяти с длинным носом, поставил передо мной кружку.

— Не местный, — сказал он, глядя на меня, и это был не вопрос.

— Заметно? — усмехнулся я.

— Ещё бы. Местные так не озираются. И в мой трактир редко заходят.

— Почему?

— Боятся, — недобро ухмыльнулся мужик.

— Отравиться? — я отодвинул кружку.

— Ха-ха! Нет, проблем бояться. Сам видишь, какая у меня публика, — трактирщик кивнул на зал.

Ну да, публика здесь выглядела опасной. Почти все при оружии — наёмники, солдаты мирноградской гвардии, какие-то отморозки. Потерять здесь зубы — нефиг делать, думаю.

— Но ты сюда зашёл, а не в «Золотой кабан» напротив. Значит, чутьё есть, — продолжил худой.

Он протёр стакан тряпкой и посмотрел на меня.

— Спрашивай. Вижу же — не пить пришёл.

— Прямолинейный ты, — заметил я.

— А смысл юлить? Время — деньги. Мои и твои. Спрашивай — отвечу. Если смогу и если захочу.

Я усмехнулся. Нравился мне этот мужик.

— Вопрос философский. Чем город так привлекателен? Люди сюда едут, торчат в очереди перед воротами. Почему?

— Еда, — ответил он сразу. — В первую очередь — еда.

— Еда, говоришь. И где вы её берёте? Полей вокруг города нет.

— А зачем поля? — мужик хмыкнул. — Под городом — подземные комплексы. Магические фермы. Там всё и выращивают.

— Магические фермы? — удивился я.

В прошлой жизни у меня было несколько таких, для личного пользования. Люблю я вкусно поесть, этого не отнять. Но не думал, что и здесь имеется нечто подобное.

— Ну да. Остались с прошлых времён. До Падения, говорят, там чего только не делали, — трактирщик помахал рукой в воздухе. — Сейчас — продукты растят. Свет магический, вода из подземных рек, тепло от кристаллов, что-то вроде того.

— Как интересно, — сказал я.

— Ещё бы! Поэтому у нас и еда такая хорошая, — разулыбался мужик.

Ага, хорошая. Попробовал я ваше мясо. Собакам бы такое не дал.

Такое ощущение, будто они на этих подземных фермах каких-то химер растят. Вроде и мясо, а по вкусу и по пищевой ценности — хрень какая-то.

При этом настоящее мясо, которое сюда везут с ферм за стенами, наверняка идёт наверх, богачам.

Город — машина. Перемалывает всё вокруг. Скупает хорошее дёшево, продаёт дерьмо дорого. И все довольны.

Я отпил из кружки. Пиво оказалось неплохим — лучше, чем ожидал.

— Еда это хорошо. А ещё у вас здесь безопасно, — закинул я удочку.

— Конечно! Даже неместным нечего бояться, — уверенно кивнул трактирщик.

Я чуть не заржал, вспоминая вчерашнюю ночь.

— Работорговля тоже для безопасности? — уточнил я, кое-как сдерживая улыбку.

— Работорговля — отдельная песня. Официально — не приветствуется. Преступников можно в рабы, это да. Заслужили! — решительно заявил мужик.

Ага, конечно. Я видел, кого там везут в телегах. Городская гвардия захватила обычных людей где-то в беззащитном поселении. Может, конечно, и бандитскую деревню — разбойников перебили, баб да детишек забрали. Но разница невелика.

Мне уже всё ясно. Город пожирает округу — медленно, но верно. У них есть стены, есть ресурсы, огнестрел имеется, в конце концов. Я даже пару пушек видел на стенах — в смысле, артиллерию.

Так что Мирноград пользуется своим положением, чтобы понемногу ощипывать менее защищённых жителей окрестностей.

Я допил пиво и положил на стойку серебряную монету.

— Спасибо за разговор.

— Не за что. Заходи, если что, — сгребая монету, ответил худой.

Не успел я выйти из трактира, как с улицы послышался звон. Били колокола.

Один удар, второй, третий. Потом — серия частых ударов.

Ого, у них есть металл даже для колоколов. У нас возле шахты кусок рельсы висел, и это считалось роскошью.

— Свадьба у кого-то? — спросил я.

Трактирщик усмехнулся.

— Жуки. Где-то рядом с городом, или прорыв в самом городе.

— Прорыв?

— Бывает. Под городом — не только подземные фермы, но и тоннели. Иногда инсектоиды прорываются наверх. Но ты не беспокойся — это вряд ли рядом с нами. Сейчас туда все отчаянные ребята побегут.

— Зачем?

— За убийство жуков платят. Мало, но платят. Для многих — неплохой заработок, — пожал плечами мужик.

Ого, деньги? Интересно.

Деньги мне не помешают. И размяться тоже не помешает.

Я быстрым шагом покинул таверну. Поглядел по сторонам, увидел, откуда бегут люди и пошёл в ту сторону. Вероятно, там и надо искать неприятности, а я же их люблю…

* * *

В итоге я оказался в месте, называемом Нижний квартал.

