Глава 11

Силантий начальником себя раньше не представлял.

Ну то есть как. Командовал ли кем? Да разве что лошадьми, а те слушались через раз. Указывал ли людям, что делать? Только если попросить сена подкинуть. А теперь вот стоял он посреди поля, руки в боки, и несколько десятков здоровых мужиков ловили каждое его слово.

Чудеса, да и только.

— Трубу не так ставите! — крикнул он. — Ровнее давайте! Тут склон небольшой, видите? Значит, ей опуститься надо на два метра, а не на полтора. Баланс держим, иначе она с соседней не срастётся.

Мужики вздохнули, но спорить не стали. Ухватились вчетвером, покряхтели и подвинули трубу как надо.

Силантий подошёл, присел на корточки. Провёл ладонью по холодному камню, прикидывая. Потом снял с пояса щуп — металлический артефактный прут, который граф выдал ему вместе с остальным добром.

Воткнул в землю рядом с трубой, и щуп вошёл в почву легко, будто в масло. Силантий глянул на символы, что проступили на щупе, и удовлетворённо хмыкнул. Так и есть, два метра.

Он вставил в выемку на трубе нужный направляющий кристалл. А после достал второй, заряженный энергией, и прислонил к первому.

Раз… два.

Труба дрогнула, загудела и начала уходить в землю. Внизу, в глубине, она нашла край предыдущей и намертво срослась с ней — Силантий даже сквозь почву почувствовал глухой толчок. Земля сомкнулась сверху, и на поверхности осталась только примятая трава.

— Готово! — объявил он. — Тащите следующую. Только отдохните сперва пять минут.

Мужиков дважды просить не надо было, они тут же повалились кто куда, чтобы отдышаться. Силантий не тиранил подчинённых, прекрасно понимая, что всем нужен отдых. А то натрудишь бедолаг до полусмерти, а завтра они и трубу поднять не смогут.

Он и сам, бывало, таскал трубы, помогал чинить подвозящие их телеги, правил инструмент — одним словом, от работы руками не отлынивал, начальник он теперь или нет.

Родители всегда говорили, что Силантий парень умный и не пропадёт. Где-то они, конечно, ошиблись — в разбойники такие умники обычно не попадают.

Но, видать, не совсем ошиблись. Вон как оно повернулось!

А ведь всё началось-то с ерунды.

Сперва Силантий сам таскал эти трубы наравне со всеми, обливался потом и материл графскую затею. Граф Шахтинский тогда сам ходил с ними на вылазки, сам камни в трубы вставлял и под землю их загонял. Работа муторная.

И Силантий приметил одну штуку — графа эта возня тяготила.

Тот вздыхал, отвлекался, поглядывал куда-то вдаль, будто мыслями был совсем в другом месте. Оно и понятно — человек он занятой, вон сколько всего на нём.

Однажды Силантий взял да и спросил — мол, господин, может, я чем подсоблю?

Граф глянул на него устало и ответил примерно так: устал, дескать, тратить время на эту скукотищу. Дел невпроворот — боевые артефакты нужны, ещё сотня всяких важных штук, а он тут трубы в землю зарывает. Но без воды в деревне тоже никак не обойтись.

Силантий тогда ничего не сказал. Но задумался.

Он стал присматриваться, ходил за графом по пятам, следил, как тот работает. Постепенно в голове у Силантия сложились закономерности. Он и сам не понял толком, как это вышло, просто начал чуять, что ли. Вот эта труба ляжет хорошо, а эту надо на локоть левее сдвинуть, иначе перекосит.

А вчера набрался наглости и предложил графу свою кандидатуру в качестве бригадира.

Тот сперва усмехнулся недоверчиво. Но дал испытание. И вот тут-то Силантий его удивил.

Граф аж брови поднял, глядя, как ловко бывший конюх управляется с камнями. Как ровно кладёт трубы, как точно чувствует глубину. Сам Силантий объяснить это толком не мог — просто ощущал, как оно должно лечь, и всё.

— Ну надо же, — сказал тогда граф. — А ведь и правда чуешь.

Шахтинский объяснил ему, что к чему. Заряжающий артефакт, оказалось, работает просто: держишь камень секунду — труба уходит на метр. Держишь две — на два. Главное не прошляпить и не передержать, а то уйдёт слишком глубоко, и с соседней не сойдётся. Тогда переделывай всё заново.

А щуп этот артефактный — для замера. Земля-то неровная, где бугор, где камни в глубине, а трубы опустить надо примерно на один уровень. Они, конечно, сами друг под дружку подстраиваются. Но если уж совсем криво положить, никакая магия не спасёт.

