Глава 2

Дмитрий Заливавшийся уже добрых полчаса петух внезапно затих. – Неужели, – пробормотал Вадим с соседней постели. – Может, его это… кхх? На суп? – Время сколько? Не дожидаясь, пока он раскачается, я дотянулся до мобильного. Половина пятого, мать его! А со двора уже слышны голоса семейки. – Представляешь, рожу моего бати? Друг хмыкнул и выматерился. Я повернулся к нему. На груди у него сидела, перебирая лапами, кошка, и мурлыкала так, что мне было слышно. – Это любовь, – констатировал, поднимаясь. – Будешь многодетным папашей. Какие-то блага цивилизации добрались и до глуши. Горячая вода и душ в доме пришлись кстати. Открыл дверь и наткнулся на Василису. – Бабушка завтрак приготовила, – обрадовала она. Поблагодарить я не успел – взгляд Васи стал многозначительным. – У нас всё просто. Без изысков. Но бабушка старалась, поэтому, пожалуйста, даже если что-то не так, не показывайте этого. – Мы же на «ты», – напомнил я. – Я говорю про тебя и твоего друга. Сегодня на Ваське было платье с круглым вырезом. Сама скромность и добропорядочность. Бабка позвала её с кухни, но я придержал Василису за локоть. – Поменяем колесо и поедем в ближайший город. – Зачем? Бабка позвала опять, и Васенька нетерпеливо высвободила руку. Но не ушла. При дневном свете её волосы казались ещё светлее, а глаза – больше. – Иду, бабуль! – крикнула она и понизила голос: – Я распишусь с тобой, хотя это всё похоже на фарс. Но у меня условие. – Вот как? – Да, именно так. – И что за условие? – Обследование для дедушки и бабушки. Полное. И лечение, если потребуется. Настрой у неё был решительный. Этакая амазонка из русской деревни. Для колоритности не хватает коня и серпа в руках. С учётом того, что я во всех смыслах был выше её на голову и смотрела она снизу вверх, это выглядело забавно. – Обследование и лечение для твоих стариков, а для тебя чего? – Мне ничего не нужно. А за бабушку с дедушкой я буду благодарна. Сама я их до поликлиники доехать не заставлю, да и врачей тут хороших нет. Ну так что, договорились? Я выдержал паузу. Пусть понервничает. – Договорились, – протянул руку. Она неловко подала свою. Пальцы у неё были длинные, как у пианистки, а запястье тонкое. На нём болталось несколько сплетённых из ниток браслетов разной толщины и цвета. – Пойдём, – показал на кухню. – Буду отвешивать твоей бабушке комплименты. *** Вадим походил на раздражённого чёрта. – Карета к вашим услугам, – кивнул на машину. Какая муха его укусила, хер знает. Я кивнул с вопросом. – В следующий раз не проси, чтобы я тебя отвёз. К лешему. Чтоб я в шесть утра колёса менял! Из дома вышла Василиса, и я сделал знак, чтобы он заткнулся. Вадим хмыкнул. – Фаты не хватает. А так хоть сейчас в ЗАГС. – Туда и едем. Я уже договорился. На Ваське было длинное белое платье. Не свадебное, разумеется, но достаточно колоритное. Из какого бабкиного сундука она его выудила, хотел бы я знать. – Если этот домик потрясти, можно кучу хлама для любителей ролевых игр отыскать, – наблюдая за моей приближающейся «невестой», задумчиво сказал друг. – Хочешь заняться освоением нового дела? Вася подошла, и я открыл заднюю дверцу. Но из дома не по годам резво выскочила её бабка. Лечение? Со слухом у бабули, конечно, плохо, но в резвости она того и гляди меня переплюнет. – Подождите! – Бабка ускорилась. – Василисушка, погоди. – Она притормозила возле внучки. – Ой, бежала так… Боялась, не успею, уедете. – Бабуль, ну ты что? – ласково улыбнулась Васька. – Вот. – Она сунула ей деньги. – Купи мне шаль. Светлую, красивую. Денег не жалей, бери хорошую. Всё-таки в Москву едем. Вася, – она понизила голос до громкого шёпота, – а если мы кого-нибудь знаменитого там встретим? А если президента? – Это вряд ли, бабуль. Но шаль я тебе куплю. Самую красивую. Вася подошла ко мне, я по привычке приготовился, что меня обдаст ароматом духов, что не вдохнуть не выдохнуть, но дышать было по-прежнему легко. – Документы взяла? Она показала мне паспорт. – Только я не буду фамилию менять. – Я