Собственно, это был даже не квартал. Скорее свалка из полуразрушенных зданий, покосившихся хибар и мусорных куч. Пахло гнилью, мочой и чем-то ещё.

Кровью, например.

Люди бежали мне навстречу — прочь от угрозы, а я проталкивался против потока.

Первого жука увидел у разрушенного дома. Это оказался падальщик — мелкий, юркий. Копошился над чем-то… Над кем-то.

Я поднял руку, выстрелил из наруча. Штырь вошёл точно в голову твари. Инсектоид дёрнулся и затих. Я подошёл к нему, оторвал характерный нарост с башки, ну и штырь тоже забрал.

Пошёл дальше.

Ещё два падальщика — в переулке. Щёлк, щёлк. Готово.

Дальше встретил кое-кого покрупнее. Секач стоял посреди улицы и крутил башкой. Увидел меня — и рванул навстречу с мерзким визгом.

Я отпрыгнул в сторону, выстрелил. Попал в бок — но секачу оказалось плевать. Панцирь у него толстый.

Тварь развернулась, снова атаковала. Я вытащил один из непроданных камней и швырнул прямо в пасть жука.

Тот проглотил его и на секунду задумался. А потом его башка взорвалась, так что думать он уже не мог.

Сочувствую, наверное.

На земле, у стены, лежало тело стражника. Вернее, то, что от него осталось. А осталось от него по большей части нихрена, кроме меча.

Неплохой клинок. Тяжеловат, но сойдёт.

Я огляделся.

Уже подтягивались другие желающие размяться. Вооружённые, в броне. Они смотрели на меня как на того, кто пришёл и насрал им на порог.

Ну да, понимаю.

Я не стал задерживаться и пошёл дальше, вглубь трущоб.

Прикончил ещё несколько мелких жуков. У меня остался всего один штырь в правом наруче, поэтому я работал мечом. Грязная работа, но привычная.

Я не забывал собирать доказательства того, что жуков прикончил именно я. Срывал с трупов характерные наросты, рога или что-нибудь в этом роде.

Как раз когда я отпиливал очередную хрень с жучиного трупа, в спину мне прилетел болт.

Быдыщ! Артефактная защита сработала — отвела удар в сторону. Болт чиркнул по рёбрам, порвал рубаху. Боли я не почувствовал, а вот рубашку жалко.

Я обернулся и увидел какого-то отморозка с арбалетом. Он стоял метрах в двадцати, и уже перезаряжал оружие.

Ну конечно. Зачем охотиться на жуков, если можно охотиться на охотников? Дождаться, пока кто-то сделает грязную работу, убить его и забрать добычу.

Понимаю, но не одобряю.

Я поднял руку и выпустил последний штырь. Вложил в него много энергии — всю, какую смог.

Щёлк!

Штырь пробил защитный артефакт противника — тот даже мигнуть не успел. Вошёл в грудь, вышел из спины.

— Ой, — сказал арбалетчик и упал.

Я подошёл, обыскал тело. Нашёл деньги, причём в шести разных кошельках. Видимо, этот парень уже успел других пограбить.

Забрал только деньги. Остальное — браслеты, кольца, арбалет — оставил. Много железа, тяжело тащить. Да и светиться не хочется.

Я встал и пошёл прочь.

Насколько же здесь опасно, в этом, с позволения сказать, Мирнограде. Как они вообще до сих пор друг друга не поубивали?

* * *

Немного поблуждав, я нашёл организацию, которая принимала части жуков. Небольшое здание с вывеской «Служба учёта».

Я зашёл и без слов выложил на стол свою добычу.

Мужчина за стойкой тоже ничего не сказал. Пересчитал куски жуков, записал в журнал.

— Один золотой и десять серебра, — сказал он.

— Годится, — ответил я.

Неплохо заработал на этих тварях.

Приёмщик отсчитал деньги и вдруг посмотрел на меня с интересом.

— А где твой отряд?

— В смысле?

— Ну, отряд. Те, кто тебя прикрывал.

— Снаружи ждёт, — махнул рукой я.

Он поднял бровь.

— Серьёзно? Обычно того, кто тащит наросты, отряд бережёт как зеницу ока. Чтобы ничего не потерял, чтобы не убили и так далее.

— У нас по-другому, — пожал плечами я. — Каждый сам за себя.

Забрал деньги и вышел.

На улице уже темнело. Колокола давно стихли — прорыв, видимо, ликвидировали.

Завтра утром отправлюсь домой. Хватит с меня этого города.

Но сначала — ещё одно дело.

Оружейный магазин отыскался на главной улице. Большой такой, солидный. Витрины с мечами, щитами, арбалетами. Возле входа стоял бугай в полной латной броне и с двуручным мечом.

Жарко ему, наверное, бедолаге. Это такой рекламный приём, видимо, ну и охрана заодно.

Я зашёл внутрь и начал рассматривать товар. Ого, а выбор тут шикарный.

Мечи от простых железных до чего-то зачарованного. Арбалеты — от охотничьих до боевых. Копья, топоры, кинжалы.

