Глава 8

Земля

Поначалу я очень боялась, что трясти в обозе будет так сильно, что за три дня от меня ничего не останется. А если укачает? Если я, пардон, блевать при своих «кавалерах» начну? Стыдобушка ведь. Правда, в дилижансе была предусмотрена малюсенькая каморка с дырой в полу... ну, вы поняли для чего, так что закрыться я от мужчин в случае неприятности могла. Но не сидеть же мне всю дорогу в сортире!

К счастью - и к удивлению, - карету почти не трясло. Или рессоры были такими хорошими, или, что почти наверняка, к ним прилагалось еще и магическое воздействие. Да и разместились мы вполне уютно: сиденья были мягкими, обтянуты темно-малиновым бархатом. Каждое было рассчитано на двух человек, причем сидели мы на своем с графом Лорсетом вполне вольготно, даже не касаясь друг друга. Маршал Виттор располагался лицом к нам, спиной в направлении движения. Ему можно было и вовсе, согнув ноги в коленях, развалиться, одному-то. Кстати, меня очень заинтересовало, как мы будем спать. Между сиденьями, почти как в обычном поезде, располагался столик. И что, нам придется ложиться, вытянув на него ноги? Как-то это не очень меня радовало. И я осмелилась выяснить этот вопрос у своих спутников, все равно ведь придется.

Все оказалось очень просто. Снова магия, никак к ней не привыкну! Мне показали на светящиеся голубыми огоньками камешки - один возле сиденья по правую руку, второй по левую. И где-то на метр выше еще по одному. То же самое с другой стороны. Нажмешь нижний - часть сиденья вытягивается вперед, захватывая собой и половину стола - ложись себе да спи. Плюс еще и выпуклость под голову вроде подушки образуется, а сверху - мягкое свечение, которое, если нужно, согревало, если надо - охлаждало; как регулировать температуру, мне тоже показали - принцип примерно такой же, что и для огня у плиты. Но так можно было лечь только двоим - с одного сиденья и с другого, навстречу друг другу, типа «валетом». Ну, если захотеть, можно и в одну сторону головами развернуться. А вот для двух других пассажиров - в нашем случае для одного - были предусмотрены «верхние полки», они вызывались как раз двумя верхними камешками. Все то же самое, что и внизу, только эти «кровати» были, как бы это сказать... эфемерными, выглядели, как и здешние «одеяла», мягким свечением.

Лорсет и Виттор заверили меня, что эти «полки» исключительно надежные, их создает и удерживает проверенная годами очень сильная магия. Тем более, как сказали мужчины, спать на них все равно будут они - даме, конечно же, уступят в безраздельное пользование нижнее место. Но я как представила, что надо мной ночью будут практически в воздухе висеть два здоровенных мужика, и сказала им:

- Нет уж! Вы исключительно добры, но нет уж. Сверху буду я.

Прозвучало несколько двусмысленно, но пофиг. Лучше я на них ночью рухну, чем они на меня. Менее летально. И вовсе не от слова «летать».

А потом мы ехали, ехали, ехали... Сначала я смотрела в окно - интересно, чужой мир все-таки! Но когда город сменился одноэтажным пригородом, потом деревеньками, а потом за окном и вовсе потянулись леса, поля да буераки, стало до невозможности скучно. И я решила подкрепиться. В смысле, пожрать. Благо едой меня нагрузили так, будто я собралась в кругосветку. Впрочем, я об этом уже говорила.

И вот тут началось! Граф Энимор Лорсет принялся меня угощать. То есть, ему было пофиг, что у меня самой имелись всякие там жареные курочки, запеченные окорока, сырокопченые колбасы, пироги со всевозможными начинками, квашеная капуста и даже пареная репа (охренели? в дорогу?! узнаю, кто сунул, - убью!). Так нет же, у Эниморчика, само собой, и курочка была жареннее, и колбасы сырокопченее, и капуста квашеннее и даже репа па... (э! ты тоже охренел, товарищ граф?..).

