Глава 336dfffc

Я проснулась посреди ночи как от толчка. Опустив взгляд, с удивлением увидела спящего на моем плече сына. Сердце наполнила нежность вперемешку с горечью: я все еще помнила чувство беспомощности и безысходности, когда упустила малыша из зоны своего контроля. Не представляю, как я теперь оставлю его одного хотя бы на минуту.

Глубоко вздохнув, я привстала и обнаружила, что на кровати лежим не только мы с Арханом. Пит спал на правой стороне, лежа на спине и заложив одну руку за голову. Он едва слышно похрапывал, создавая у меня ощущение домашнего уюта и тепла. Никогда прежде в моей спальне не храпели мужчины. Тряхнув головой, я отогнала эти мысли. Нам нужно серьезно поговорить с моим любовником о его поведении и о том, как он принимает решения, затрагивающие меня и нашего ребенка. Я не намерена терпеть его поведение! Это касается и того, как нагло он забрал нашего сына, и его привычки прерывать разговор, когда я собираюсь высказать все в лицо.

Тем не менее, стоит признать себе, что я люблю этого мужчину. Со всеми его недостатками, дурацкими привычками, тайнами и странностями. На несколько минут мне удалось почувствовать себя частью настоящей крепкой семьи, которая держится на взаимоуважении и любви, а не на династическом союзе и договоренностях. Увы, через несколько минут это ощущение оказалось разбито вдребезги.

Я встала с кровати, чтобы переодеться и умыться, но взгляд мой натолкнулся на стопку исписанных бумаг, лежащую на столике в углу. Я почти не использовала эту часть комнаты, она имела скорее декоративную функцию, чем практическую. Что это такое? Осторожно подойдя поближе, я села в кресло и начала просматривать бумаги. Они написаны на языке, очень похожем на мой родной, но все же немного отличающимся. Почти на каждом листе значилось полное имя Пита и его…подпись. Не было сомнений в том, что эти размашистые закорючки с завитушками и помпезной буквой «П» поставлены его рукой. Характер моего любовника очень чувствовался в каждой букве.

Я с трудом понимала смысл этих документов, но общий смысл улавливала. В основном это прошения о казни преступников, и Пит проставил свое согласия под решениями суда о том, чтобы отправить их на виселицу. Я вчитывалась в строки приговоров, и по телу бежали мурашки. Массовые убийства, жестокие изнасилования, торговля людьми и даже темная магия — все эти преступления требовали санкции Верховного мага, выносящего последний вердикт всем нелюдям. Я бросила быстрый взгляд на Пита. Что творится в голове у этого мужчины? Как можно каждый день иметь тело с запредельной жестокостью и бесчеловечностью и при этом сохранять здравый рассудок? Невольно я восхитилась Питом. Нужно иметь железную силу духа, чтобы после такой работы возвращаться к своему ребенку, проявлять нежность и любовь.

Однако, мне стало понятна озабоченность Пита вопросами безопасности. Он как-то упоминал, что во дворце находится множество охранных духов и суккубов, принимающих облик слуг и придворных. У такого человека, как Верховный маг, наверняка бесчисленное множество врагов, которые захотят навредить ему и его семье. В такой ситуации растить Архана в ином мире — лучшее из решений, которые Пит мог принять.

Пачка прошений уже начала заканчиваться, когда мне попался странный пергаментный листок зеленого цвета. На нем не было оттиска судебного департамента, который я уже успела запомнить, но было множество личных данных самого Пита.

«Петрариус Крондийский, рожден в двадцать тысяч пятисотом году от Великого исхода. Потомок Драконов. Глава рода Кронд. В двадцать тысяч семисотом году заключен брак с Ксенарией из рода Ронд. Детей не имеет. Уровень магии оценивается как крайне высокий…»

Стоп. Я перечитала текст ещё раз, а затем ещё и ещё. Первые минуты я была уверена, что это какая-то ошибка, особенность языка, неправильный перевод, но нет, мои глаза видели одни и те же строки. Пит женат?! Это не может быть правдой. Я отказывалась верить, вчитывалась в эти строки раз за разом, словно после пятнадцатого прочтения слова изменят свой смысл. Опустив взгляд вниз, в самый конец документа, я получила контрольный удар прямо в сердце. Рукой Пита было выведено: «Биография составлена верно. Подтверждаю», а следом шла уже ставшая привычной размашистая подпись.

Сердце глухо билось где-то в районе живота. Я медленно подняла взгляд на мирно спящего Верховного мага, и реальность обрушилась на меня тяжелой волной. Он женат. Там, в мире под названием Ордан у отца моего ребенка есть законная жена, которая по каким-то причинам не может родить ему детей. Мысли путались и сбивались, но я старалась держать себя в руках. А как же все обещания Пита и заверения в его искренней любви ко мне? Неужели он лгал? Но тогда зачем подарил драконий эликсир, после которого я перестала стареть и обрела драконье долголетие? Разве подобные подарки делают любовнице, от которой мужчине нужен лишь ребенок?

Нет, я больше не буду плакать. Хватит с меня на сегодня. В конце концов, я сама замужем, так почему удивляюсь браку своего любовника? Как ни странно это признавать, но я не ожидала, что Пит скроет от меня столько важную часть своей жизни. Безусловно, он сам волен решать, во что меня посвящать, а о чем умолчать, тем более, с его-то работой. Но почему же он промолчал?

Архан заворочался во сне и, взглянув на него, я невольно закусила губу. В каком положении мы с ним находимся на самом деле? Мой сын — бастард во всех мирах, незаконнорожденный сын мага и названый сын царя. Здесь, в царстве Севера, он не имеет законных прав на престол. Да, это страшная тайна, которую я не выдам никому и никогда под пытками и страхом смерти, но, тем не менее, это правда, от которой никуда не деться. Архан — не сын Габриллиона, он не наследник трона.

