Глава 13

Кристиан Амальдо сам себе удивлялся. С чего вдруг ему вздумалось пригласить студентку на ужин? Нет, конечно, Гвендолин была очень привлекательной девушкой, но все же соблазнять ее он не собирался.

Просто поближе познакомиться. Может быть, перевести отношения в дружеские. Но уж никак не в романтические!

Кристиан прекрасно помнил, как строги нравы в старых семьях. А то, что госпожа Харт была воспитана по всем правилам, он заметил сразу.

Но все-таки какая очаровательная особа… Прелестная, воздушная, открытая! Кристиан улыбнулся. Если он когда-нибудь надумает жениться, то определенно на такой девушке.

Он поправил галстук, одернул сюртук и взбежал вверх по лестнице, к комнатам пятого курса.

У спальни Гвендолин Харт кто-то стоял.

Присмотревшись, Кристиан узнал Питера Мариса, тоже студента пятого курса. Неужели вместе готовятся к какой-нибудь контрольной? Хотя вряд ли. У Питера в руке одиноко белела тощая ромашка, а это уж никак не походило на совместное занятие.

Кристиан поджал губы.

– Господин Марис, – резко сказал он, заставив парня подпрыгнуть от неожиданности, – что вы тут делаете?

– З-здравствуйте, господин Амальдо. – Питер облегченно выдохнул. – А я уж думал, это Орион пришел… Орион РоХорр, помните его?

– Помню.

– Он всегда приходит не вовремя, вот я и подумал…

Кристиан прищурился:

– Не вовремя, значит. – Он окинул взглядом ромашку. – И почему же, позвольте поинтересоваться, не вовремя?

– Ну… – Питер явно засмущался и еще крепче сжал потрепанный цветок. – У меня свидание.

– Свидание… с кем?

– С Гвендолин. Нашей новенькой, вы ее помните?

– Конечно, я помню! – рявкнул Кристиан и тут же сам удивился подобной горячности. Что же его задело? Подумаешь, глупый мальчишка пытается ухаживать за девушкой. А она, видимо, не против. Ну что ж, имеет право. Кристиан ведь собирался придерживаться дружеских отношений… или нет?

Пока он размышлял, часы, висящие на стене в дальнем конце коридора, пробили восемь, и дверь комнаты распахнулась.

Гвендолин была прекрасна.

Узкое платье подчеркивало плавные изгибы тела, аккуратный локон мягко спускался на точеную шею, в мочках ушей блестели золотые капельки сережек. Ресницы распахнуты, позволяя оценить изумительный цвет глаз. Губы чуть приоткрыты… грудь покачивается в такт дыханию… вверх-вниз, вверх-вниз…

Мастер Амальдо залюбовался. Гвендолин Харт определенно умела привлечь мужское внимание.

– Добрый вечер, Питер, – тихо сказала она сокурснику.

И это почему-то сильно задело. Почему первые слова достались не ему? Неужели она так рада видеть этого парня?

Но Гвендолин уже перевела взор на самого Кристиана и виновато улыбнулась:

– Добрый вечер, господин Амальдо. Простите, пожалуйста, за недоразумение. Сейчас все улажу и освобожусь.

Она подхватила Питера под руку и отвела на два шага в сторону.

– Мы же перенесли наш дружеский ужин! – прошипела она. – В чем дело?

Кристиан почувствовал, как лед, до этого сковавший его грудь, начал потихоньку оттаивать.

– Я думал, ты пошутила, – растерянно оправдывался Питер. – У тебя что, свидание с преподавателем?

– У нас просто разговор.

– А… а мы как же?

– А мы завтра будем ужинать! – Девушка свела брови. – Мы же все обсудили. Питер, не уподобляйся Ориону. Мы с тобой друзья!

– Хорошо, как скажешь…

Гвендолин еще что-то быстро шепнула, отчего у Питера выступила смущенная улыбка, а потом быстро развернулась в сторону Кристиана:

– Ну вот и все, господин Амальдо, недоразумение улажено. Мы можем идти.

Гвендолин шла с гордо поднятой головой. В конце концов, она ни в чем не виновата! Еще вчера предложила Питеру перенести ужин на другой день, и тот согласился. Сама не ожидала увидеть его у своих дверей, да еще с букетом (если это можно назвать букетом). Так что совершенно непонятно, почему Кристиан такой сердитый. Она же все объяснила.

Но, вероятно, этого мало. Уж слишком тяжелые взгляды мужчина бросал в ее сторону.

– Ваш друг весьма настойчив, – неожиданно пробормотал он оборачиваясь.

Гвендолин тоже оглянулась и заметила Питера, который неумело крался за ними следом.

– Настойчив и не слишком умен. – Кристиан прищурился. – Господин Марис, что это вы делаете?

Питер быстро шмыгнул в какую-то дверь и сделал вид, что ничего не слышал. Гвен закатила глаза. С ним определенно будет трудно.