Короче говоря, он стал за мной определенно ухаживать. Даже ничуть не стесняясь Виттора. Хотя, чего ему стесняться? У маршала невеста уже имелась, а у вымага - нет. И почему бы, вроде как, не?..

И, с одной стороны, да, его можно было понять. Но с другой... Я вот подумала: а если положа руку на сердце, между нами, девочками: на хрена я ему сдалась?.. Какая-то недомаженная атте. Ни кола, ни двора... Ну, симпатичная стала, это да - если уж честно, без ложной скромности. Но красоту на хлеб не намажешь, да и сколько таких красоток, поди, в Чареоне, да только в отличие от меня с приданым - хоть каким-никаким. А он все-таки граф! Влюбился? He-а. Такие не влюбляются. А если и да, то не в атте без кола, без дво... Тьфу! Заело.

Ладно, его попросила баронесса. Но она что, попросила его жениться на мне, что ли? Она ему кто: мама-тиранша? Нет. Правда, он - как там?.. - ее тарре, обязан ей, в общем. Но ведь есть же, наверное, какие-то рамки. Да, она попросила его убрать меня на время из города. И он это делает. Тоже, кстати, как-то... Граф, крутой вымаг, и вдруг бросает все ради просьбы подруги и мчится на край земли - причем практически буквально. Странно все это, ох, как странно! Какой-то ты, Эниморчик, загадош-шный... Надо бы к тебе присмотреться и покумекать на досуге, чего ты вдруг стал в меня такой влюбленный. А пока... Ну ладно, угощай, коли так тебе хочется. Э-э! Только не репой!..

Перекусив, а точнее, обожравшись - я-то уж точно, - нас потянуло на разговоры. Виттор тоже поел, но не столь обильно, как мы, - у него и еды с собой почти не было, лишь что-то сушеное, вяленое, концентрированное - чуть ли не доширак, прости, господи. Мы предлагали свое, он вежливо отказался. А потом отдернул шторку и стал смотреть в окно - почти как в телевизор, не отрываясь. Ну смотри, вдруг футбол начнется. Кстати, а есть здесь спорт в принципе?

Это я и спросила у Лорсета.

-      Спорт? - вздернул он брови. - В каком смысле?

-      В прямом, - удивилась в свою очередь и я. - В каком еще смысле может быть спорт? А, или вы имеете в виду: любительский или профессиональный? Да хоть какой.

Нет, он имел в виду не это. Оказалось, у них в принципе нет спорта. И никогда не было.

-      На то, чтобы выявить победителя, - сказал он, - существуют войны. Не хватало еще сражаться просто так, тратить силы впустую.

-      Но это тренирует человека, - объяснила я. - Тех же будущих воинов. Они становятся более ловкими, более сильными, более выносливыми. В конце концов, наблюдать за соревнованиями тоже очень интересно.

-      Интересно? Как подобные глупости могут быть интересными? Интересно развиваться, принося при этом какую-то реальную пользу, стремясь при этом не к бессмысленной пустопорожней победе, а к идеалу.

-      Идеал! - хмыкнула я. - Не люблю я громких слов. Пустые они. Как мыльные пузыри: сверху красивые, гладкие, радужные, а внутри пустота. Чуть коснись его - он и лопнет. Еще и мыло в глаза попадет.

-      Но позвольте, почему же идеал - это пузырь? - встрепенулся Энимор. - Я с вами не согласен, леди Золя.

-      Хорошо, - кивнула я. - Тогда скажите, что такое для вас идеал?

-      Идеал - это... - развел руками граф. - Это нечто недостижимое...

-      Еще круче пузыря, даже лопаться нечему.

-      Ну почему же, почему! К идеалу хочется стремиться, о нем мечтаешь! А разве можно мечтать о пузыре?