Так, кто же он тогда? Какие права есть у моего ребенка? Эти вопросы нужно задать его родному отцу, вот только Пит не зря утаивает от меня факт того, что у него есть законная жена. Почему, стоило мысленно произнести эти два слова — «законная жена», как язык механически прижимался к нёбу? А кто я сама? Для Габриллиона я, по сути, изменщица, которую он имеет право отправить на плаху вместе с «нагулянным» ребенком. Для Пита — любовница, женщина, которая оказалась способна родить ему сына, но никаких законных прав у меня нет. Он может забрать моего мальчика, а я не смогу даже найти его след.

Я откинулась на спинку кресла и запрокинула голову к потолку. А чего я, собственно, ожидала? Пит никогда и ничего не обещал мне. При нашей первой встрече он так и сказал: «Стань матерью моего ребенка». Он никогда не лгал и не утверждал, что женится на мне. Так и говорил: «мое сокровище», «моя роза», «моя женщина». Не жена. Интересно, а какая она, эта Ксена? Наверняка красавица под стать Питу. Как же иначе? Он очень надежный и опытный мужчина, сильный и уверенный в себе. Идеал. Как я вообще могла подумать, что у него нет никого кроме меня, замужней девушки, живущей в ином мире, в невообразимой дали от него?

Где-то далеко у Пита есть свой дом. Мне нет туда хода, но он водил туда нашего сына. А что, если сегодня Архан виделся с его женой? Что, если отец специально взял его у нянек, чтобы познакомить свою жену со своим ребенком? От этих мыслей в груди сжался тяжелый ком, тянущий меня вниз, пригибающий к земле, словно камень на шее.

У него есть еще одна женщина. Все это время я, наивная дурочка, думала, что лишь меня он ласкает и целует, только мне принадлежат его восхищенные взгляды, сильные руки и идеальное тело Верховного мага. Глупая. С чего вообще взяла, что столь обаятельный и могущественный мужчина удовлетворяется лишь мной одной? А ведь пока я носила под сердцем Архана, у нас с Питом даже не было близости. Когда я жила в родном дворце, подружки рассказывали мне о потребностях мужчин, но я не воспринимала эти постыдные разговоры всерьез. Теперь понимаю, что взрослому мужчине нужна женщина.

Удивительно, как может перевернуться жизнь всего за несколько мгновений. Сегодня утром я чувствовала себя самой желанной и любимой женщиной на свете, а сейчас отчетливо понимаю: я лишняя. У Габриллиона есть Серпента, которую он любит и к которой прислушивается, а у Пита есть жена. С ней он наверняка проводит большую часть времени, с ней ужинает и делится своими мыслями и переживаниями, как и положено мужу. Меня он навещает лишь затем, чтобы проведать сына. Мы ведь даже никогда не трапезничали вместе, не спали в одной постели. Я ведь, будучи замужней женщиной и матерью, до сих пор не знаю, каково это — просыпаться лежащей на груди у мужчины. Что чувствует женщина, когда среди ночи крепкие руки любящего мужчины обнимают ее, притягивают к теплому и крепкому телу?

Я не знала этого. Мне даже не с кем обсудить свои переживания, потому что моя лучшая подруга сбежала из дворца, да и это я знаю лишь со слов Пита. Связь с Кларой резко оборвалась, и у меня нет никакой возможности связаться с ней, узнать, как у неё дела и где она находится.

Ход моих мрачных мыслей прервал неожиданный гость. С тихим хлопком в спальне появилось необычное человекоподобное существо, увидев которое, я оторопела. Высокое, с сине-белой кожей и плоскими чертами лица. Вся его кожа была идеально гладкой, прямо таки блестящей, как у рептилии. Оно походило на монстра, но осмысленный и спокойный взгляд выдавал в нем разумное существо. Похоже, оно тоже не ожидал меня здесь увидеть, поэтому мы оторопело смотрели друг на друга, не шевелясь и не издавая ни звука. Я не чувствовала от существа никакой опасности, но на Пита все равно косилась.

— Простите, — наконец, существо заговорило. Голос оказался приятным, мягким и бархатистым, но…бесполым. — Госпожа, не могли бы вы отдать мне эти документы? — оно кивнуло на стопку бумаг, которые я просматривала. Существу явно было неловко от этой ситуации, оно старательно отводило свой взгляд, словно чувствовало вину и смущение.

— Зачем? — осторожно спросила, подвигая стопку поближе к себе и с подозрением щурясь. — Кто вы такой? — у существа был настолько умный и интеллигентный взгляд, что «тыкать» ему я не решилась.

— Госпожа, я охранный дух рода Кронд, — опустив голову, с виноватым видом ответило оно. — Я выполняю приказы своего хозяина, отца вашего ребенка. Мне приказано отнести документы господина в его рабочий кабинет в мире Ордана. Если вы позволите, я их возьму, — оно робко потянуло руки к бумагам, но я обхватила их и прижала к своей груди, будто дорогого сердцу младенца, которого хотели от меня отнять. Ох, ну и мысли бродят в голове после всего случившегося…

— Я хочу их дочитать, — настойчиво прошептала я, опасливо косясь на шевелящегося во сне Пита. Он вдруг перестал храпеть и грузно развернулся на бок, громко скрипнув кроватью несколько раз. Я с трудом сдержалась, чтобы не прыснуть слюной от подступившего к горлу нервного смеха. Оказывается, ловкий и грациозный Пит во сне ведет себя как самый настоящий медведь в период спячки. Движения тяжелые, медленные, неуклюжие, словно ему трудно перемещать свое крупное тело. Он разве что лапу в рот не сует, а то выглядел бы как настоящий медведь.