Глава 15

Передо мной на столе лежала куча колец. Медные, серебряные, железные, латунные, какие-то сплавы, которые местные кузнецы гордо называли «особой работой», хотя по факту это было «мы случайно перегрели металл и сплавили фиг знает что, но получилось вроде крепко».

Я по очереди брал каждое, прогонял через него слабый магический импульс, смотрел на отклик и морщился.

Не то.

Снова не то.

И это тоже не то, но уже с претензией на минимальное качество.

Если бы у меня был полноценный пространственный камень с нормальными гранями, я бы уже давно всё сделал. Камни — это моя тема. Камень можно огранить, направить потоки как мне надо, закрепить матрицу, развернуть пространственный карман и радоваться жизни.

А тут приходится работать с металлом, потому что нужного камня нет. Металл — штука упрямая. Особенно если ты пытаешься заставить его делать то, для чего он вообще не предназначен.

Я взял серебряное кольцо, нанес тонкую пробную руну, вложил крошечный камушек в паз и подал энергию.

Кольцо тихо пискнуло, как мышка, и треснуло.

— Ну вот, уже лучше, — пробормотал я себе под нос. — В прошлый раз взорвалось.

Прогресс.

Проблема была ещё и в камнях. Для пространственного кольца нужен не просто хороший камень, а правильный. Чистый, стабильный, с подходящей внутренней структурой. Мои пространственные кристаллики, конечно, отличные, но они слишком мелкие.

Ладно. Разберусь.

Не сегодня, так завтра. Не завтра, так через неделю. Я не из тех, кто сдаётся.

Я как раз взял очередную заготовку, когда в дверь постучали. Блин, и зачем там вообще табличка «не беспокоить»?

Хотя ладно, по пустякам обычно никто не лезет. Наверное, опять что-то важное.

— Войдите, — велел я.

На пороге возник мужик с таким лицом, будто случился конец света.

— Беда, господин! Боюсь, это не исправить, и мы все умрём…

Я медленно положил кольцо на стол.

— В двух словах, что стряслось?

Мужик вздохнул и ответил:

— Колодцам хана!

Надо же. Уложился в два слова. Молодец.

— В смысле хана? — уточнил я.

— Вода испортилась, ваша милость! Во всех деревенских колодцах! Мутная, вонючая, даже одежду стирать нельзя, не то что пить! Староста сказал вас срочно звать, а то всё, конец нам!

Я вздохнул, прихватил сумку и вышел.

В деревне возле главного колодца уже собралась толпа. Народ шумел, спорил, кто-то плакал. Степан выглядел так, будто мысленно уже хоронил половину деревни.

Я подошёл к колодцу, заглянул внутрь.

Вода действительно была мутная. Серая, с зеленоватым оттенком, и пахла то ли болотом, то ли какой-то тухлятиной.

Я прищурился, посмотрел глубже, активировав магическое зрение.

Ага, понятно.

— Ну? — спросил староста, с надеждой глядя на меня. — Что это, господин?

— Магия, — ответил я, не вдаваясь подробности. — Такое бывает.

Людей это почему-то не успокоило.

На самом деле ситуация была неприятная, но не смертельная. В этом мире магический фон самой планеты перемешан так, что нельзя предугадать, какие неожиданности встретишь завтра. Блуждающие пещеры, летучие мыши-мутанты — это только верхушка айсберга.

Через время колодцы, скорее всего, сами бы восстановились. Но «через время» — это плохой ответ, когда людям нужна вода сегодня.

Я опёрся на край колодца и задумался.

Совпадение? Не совпадение? Вода сама испортилась или кто-то помог?

Ладно. Сейчас это не так уж важно.

Я открыл свою сумку и принялся искать нужный камень.

За эту сумку, кстати, Никифору Кондратьеву отдельное спасибо. Сшил именно то, что я хотел: крепкую, удобную, с кучей кармашков и отделений. Туда помещались камни на все случаи жизни, инструменты и даже запасные штыри для наруча. Нормальная рабочая сумка параноика.

