Глава 18

Третий день в шахте безвылазно, и я по-настоящему кайфовал.

Серьёзно, я и забыл, когда в последний раз занимался чем-то просто потому, что мне это нравится, а не потому, что иначе кто-нибудь умрёт, замёрзнет или будет сожран. А тут — тишина и я наедине с камнем.

Работал я хитро. В одной руке — эхолокатор, моя гордость, которую я собрал из обломков разных трофейных артефактов. Он ловил отголоски магии в породе, а затем я добивался точного обнаружения с помощью заклинаний — посылал в толщу земли импульс за импульсом, настраивая их на разные частоты.

И я буквально слышал, где находятся кристаллы.

За последние месяцы я заметно окреп в магическом плане, чутьё обострилось — и находить камушки стало гораздо проще.

Дело это было непростое, даже изматывающее. К концу каждого спуска в штреки я обливался потом, перед глазами плыло. Но азарт пёр такой, что я готов был копать ещё и ещё.

И вот, на третий день, песня камней зазвучала совсем по-новому.

Я примерился, нанёс несколько ударов киркой по стене и присвистнул.

Передо мной открылась целая жила. И вся она была усыпана мелкими камушками. Размером с семечко, не больше, цвета хорошо прожаренного мяса.

Я выковырял один, повертел в пальцах. Знакомая штука. Это же мясные камни!

Недолго думая, я закинул его в рот и проглотил.

Весь рот обволокла тёплая, густая волна — будто я только что откусил сочный кусок жареного мяса с корочкой. Чувство голода разом отступило.

Вот в чём фишка мясных камней. Они не насыщают, в них нет ни единой калории. Но голод они заглушают начисто. Слопал такую семечку — и часов десять не вспоминаешь о еде. И при этом во рту вкус мяса, будто и впрямь пообедал.

Для солдата в дозоре — отличная вещь. Для шахтёра, который не хочет отрываться от работы, для гонца в долгой дороге… Да мало ли.

Я на глаз прикинул размер жилы. Тысяч двадцать таких камушков здесь наберётся. А то и больше.

— Эй! — гаркнул я в боковой ход, где бригада шахтёров добывала гранит. — Сюда! Бросайте всё, тащите сита!

Работяги тут же примчались на зов. Они знали — если граф что-то нашёл, то это точно важнее обычных булыжников.

— Видите вот эту красоту? — я ткнул в жилу. — Аккуратно добыть, просеять, ничего не упустить. Понятно?

— А то ж, господин. Сейчас мы их быстренько! — пообещали шахтёры.

Я отошёл в сторону, утёр пот и оглядел своих ребят. И меня снова посетила идея, которая уже не раз приходила за последние дни.

В шахте тепло, все здесь одеты по-летнему. При этом наверху лютует зима, которая, как я уже выяснил, затянется надолго.

На случай затяжной зимы не помешает сделать подземную деревню. Это вообще не проблема. Выдолбить просторную полость, обустроить жильё, провести вентиляцию — ерунда, я это и за пару дней осилю.

А чтобы никакая тварь снизу или сбоку не прокопалась, окружить всё двадцатиметровым слоем магических блоков. Их ни жук, ни человек не пробьёт. А если кто и попробует — я сразу узнаю.

Решено. Займусь, когда руки дойдут.

А пока — всё, на сегодня хватит. Три дня почти без сна и без еды давали о себе знать.

Я побрёл в свою каморку, которую обустроил прямо здесь, в шахте. Скромненько, даже аскетично — лежанка, стол, кувшин с водой, светящиеся кристаллы на стенах. Вот и вся обстановка.

Я плеснул воды в лицо, напился — аж зубы заломило, до того холодная. Стало полегче.

А потом сел за стол и разложил перед собой добычу.

За эти три дня я толком и не спал, всё копал. Но зато накопал немало. Не считая мясных камней, у меня тут собралась целая россыпь самоцветов.

Я перебирал их по одному, рассматривая на свет.

Крупный, с перепелиное яйцо, тёмно-багровый, будто живой кровью налитый. Камень кровавого сна. Опасная штука, и подчинить его магию тяжело. При этом, несмотря на агрессивное название, для боевых артефактов он не пригодится.

А вот — прозрачный, голубоватый, чистый, как застывшая капля. Кристалл под названием слеза императора, а в нём — аспект воды.