И теперь вот Силантий стал бригадиром.

Одного он в толк взять не мог: чего ж граф раньше это дело никому не спихнул? Мучился, а ведь работа-то нехитрая, если приноровиться.

— Господин Силантий! — окликнул его молодой парнишка, из новеньких. — Трубы новые приехали, тащить?

Силантий поймал себя на том, что улыбается. Господин. Это его-то, конюха, разбойника недоделанного, теперь господином величают.

— Тащите, — кивнул он. — Только не надрывайтесь. Вон, Игнатьич еле на ногах стоит, пусть посидит, воды попьёт. Успеем.

Он сходил к бочке, зачерпнул ковшом воды и сам поднёс уставшему мужику.

Работа пошла своим чередом. Труба за трубой уходили в землю, жердь-отметку с красной тряпкой перемещали всё дальше от озера, в сторону деревни. Мужики пыхтели, кряхтели, но дело двигалось.

Силантий стоял, глядел на аккуратную полосу примятой травы, что тянулась за спиной, и на душе у него было хорошо.

Впервые за долгие годы он занимался делом, за которое не стыдно. Не под кустом отсиживался, дрожа от страха, а строил что-то настоящее.

Родители-то, выходит, не так уж и ошиблись насчёт него.

Он ещё покажет графу, на что способен! Не подведёт, будет стараться. А там, глядишь, доверят и что посерьёзнее. Не всё же трубы в землю зарывать — может, и до более серьёзных дел дорастёт.

Силантий вытащил из сумки очередной кристалл, взвесил в ладони и зашагал к новой трубе. Жизнь, чёрт возьми, налаживалась!

Я сидел в мастерской уже третий час, обложившись кристаллами, и пытался решить задачку, которая никак не желала решаться.

Как найти этих семерых гостей?

Артефакт-ловец засёк их появление, саркофаг подтвердил направление, где появился портал. Вот только где эти засранцы теперь?

Максимум, чего я добился к этому часу — настроил простенький сигнал. Если новый портал вспыхнет в радиусе пяти-десяти километров от имения, я об этом узнаю.

Слабовато, конечно. Всё равно что поставить сторожевого пса, который лает, только когда вор уже лезет через забор. Но лучше, чем ничего.

Я отложил не до конца огранённый кварц и потёр глаза. Дверь скрипнула.

Вошла Катарина. Встала на пороге, разглядывая меня своим фирменным взглядом.

— Ну как, — спросил я, — переварила информацию?

Она кивнула.

— Я о таком раньше даже не слышала. Всё это звучит удивительно.

— Вот это меня и поражает, — хмыкнул я. — Ты ведьма, которая видит события сквозь время, гоняет тучи туда-сюда и в теории может выкосить целую армию одним заклинанием. А то, что перед тобой перерожденец, это, значит, удивительно.

Я не стал вываливать ей всё о себе. Сказал только, что переродился в этом теле, кое-что поведал о прошлой жизни, немного о других мирах. Этого хватило, чтобы для неё многое встало на места — по крайней мере, мои знания и привычки перестали казаться ей странными.

— Я хотела спросить… — начала она.

А вот и оно. Я ждал. Сам бы на её месте вопросами закидал — от любопытных до сугубо практических, особенно про мир, где магия развита получше здешней.

— Ты ведь видел настоящих ведьм? Не таких, как здесь. По-настоящему сильных. Ты сам как-то обмолвился, что местные ведьмы какие-то… убогие и неполноценные, — пробормотала Катарина, присаживаясь на краешек дивана.

— Конечно, видел, — я откинулся на стуле. — Была одна, что могла заморозить озеро одним взглядом. Другая варила зелья, от которых мёртвые вставали и ещё спасибо говорили. Третья вообще ходила между мирами, как ты из комнаты в комнату.

Катарина слушала, невольно приоткрыв рот.

— А ещё, пожалуй, могу сказать, что видел саму Моргану.

— Кто это? — переспросила ведьма.

— Проще показать, — улыбнулся я. — Закрой глаза и обратись к своей силе.

Она послушалась. Я поднялся, подошёл и положил ладонь чуть ниже её шеи, на грудную клетку. Под пальцами ощущалось её слегка учащённое сердцебиение.

— Дыши ровно. Впитывай энергию. Обращайся к своей ведьмовской сути, — проинструктировал я.

Она задышала глубже. Я ощутил, как под ладонью разгорается магия.

— Моргана, — прошептал я.

И тут же ощутил слабый ответный импульс.