Я нашёл нужный камушек — небольшой полупрозрачный топаз с лёгким голубым отливом.

Разложил на скамейке инструменты. Быстро поправил грани топаза, резцом нанёс три руны по кругу и одну связующую по центру. Впустил немного своей силы для проверки, а потом уже наложил само заклинание.

Не самое простое, между прочим. Раньше у меня бы сил на такое не хватило, так что спасибо Катарине.

Бросил топаз в колодец, и через несколько секунд из него столбом повалил пар.

Толпа дружно ахнула и отступила.

Из колодца зашипело, будто туда опустили раскалённое железо. Вода забурлила, запах стал резче, но становился всё менее отчётливым.

Несколько минут спустя, когда пар иссяк, я опустил ведро и поднял его.

Чистая, прозрачная водичка, без всякого запаха.

Я с удовольствием напился прямо из ведра.

— Видите? Проблема решена, — утирая губы, произнёс я.

Люди смотрели на меня так, будто я только что съел паука и сказал, что это вкуснятина.

— Это как так? — спросил кто-то.

Я пожал плечами.

— Что тут такого? Просто очистил воду и всё.

Просто, ага.

На самом деле это было очень мощное заклинание. Я когда-то читал о нём в старом трактате. Его придумал Авестир Сереброликий — великий маг-целитель из моего прошлого мира. Легендарная личность. Он во время Чёрной Засухи очистил заражённые источники в трёх королевствах и спас кучу народа.

Самое интересное — он не стал шифровать заклинание и делать из него личную тайну, как любили многие маги. Наоборот. Обучал всех, кого мог, писал и распространял книги. Благородный был человек, о всеобщем благе заботился.

Редкость среди магов, прямо скажем.

Я очистил все остальные колодцы, и вместо паники в деревни воцарилось счастье, так что домой я вернулся в хорошем настроении.

С проблемой разобрался, день можно считать удачным, а значит, пора снова заняться важными делами.

Я сел в мастерской, разложил перед собой кольца и продолжил страдать.

Пока не получалось, но ничего. Я в себя верю. А если я в себя верю, то рано или поздно окружающим предметам приходится смириться.

Вечером, когда я как раз пытался соединить серебряное кольцо с тремя мелкими кристалликами, где-то снаружи поднялся шум.

Сначала послышались крики, потом бряцанье оружия, конское ржание и топот.

— Тревога! — заорал кто-то.

— Да ладно… — простонал я.

Я схватил подзорную трубу, вышел из мастерской и отправился на балкон.

Со стороны деревни в сумерках горел сигнальный костёр.

Я прищурился, приложил трубу к глазу.

Видно так себе. Костёр горит — это да. Вроде движение какое-то вокруг есть, но сложно даже понять, люди это или нет.

И вот тут я в очередной раз задал себе важный вопрос: почему я до сих пор не сделал нормальную подзорную трубу?

Ответ, к сожалению, был мне известен.

Потому что нормальная, в моём понимании, подзорная труба — это очень тонкая работа. Не «взял стекляшку, вставил, стало видно далеко», нет. Там десять уровней зачарования, и каждый зависит от предыдущего. Усиление света, стабилизация изображения, подавление дрожания, дальняя фокусировка, фильтр магических помех, компенсация влияния воздуха, контур чёткости… и ещё куча приятных мелочей.

Ошибёшься на любом уровне — и всё пойдёт по одному месту. Рука чуть дрогнула, руна села криво, грань ушла на волосок — и всё, конец артефакту, всё придётся делать заново.

Не так уж легко, короче говоря, но, кажется, пришло время заняться.

Я спустился во двор, взял арбалет и сел на Громилу.

Солдаты уже собрались. Ильдар стоял у ворот, раздавая короткие приказы. Люди действовали быстро и чётко, что радовало. Всё-таки не зря гоняем их на тренировках.