Турмалины, десяток разноцветных опалов, целая куча кварца, довольно большой гранит, парочка бериллов…

Хороший улов, даже отличный. Правда, для военного применения здесь почти ничего не подходит.

Ничего по-настоящему уникального или сверхмощного, что заставило бы жуков обходить мои владения за километр.

Ни Глаза Скорписа, ни Туманного руниора тем более нет. Размечтался, ага.

С другой стороны, для производства и технологических цепочек вся это добыча — то, что доктор прописал.

Слеза императора вообще универсальная штука. Он умеет стабилизировать воду — держать её в любом состоянии, не давать замерзать или испаряться.

А если поработать над ним как следует, навесить нужные зачарования, выстроить связки с другими камушками — он сможет притягивать воду с большого расстояния. Очищать её, перерабатывать и так далее.

Замёрзший колодец? Забудьте. С этой штукой я налажу водоснабжение по всему графству, и плевать на любые морозы.

Я довольно хмыкнул и аккуратно сложил камни в сумку.

Три дня прошли не зря. И теперь, пожалуй, можно отправиться домой.

Вернувшись в имение, я сразу же отправился отдыхать. Макарыч пытался что-то доложить об утеплении окон и попытке лис пробраться в деревенский курятник. Я даже слушать не стал.

Потом, всё потом.

Три дня всё-таки дались мне тяжело — я был выжат как тряпка. А теперь отлежался в своей купели, наелся по-человечески, развалился в кресле у камина и просто расслабился. Ничего не делал.

Блаженство длилось ровно до того момента, пока в дверь не заколотили.

— Ваша милость! Ваша милость, беда! То есть… не беда, но… в общем, выйдите, гляньте!

Я застонал. Ну конечно. А я уже почти задремал.

— Войди. Чего там? — буркнул я.

— Так это… не пойми что! — ответил, входя в комнату, солдат. — Колонна движется, прямо к нам. Вроде как броневики, а вроде и нет! Длинные такие машины, как их там…

— Автобусы? — предположил я.

— Да-да, вот они самые!

Я моментально стряхнул с себя дрёму и отправился наружу. Поднялся на башню и посмотрел в трубу.

И впрямь, целых восемь автобусов, обшитых бронёй. Большинство на колёсах, но парочка на гусеницах. Оружия не видно, но магией от машин веет так, что я даже через трубу чувствую.

Я хмыкнул и отправился за ворота встречать незваных гостей. По дороге велел Ильдару, чтобы все бойцы на всякий случай вооружились.

Когда автобусы подъехали, я точнее ощутил их магию. И что меня поразило — от этих махин буквально валил жар. Снег вокруг них таял, дорога под колёсами превращалась в слякоть. Подойти вплотную было просто нереально.

Артефактная техника, причём мощная, я такой в этом мире ещё не видел.

Колонна остановилась, жар уменьшился, и затем из головной машины показались люди — и одеты они были чуть ли не по-летнему. Лёгкие куртки, рубахи. Значит, внутри у них тоже тепло и уютно.

Вперёд вышел статный мужчина средних лет, с аккуратной бородкой и располагающей улыбкой. С достоинством поклонился и звучно произнёс:

— Доброго дня, ваша милость! Позвольте представиться. Меня зовут Тибор Ланн, я представитель торговой ассоциации из вольного города Стальбурга. Мы — странствующие торговцы. Ездили тут неподалёку по делам, прослышали о вашем славном графстве и решили заглянуть.

Я приподнял бровь.

Торговцы? По такой зиме? Прикатили ко мне на пышущих жаром автобусах из какого-то Стальбурга, о котором я слыхом не слыхивал.

— Заглянули, говорите, — протянул я. — Сейчас вроде не лучшее время для прогулок.

Тибор улыбнулся ещё шире.

— О, для нас это самое обычное дело, ваша милость. Мы торгуем круглый год, по любой погоде — на то у нас и техника соответствующая, — он хлопнул по боку своего автобуса. — К вам завернули просто по пути… Так что скажете? Будете торговать или нет? Если нет — мы не в обиде, развернёмся и поедем дальше.

Торговля — это всегда хорошо. Особенно зимой, особенно с теми, у кого есть такая техника. Мало ли что полезного у них найдётся.

— Отчего ж не поторговать, — пожал я плечами.