Я искоса глянула на Виттора, слушает ли он наш спор. Маршал слишком уж внимательно смотрел в окно. Ага, значит, слушает. Ну тогда пусть и ему будет интересно. Я решила слегка пошалить и, чуть прищурившись, но весьма невинным голосочком спросила у Лорсета:

-      А вот, скажем, женщина может стать для вас идеалом?

-      Конечно, - тоже стрельнув глазами по маршалу, слегка понизил голос граф. - Женщина для меня всегда идеал. Разумеется, не каждая, - обласкал теперь он взглядом меня, - но вы...

-      Ладно, - не дала я ему развить тему. - И вот приходит, скажем, к вам домой такой идеал...

-      Но как же можно? Как это - «приходит»? Приличная дама просто так, сама не...

-      Тьфу на вас! - начала сердиться я. - Мы же об идеале, условно, а не о конкретной даме.

-      Ну хорошо, - вновь покосился на безразлично уставившегося в окно Виттора Лорсет. - Допустим, приходит... - И тут же уточнил: - Условно! В идеале!

-      Да. В идеале. А теперь ответьте, только честно: хотели бы вы, чтобы эта идеальная дама у вас осталась?

-      В идеале, да.

-      На ночь, или навсегда?

-      В идеале, на ночь.

Я расхохоталась:

-      Вот и весь ваш дутый идеал. Лопнул!

Маршал Виттор, продолжая любоваться заоконными красотами, тоже весело хрюкнул.

Энимор Лорсет протестующе взвился:

-      Это нечестно! Он применил допросную магию!

-      Кто применил?.. - искренне удивилась я. - Какую магию?

-      Он! - ткнул вымаг на Виттора пальцем. - Я почувствовал! Военные маги пользуются ею, когда допрашивают пленных. И тогда пленные, отвечая на вопросы, не могут солгать.

-      Но я же тебя не допрашивал, - наконец-то оторвавшись от окна, с улыбкой посмотрел на графа Лорсета маршал.

-      И вообще, - сказала я. - Вы что же, собирались мне лгать?

-      Нет, но... - настолько растерянно заморгал Энимор, что мне стало его жалко: расплачется еще. И быстро перевела разговор в новое русло: - А военная магия - это, наверное, круто, да? Что там еще бывает? Файерболами, наверное, во врагов пуляете? Да, товарищ маршал?

-      Гм-м... Что?.. - разинул тот рот. - Чем, простите, пуляем?..

-      Ну, я не знаю, чем. Вот вы и расскажите.

-      Но я не все могу рассказывать...

-      Расскажите, что можете, - не отставала я. И подпрыгнула вдруг на сидении: - Кстати! А вдруг у меня как раз из этой сферы способности? Вот заодно и проверим!

-      Хорошая мысль, - оживился Энимор, явственно радуясь, что разговор принял безвредный для него окрас. - Не обязательно же тут что-то взрывать или кого-то обездвиживать, Виттор! И свои секретные заклинания можешь оставить при себе. Но есть же что-то простое, безвредное? То, что Золюшка могла бы попробовать.

Ого! А мы не оставляем намерений! Еще один шажок. Вроде бы невинный, но такой очевидно понятный: уже без «леди» и к тому же уменьшительно-ласкательно. И ведь даже не возмутиться на бестактность, ведь это же не лично мне адресовано. Молодец, Энимор, ничего не скажешь. Но все равно непонятно: на фига тебе это надо? Да еще при маршале. Или как раз в этом и дело: хочешь, чтобы тот потом подтвердил баронессе, как рьяно ты исполнял ее просьбу?

Ну да ладно, это пока оставим до лучших времен. Выявление моих способностей куда важнее! И что же предложит... гм-м... Золюшке товарищ маршал?

-      Безвредное? - задумчиво поджал тот губы. И снова посмотрел в окно дилижанса: - О! Разве что дальновидение.

-      Это как? - свела я брови. В голове у меня запрыгали обрывки давно где-то читаного-слышаного: так раньше вроде телевидение называли. У них тут что, тоже телики есть? Блин, никуда от них не скрыться. - Вы мне что, телепередачу предлагаете вести? «Армейская лавка» или «Служу Чареону»?