— Моргана, — повторил я. — А теперь ты.

— Моргана, — произнесла Катарина тихо.

— Громче.

— Моргана!

— И ещё раз.

— Моргана!

По её телу пробежал разряд. Я почувствовал его ладонью — короткий, острый, будто искра. Катарина вздрогнула и распахнула глаза.

Я усмехнулся и убрал руку.

— Теперь понимаешь, кто это?

— Я… — она прижала ладонь к груди. — Я в один момент ощутила внимание. Словно меня заметили. Кто-то посмотрел прямо на меня, откуда-то издалека.

— Вот-вот. Она может быть где угодно, хоть на другом конце многомерной вселенной. Но силы у неё столько, что услышит твой зов из любой дыры, — я оглядел Катарину, чуть задержав взгляд на вырезе платья. — А у тебя очень сильная ведьмовская линия, древняя. Понятия не имею, как её сюда занесло. Может, и твои предки не из этого мира. Всякое бывает.

Ведьма ничего не ответила. Посидела, глядя в пол, потом задумчиво кивнула и вышла из комнаты. Я не стал её останавливать. Пусть переваривает, будет полезно.

Я вернулся к столу, но работать уже не хотелось.

Мысли сами свернули на трубы. Наконец-то я спихнул с себя эту нудятину — Силантий, бывший конюх и разбойник, сам вызвался и, что удивительно, справлялся отлично. Вот и славно.

Побольше бы таких. Если бы по каждому проекту находился человек, готовый взять на себя ответственность, я бы горя не знал. А то сижу как проклятый, тяну всё на своём горбу.

Инициатива — товар редкий, дороже магических кристаллов.

Я выглянул в окно, на вереницу телег из деревни и бодро растущую кучу блоков во дворе. К имению вовсю свозили свежие магические блоки из новой камневарки. Будем поднимать вокруг имения стены по большому периметру.

Само имение я всё ещё собирался перестроить целиком, вот только пока не решил, как лучше. Хотелось чего-то с размахом.

На лестнице раздались быстрые шаги. Я только вздохнул. Дайте угадаю…

Дверь распахнулась без стука.

На пороге стоял гвардеец — красный, дышал как загнанная лошадь.

— Господин! — выпалил он. — На шахту напали! Наши там отбиваются!

— Кто напал?

— Чёрные жуки!

— Поня-ятно, — протянул я. — Наконец-то они появились. Я уже заждался, когда они до нас доберутся… Беги к Ильдару, вели всем собираться. Скажи, рыцари отправляются с нами, жукоборцы тоже. Будем отбивать нашу шахту. Через стену уже пролезли?

Гвардеец мотнул головой.

— Не знаю, господин. Жуки только подходили к стенам, когда меня отправили за подмогой. Я еле ускакать успел и не видел, что там.

— Понятно. Значит, поедем посмотрим…

Гуннар повидал на своём веку немало осад. Но чтобы отбиваться от жуков со стены — такого в его послужном списке ещё не значилось.

Оказалось, что дело это почти приятное.

— Огонь! — рявкнул он, перегнувшись через зубец.

Маги вскинули посохи. С навершия каждого сорвался огненный сгусток и полетел вниз, в копошащуюся у подножия стены массу. Твари вспыхнули, заверещали, задёргались.

Позади магов суетились подручные — хватали разряженные посохи, совали в заряженные, а пустые тащили назад к специальной стойке подзаряжаться.

— Арбалетчики, бей по флангу! — Гуннар ткнул рукой вправо. — А вы чего встали⁈ Не давайте им к кладке прижаться!

Гвардейцы швыряли вниз дротики и булыжники. Один здоровенный жук с уже разбитым панцирем полез вверх, цепляясь за камни. Очередной дротик соскользнул с его морды, но инсектоида это не спасло. Он напоролся на один из изогнутых шипов, хаотично разбросанных по стене.

Жук, дурья башка, полез напролом и сам себя насадил на один такой. Рухнул вниз, увлекая за собой парочку сородичей.

Гуннар только хмыкнул, поправляя шлем.

Стена-то была не простая, а специально против жуков созданная. Кое-где граф сделал так называемые «кинетические переходы» — Гуннар такого и выговорить не мог поначалу. Идёт вроде обычная шершавая кладка, а потом раз — и стена становится гладкая, будто лёд. Жуки долезали до неё, не могли зацепиться и срывались. Кто не разбивался — того добивали, пока он барахтался брюхом кверху.

Внизу, у самого основания, тоже кипела работа. Там граф устроил нижние бойницы — узкие щели, в которые инсектоиды не пролезут, зато было очень сподручно тыкать их пиками.