— Превосходно! — оживился Тибор. — Тогда позвольте, я объясню, как у нас всё устроено. Весь наш товар — внутри транспорта. Вот эти борта раздвигаются, и вашему взору открываются наши лавки. Берём мы и золотом, и меняться готовы — как вам удобнее. Вот, держите.

Он сунул мне в руки несколько ярких буклетов. Я глянул — там всё было разрисовано картинками: вот машина, вот раздвигаются двери, вот товар, вот монетки. Как будто для детей или совсем уж дремучих людей, кто и автомобилей-то ни разу не видел.

— И ещё одно, ваша милость, — голос Тибора стал серьёзнее. — Маленькое предупреждение, без обид. Если вдруг кому-то взбредёт в голову на нас напасть — знайте, что Стальбург этого не прощает. За каждого торговца из нашего города правители готовы объявить войну. Это, простите за прямоту, залог нашего успеха и выживания.

— Понимаю, — кивнул я. — Разумно. Подождите здесь, я сперва переговорю со своими людьми. Сами понимаете — надо узнать, не слыхал ли кто о вас. Безопасность прежде всего.

— Разумеется, ваша милость, — Тибор и бровью не повёл. — Дело понятное. Мы подождём.

Я развернулся и быстрым шагом ушёл за ворота.

И там, едва скрывшись с глаз, жестом подозвал Ильдара и приказал:

— Боевая готовность, живо! Только по-тихому. Людей в укрытие, оружие приготовить. Герману скажи, чтобы через лес зашли с другой стороны ворот. Родан пусть наденет латы, но пока не показывается.

— Сделаем, — кивнул Ильдар, и бойцы тут же засуетились.

Через несколько минут я вернулся к Тибору, нацепив самую добродушную улыбку.

— О вас, признаться, никто из моих не слыхал! Но я уверен, что вы — нормальные ребята. Милости прошу, въезжайте, — я жестом пригласил гостей внутрь.

Колонна неспешно вкатилась во двор. Машины выстроились в ряд, заглушили моторы.

— Ну, — я потёр руки, подходя к Тибору. — Давайте, удивите меня. Чем торгуете? Оружие есть?

— Конечно, оружие у нас есть, — торговец широко улыбнулся, и его глаза алчно блеснули. — Сейчас всё увидите. Начнём!

Борт первой машины с тихим гулом пополз в сторону.

За ним открылась настоящая торговая лавка — аккуратная, ухоженная, с полками и витринами. Здесь была неплохая одежда, нарядные платья, ткани, какие-то расчёски, булавки и заколки.

— Недурно, — оценил я.

Открылся борт второй машины. Там обнаружилась посуда, сумки, ремни, немного мебели. Неплохой товар, но такое мне особо без надобности.

— Вижу, вы пока не слишком впечатлены, ваша милость, — сказал Тибор. — Что ж, понимаю. Но вот третья машина — она вас точно удивит. Открывайте!

Борт третьей машины отъехал в сторону резко и почти мгновенно.

И за ними я успел увидеть только одно — широкое жерло артефактной пушки, направленное мне прямо в грудь.

— Не слишком удивительно, — успел сказать я.

Вспыхнуло и грохнуло, и я обнаружил себя летящим по воздуху. Мир завертелся. Двор, стены, небо — всё смешалось в одну круговерть.

Я успел только сгруппироваться и влить энергию в защиту, прежде чем впечатался в стену имения. Точнее, благодаря защите я пробил стену насквозь. Обломки досок и брызги штукатурки разлетелись вокруг.

Я влетел в гостиную, снёс диван и впечатался в противоположную стену.

Охренеть.

Несколько секунд я просто лежал в обломках, хватая ртом воздух и пытаясь сообразить, жив ли вообще.

Жив. Защита приняла почти весь урон. Почти — потому что я чувствовал, как по лицу стекает горячая струя. Поднял руку и вытащил из щеки нехилый такой обломок доски.

Ладно. Что важнее — кажется, никто из моих не пострадал. Пушка стреляла чётко в меня, а меня, по счастью, отбросило подальше от людей.

Снаружи уже звучали крики и выстрелы.

Я кое-как сел, сплюнул кровь.

Ну вот и верь после этого торговцам.

