Глава 12

Я встал посреди тропы и застыл.

— Что такое? — резко спросил Грэм.

— Сейчас…сейчас…

Я слышал этот гул. Грэм не мог его слышать, а потому непонимающе на меня смотрел, но хотя бы не мешал.

Гул был мощным, как будто где-то очень-очень далеко работал огромный механизм. Он шел одновременно со всех сторон: из крон, из самого воздуха, напоенного живой, шел сбоку от стволов, от деревьев, а главное — шел снизу, из земли. Я даже присел на корточки, не выдержав, и приложил ладонь к корням, выходящим на поверхность — хотел почувствовать телом. Но тело ничего такого не улавливало. И тем не менее земля, очевидно, гудела. Просто телом почувствовать это было невозможно, только восприятием. Прислушавшись еще сильнее к этой вибрации, я понял, что она идет из-под земли, попадает в корни, поднимается по кронам и рассеивается во все стороны.

Древа Живы…они как гигантские генераторы, — мелькнуло в голове. — Они не просто стоят и живут — они постоянно и безостановочно работают: перекачивают живу из глубин, превращают, фильтруют, отдают в воздух. И я сейчас их слышу, — звук этой работы. Возможно так их чувствуют другие растения, другие деревья?

Про такую функцию древ я и так знал: видел символы, видел золотинки, падающие с Древ. Но одно дело знать, а совсем другое — услышать, как оно работает.

— Элиас? — тихо позвал меня Грэм.

— Да, я всё, — я поднялся и отряхнул руку, а после надел перчатку из кожи саламандры. Мало ли какая опасность будет на обратном пути?

— А что ты делал? — спросил он, — Ты услышал опасность?

Я покачал головой.

— Не опасность, кое-что другое. Знаю, прозвучит странно, но я услышал Древа Живы.

Грэм приподнял брови.

— Услышал?

— Да. Это похоже на гул — низкий такой, который пронизывает всё.

— Ты точно в порядке? — прищурился Грэм, — Может после дуба тебе плохо стало и это в голове шумит?

— Я серьезно, — ответил я и замер.

Потому что гул начал проходить.

— Уменьшается, — вздохнул я и оперся на Грэма.

Все-таки идти сам я еще не мог и понимал это.

Меня вело. Не сильно, но регулярно: каждые полсотни шагов то ноги «забывали» как идти, то голова чуть кружилась, и я лишь крепче хватался за железную руку Грэма.

И пока мы шли, гул леса медленно от меня уходил. Ушли отдельные «голоса» деревьев, и каждое снова стало просто деревом. Молчаливым, обычным деревом.

Да уж, обидно было терять такое «чутье», потому что я даже подумал, что стал понимать мир лучше и чувствовать шире. Но правда в том, что это было эхо восприятия дуба, не мое. И всё же на короткие минуты мир стал больше, богаче. И теперь, когда он снова сжался до привычных размеров, я ощущал это как маленькую утрату.

Ладно, ничего. Судя по всему и самому развить подобное вполне возможно. Если у меня есть способность Слияния и она растет, если я уже сейчас услышал то, что слышит дуб — значит, рано или поздно я научусь слышать это сам, без подсказок и эха. Но это потом.

Мы медленно шли, Грэм был напряжен. Скоро я освободил его: если будет схватка, то я буду только мешать, а уж с помощью двух палок я и сам вполне мог идти. Хоть, и шумел из-за этого больше обычного.

Из-за того, что я так надолго застрял у дерева, пришлось отказаться от мысли подпортить с помощью Виа еще пару меток — на это не было просто сил. Еще несколько раз бороться с черной живой сейчас я был не в состоянии, да и Грэм торопился. Он хотел успеть провести алхимиков по всем меткам, и ткнуть в каждую. Алхимики уже знали о метках возле убитого, а вот про остальные им было неизвестно.