Оба спутника посмотрели на меня так, словно я предложила им спеть хором.

-      Дальновидение - это далеко видеть, - произнес Виттор таким тоном, словно опасался, не спрошу ли я, что такое «далеко» и почему «видеть».

-      Да что вы говорите? — фыркнула я. — А я думала, близко.

-      Собственно, так оно и есть, - кивнул маршал. - Видеть близко то, что на самом деле далеко. Посмотрите в окно, - отвел он рукой занавеску. - Видите вон там, возле леса, избушку?

Я пригляделась. Вдаль от дороги тянулось широкое поле, за которым и правда темнели зубчики деревьев. Далеко-далеко! Какая еще избушка?.. А, вон та карапулька? Как он ее разглядел?

-      Вроде, вижу, - сказала я и хмыкнула: - И что, значит, я теперь маг? А может, просто у меня зрение «единица»?

-      Это еще не все, - улыбнулся Виттор. С хитринкой такой улыбнулся: мол, сейчас я тебе покажу, какой я крутой! И говорит: - А вы можете заглянуть в окно этой избушки?

-      Могу. Только кто же ради этого обоз остановит? Да мне и лень туда по полю топать, если честно.

-      Я уже прям увидела, как в глазах у обоих мужичков засемафорило: «Вот ведь дура!» и продолжила: - Но вы ведь хотите, чтобы я это увидела отсюда, с помощью магии?

Оба друга аж погрустнели: Обломинго!.. И Виттор сказал:

-      Да, именно отсюда. Эта магия очень простая. Если она у вас есть, то задействовать ее можно следующим образом. Вы должны зафиксировать взгляд на нужном объекте, который хотите визуально приблизить, а потом вообразите, что вы смотрите на него сквозь длинную трубу...

-      Насколько длинную? - с деловым видом вставила я.

-      Ровно такую, каково расстояние между вами и объектом. Начинающему магу, у которого мало опыта, желательно представить ее очень зримо. А потом вы должны начать мысленно ее сжимать, словно складываете большую подзорную трубу. Понимаете? Подключившаяся магия будет удерживать изображение объекта на той стороне сжимаемой вами «трубы», приближая его таким образом к вам. В идеале... гм-м... в принципе, вы можете так приблизить к себе окно той избушки, будто уткнетесь в его стекло носом. Если, конечно, у вас есть задатки к магии дальновидения.

Мне все стало понятно. Реально понятно, умеет этот маршал объяснять; небось, подчиненные его любят. И я уставилась в окно. Но я и в первый-то раз эту избушку не сразу отыскала, а теперь мы еще отъехали, к тому же пылил обоз изрядно, да и стекло не блистало чистотой... Короче, я едва смогла разглядеть нужный «объект». Теперь нужно было представить трубу. И пока я ее представляла, потеряла из вида избушку. Тьфу ты!..

-      Ну что? - спросил маршал.

-      Р-ррр! - ответила я. И продолжила поиски. Ага! Вот она, зараза. Теперь снова представить трубу... Представила. Вроде. Труба же это? Труба. А где избушка?! На курьих, блин, ножках! Так бы их ей и повыдергала. Стоп! Надо открыть наше окошко. Тогда я все точно увижу. Как оно открывается? Наверное, как и в поезде, - нужно вниз потянуть?..

И я потянула. Со всей дури, помня, как туго открывались в поездах окна. А тут оно - хоп! - и ушло сразу вниз. Мягонько, гладенько. А вместе с ним мягонько и гладенько ушла вниз и я, а потом - кувырк! - и оказалась снаружи. Только пятки сверкнули. За которые меня, к счастью, успели схватить Виттор и Энимор - один за одну, другой за другую. А платье мое, разумеется, переместилось подолом на голову, которая была в тот момент ниже пяток. Представили картинку? Круто, правда? Я ее потом тоже представила - никакой трубы не надо... Красота! А я еще думала, на кой хрен мне баронесса такие красивые розовые панталоны в дорогу дала? С рюшечками. Все равно ж никому не видно... Какая вы дальновидная, леди Малена! У вас просто дар.