— Что там случилось? — спросил я.

— Пока не ясно, господин, — ответил Ильдар. — Возможно, ложная тревога. Но сигнальный костёр зажгли, значит, надо проверить.

— Правильно. Едем.

До деревни мы добрались быстро.

На подходе стало понятно, что никто никого не режет. Пока, по крайней мере.

У края деревни собрались стражники и десятка два рабочих с вилами и лопатами.

А напротив них стояла толпа разбойников. Человек семьдесят, не меньше, а во главе этой братии гордо восседал на коне Леший и улыбался.

— Ты решил набег на нас устроить? — поинтересовался я.

Леший замахал руками:

— Какой набег, господин? Я работяг привёл!

Я ещё раз посмотрел на «работяг». Почти все были вооружены: кто дубиной, кто каменным топором, а у некоторых имелись стальные ножи и даже мечи. Они стояли, сбившись в плотный круг и явно готовились отбиваться.

— Работники? — уточнил я. — Вот смотрю я на них, и кажется, они похожи на разбойников.

Леший развёл руками.

— Ну, так разбойники и есть. Но они работать хотят. Нам бы тут без лишних ушей поговорить, господин, с вашего позволения.

Я хмыкнул. Леший был тем человеком, который ради нормальной жизни готов делать что угодно. Карьерист, если можно так выразиться. Моего доверия он пока что не предавал, задачи выполнял с умом и вообще показывал себя на удивление разумно.

— Так, — сказал я громче. — Местные, расходимся. Смотреть тут не на что. Ильдар — отведи бойцов на пятьдесят шагов.

Ильдар покосился на меня, но приказ выполнил. Солдаты отошли, но убирать оружие не стали. Толпа разбойников чуть выдохнула.

Мы с Лешим отошли в сторону.

— Рассказывай.

— Они готовы работать, господин! Но хотели бы потом остаться в деревне жить. Получить дома, еду — в общем, всё, что вашим жителям положено. Люди они разные, конечно, но я отбирал самых нормальных. Отморозков среди них нет, а вот бывших ремесленников и просто работяг — сколько угодно, — с жаром отчитался Леший.

Из толпы вышел худой мужчина лет сорока и неловко поклонился.

— Господин, меня зовут Силантий. Я конюх. Простите, что вмешиваюсь, но я слышал слова Лешего. Да, всё верно. Нам такое обещали, и мы поверили этим обещаниям. Пришли сюда зарабатывать честным трудом. Готовы следовать вашим правилам, чтобы вернуться к нормальной честной жизни. Мы понимаем, что Леший многое приукрасил. Но хоть что-то из того, что он сказал, правда?

Чуть помедлив, я кивнул.

— Правда в его словах есть. Дом на первых порах, понятно, никто вам сразу не даст.

Силантий не удивился и только пожал плечами:

— Но как насчёт работы? Здесь будет работа, которая позволит нам полноценно существовать?

— Давайте я вам обрисую ситуацию. Видите, дома строятся? Недавно пришла большая группа людей, сейчас им строят жильё. Работы у нас много. Стена, дорога, склады, поля, шахта. Если человек хочет работать, дело найдётся.

— А еда? — спросил кто-то из толпы.

— Выберите несколько человек из своих, покажу, — ответил я.

Разбойники немного поспорили и выдвинули делегацию: Силантий, какой-то бывший пахарь и ещё трое.

Леший остался, чтобы толпа не нервничала. Я повёл пятерых делегатов к пищевому амбару. Ильдар отправил за нами отряд солдат на всякий случай, но те шли на расстоянии.

Я распахнул дверь амбара и сказал:

— Смотрите.

Они посмотрели и замерли. Один из разбойников аж за сердце схватился.