Впрочем, я был уверен, что даже если алхимики уничтожат метки у поселка, останутся другие. Или вместо них появятся новые — это неизбежно. Но я должен был использовать их каждый день, чтобы Виа прогрессировала. Неплохо бы, чтоб и душильник обрел устойчивость к черной живе, но у меня были большие сомнения в том, что он выдержит такую схватку. Ведь несмотря на то, что Виа более агрессивная, разумная и мощная, даже ей приходилось тяжело. Душильник же намного слабее, как он сможет выдержать? Если потеряю его — будет жалко, он уже прошел частичную закалку соком железного дуба. Ничего, когда мой Дар перевалит за сто процентов, я уверен, что количество связей резко возрастет, и я наконец-то смогу наведаться к душильникам, посаженным в Хрустальном Логе, да и остальные растения там проверить не помешало бы.

Интересно, как там мурлыки? Накопили ли товаров на обмен?

Я улыбнулся, на мгновение представив как Седой снова будет выторговывать у своих сородичей самые интересные побрякушки в обмен на сок.

Дома я уселся на ступеньки и выдохнул с облегчением. Наконец-то вернулись!

По ощущениям путь обратно был бесконечным. Несмотря на то, что подвижность ко мне вернулась, заторможенность как во всем теле, так и в голове сохранялась.

Скиталец сегодня вернулся без полезных находок. Обидно, но с другой стороны и понятно: мы с Грэмом передвигались в местах уже тысячи раз обхоженных сборщиками — там в принципе не могло остаться ничего ценного.

Седой спрыгнул с моего плеча, пошипел на Шлепу, — видимо просто для проформы, — и, недовольно пискнув, пошёл к корыту с водой. Виа выскользнула из корзины и затерялась среди изгороди, которая уже довольно плотно обвивала наш забор. Там лиана была почти незаметна. Душильник я оставил в корзине.

Пока я так сидел, Грэм успел вымыться и пойти готовить еду. Да уж, вот как оно — чувствовать себя слабым и беспомощным. Я тряхнул головой — это временно, скоро пройдет.

Мыслями вернулся к произошедшему.

Я сидел и смотрел на свои руки.

Девять процентов. Почти девять — восемь и восемь десятых, — за один сеанс. Это много. Это очень много, особенно если учесть, как медленно шли проценты после семидесяти. И всё же…

Я знал, что второй раз так не выйдет ни с этим дубом, ни с другим. Этот дуб оказался «особенным», хотя в чем именно его особенность я, пожалуй, и не смог бы объяснить. Возможно, я нашел именно тот, единственный из полусотен дубов, который подходил именно мне. Поэтому Слияние вообще случилось.

Кроме того, теперь я понял, что такой дуб нужно использовать не для набора процентов развития, а для рывков, для перехода на следующую ступень и расширения духовного корня. То есть в идеале достичь девяноста девяти процентов через силовое поглощение, а потом провести с еще одним дубом еще одно Слияние. Я боялся, что тот дуб, с которым я сегодня поделился каплей крови, второй раз на такой обмен не пойдет. Что-то внутри подсказывало, что это не сработает.

Я вздохнул. Значит, до сотни добивать обычным Поглощением. Для этого, думаю, хватит трех-четырех достаточно крупных магических деревьев. Что ж, план понятен. Жаль сегодня продолжить развитие я уже не смогу.

Пока думал об этом, Грэм успел приготовить еду и позвать к столу.

— О чём думаешь? — Грэм поставил передо мной миску. — С виду прям задумался крепко…

— Думаю про Дар.

— Успеешь подумать. Сначала поешь, бледный ты что-то.

— Оно того стоило, — ответил я, начиная есть, — Дар подрос сильно…день-другой — и всё. Думаю, будет переход.

— Так быстро? — на мгновение перестал есть Грэм.

— Я же говорю — оно того стоило. Да, я рисковал, но…как видишь, риск того стоил.

— Ешь давай, «рисковый».

Оказалось есть я хотел сильно, и ощутил это только когда увидел еду в миске. Моментально съел одну порцию, а затем и вторую.

Когда доели, Грэм отложил ложку и спросил:

— А теперь рассказывай, что это было там, у дерева?

Я задумался и некоторое время смотрел в миску. Вот как Грэму объяснить всё то, что я ощутил там, у дуба? Никак. Это будут лишь слова, которые не смогут передать всех тех ощущений, которые я испытал.