Я кое-как поднялся на ноги. Снаружи стоял такой гвалт, что закладывало уши. Крики, вопли, грохот выстрелов, лязг стали. Сквозь пролом в стене я видел двор, который превратился в поле боя.

Всё ясно. Торговцы приехали не торговать. Они приехали всех убить и забрать всё, что у нас есть.

Я доковылял до пролома и оглядел картину.

Все машины Тибора раскрылись, и оттуда высыпали бойцы, вооружённые до зубов. Видно, что не первый раз так работают.

Молодцы, конечно, план-то в целом неплохой. Втереться в доверие, уничтожить лидера одним подлым выстрелом, а потом смять растерянную охрану.

Вот только эти ребята совершенно не представляли, куда влезли. Они даже близко не догадывались, какие силы есть у графа Шахтинского. Вон, Родан уже бросился в бой, а сейчас ещё следопыты Германа атакуют ублюдков с тыла.

Они просто не понимают, куда попали. Но сейчас мы с ребятами им популярно объясним.

Я потянулся к источнику, собирая силу для заклинания. Перед глазами на секунду стало темно. А когда я очнулся, то обнаружил себя на полу.

Что за хрень происходит?

Я встал и снова попытался создать заклинание.

Вокруг всё потемнело, к горлу подкатила тошнота. Мана развеялась, не сложившись в заклинание. Я пошатнулся и снова едва не рухнул.

Зацепило меня всё-таки. И хорошо зацепило. Без защиты меня бы размазало по двору тонким слоем. Но и сквозь защиту прилетело прилично.

Я увидел как Родан, прорубил себе путь к лидеру торговцев. Сверкнул двуручный меч — и голова Тибора покатилась под его же автобус.

Здорово, конечно. Только после этого в Родана жахнули из боевых артефактов сразу с трёх сторон. Латы вроде выдержали, но бедняга покатился по двору и потерял сознание.

Вот уже плохо.

Кто-то подхватил меня под локоть.

— Господин! С вами всё хорошо? — над ухом раздался встревоженный голос одного из бойцов.

— Иди работай, — выдавил я, отстраняя его. — Со мной всё в порядке.

— Так точно!

Всё в порядке? Это я погорячился. С каждой секундой мне становилось хуже.

— Леонид!

Я не понял, откуда взялась Катарина и почему я опять лежу на полу. Что-то совсем хреновенько.

— Ты как? Ранен? Что вообще происходит⁈ — спросила ведьма, падая рядом со мной на колени.

— О, привет. Я в норме, — сказал я, изобразив улыбку. — Хотя, кажется, немножко пострадал.

— Немножко⁈ — выкрикнула она, глядя на мою руку.

Я опустил взгляд. Ох, и правда, у меня вся рука разодрана, и крови вытекло уже немало.

— А, это, — я махнул здоровой рукой. — Ничего страшного. Сейчас энергии подкоплю и угроблю их всех к Хаосу.

Я старался бодриться, но было очевидно, что всё не так здорово, как хотелось бы.

Я провёл быструю внутреннюю проверку — и то, что я увидел, мне сильно не понравилось. Это вам не царапина и не сломанная кость — это что-то посерьёзнее. Сильная магия, которая проникла внутрь меня.

Но ничего. Они за это ответят. Дайте только встать на ноги.

Шансы выкарабкаться у меня были. Но, честно говоря, имелся и немалый шанс откинуть копыта.

Я выгреб из поясной сумки целительные камни и принялся поглощать их один за другим.

Первый. Второй. Третий…

Катарина следила за мной во все глаза, и лицо её с каждым камнем становилось всё мрачнее.

— Они не работают, — констатировала ведьма. — Не успевают даже начать. Растворяются в тебе мгновенно, и всё!

— К сожалению, — кивнул я, стряхивая с ладони пыль, что осталась от последнего кристалла.

Катарина была права. Камни уходили в меня, как вода в песок, не давая толком ничего.

Во дворе тем временем продолжался бой. Отовсюду гремели выстрелы, сверкали заклинания. Я, кажется, на пару секунд опять потерял сознание. Когда очнулся, то увидел, что Родан снова в бою. Следопыты обстреливали врагов с тыла, гвардейцы сражались в передних рядах, а солдаты под командованием Ильдара маневрировали, намереваясь взять врагов в кольцо.

Отличная работа. Но мне сейчас не до того, к сожалению.