Честно говоря, Питер ей нужен был только как тихий и спокойный человек, готовый выполнить любую просьбу без лишних вопросов. Но последние события показали, что она ошиблась. А значит, свинья, которую она рассчитывала подложить директору, нуждалась в корректировке.

Гвендолин задумалась и не сразу заметила, что Кристиан подошел очень близко и внимательно всматривался в ее лицо.

– Госпожа Харт, – пробормотал он задумчиво, – могу поспорить, что вы сейчас задумали что-то ужасное.

Девушка испуганно проверила ментальный блок, опасаясь, что мастер Амальдо прочел мысли, но быстро успокоилась. Мысли, ровно как и эмоции, прятались за семью замками. Врожденный дар делал ее практически неуязвимой.

А вот о чем думает сам Кристиан, при должном усердии можно было прочесть. Он, конечно, почувствует вмешательство (не за красивые же глаза ему дали кольцо мастера), но тягаться с истинным менталистом не сможет.

Гвендолин лукаво опустила взгляд.

– Ужасное? Что вы такое говорите, господин Амальдо? Я просто пытаюсь догадаться, где мы будем ужинать. Куда мы идем? Кажется, выход из замка находится в другой стороне.

– Верно, – усмехнулся Кристиан, принимая ее неумелую попытку сменить тему. – Я приглашаю вас к себе в апартаменты. Прислужник уже накрыл стол. Если вас это не смущает, конечно.

– Если это не спальня, то почему меня должно смущать?

– Не спальня. Мне выделили три комнаты, одна из них гостиная, отделанная изумительным зеленым мрамором. Думаю, вам понравится.

Гвен почувствовала, как он взял ее ладошку в свою руку, и чуть заметно улыбнулась.

– Посмотрим, господин Амальдо. Я никогда не было любительницей зеленого.

Питера подвело любопытство. Это Гвендолин хорошо понимала. В тихом омуте, как говорится… Сразу было ясно, что у такого скромника внутри бушуют эмоции. Правда, девушка надеялась, что сможет этот вулкан направить в нужное русло. Как было бы хорошо! Следил бы за директором, делал доброе дело. Так нет… Эх…

Настроение немного упало, но Кристиан это заметил и старался развеселить.

Апартаменты преподавателя и в самом деле выглядели замечательно. Особенно гостиная. Про обстановку остальных комнат Гвендолин только догадывалась, но была не прочь посмотреть. Исключительно из творческого интереса.

Зеленый мрамор оказался выше всяких похвал. Изумрудная гладь приятно радовала глаз, навевая спокойствие и безмятежность. Тяжелые бархатные портьеры облагораживали оконные проемы, а массивный диван располагал к отдыху. Одним словом, сплошное удовольствие.

Девушка присела на самый краешек дивана и быстро осмотрела накрытый столик. Мясные деликатесы, легкое вино, сладкие фрукты… Господин Амальдо планировал произвести впечатление и явно остался доволен ее реакцией. Вон как расслабился.

– Вина для начала? – спросил он, присаживаясь рядом.

– Не откажусь.

Кристиан открыл вино и наполнил бокалы.

– Любите ветчину? – Мужчина подвинул одну из тарелок. – Эта прямиком из Бегина, с травами и перцем. Очень вкусно. Попробуйте.

– Действительно вкусно! – Гвен откусила кусочек.

Ветчина оказалась бесподобной. Остро-пряная, с прекрасным ароматом, она ласкала вкусовые рецепторы, вызывая желание отведать еще.

– А это булочки с семенами харийского древа. – Кристиан указал на другую тарелку. – Обожаю их.

– Ой, я ела такие в детстве! Но потом у нашей поварихи разыгралась аллергия на семена.

– Она пекла сама?

– Да. – Гвендолин разломила булочку напополам. – Ммм, иногда мне снился этот запах.

– А почему не покупали? – поинтересовался Кристиан. – Можно было просто купить.

– Это не то. К тому же в Масине непопулярны хлебные лавки. Старые семьи стараются все печь в доме.

– Понятно. Да, в вашем городе сильны традиции.

Гвен кивнула и с удовольствием откусила булочку. Вроде бы такая мелочь, а как сильно подняло настроение.

Она отпила вина. Господин Амальдо тоже сделал глоток.

– Вы сегодня очень красивая, – внезапно сказал он.

– Благодарю! – Гвендолин рассмеялась. – А вы, оказывается, соблазнитель.

– Я? Ошибаетесь. – Мужчина придвинулся чуть ближе и прикоснулся своим бокалом к ее. Раздался мелодичный звон хрусталя. – Просто с вами я могу быть самим собой. Это очень ценно.

– Удивительно, я рядом с вами тоже чувствую себя комфортно.

В гостиной было тепло, но Кристиан все же разжег камин. Гвен залюбовалась язычками пламени.

Подле Кристиана действительно очень уютно. Вначале, когда только познакомились, она подозревала в нем самовлюбленного наглеца, но теперь, узнав получше, переменила мнение. Господин Амальдо оказался интересным собеседником. Умелым магом. Обаятельным мужчиной.