Больше я решила в дороге экспериментов не ставить. Даже если у меня какая-то способность внезапно и открылась бы - неизвестно же, какая именно. А если я на всем ходу карету в тыкву превращу? Все-таки нужно соблюдать технику безопасности в движущемся транспортном средстве. Когда я объявила о своем решении графу с маршалом, они так обрадовались! Небось, тоже о чем-то подобном думали. Типа, ладно там карету в тыкву, а что если их самих - в крыс или в ящериц? Неловко бы вышло.

Ночью я спала так, что даже не помню, когда в последний раз так удавалось. Магическая «перина» оказалась такой удобной, такой обволакивающе мягкой, что я ее почти не чувствовала - словно парила в теплом ласковом воздухе. И, не знаю, магия этому поспособствовала, или просто я сильно устала - физически и морально, - но заснула я моментально и ни разу за всю ночь не проснулась.

А уж какие мне сны снились - м-мм!.. Сначала мои сладкие деточки. Увидела их, как наяву. Даже поговорила с ними, сказала, что я жива-здорова, и что мы обязательно скоро будем вместе, пусть не волнуются. Еще зачем-то ляпнула, что там мясо в морозилке - если станут готовить, пусть разморозят заранее. Ну вот что я, в самом деле? Лилечка и сама умница, все знает, во всем разберется. И понятно, что мясо разморозит, не пилой же пилить они его станут! А потом мне приснилось... Ладно, неважно. Приснилось и приснилось. Но просыпаться не хотелось. А когда проснулась - не хотелось слезать с этой «перины». Мои попутчики тоже уже проснулись и так обрадовались, когда я спустилась, будто соскучились, а на самом-то деле сразу принялись шуршать свертками с продуктами - до этого просто боялись меня разбудить.

Я тоже покушала, и опять Энимор меня угощал. Столь навязчиво, что я даже назло ему попросила у Виттора то, что ел он. Маршал протянул мне темно-красную полоску, похожую на кусок ремня. По вкусу она оказалась примерно такой же. И по прочности тоже. Я жевала, жевала, жевала... Потом сделал вид, что проглотила, посидела минут пять, глядя в окно, и отправилась в туалет, где маршальский ремень наконец выплюнула.

А затем потянулись часы скуки. Вот плохо, что в этом мире нет никаких гаджетов - ни поиграть, ни киношку глянуть. Да хотя бы книжку почитать. Ой, вот ведь я дура! Не догадалась попросить у баронессы романчик-другой в дорогу. Впрочем, я у нее в доме ни одной книги не видела, так что вряд ли бы мне что обломилось. Может, у них тут вообще романы не пишут - только учебники всякие да жизнеописания королевских особ. Это мне не интересно, лучше уж в окошко смотреть.

Но скучно, похоже, стало не только мне. Граф Лорсет наглел-наглел - и совсем распоясался. Сначала стал нашептывать мне комплименты - чем дальше, тем сочнее и цветистее, потом стал тихонечко ко мне придвигаться, пока я, отступая от его «наезда» не уперлась в стенку, а затем и вовсе положил мне руку на талию, показывая другой в окошко: «Смотрите, Золюшка, какая птичка пролетела!» Щекой он при этом почти что прижался к моей.

Я уже была готова вспыхнуть и осадить наглеца, но меня опередил... маршал. Он вдруг насупился и процедил:

-      Друг мой, тебе не кажется, что ты переходишь границы приличий?

-      Что, это была твоя птичка? - усмехнулся граф. - Твоя, по-моему, осталась в столице.

-      Ты ведешь себя недостойно по отношению к присутствующей даме!

-      О, дорогой друг, кто тебе это сказал? Неужто и впрямь птичка начирикала?