И пики были особые, зачарованные. Пробьёшь хитин — а внутри у твари как рванёт! Ошмётки во все стороны, вонь несусветная, зато сразу насмерть.

Оборону держать было бы одно удовольствие, кабы не одна беда.

Людей не хватало.

Гвардейцы вымотались, маги валились с ног, а боеприпасы потихоньку начинали истощаться. Осада шла уже который час, а жуки всё лезли и лезли.

Но пока они держались. Гуннар даже подумал — а может, и подмога не понадобится? Отобьёмся своими силами.

Зря он так подумал.

— Капитан! — заорал кто-то. — Смотрите! Внутри!

Гуннар обернулся.

Посреди двора, где стояли шахтёрские бараки и склады, земля вспучилась. Пошла волнами, задрожала, будто под ней ворочалось что-то огромное. Люди шарахнулись в стороны.

Земля провалилась, а из дыры тут же хлынули жуки. Один за другим, распихивая друг друга, всё больше и больше. Твари сделали подпод и вышли прямо в тыл.

— Вот же гадство, — процедил Гуннар.

Так вот оно что. Значит, помощь всё-таки понадобится. И понадобится быстро, иначе тут скоро будет не оборона, а мясорубка.

— Слушай мою команду! — заревел он во всю глотку, перекрывая грохот боя. — Достать все запасы! Все до последнего! Ничего не экономить, работаем по полной!

Гвардейцы забегали. Из подвалов потащили ящики с артефактами и зачарованными болтами для арбалетов, которые граф велел беречь на чёрный день.

День, стало быть, настал.

— Начальника шахтёров ко мне! Живо!

Тощий мужичок в перепачканной робе подскочил через минуту, бледный как полотно.

— Готовь плиты, — сказал Гуннар. — Если совсем прижмёт, уводишь людей в шахту и опускаешь заслон.

Мужичок сглотнул и кивнул.

Был у них такой манёвр на самый крайний случай. Вход в шахту можно было наглухо перекрыть — каменные плиты опускались по одному нажатию рычага и запечатывали проход. Спасёт ли это их, устоят ли плиты под напором тварей — неизвестно.

Но помирать без боя Гуннар в любом случае не собирался.

Пока начальник шахтёров бежал к рычагам, на капитана сверху рухнула тень.

Он вскинул голову. Крылатый жук спикировал прямо на него, растопырив жвалы.

Полгода назад Гуннару тут бы и пришёл конец.

А сейчас он без всякого страха рубанул мечом наотмашь. Клинок легко прошёл через тело твари насквозь. Жук шлёпнулся к ногам, разрубленный на две части, но ещё дёргаясь.

Гуннар глянул на светящееся лезвие и хмыкнул.

Не тот он теперь боец, что раньше. Избранных гвардейцев граф с гонял до седьмого пота, поил зельями, от которых мышцы наливались силой. А хитиновый доспех на Гуннаре весь был нашпигован кристаллами. Не только хорошо удар держит, а ещё и силы прибавляет.

С таким снаряжением воевать — милое дело. Кабы ещё тварей поменьше было.

— Держать строй! — рявкнул он, разворачиваясь к провалу. — Оттесняем их от бараков! Не дайте им к рабочим прорваться!

Гвардейцы сомкнули щиты, ударили по лезущим из ямы жукам.

Гуннар следил за боем и теперь думал лишь о том, чтобы гонец смог добраться.

А вдруг он сгинул где-нибудь по дороге? Попался жукам в чистом поле или просто лошадь споткнулась и гвардеец свернул шею в первом же овраге?

Артефактная связь молчала намертво. Гуннар уже трижды пытался достучаться до имения через специальный кристалл — но тот лишь только тускло мигал. Хрень какая-то, как будто связь кто-то специально глушит — капитан не разбирался в этих магических штучках.

Он знал одно: связи нет, и рассчитывать приходится только на парня, что ускакал за подмогой.

Ну, ещё и на себя и своих людей. На эти стены, которые пока держались.

Он оглядел двор. Жуки лезли из провала, ломились к зданиям. Люди устали, целительские кристаллы вспыхивали тут и там. Подлечившись и восполнив силы, гвардейцы снова бросались в бой. Никто и не думал сдаваться.

Как тут сдашься? Все прекрасно знали, за что сражаются — за себя, свои семьи и за ту лучшую жизнь, что дал им граф.

— Держитесь, братцы! — проревел Гуннар, вскидывая клинок. — Ни шагу назад!