Гвен искоса полюбовалась его профилем. Интересно, почему до сих пор не женат? Не встретил свою единственную? Или слишком придирчиво выбирает? А может, вовсе не хочет жениться? Помнится, он здорово занервничал, там, в таверне, когда только познакомились. Такой мужчина наверняка купается в женском внимании…

– Вы вновь о чем-то задумались. – Кристиан поставил бокал на столик и взял руку девушки в свою. – Хотите погадаю?

– Умеете гадать? – Гвен удивленно приподняла брови.

– Бабушка хорошо умела, а я так… Поверхностно. Но кое-что предскажу.

Он огладил ее ладошку. Едва заметно пробежался кончиками пальцев по линиям и покачал головой.

– У вас впереди долгая и полная радостей жизнь.

– Это разве плохо? – спросила Гвендолин.

– Хорошо.

– А чем тогда вы недовольны?

Кристиан нахмурился:

– Вы выйдете замуж в этом году. Меня просто это удивило.

Девушка замерла. В этом году? Ну что ж, надо признать, ее это тоже весьма удивило.

– Вы уверены?

– Абсолютно. Уж что-что, а замужество я легко распознаю. – И видя ее недоверчивый взгляд, пояснил: – У меня две старших сестры. Однажды я гадал им на любовь целую зиму. Каждый день.

– А потом?

– А потом они вышли замуж, и надобность в гадании отпала. – Кристиан вновь погладил ее ладонь. – Предсказание сбылось.

– Я хочу, чтобы у них были настоящие испытания! – Тэвилор стукнул кулаком по столу.

– Но директор… – Штробер нахмурился. – Это же просто конкурс для девиц.

– Вот и придумайте что-нибудь такое, чтобы выиграла достойная!

– Что же я придумаю?

– Что хотите! – рявкнул Тэвилор. – Но заставьте их показать магию во всей красе, победить должна самая сильная ведьма. Понятно?

– Понятно, но…

– Господин Штробер, – директор прищурился, – кажется, вы обещали мне сделать празднество незабываемым, почему же сейчас отказываетесь?

– Я не отказываюсь. Я просто не понимаю, что именно вы хотите. Участницы – не самые умелые студентки, и будет глупостью заставлять их…

– А вы попробуйте. Если не справятся, присудим приз той, у кого оценки получше.

Штробер потер нос и исподлобья взглянул на Тэвилора:

– Тогда придумать задание полегче?

– Ни в коем случае! Наоборот, обеспечьте их чем-нибудь нерешаемым.

– Вы серьезно?

– Я настаиваю на использовании самой сложной магии. – Директор растянул губы в улыбке. – Под мою ответственность. Понимаете?

– Кажется, понимаю. – Штробер медленно кивнул. – Значит… настоящее испытание?

– Верно.

Тэвилор протянул зельевару мешочек с монетами.

До праздника оставалось две недели.

На следующий день Гвендолин несколько часов провела в библиотеке. Преподавательница чарования задала объемную домашнюю работу. Скрывать почерк больше не имело смысла, поэтому Гвендолин решила выполнить ее безукоризненно. Тем более тема оказалась очень интересной.

Гвен заняла место в самом уголке читального зала, обложилась книгами и старалась не отвлекаться. Но вдруг к ее столу кто-то подошел.

– Новенькая из Масина? – спросил женской голос.

Гвендолин подняла голову. Прямо перед ней стояла симпатичная брюнетка.

– Я Лавиния Ванчески, – сказала она. – Участвую в конкурсе вместе с тобой и Мэри.

– Я помню, – кивнула Гвендолин.

Лавиния была не столь нахальной, как рыжая Мэри. Она даже стояла так, чтобы не нарушать личное пространство. Но самое главное, она носила амулет от ментального воздействия.

– Я хотела узнать, ты ничего не слышала про задание? Что от нас потребуется? – спросила брюнетка.

– Мне не говорили. – Гвендолин пожала плечами. – Видимо, потом оповестят.

– Странно. Мне казалось, что должны предупредить заранее. Осталось всего две недели.

– Может, решили сделать сюрприз?

– Возможно. – Лавиния хмыкнула и указала на соседний стул: – Я присяду? Не помешаю?

– Садись.

Девушка села и, вытащив книжку из сумки, погрузилась в чтение, а Гвен вернулась к сочинению. Полтора часа тишины и спокойствия прошли быстро.

Студенты занимались каждый своим делом, лишь изредка перебрасываясь мимолетными фразами. А потом в библиотеку ворвалась Мэри…

– Гвен! – с порога воскликнула она, но, увидев Лавинию, скривилась. – А ты чего сидишь с ней? Она же наша соперница! Нет уж, хватай вещи, и пойдем со мной. Нечего вам общаться.

Мэри уперла руки в бока и демонстративно притопнула ногой, словно говоря: «Ну, я жду!»

Лавиния закатила глаза. А Гвен подумала, что если выбирать из двух соперниц, то преимущество определенно не на стороне рыжей.