Понимаю. Такое количество пищи они вряд ли видели даже во снах. У нас здесь и картофель, и сушёное мясо, и бочки с солониной, мешки с крупой… Да чего только нет.

— Ни хрена себе… Это всё ваше? — спросил Силантий.

— Наше, — сказал я. — У меня тут все едят нормально. А сейчас покажу ещё кое-что. Давайте за мной.

Мы вышли из деревни и направились к полю.

Солнце уже почти село, но света ещё хватало. Поле же выглядело настолько хорошо, что я сам иногда любовался. Картофель, помидоры, ещё несколько культур, недавно посаженных и уже давших первые всходы.

Бывший пахарь вдруг сорвался с места.

— Да чтоб меня!

Он подбежал к грядкам, рухнул на колени и начал рассматривать кусты картофеля так, будто перед ним не растение, а золотой идол.

— Это ж какой урожай… — бормотал он. — Это ж земля какая… А ботва-то! А помидоры… Господи, да я в жизни такого не видел!

— Можешь сорвать один помидор. Попробуй, — разрешил я.

Он посмотрел на меня так, будто я предложил ему откусить кусок от королевской короны.

— Можно?

— Можно.

Он сорвал помидор, обтёр о рукав и впился зубами.

— Какой сладкий! — выдохнул он и чуть не забился в конвульсиях удовольствия.

Силантий медленно повернулся ко мне.

— Так это что получается… Всё что Леший нам сказал — правда?

— Ну да. Или почти всё. Не знаю, что вам этот проходимец наговорил.

— Тогда мы готовы служить! — сказал пахарь, уже проглотивший помидор. — Возьмите нас к себе, господин, умоляю!

Остальные согласно закивали, а Силантий добавил:

— Вы очень мудрый правитель, судя по всему.

— Это как ты понял? — спросил я. — Или это просто обыкновенная лесть?

— Да нет, — серьёзно ответил он. — Просто вы стену решили на таком поле построить, и это очень разумно. Поле, которое даёт столько урожая, должно иметь не просто стену. Сразу две-три стены нужно и охрану надёжную. Мы с радостью будем работать день и ночь, если сможем стать частью этого поселения.

В целом логика была железная. Эти люди ни разу не видели столько еды, и были готовы усердно трудиться, чтобы получить доступ к изобилию.

— Ладно, — сказал я. — Примем вас на испытательный срок. Но за вами будут следить мои люди. Бить вас никто не будет, но учтите: никакого насилия, никаких драк, никаких нарушений порядка. За воровство… мы не варвары, руку рубить не будем. Просто повесим. Ну, или пристрелим.

Я снял с плеча арбалет, повернулся к толстому бревну, которое лежало у края стройки, и выстрелил.

Зачарованный болт ударил в дерево, сверкнуло, и бревно разнесло в щепки.

Разбойники синхронно вздрогнули. Кто-то даже присел и голову руками закрыл.

— Мы всё понимаем, ваша милость! — быстро сказал один из них. — Будем тихо себя вести!

— Очень на это рассчитываю.

Мы вернулись к остальным. Силантий и остальные горячо рассказали о том, что видели и толпа через минуту не выглядела готовой бросаться в драку. Скорее готовой броситься к полю и построить вокруг него крепость века.

— Слушайте! Есть ещё один момент. Помимо строителей, у нас идёт набор в армию. Точнее, в мои личные войска. Желающие научиться владеть оружием или даже магическими посохами — шаг вперёд! — объявил я.

Так… не понял. Может, меня не расслышали?

Обычно в таких случаях хоть пара человек сразу оживляется. А тут — тишина. Ни один руку не поднял, наоборот, большинство опустили глаза.

Я даже слегка растерялся.

— Никто?

Разбойники дружно сделали вид, что они все одновременно оглохли.

О как. Такое ощущение, что Леший отыскал целую деревню пацифистов, которые за мир во всём мире.