— Сложно объяснить, дед. Со мной такое впервые.

— А ты попытайся.

— Ну…во-первых, силой взять у этого дуба я ничего не смог. — сказал я правду.

Грэм хмыкнул.

— Ещё бы! Здоровенный столетний дуб. Я бы удивился, если бы у тебя вышло, даже при всем твоем…кхм…таланте.

— Ну вот. Поэтому я попытался иначе: не подчинить, а… договориться, установить контакт. И вышло. Только…

— Только что?

— Только у него там, внутри, время идет совсем по-другому. Я думал, что посидел максимум полчаса, а оказалось больше шесть часов.

Грэм слушал внимательно, не перебивая.

— Понимаешь, — продолжил я, — я никогда раньше с такими огромными деревьями не работал. Те пару железных дубов не в счет — они и в подметки этому не годятся. Этот по-настоящему древний. Так вот, там я могу взять силой, но тут — нет, потому что этот дуб, — даром что не самый большой, — внутри настоящий гигант. И с таким как он…сложно остаться собой. Сложно вспомнить, что ты человек.

— Но ты ведь вспомнил? — уточнил Грэм.

— Как видишь, — улыбнулся я, — Вспомнил всё вот это: мяту, Седого, дом, сад…тебя… это удержало меня от того, чтобы не остаться там навсегда, а то бы действительно пришлось меня силой отрывать от дерева.

— А шанс этого был высок? — прищурился Грэм, — Ну, того, что ты там застрянешь.

Я вздохнул.

— Шанс был, а вот насколько высок — не знаю. Я уже подобное проходил с Виа и поэтому смог выбраться.

— И ты, конечно же, собираешься снова так сделать? — мрачно уточнил Грэм.

— Не сразу. Сначала я дойду до предела Дара сам, своей силой. Но наполнить духовный корень достаточным количеством живы без такого риска, без такого большого дерева будет сложно — никакие отвары тут не помогут. Ведь для перехода на следующую ступень Дара нужны мощные эликсиры, так?

— Нужны, — ответил Грэм.

— И они подороже тех, что используются для пробуждения?

— Конечно, — кивнул Грэм.

— Вот и ответ, — вздохнул я, — Самостоятельно я смогу прорваться на следующий этап только так. Когда мой Дар только пробуждался, ты рискнул гораздо сильнее, чем я сейчас — ты потащил меня аж к корню Древа Живы.

— Так-то так…. — неожиданно согласился старик.

— Ну и главное — дед, после сегодняшнего я буду осторожнее.

— То есть?

— У меня уже есть опыт с мощным дубом, и с любым другим деревом поменьше риск будет намного меньше. Так что думаю, переживать не о чем.

— Может быть, — поднялся Грэм.

Какое-то время мы молчали. Седой запрыгнул на стол, понюхал миску, не нашёл там ничего интересного и устроился, свернувшись, на краю.

— Дед, — сказал я. — Мне ещё к Бергу надо. Заказ забрать.

— Сегодня?

— Да. Я туда и обратно, он уже должен был закончить. Да и пройтись не помешает.

Грэм скептически меня осмотрел.

— Ладно, только быстро, я после твоего возвращения сразу к алхимикам.

Я кивнул и потянулся к кошельку. Как бы мне не хотелось куда-либо сегодня идти, заказ действительно пора забрать.

К Бергу я добрался довольно быстро: все-таки пока ел успел немного отдохнуть. Голова, правда, немного плыла, но это уже была обычная терпимая усталость после долгого дня.

Рынок сегодня был не слишком многолюден, поэтому даже не пришлось толкаться. Спокойной дошел до Берга. Несмотря на фартук он был весь в глине. Странно, в прошлые разы он был намного чище, а сейчас даже на лице следы глины.

Увидев меня он устало улыбнулся.

— Готово твоё, — кивнул он мне. — В углу, на полке — там, где мешок. Думал ты каждый день будешь приходить проверять.

— Да я бы так и делал, — ответил я и подошел к указанной полке, — Но дед тащил в лес постоянно.

— В лес — это хорошо, — вздохнул Берг, — Давно я в него не выбирался. Всё работа и работа.