— Эй, ты!

Я обернулся. Продавец, который был даже больше, чем латник на входе, тыкнул в меня пальцем.

— Чего надо?

— Орехи есть в продаже? — спросил я.

— А?

— Бэ. Я оружие смотрю, неужели непонятно?

Продавец раздул ноздри, как бык, и пробурчал:

— Нечего тут смотреть. Денег у тебя всё равно нет. Вали отсюда!

Я усмехнулся, достал золотой и показал ему.

— Деньги есть. Я просто ещё не определился, что хочу. Сначала изучаю — потом решаю.

Продавец посмотрел на золотой, причмокнул губами и буркнул:

— Только быстро.

Какой дружелюбный дядька. Прямо со всей душой к покупателям.

Я продолжил осмотр.

Вот этот арбалет — интересный. Мощный, с артефактными элементами. Механизм отличный. Крутая штука.

Копья — тоже неплохие. С широкими наконечниками, зачарованными. Против жуков — самое то.

Стрелы — целый ассортимент. Обычные, бронебойные, на разного зверя, против разных инсекоидов. Цены кусаются, но качество видно.

Я всё это впитывал, запоминал. Мне нужно было понять, как здесь всё работает. Что они умеют делать, чего не умеют, что я сам могу сделать лучше.

Многое, как выяснилось, я уже делаю лучше. И Арсений явно от городских кузнецов не отстаёт. Но кое-что полезное тут есть.

— Ну что, берёшь что-нибудь? — нетерпеливо спросил продавец.

— Нет сегодня, — я вышел на улицу.

Темнело. Пора в отель.

Неплохая вышла поездочка. Много узнал, немного заработал, чуть не умер пару раз. Стандартный набор графа Шахтинского.

Теперь — отдохнуть и домой.

Завтра на рассвете выезжаю. Хватит с меня этого «безопасного» города.

* * *

Похлёбка была так себе.

Леший сидел в таверне и ковырял ложкой густое варево. Мясо жёсткое, овощи разваренные. Но есть хотелось, поэтому он давился и глотал.

Настроение было паршивое.

Вчера он проезжал через деревню графа. И ему сказали — граф уехал в город.

В Мирноград, наверное. Это ближайший. Там, где всё есть, жизнь кипит.

Леший знал этот город. Не изнутри, конечно — внутрь его не пускали, хотя он пробовал пробраться. Но знал от знакомых, которые жили там не на самых законных основаниях.

Схема простая. Проходишь по пропуску на два-три дня. Потом — остаёшься. Нелегально, конечно. Но кого это волнует? Живёшь в трущобах, подрабатываешь чем придётся. Еда есть, и довольно дешёвая. Крыша над головой тоже есть. Чего ещё надо?

Правда, жизнь у таких вот нелегалов обычно недлинная. Но пока живёшь — лафа.

И вот граф туда поехал.

Леший отложил ложку и задумался.

Он боялся двух вещей.

Первое — что графу не хватает людей. Поэтому он их и искал. А в городе людей — море. Там можно нанять кого угодно за пару монет.

А значит, Леший может стать не нужен.

Зачем графу бывший разбойник, который бегает по окрестностям и приводит по одному-два человека? Если можно поехать в город и набрать сразу десяток? Или два десятка?

Леший поёжился.

Он ведь уже кое-чего добился. Относятся к нему в имении Шахтинского нормально, кормят даже. Он подрабатывает, не рискуя особо жизнью. Да и перспективы ему пообещали золотые. Дом, слуги, своё дело.

Неужели всё это — коту под хвост?

Вторая мысль была ещё хуже.

А что, если графу город понравится?

Что, если он решит там остаться? Перебраться насовсем? В городе ведь и правда лучше — для тех, у кого есть деньги. А у графа деньги есть.

Продаст своё графство какому-нибудь барону, тому же Тернову, например. Или просто бросит и уедет туда, где возможностей больше.

А Леший останется ни с чем.

Он схватил кружку и допил остатки кислого пива.

Нет, так не пойдёт. У него есть планы на жизнь. Конкретные планы, с домиком и садиком, и он не собирается их терять.

Нужно ускориться.

— Эй, — окликнул его трактирщик. — Комнату брать будешь?

Леший вскочил.

— Какую комнату? Бежать нужно! У меня ещё столько людей, которые не знают, что им пора переезжать!

Трактирщик посмотрел на него как на сумасшедшего. Но Лешему было плевать.

Он бросил на стол пару медяков и выскочил на улицу.

Граф в любом случае вернётся. Хотя бы вещи забрать, если решит жить в городе. Имение там, мастерская, камни всякие. Не бросит же он всё это?

Значит, к его приезду нужно привести ещё людей. Двоих минимум. А лучше — троих. Показать, что здесь тоже хорошо, что бывший разбойник по кличке Леший может быть очень полезен.

Он запрыгнул на коня и пришпорил его.

У Лешего на примете было несколько человек. Кузнец из соседней деревни — старый, но опытный. Лекарь, которого выгнали откуда-то за пьянство. И ещё один интересный тип…