тебе свою фамилию и не предлагаю, – ответил, нагнувшись к ней, и захлопнул дверцу. Бабка нас перекрестила. Я прям в фильм «Изгоняющий дьявола» попал, но демон из меня не выскочил, и из Вадима тоже. – Ну, с богом! Езжайте. Глаза у неё подозрительно намокли, даже неловко стало. Я побыстрее сел за руль. – Э-э, а я что? – пришёл в недоумение Вадим. – А ты старикам помоги собраться. Мы и без тебя справимся. *** Схватив Василису за руку, я провёл её по пустому холлу ЗАГСа и, ворвавшись в кабинет директорши, бросил перед ней паспорт. Отобрал у Васьки её и пустил следом. – Мы разговаривали утром, – напомнил и показал на свой паспорт. Клуша раскрыла его, наткнулась на купюры и расплылась в улыбке. – А-а, Дмитрий Сергеевич, – протянула она, доставая книгу. – Так бы сразу и сказали. – Я так сразу и сказал. Она подняла зад, ткнула на кнопку на магнитофоне, и в кабинете загремел марш Мендельсона. Вася вздрогнула. Я ткнул в ту же кнопку. – Можно и без этого. Нам просто расписаться. Директор ушла за книгой, оставив нас одних. – Так просто? – шёпотом спросила Василиса. – Сколько ты ей дал? – Полтинник, – ответил, нагнувшись к её уху. Пахла она не духами, но на удивление вкусно. Какой чёрт дёрнул меня вдохнуть поглубже – не знаю. Какой дотронуться при этом до её волос – тоже. – Ты что делаешь? – Ничего не делаю. Интересно стало, сколько ты свою косу растила? – Пальцами провёл почти до конца. – Долго, – отрезала она и отступила на шаг. Я подошёл снова и дотронулся до её талии. Ненавязчиво, чтобы, не дай бог, не напугать. Платье было тоньше, чем я думал, и на плече выглядывала лямка бюстгальтера. Я подтянул платье, попутно касаясь кожи. – Дима! – прошептала она. – Мы же так не договаривались. Я не… – У тебя торчала лямка. Продолжить не дала вернувшаяся с книгой директор. Она безошибочно открыла нужную страницу и вручила нам по ручке. – Здесь и здесь, – ткнула пальцем в строки. Я сделал приглашающий жест. Вася стиснула ручку до белизны костяшек, а сама стала похожа на приведение. – Лучший слуховой аппарат для Софии Васильевны, – сквозь зубы напомнил я. Кончик ручки упёрся в строку. Василиса посмотрела на меня из-под ресниц и поставила роспись. Красивую, нужно сказать, для деревенской девчонки. Я тоже расписался. – Ну всё, теперь вы муж и жена! – объявила директор ЗАГСа. – Если у вас нет колец… Я остановил её. Достал кольца и, взяв Васькину руку, надел маленькое, с камешками, на её безымянный палец. – Отлично. Отец заценит. – Красивое… – шепнула Вася, посмотрев на свою руку. – Ещё бы. Белое золото с сапфирами. Держи, – протянул ей второе и свою руку. Она взяла её. Пальцы у неё были прохладные. Сперва подумал, что показалось, но нет – руки у неё подрагивали. – Так волнуешься? – Ничего я не волнуюсь. Она надела кольцо. Я сжал руку в кулак и разжал. Ничего так смотрится. Как будто весомости придаёт, прямо как батя и желал. На подоконнике стояла ваза с цветами. Я вытащил из букета три самые приличные розы, отдал новоиспечённой жёнушке и сделал фото. Если бы не стеллаж с папками за её спиной, можно бы было подумать, что на фотографии барышня-крестьянка из дремучего века. – За неудобства. – Я положил под книгу регистрации ещё одну купюру, и директриса опять заулыбалась от уха до уха. – Вы прекрасно смотритесь, – донеслось нам вслед. – Совет да любовь! *** – Ты что, правда заплатил ей пятьдесят тысяч?! – недоумённо воскликнула Вася, как только мы вышли на улицу. – Да. – С ума сошёл?! Да она бы нас за пять расписала! – Я не мелочусь, если дело важное. Всё должно быть по высшему разряду. Вася фыркнула. – И в чём разница разрядов? Что-то я не заметила, чтобы у нас было VIP-обслуживание. – А у тебя большой опыт? – Нет у меня опыта. Но захудалый кабинет от шикарного зала я отличить могу. Тебя развели как мальчика, а ты и доволен, что крутизну показал. Потешил самолюбие. Хотя мне-то какая разница? Она кинула розы в машину, где уже лежал пакет с шалью для бабки. Пока Василиса ходила за ней, я забрал заказанные по пути