— Я просто слишком слаб, — вздохнул я и посмотрел на ведьму. — Вот и вся причина. Это моя проблема и моя вина. Надо было раньше становиться сильнее… Но ничего. Энергию, чтобы восстановиться, я в любом случае найду. Не переживай.

— Так возьми мою энергию! — выпалила Катарина. — У меня её полно, бери сколько надо!

— Не получится, — покачал я головой. — Здесь так не сработает.

Но она меня уже не слушала.

Шагнула вплотную, прижала ладони к моей груди — и я почувствовал, как хлынула энергия.

Вот только в меня она не вошла. Энергия Катарины разбивалась об меня, как волна о скалу, и рассеивалась в воздухе впустую.

Ведьма нахмурилась, усилила поток. Бесполезно. Ничего не выходило, и она не понимала почему.

А я понимал.

И мысленно даже отдал должное тому, кто собрал эту пушку. Хороший артефактор, очень хороший. Заряд оказался с подвохом. Сейчас моё тело отторгало любую внешнюю энергию, брало процент-другой, не больше, а остальное выплёвывало. Прямая перекачка не работала в принципе.

Меня заразили чужеродной энергией — точнее, конструктом, который сковал моё ядро. И пока этот конструкт во мне, ничего другого мой организм не примет.

Значит, надо сначала вычистить эту дрянь.

Я начал понемногу выпускать заразу наружу — формировал пустяковые заклинания, вроде светлячков, и пускал в них чужеродную энергию. Выдавливал её из себя по капле.

— Мне нужно время, — сказал я Катарине. — Часика два. Проследи, пожалуйста, чтоб всё было в порядке. Там во дворе твоя помощь не помешает.

Говоря это, я понял, что лежу уже не на полу, а в кресле. Когда я здесь оказался? Ни хрена не понимаю, что происходит. Перед глазами всё плывёт, такое ощущение, что дом качается, как качеля. Ещё и двоится при этом.

— Там во дворе без меня справятся. Почему твоё тело отторгает энергию? — Катарина присела рядом.

— Чужеродный конструкт, — коротко объяснил я. — Меня нашпиговали враждебной энергией. Пока она внутри, тело ничего чужого не принимает.

Катарина закусила губу.

— Ты же сам говорил, — вдруг сказала она, — что есть и другие способы передать энергию.

— Говорил, — кивнул я, морщась. — Их много… Можно, например, найти кристалл повелителя зверей. Или алмаз небесных мудрецов — в нём самая чистая энергия. А ещё можно…

Договорить я не успел, потому что Катарина вдруг наклонилась и поцеловала меня.

В следующий миг я почувствовал, как проклятая чужеродная энергия встрепенулась и потянулась из меня в неё.

Катарина забирала проклятие себе. Просто взяла — и приняла мою отраву.

Я хотел было её остановить, попытался выдернуть конструкт обратно в себя — но дёргать было уже нечего. Энергия Катарины хлынула в меня встречным потоком, и мгновенно заполнила выжженную пустоту.

Ведьма оторвалась от моих губ и прошептала, не открывая глаз:

— Тебе нельзя умирать. От тебя зависит благополучие всех этих людей. И моё в том числе.

Туман перед глазами рассеялся, тошнота отступила. Я моментально почувствовал себя лучше.

Катарина отстранилась. И тут же залилась краской до самых ушей.

— А вообще, — буркнула она, отводя глаза, — ты должен был сам об этом попросить!

— Увы, — я с трудом поднялся. — Я из тех людей, что не привыкли перекладывать свои проблемы на других. Уж прости.

Я достал новый целительный камень, и на этот раз легко разобрался с ранами. Повёл плечом и убедился, что рука в порядке. Слабовата, но порубить десяток-другой ублюдков я смогу.

— Ладно, — я хрустнул шеей. — Теперь можно пойти и отомстить этим уродам.

Я только успел сделать шаг к пролому, как внутрь ввалились люди.

Я на рефлексах поставил перед собой барьер, ещё не успев сообразить, свои это или чужие.

А потом разглядел знакомые лица и убрал барьер.

— У нас проблемы? — поинтересовался я.

Передо мной стоял Ильдар с окровавленной саблей в руке. За ним — десяток потрёпанных гвардейцев.