-      Леди Золя просто очень хорошо воспитана, чтобы сказать тебе об этом. Поэтому за нее говорю я: прекращай!

Вот чего я терпеть не могу - когда за меня что-то решают. Неважно, правильно или нет, но за меня. Вместо меня. Не спрашивая меня ни о чем, не советуясь. Даже если при этом я сижу рядом. И не просто решают, а выдают свои решения за мои. И я, понятно, психанула. Но культурно и вежливо.

-      Товарищ маршал, - спросила я, - а мы у вас теперь что, в подчинении? Так вы не стесняйтесь тогда, приказывайте. Сапоги там почистить, пол подмести, или что другое. Плясать тут, правда, неудобно, а если спеть, например, то мы всегда пожалуйста. Да, Энимор? - повернулась я к графу. И положила ему на плечо руку.

В дилижансе воцарилось молчание. Я отпихнула Лорсета и злобно уставилась в окно. Р-ррр!.. Мои «кавалеры» очень поспешно сделали то же самое. При этом им пришлось смотреть в одно. Я искоса за ними наблюдала. Та-аак прикольно! Ну точно, два болельщика смотрят по телику футбол. А их команда проигрывает. И судя по лицам, с разгромным счетом.

Вторую ночь я спала с таким же удовольствием, что и первую. А проснулась от шушуканья. Мужички разговорились. И слегка увлеклись - вроде и шепотом общались, но уже на повышенных тонах, а потому шипели, словно гадюки какие. Или проколотые шины. Я сначала тоже хотела на них шикнуть: мол, сейчас слезу, заклею! Но услышала, о чем идет речь и притихла. А ну-ка, ну-ка!..

-      Ты чего к ней пристаешь? - бубнил Виттор. - Я ведь вижу, что ей неприятно.

-      Это тебе неприятно, а не ей. Завидуешь просто. Вот скажу Малене...

-      Не удивлюсь. Ты же «благодарить» мастер.

-      Что ты имеешь в виду?

-      А кто тебе допуск в Приграничье сделал, не я? Ты бы месяц ходил, бумаги собирал, и собрал бы еще — не факт.

-      Ну, за это спасибо, только ведь сам знаешь, что я не для себя стараюсь, а для атте твоей невесты.

-      Знать-то я знаю, но не только это, а и кое-что другое.

-      Интересно даже, что?

-      Не прикидывайся простачком. Думаешь, о Точке Мира только вымаги все знают? Мне тоже известно, как вы там подпитываетесь магической Силой. Только вот просто так, чтобы «подпитаться», туда не попасть, слишком много желающих. А ты себе повод нашел, молодец. И теперь, смотрю, этот «повод» отблагодарить хочешь. Говорю ж, ты «благодарить» мастер.

-      А ты знаешь - так молчи. Серьезно, Виттор, не надо об этом трепаться. Тем более при Золе.

-      Тогда веди себя с женщинами прилично. Тем более при мне.

Мои спутники притихли. Потом кто-то из них встал, щелкнул задвижкой в сортире. Мог бы и потише! Но мне все равно уже расхотелось спать. В том числе из-за услышанного. Ну вот что за мужики? Во всем им нужна выгода. Я-то думала: чего этот граф за мной ухлестывает? Даже интересно было. А я для него, оказывается, «повод». Тьфу! Сам ты повод! Поводок собачий.

Я зевнула. Специально громко, давая знать, что проснулась. Стала спускаться, маршал подставил для помощи руку:

-      Можно?

- Разумеется, - буркнула. - Тем более вам.

Вот ведь, вырвалось! Он же поймет, что я все слышала! А Виттор и понял. Подмигнул, улыбнулся, еще и палец к губам приложил. Ну что ж, я ему тоже подмигнула. Заговорщики, блин.

И хотя до конца пути мы не перекинулись с маршалом более чем парой-другой фраз, но когда он вышел за одну станцию до нашей, мне почему-то сделалось грустно.