Глава 20

Даша – Ты – лох! – тычу пальцем в висящий на стене постер с изображением известного поп-певца, а потом и вовсе срываю плакат. Смяв его, швыряю в мусорку. – И ты больше не мой кумир. Ладно, кумиров у меня нет, но если выбирать из всех красивых парней, я выберу… Ярик! – восклицаю, когда на экране моего телефона высвечивается его фотография. Быстро принимаю звонок. – Уже выходить? – Давай. Жду у ворот. Отъедем в сторону, чтобы не волновать твоих. – Мчу! Слетаю вниз так быстро, что чуть не падаю в прихожей. – Дарья, – слышу за спиной строгий голос папы. Быстро натягиваю кроссовки, бросив на хмурого родителя только короткий взгляд. – Мне надо… ну, выйти. – С Ярославом? – спрашивает папа. Выпрямляюсь и смотрю на него. Одна бровь приподнята, в глазах вопрос, который даже задавать не надо, я и так все понимаю. – Не говори Захару, ладно? – прошу его и применяю свой самый надежный способ убеждения. Глаза как у кота из Шрека, ручки сложены в молитвенном жесте. И губа. Губа – это важно! Она должна немного дрожать, иначе ничего не выйдет. Выражение папиного лица смягчается. – Что между вами? – негромко спрашивает он. – Да ничего такого, – отвечаю. – Просто… ну… тусуемся. Вот и все. Просто если Заку сказать, он начнет раздувать из мухи слона. – Даша, Ярик не очень подходящий для тебя парень. – Ой, вас с Захаром если послушать, никто мне не подходит, – отмахиваюсь я. – Разве только, может, девственник – выпускник какого-нибудь Итана, который до свадьбы меня даже за руку держать не станет. – А что, Ярик уже держит? Только за руку? – снова хмурится папа. Я забыла к дрожащей руке присовокупить прикушенный язык. Погубит же меня когда-нибудь! – Да ну пап! – психую я. – Ничего такого между нами нет, – восклицаю. – Тогда почему ты так нервничаешь? – спрашивает папа. Он слегка прищуривается и впивается в меня пронзительным взглядом. – Если ничего нет, значит, и от Захара тебе скрывать нечего. – Мы просто общаемся, – произношу со вздохом. – А Захар сделает из этого целую трагедию. – Ладно, иди, – соглашается папа. – Но учти, я буду наблюдать за развитием событий. Нахмурившись, вылетаю из дома. Если папа сказал, что будет наблюдать, то он теперь не спустит глаз с меня и Ярослава. Пока добегаю до ворот, мое настроение значительно улучшается. Внутри взрываются пузырьки счастья от одной мысли, что за воротами меня ждет Ярик. Бабочки в животе беснуются, и я чувствую, как сердце заходится в радостной истерике. Прыгаю в тачку Ярика и вижу его довольную улыбку. – Мне нравится твой комбинезон, – говорит он и дергает за заячье ушко на капюшоне. Стягиваю его и поправляю хвостик на голове. – Это кигуруми, – поясняю я. – В холодное время года я всегда в них тусуюсь дома. У меня таких семь штук, – заявляю с гордостью. – Я был бы не против увидеть все. – Мое сердце подскакивает к горлу, и я уже прямо сейчас готова вернуться домой, чтобы переодеваться по очереди в каждый кигуруми и выбегать показываться Ярику. – Отъедем чуть дальше, потому что глазок камеры на воротах как будто даже моргает, наблюдая за нами. Под мое хихиканье Яр заводит машину, и мы отъезжаем на пару сотен метров от моего дома. Останавливаемся на большой поляне на краю леса. Яр глушит мотор и, приоткрыв окно, закуривает. – Что тебе написал Лемешев? – спрашивает он, глядя прямо перед собой. – Да так, просто, наверное, захотел пообщаться, – поясняю я. – Он уже пригласил тебя погулять? – спрашивает Ярик, и мне кажется, будто я слышу недовольные нотки в его голосе. – Нет, пока только болтал ни о чем. Как дела, чем занимаюсь, буду ли завтра в универе. – И что ты ответила? – Хочешь знать ответ на каждый из вопросов? – Может мне тоже интересно как у тебя дела, чем ты занимаешься и будешь ли завтра в универе. Еле сдерживаюсь от того, чтобы взвизгнуть и начать выкладывать Ярославу все в мельчайших подробностях. Больше всего меня радует, что мой план, кажется, срабатывает, и Ярослав перестает видеть во мне лишь младшую сестру своего лучшего друга. Надо подумать, что еще можно сделать, чтобы спровоцировать его двигаться дальше. Поцеловать меня, например. Или, возможно, зайти еще дальше. Интересно, он бы захотел со мной чего-то большего? – Ну, про мои дела ты знаешь, – отвечаю на один из вопросов. – На тот момент, когда Богдан написал мне, я собиралась на прогулку с подружкой, – вру, ни разу не моргнув. – Подумывали заглянуть, может, в какой-нибудь бар и немного потусить там. – Даш, какой бар? – хмурится Ярик. – Не знаю, – легко пожимаю плечами. – Мы бы однозначно нашли какой-нибудь интересный. Может, даже покруче любимой вами Атмосферы. – И что, вы пошли бы в бар вдвоем? – Ну да. – Даш, ты нормальная? Двум красивым девочкам не место в баре в одиночестве. Как только вы там появитесь, налетят какие-нибудь имбецилы, чтобы… короче, не место вам там. Мне нравится, что он психует по этому поводу, и хочется верить, что причина этих психов – я. – Ну а что, дома, что ли, сидеть? К тому же не Богданом единым, – с пафосом заявляю я. – Может быть, в баре мне попался бы какой-то подходящий парень. Выбросив в окно окурок, Ярик пару секунд барабанит пальцами по рулю, а потом резко хватает меня за затылок и сближает наши лица. Я замираю, широко распахнув глаза. Чувствую на своих губах его горячее дыхание. Аромат его парфюма кружит голову. А его взгляд даже в темноте прожигает до самых косточек. – Нет подходящих, Даш, – произносит он хриплым шепотом. – Ни один из них тебя не достоин. – А ты? – вырывается из меня. – Ты достоин?