На полке стояли два покрытых глазурью перегонных аппарата, дюжина трубочек, емкости и две небольших горелки. Да, с этим будет приятнее работать — запах не будет так сильно впитываться.

Я не спеша осмотрел всё.

— Хорошо? — не оборачиваясь, спросил Берг.

— Очень. — честно ответил я.

— Ну то-то.

Я сложил всё в корзину, аккуратно перекладывая обрезками ткани, чтобы не побилось.

После отдал ему оговоренную сумму, вернее ее остаток.

— Пока никаких новых заказов? — спросил он.

— Да вроде нет, — пожал я плечами. — Мне бы с этим освоиться, посмотреть, как работает. Может, я там в чертежах напридумывал глупостей. Тогда пойду переделывать.

Берг хохотнул.

— И такое бывает. Сам в этом убедился, и не один раз. Ладно. Спрашиваю-то почему: ближайшие недели мне будет тяжко. Сейчас навалилось. Не будет времени на твои… «эксперименты». Гильдии алхимиков вдруг понадобились мелкие бутылочки под снадобья, и горшки толстостенные под отвары. Да много чего надо им сделать. В общем, работы много.

— Понял, — кивнул я.

Через минуту я уже выходил из рынка.

Как говорится, место встречи изменить нельзя.

Когда переходил через реку у поселка, то столкнулся с Гартом. То есть, не буквально столкнулся, но я увидел его, а он — меня.

Он шел навстречу с костылем под мышкой, медленно припадая на правую ногу. Левая рука была подвязана к телу полоской ткани. Лицо его еще хранило следы ушибов: желтые тени под глазом, темная корка на скуле… Но живой и ходит, а значит скоро поправится, учитывая конское здоровье охотников и возможности местных эликсиров.

Я и в прошлый разы от него не убегал, а сейчас и подавно не собирался.

— Привет, Гарт, — сказал я первым. — Вижу, тебе уже лучше.

Он смерил меня взглядом сверху вниз. Костыль в его руке чуть качнулся.

— А тебе какое дело, Эл? — голос был не злой, а скорее уставший и колючий. — А? Иди себе, пока не огрел костылем.

Я хмыкнул.

— Какое дело? Да так, беспокоился за…знакомого.

— Ты? Беспокоился? Да ты первый хочешь, чтоб я сдох! — выпалил Гарт.

— Может у нас и есть некоторые разногласия, — продолжил я ровно, — но смерти я тебе не желаю.

— Да? — Гарт чуть подался вперед, перенеся вес на здоровую ногу. — А вот Эйра сказала другое. Сказала, что когда тебя встретила и сообщила, что меня порвала тварь — ты сказал, что туда мне и дорога.

Я моргнул.

— Эйра соврала.

Интересно, эта девушка действительно так сказала? Или это он так.

— Ну да, Эйра соврала. — сплюнул Гарт, — А что ж ты если волновался, то не пришел навестить?

— Не помню, чтобы и ты приходил, когда я был болен.

Он промолчал. Ведь действительно не приходил. Появился, когда я уже встал на ноги.

— В общем, Гарт…я бы на твоем месте меньше доверял Эйре.

— А кому доверять — тебе, что ли? — фыркнул Гарт, и в этом фырканье было больше боли, чем злости. Боли не от ноги, от другого. — Я что, не знаю, что ты спишь и видишь, как бы мы с ней поссорились? Только тебе ничего не светит, даже с твоим…. Даром. Да-да, я знаю, что у тебя есть Дар, только толку от него тебе не будет. Тебя никто и никогда в гильдию не возьмет.

— И не собирался туда, — ответил я улыбнувшись, — А по поводу Эйры…мне всё равно поссоритесь вы или нет. Эйра в прошлом.

— С чего вдруг? — прищурился Гарт, — Другую нашел?

— Скорее прозрел, — ответил я. — И тебе того же желаю.

— Ну-ну. Так долго бегал за ней, а тут вдруг прозрел.

Я покачал головой.

