Глава 39

Даша Закрываю глаза. – Трусики и майка, – отвечаю. Голос мгновенно хрипнет. – Какого цвета трусики? – задает новый вопрос, и я хихикаю. – Розовые. На них еще вишенки нарисованы. – Вишенки? – сипло уточняет Яр. – Ага. – Блядь, малыш, ты меня убиваешь, – стонет он. – Почему? – Хочу увидеть их. – Я не буду отправлять тебе фотки. – Не надо фотки. Хочу увидеть на тебе. – Когда? – Завтра буду решать вопрос с квартирой. Как только куплю и перееду… – Это может затянуться на месяцы. Надо же будет еще ремонт сделать. – Разберемся. Месяцы ждать я не буду. И так уже дурею от того, как сильно хочу оказаться в тебе. Даш? – М? – Задери маечку. Я шумно выдыхаю и делаю, как он сказал. Поднимаю до самой груди. – Задрала. – Высоко? – До груди. – Выше, малышка. Оголи соски. Блядь, как же я хочу укусить тебя за них. – Ярик, – стону негромко и, подняв маечку, накрываю свою грудь. Мну ее, тяжело дыша. Кажется, даже могу почувствовать под пальцами свое сумасшедшее сердцебиение. – Что, зайчишка? Трогаешь себя? – Мхм, – произношу согласно, и мои глаза закрываются. Становится так жарко, что я откидываю одеяло. – Как ты трогаешь себя? Расскажи мне. – Грудь. Я… ну… мну ее. Тяну за сосок. Теперь вторую. Ярик, так жарко. – Ох, блядь, очень жарко, малышка моя. Спустись рукой ниже. Хочу, чтоб ты потрогала себя через трусики. – Может, снять их? – Не торопись. Потрогай. Сглотнув, выполняю его приказ и касаюсь чувствительных губок через тонкую ткань. Чуть надавливаю и чувствую, как она пропитывается влагой. – Надави на клитор. Закрой глаза. Представь себе, что это мои пальцы ласкают тебя. – О-о-ох, – вырывается из меня, и я прогибаю спину. Клитор слишком чувствительный. И все тело ощущается как одна сплошная эрогенная зона. Кажется, к чему не притронься, я от любого касания получу удовольствие. – Твои трусики мокрые? – Да, – выдаю с хриплым стоном, выводя круги по влажному пятнышку. – Ярик, мне жарко. Я хочу… что мне сделать? – Моя маленькая зайчишка, потерпи немного. Удовольствие тем и хорошо, что нарастает постепенно, чтобы потом быстро довести тебя до пика и прийти к кульминации. – Я уже хочу кульминацию, – хнычу от потребности. – Что дальше делать? Ярик, не молчи. – Черт, ты сводишь с ума своим голосом. А когда представляю себе, как ты ласкаешь себя, я уже почти готов кончить. Член просто лопается, настолько он твердый. Из-за тебя, моя маленькая. – Яр, – выдыхаю еле слышно. – Засунь руку в трусики. Раздвинь пальцами складочки и ласкай себя. Начни нежно. Собери влагу у входа и распредели ее по клитору. А потом делай так, как тебе нравится. Представь себе, что это мой язык. Он будет сводить тебя с ума. Заставит плавиться от возбуждения, постепенно доводя до сумасшествия. А потом, как только ты взорвешься, я войду в тебя и трахну. Буду жестко долбиться, пока ты еще, как минимум раз не взорвешься. – Боже, это… ох… Мои пальцы, собрав влагу, быстро кружат вокруг клитора, периодически задевая заветную кнопку и делая ощущения еще острее. Я слышу каждое слово Ярослава. И в то же самое время они сливаются в равномерный гул с очень яркими картинками из моей фантазии. Горячими картинками, каждую из которых я хочу воплотить в реальность. Ощутить все то, о чем говорит Яр. Почувствовать на себе тяжесть его тела и то, как он распирает меня изнутри. – Как же я хочу почувствовать тебя в себе, – хнычу, уже балансируя на краю. – Блядь, представляю, как горячо и туго будет внутри тебя, – рычит он. – Дашка, я не знаю, как буду сдерживаться, пока ты привыкнешь к сексу. Хочу трахать тебя быстро и жестко. Но в то же самое время брать медленно, чувствуя всю тебя. Целовать. Облизывать. Кусать. Нежничать. А потом снова трахать жестко. – Ярик… я… – Ты близко? Кончишь для меня? Хочу, чтобы ты кончила. Хочу услышать твой стон. Твой голос, когда ты взрываешься. – Яр… о, че-е-ерт, – произношу протяжно. А потом внезапно все тело застывает, и из меня вырывается хриплый стон. Он звучит так, будто мне больно, хотя на самом деле я мощно взрываюсь. Чувствую, как начинает дрожать все тело. Мышцы внизу живота сковало так сильно, что становится даже больно. Они как будто мгновенно стали каменными. – Блядь, зайчишка, – хрипит Яр, и я слышу рык, который чуть ли не вибрирует на моем ухе, к которому прижата трубка телефона. Мы оба тяжело дышим, приходя в себя. Я улыбаюсь и укрываюсь одеялом. Поправляю майку. Надо сходить в душ и сменить белье, но у меня сейчас ни на что нет сил. До сих пор трясет так, что едва удерживаю телефон. – Зайчишка? – хрипло зовет Ярик. – М? – Я люблю тебя. От его слов внутри становится еще теплее. – И я – тебя, – шепчу в ответ. – На выходных заберу тебя за город. Снимем отдельный домик и будем предаваться разврату. – Отличный план, – хрипло смеюсь я. – Если, конечно, папа отпустит. – Я попытаюсь с ним договориться. – Разве не я это должна делать? – Даш, думаю, у меня получится лучше. – Потому что я закачу папе истерику? – хихикаю. – Кстати, с ним они срабатывают довольно эффективно. – Не сомневаюсь. Но сначала я поговорю. – Только потому, что ты друг моего брата. Любого левого парня папа бы за такое предложение четвертовал. – Что ж, молись, малая, чтобы меня не постигла такая же участь, – смеется он. – Как ты себя чувствуешь? – Как какая-то хулиганка, – смеюсь. – Ты она и есть, – отзывается Яр. – Как прошел остаток вечера? – Нормально. Училась, читала книгу. Слушай, а что это за прикол с трусиками в вишенки? – Блядь, зайчишка, тебе лучше не знать, – стонет Ярик. – Но я хочу! Рассказывай давай!