— Никак нет, господин, — доложил Ильдар. — Противник уничтожен.

— В смысле, уничтожен? — не понял я. — Вы что, хотите сказать, что всех перебили? Как вы за какой-то час умудрились со всеми разделаться?

Ильдар как-то странно переглянулся с бойцами. Повисла неловкая пауза.

— Ваша милость… — осторожно произнёс он. — Сражение шло около шести часов.

— Чего? — я уставился на него.

— Шесть часов, господин. Тяжёлый был бой… Сгорел склад древесины, амбар с кормом для лошадей уничтожен. Кузница сильно пострадала — там враги под конец засели, пришлось выкуривать. Но мы их всех положили. Ни один не ушёл.

Ох, надо же. Думал, что провалялся здесь час, ну, полтора. А оказалось что время я воспринимал совсем не так, как оно шло на самом деле. И сознание, видимо, терял не на одну секунду, а на полчаса каждый раз.

А ведь если бы тот заряд угодил в Катарину — она могла бы и не выдержать. С её-то силами, может, и выкарабкалась бы, но не факт. А вот любой другой умер бы на месте. Тот выстрел был чудовищной мощи. Даже меня, со всей моей защитой и то едва не отправил на тот свет.

Торгаши, или кто они там на самом деле, хорошо подготовились. К тому же от торговцев такой подлости никто не ждёт. Купец — он же мирный, он же с товаром, ему везде рады.

— Ладно, — сказал я. — Разбор трофеев отложим на завтра, голова сейчас не варит. А вы — все молодцы. Отдыхайте, заслужили. Раненым немедленно оказать помощь… Хотя нет. Раненым я сам помогу. Хочу всё видеть своими глазами.

Соображал я по-прежнему туговато, но валяться, пока мои люди истекают кровью после боя, я не собирался.

Во дворе валил снег, скрывая то, что осталось после схватки. Посреди двора чёрными тушами застыли изуродованные автобусы торгашей. Кое-где ещё чадил дым. Между ними и вдоль стен лежали тела врагов.

Я прошёл к лазарету. Раненых там хватало.

Да, противник был силён. Как мне рассказывали, пока я настраивал сеть целительных кристаллов, у них была куча огнестрела и боевых артефактов навалом.

Серьёзные были люди. Опытные, хорошо вооружённые — похоже, «торговля» этого Стальбурга именно так и выглядит.

— Просто прекрасно, — процедил я сквозь зубы. — Теперь, выходит, и торговцам верить нельзя.

Я обвёл взглядом лазарет, дымящиеся развалины во дворе, своих побитых людей.

— Знаете что? Меня это всё окончательно достало.

— Что достало, господин? — спросил дед Макар, который как раз принёс очередную охапку бинтов.

— А вот напомни мне, когда зима закончится, снести это имение ко всем чертям!

Макарыч побледнел и чуть не выронил бинты.

— В смысле снести, господин? — пролепетал он.

— В прямом! Взять и снести подчистую. Бесполезные трущобы!

Злился я по-настоящему, и прежде всего на самого себя. Потому что сегодня я понял со всей ясностью осознал: моё имение — самое слабое место во всех моих владениях.

Я отгрохал стены вокруг полей и шахт, построил крутейшую таверну — а сердце графства как было кучкой деревянных строений, так и осталось.

А будь у имения нормальные стены, настоящие башни, защитные артефакты — ничего этого не случилось бы.

В нормальном доме враг не смог бы занять кузницу, и его не пришлось бы потом оттуда выкуривать — двери просто не открылись бы для чужаков. А если бы они каким-то чудом и пролезли — сработала бы автоматическая защита.

— Всё, — сказал я твёрдо. — Хватит. Пора с этим кончать.

Я посмотрел на Макара, на десятников, на раненых бойцов. А они все смотрели на меня.

— Шахта сейчас пашет на полную, и это хорошо. К весне у нас будет вдоволь камня и кристаллов, чтобы развернуть нормальное строительство. Я больше подобного не допущу! На воротах поставлю такой сканер…

— Сканер? — переспросил Макар, хлопая глазами. — Это чего такое, господин?

Остальные тоже недоумённо переглядывались.

— Не берите в голову, — отмахнулся я. — Считайте, что сегодня вы своими глазами увидели, как ваш граф облажался. Но больше такого не повторится. Даю вам слово!