Хотя, если подумать, всё понятно. Эти люди устали от насилия. Они спокойно жить и есть досыта, а не сражаться. В общем-то, понятное и хорошее желание.

— Леший, — повернулся я к нему. — Поговори со Степаном, пусть поможет их расселить и накормить. А вы отдыхайте! У вас, видимо, дорога была нелёгкая. Завтра тоже можете отдохнуть, а потом уже приступать к работе.

Из толпы сразу раздалось:

— Да нет, мы, пожалуй, сегодня можем приступить!

— Не нужно оттягивать!

— Поле надо защитить, это точно!

Я посмотрел на их воодушевлённые лица, горящие глаза, и по спине даже мурашки пробежали.

Почему у меня такое ощущение, что на меня смотрят какие-то фанатики? Как бы они тут секту картофельного поля не организовали. Они так смотрели на урожай, будто там не овощи, а какое-то божественное чудо. Вылезет какой-нибудь обычный жучок — и сразу двадцать человек с копьями набросятся на осквернителя.

В принципе, Леший молодец. Очень удачно подобрал мотивацию.

— Пока у них испытательный срок, ты от них вообще не отходишь и за всем следишь. Понял? — сказал я ему.

— Понял, господин. А когда испытательный срок закончится?

— Когда стены вокруг поля будут готовы, — ответил я.

Леший ни капельки не расстроился. Наоборот, с энтузиазмом кивнул.

— Ну, вы нам только камень давайте, всё сделаем!

— Да, камень… — вздохнул я. — Ещё бы людей найти, кто его будет возить.

— Могу и сам смотаться, придумаю что-нибудь, как доставку организовать! — Леший сразу оживился.

— Нет, не надо. Ты с этими людьми пока разберись. Давай посмотрим, как твоя тактика работает.

Он кивнул, а я развернулся и пошёл к коню.

Вечер получился насыщенный. Разбойники пришли устраиваться на работу, поле обрело первых добровольных фанатиков, а я снова убедился, что жизнь в моём графстве скучной не будет.

Теперь пора возращаться к работе, но кольца подождут.

Сначала я всё-таки сделаю себе нормальную подзорную трубу.

Атаман по кличке Грач сидел у костра и думал, что дела совсем дрянь.

Вокруг огня сидели четверо его самых матёрых людей. Старые лесные волки, проверенные. Те, кто не бросится в панику от первого шороха и не полезет с ножом туда, где надо сначала подумать.

Косой Ермолай, который мог идти по следу лучше любой собаки. Братья Рык и Самсон, морды кирпичом, кулаки как молоты. Михайло-молчун, который за вечер мог не сказать ни слова, зато стрелял из лука лучше всех в банде. И Филимон — лекарь недоделанный. Мази варил, травы знал, да ещё и лекарской силой немного владел.

Банда у Грача была известная. Не самая большая, но крепкая, и своего рода уважением они пользовали даже среди крестьян. Потому что никогда не резали людей без нужды.

Грач всегда говорил: убитый крестьянин ничего больше не принесёт. А живой ещё раз поедет на ярмарку, ещё раз накопит мешок зерна, ещё раз заведёт козу. Грабить выгоднее, чем убивать.

— Значит, троих прямо там грохнули? — спросил Ермолай, подбрасывая ветку в огонь.

— Да, — мрачно сказал Грач.

Неделю назад случилась сходка атаманов. Должны были решить, как делить дороги, кто на чью тропу не лезет, где зимой кормиться. Обычное дело.

А вышла резня.

Главарь банды Красных Воронов, по кличке Мухомор, решил, что устал договариваться. Захотел объединить все банды под собой. И не придумал способа лучше, чем начать резать других атаманов прямо на сходке.

Грач успел сбежать. Но радовался недолго, потому что понимал: теперь Мухомор и его люди придут сюда.

— Если просто власть поменяется, — сказал Ермолай, — ещё можно было бы поклониться. Ну, Мухомор главный, мы под ним. Бывает.