кольца – самые дорогие, какие были в городке. При населении в пять тысяч человек хорошо ещё, что здесь нашёлся ювелирный. – Эй! – окрикнул я машущую метлой тётку. – Можете нас с женой сфотографировать? Васька упёрлась, пришлось силком подволочь её к клёну с жёлто-красными листьями. – Стой смирно, – приказал я ей. – И сделай вид, что ты счастлива. – Я очень счастлива. Мой липовый муж подарил мне увядшие розы. Просто млею от счастья. – Представь, что я подарил тебе новый слуховой аппарат. Она наградила меня гневным взглядом. Я вытянул косу из-за её спины – пусть видно будет во всей красе. Приподнял Васю и поставил в листву. – Куда жать-то? – спросила дворничиха. Пришлось объяснить ей, как пользоваться айфоном. Надо отдать должное, сообразила она быстро. Я встал рядом с Василиской и приобнял. Дворничиха сфотографировала нас и нахмурилась. – Да что ты её, боишься, что ли? Возьми её как-нибудь… Ой, молодёжь… Ну давайте же! У вас свадьба или что? На руки её возьми. Давай… Раз, два… – Ай! – взвизгнула Вася, оказавшись у меня на руках. Листья взметнулись из-под её ног, и в этот момент дворничиха сделала несколько снимков. Васька крепко вцепилась в меня. – Не бойся, не уроню, – сказал с усмешкой. – Расслабься и получай удовольствие, детка. Подхватил её получше. – Слуховой аппарат, – процедил я, и она улыбнулась. Актриса самая настоящая, не подкопаешься. Ещё пара кадров – и я поставил её на землю. – Тяжёлая же ты. Вася промолчала и ушла к машине. Обиделась, что ли? Собственно, какая разница? Росписи в книге есть, штампы в паспорте тоже. Полдела сделано. *** – Переноска для кошки, крепкий поводок для пса, таблетки от давления, – перечислил я. – Ещё что? Вася молчала. Как села в машину, так и молчала – за всё время только два раза «нет» сказала и один – «да». Ещё название таблеток сказала, когда мы были в аптеке. И отцу нужно было, чтобы я вот в это влез?! Правильно говорят: хорошее дело браком не назовут. Мы проехали мимо цветочного ларька. – Хочешь цветы – купи иди. Я денег тебе дам. – Не нужны мне твои цветы. – Не нужны, так не нужны. – Я прибавил скорость. Василиса отвернулась к окну. Да чёрт бы её подрал! Остановился и резко сдал назад. Не нужны, как же! У всех баб ген капанья на мозги, должно быть, заложен природой. Первыми попавшимися под руку цветами оказались розы, их я и взял. Вернулся в машину и, открыв заднюю дверцу, кинул рядом с Васькой. – Теперь довольна? – Да не надо мне, я же сказала. Я с раздражением стиснул зубы. Сказала она! А на моське совсем другое написано, и в голубых «блюдцах» – тоже. Вадим позвонил как раз вовремя. – Как оно? – пробился голос друга сквозь собачий лай и грохот. – В норме. Неждачник для папочки на подходе. Всё прошло как по маслу. Бабки – сила. – Не буду спорить, – ответил он с однозначным подтекстом. – Дедки – тоже. – Как у вас? – спросил я, посмеиваясь. Заглянул в машину. Моя благоверная «деревня» чопорно сдвинула колени и сложила на них ладони. Хорошо бы было сейчас и стартануть – так и представилось, как она машет руками, пытаясь не слететь с сиденья. – Всё готово. Ждём вас – и дёру отсюда. Хорошо, что тачка семиместная. – Всё так плохо? – Я сел за руль и завёл двигатель. Посмотрел в зеркало. Вася так и восседала с по-царски расправленными плечами и прямой спиной. – Грузить шмотки своей родни будешь сам, – сказал он и крепко ругнулся. – Замётано, – усмехнулся я, бросил телефон и выжал газ. Василиса со вскриком взмахнула руками и полетела вперёд. Схватилась за подголовник моего сиденья. Я притормозил. – С ума сошёл?! – вскрикнула она. – Тебя пристёгиваться не учили? Или ты в машине первый раз в жизни? Это тебе не насест, Василиса Прекрасная. Она села как следует и, найдя ремень, дёрнула его. Долго ковырялась, но всё-таки пристегнулась. – Слушай, а ты реально сколько раз в жизни в тачках нормальных ездила? – Не твоё дело, – ответила она глухо и посмотрела на разметавшиеся по сиденью розы. Не моё, так не моё. Всё с ней и так ясно. Деревня есть деревня.