— Гарт, у меня нет желания с тобой спорить, правда. Я просто хочу сказать: рад, что ты поправился. Потому что сейчас поселку нужны сильные охотники. Не двое, не трое — все, кто есть. И ты в том числе. Времена изменились, и ты…

Я обвел его рукой.

— Ты сам это знаешь лучше меня. Игры закончились, в любой момент тварь может подрать обычных людей.

Гарт как-то резко посерьезнел и застыл, задумавшись. Видимо всё от того, что он не ожидал услышать от меня подобных слов.

Я же сказал это и пошел дальше не оборачиваясь. После сегодняшнего Слияния, и прикосновения к чему-то пусть не вечному, но очень древнему, теперь всё казалось мелким и незначительным. Хотя я понимал, что это мелкое и незначительное и есть вся человеческая жизнь.

Вернулся и сразу разложил сделанные Бергом детали аппаратов и емкости на столе. Грэм уже был собран, и лишь мельком взглянул на купленное.

— Ладно, Элиас, я пошел.

— Давай. — кивнул я ему.

Старик вышел, хлопнув калиткой, а Шлепа как обычно загоготал ему вслед.

Я вышел наружу и смотрел, как Грэм удаляется к поселку. Посмотрим, какая польза будет от алхимиков, и будет ли вообще.

Несколько минут я просто стоял и смотрел на дорогу, на поселок.

Мысли ненадолго вернулись к Гарту. Почему-то у меня было ощущение, что в наших отношениях что-то изменилось. Может ранение заставило его задуматься о том, что значит быть слабым и бесполезным?

Может да, может нет. Но я сказал то, что думал. А Эйра…тут уже всё от него зависит — будет ли он ей верить, или нет.

После этого в мыслях возникла какая-то пустота и я не думал ни о чем. Просто смотрел на Кромку, поселок, дорогу, а потом сел прямо возле двери, прислонился спиной к косяку и долго смотрел на сад.

На поясе у меня висел кинжал — я его так и не снял после похода к железным дубам. Видимо, пора им воспользоваться.

Я поднял перед собой ладонь, там была затянувшаяся ранка — то самое место, куда меня кольнул железный дуб. На него подействовала моя кровь и она была чем-то большим — это очевидно.

Но…разве Дар — это не про энергию, не про живу? Или же Дар пропитывает Кровь, меняя ее свойства навсегда? Если так, то у каждого Одаренного должна быть «особенная» кровь, но я, — или, вернее Элиас, — о таком не слышал.

Нет, Дар — это не только про энергию, — сам себя поправил я. — И тому пример треснувшие Дары, меняющие тело. Ситуации, когда Дар начинает лить «силу» не туда — как Морна с ее клыками и звериной шерстью на руках, и дети в деревне гнилодарцев. Я уже как-то думал о том, что возможно те истории о Симбионтах, которые рассказывал Грэм, — это как раз случаи, когда Симбионты не справились со своими Дарами, и они их превратили в…нечто растительное.

Я достал кинжал, подставил палец и осторожно кольнул его — понял, что не выходит сходу пробить закалку и надавил уже посильнее.

Миг — и лезвие пробило кожу, а палец пронзила боль, и тут же кровь потекла по кинжалу.

Там, в лесу, Анализ был заблокирован самой системой, потому что я был слишком уставшим. Сейчас, надеюсь, он сработает.

Я медленно прикоснулся пальцем к капле и мысленно произнес.

Анализ.

Система словно нехотя начала применять Анализ, но всё же не отказала.

Однако отдача была сумасшедшая. Даже больше, чем когда я пытался проанализировать кость древнего существа, торчащую на костяной тропе.

Я уперся рукой в ступеньку, стараясь удержать равновесие и не грохнуться.

Виски не просто кольнуло болью как обычно — их будто кто-то пронзил насквозь, а в ушах зашумело.

Из носа закапало.

Твою ж…

Перед глазами начали разворачиваться строки Анализа, но в тот же миг, я почувствовал, как начинаю терять сознание.

Запомнить, — мелькнула мысль.

Было смутное ощущение, что второй раз Анализ может не сработать.

И я успел пройтись по строкам несколько раз, прежде чем сознание покинуло меня.