— Половину наших прирежут для примера, чтобы другим неповадно было, — буркнул Рык.

Михайло молча кивнул, а потом вдруг сказал:

— А из остальных пушечное мясо сделают.

Так как говорил он редко, его слова прозвучали особенно разумно.

Вот в этом и была беда. Красные Вороны к чужим относятся как к скотине, это все прекрасно знали. В вылазках людей Грача всегда будут заставлять идти первыми, а добычу делить последними.

— Свалить бы, — сказал Самсон. — В другой лес.

— Куда? — спросил Филимон. — Зима скоро. По утрам уже изморозь частенько. С бабами, детьми и ранеными далеко не уйдём.

Они снова замолчали.

Грач смотрел на костёр и понимал: это конец. Людей у него осталось не так уж много. Часть на той сходке перебили, а двадцать три человека недавно просто пропали. Сопротивляться Красным Воронам они не смогут.

В этот момент из темноты вышел другой член банды и спросил:

— Грач… Можно мне к вам в круг? — спросил он.

Рык сразу скривился.

— Ты по статусу не дорос, Малой.

Малой замялся, а Грач поднял руку:

— Если есть что сказать — пусть говорит. У нас сейчас вариантов немного.

— Есть что сказать, атаман! Только не знаю, может, это полнейший бред…

— У нас весь вечер такой, — буркнул Филимон. — Давай, выкладывай.

— Я на днях у заброшенной мельницы сидел, силки проверял. Ко мне Леший подошёл.

— Какой ещё Леший? — спросил Рык.

— Ну, вы его не знаете, — махнул рукой Малой. — Ушлый такой парень, в банде Барса раньше мотался. Короче, он мне предложение сделал. Сказал, что можно жизнь поменять и пойти к какому-то аристократу. Там, мол, еды вдоволь, работа честная, жильё дают. Правила соблюдай — и живи как человек.

Рык заржал, а следом подхватили и всё остальные. Грач только фыркнул:

— Еда вдоволь? И работа честная? Может, ещё каждому по корове и тёплой бабе? Сказки.

— Сказки не сказки, вот только вы же сами знаете, что недавно наших двадцать человек пропало, — продолжил Малой.

Смех затих.

— Двадцать три, — мрачно уточнил атаман.

— Вот-вот. Ещё десяток, я слышал, из банды Ковриги куда-то делись. Из других тоже люди ушли. У них там сходка возле реки была, Леший всех собирал. Он обещал какие-то подтверждения показать и видимо, показал. Потому что люди поверили и ушли с ним.

Грач посмотрел на своих.

Аристократ, который принимает разбойников, кормит, даёт работу и жильё… Да не, так не бывает.

Но раз люди поверили, значит, что-то интересное там может быть.

— Где это место? — спросил атаман.

Оказалось, что относительно недалеко: если всей бандой отправиться в путь, дня за три-четыре можно дойти.

Начался спор.

Рык говорил, что это ловушка. Его брат считал, что даже ловушка лучше Мухомора, потому что из ловушки всё же есть шанс выбраться. Филимон напомнил про зиму и предложил отправить разведчиков, но Грач сразу отмёл: пока разведчики вернутся, Красные Вороны могут уже прийти.

Спорили долго, и всё равно пришли к тому, что выбора у них нет.

Грач поднялся и посмотрел на своих.

— Это, конечно, та ещё авантюра, братва, — сказал он. — Но со дня на день за нами придут. А у нас людей толком нет сопротивляться. Так что рискнём! Собираем всех. Берём еду, инструменты, оружие. Всё лишнее бросаем и топаем к этому графу. Если правда, что там Леший про горы еды рассказывал — попросим взять нас. Если не примет — осядем где-нибудь на его землях и будем думать дальше.

Никто не обрадовался такому решению атамана. Но никто и не спорил. Потому все понимали — лучше рискнуть, чем гарантированно умереть…