Глава 24

Как только закрыл за собой дверь её комнаты, ноги сами понесли вперёд, будто если задержусь ещё хоть на секунду, то точно сломаю всё, что осталось. Внутри кипело. Я сжал кулаки, и пальцы впились в ладони, оставляя болезненные следы. Хотелось разнести этот чёртов коридор, двери, хоть что-то, чтобы выбить из головы её взгляд.

Я идиот, редкостный. Надо было додуматься до такого. Женитьба в обмен на секс⁈

Резко остановился, чуть не врезав кулаком в стену. Прямо почувствовал, как мышцы напряглись, готовые выплеснуть злость. Но вместо удара я лишь двинул себя по ноге, стиснув зубы так, что даже челюсть заболела.

— Дебил, — выдохнул в пустоту.

Горло жгло от собственной ярости.

Она ведь смотрела с таким… доверчивым страхом. А я что? Я скотина. Просто взял и размазал всё грязью.

Сгорая от стыда и злости, рванул вниз по лестнице. Стук подошвы эхом разносился по ступеням, отдаваясь в голове громче всех мыслей. Когда я, наконец, оказался на улице, в лицо ударил свежий вечерний воздух, но даже он не остудил бешеный пульс.

Открыл машину, хлопнув дверью так, что, кажется, она едва не слетела с петель. Обессиленно рухнул на сиденье, откинув голову на спинку, и закрыл веки. Но перед глазами тут же возник её образ.

Василина…

Её вздернутый подбородок. Этот испуганный, обиженный взгляд, который разорвал меня на части.

— Чёртова девчонка… — выдохнул я.

Но кого я пытался обмануть? Она не виновата. Виноват я. Виноват на сто процентов. Хотел всё сделать красиво, хотел доказать, что я серьёзно настроен, что она мне небезразлична.

И что сделал? Как последний придурок предложил ей замуж в обмен на постель.

Поспешно завёл двигатель и вдавил педаль газа. Мотор взревел и я вырулил на дорогу, даже не особо думая о направлении.

Дом? Да к херам его!

Я не мог сидеть один, переваривая то, что сотворил. Нужны были пацаны. Нужно было хоть как-то отвлечься, пока я не свихнулся окончательно.

Через несколько минут уже был на пути к Гору. У него сегодня тусовался и Дан.

— Ну что, Никита, доволен собой? — спросил себя вслух, выкручивая руль, входя на скорости в поворот.

Ответа, конечно, не было. Только гул в голове, не дающий покоя.

Когда зашел в квартиру, меня сразу встретил шум: парни уже собрались и что-то обсуждали. В воздухе витал навязчивый запах сигарет и виски.

Как всегда, привычная обстановка.

— О, Ник, явился! — Егор сидел на диване, раскинувшись как барин, с бокалом в руке. — Думали, ты уже в своей компании аграрных экспертов пропал.

— Чего такой хмурый? — Дан, сидя на краю стола, покосился на меня, кидая орешек в рот. — Гулял где-то?

Я только махнул рукой, не в настроении отвечать. Подошёл к бару, налил себе бухла и сел в кресло. Они переглянулись, но ничего не сказали — знали, что если я хочу, то сам расскажу. А если нет — значит, не надо лезть.

— Так, ладно, — начал Егор, переключаясь. — Ты тему диплома-то выбрал?

— Да, что-то по аграрному бизнесу. Все равно у отца практику буду проходить, так что логично. — Я сделал большой глоток, чувствуя, как крепкий напиток обжигает горло.

— Удобно нам, конечно, — хмыкнул Дан. — У нас у всех, считай, родители под боком, помогай — не хочу.

— А ты что выбрал? — спросил я, пытаясь поддержать разговор, хотя слушал их вполуха.

— У отца тема сейчас двигается по разработкам в сельхозиндустрии. Ну, там новые машины, удобрения. Всё это. — Дан пожал плечами, будто ему было всё равно. Но я знал, что он далеко не безразличен — слишком увлечённо рассказывал о технологиях на лекциях.

Егор усмехнулся:

— Ну а я что, сам знаешь. Тема будет связана с логистикой и эффективностью производства на молочных заводах. Короче, чистая практика.

Я слушал их, кивая, но в голове всё время крутилось другое.

Ещё на первом курсе, при поступлении, я думал, что тут будут учиться одни деревенщины, которым мечта стать фермером — потолок. А оказалось, что в этом институте полно таких, как мы: дети богатых родителей, которые хотят либо продолжить семейное дело, либо хоть как-то вписаться в систему.

С Гором и Даном сдружились сразу, несмотря на разный характер, потому что понимали друг друга без слов.

Егор — громкий, наглый, с вечно распахнутой улыбкой и этой своей ковбойской шляпой, которую последний месяц таскает повсюду. Он был самым компанейским из нас: мог проболтать с преподом о погоде и в тот же день набить кому-нибудь морду за косой взгляд. Его батя владел сетью молочных заводов, так что выбор института был предрешён: сам бы он сюда, конечно, не пошёл.

Даниил — наоборот, всегда спокойный, сдержанный, с этим своим чуть прищуренным взглядом, из-за которого никогда не понятно, то ли он тебя сейчас поддержит, то ли добьёт одной фразой. Его отец вечно в разъездах, мать занимается винодельней, а он здесь, чтобы «разобраться, чего хочет сам».

С пацанами сдружились сразу, даже без долгих разговоров. Просто увидели друг друга на общем сборе и как-то так встали рядом. Уже через пару дней вместе сидели на последних партах, через неделю — пили в баре, а ещё через месяц поняли, что нас теперь трое, и так оно и останется.

А дальше — дальше всё само пошло. Общие тусовки, поездки, разговоры, приколы. Где один — там и двое других. Мы не строили иллюзий и прекрасно понимали, в каком мире живём. Все мы здесь, потому что нас сюда засунули, но раз уж так, то почему бы не сделать эту жизнь интереснее?

И стоило мне подумать об интересе, как перед глазами всплыла она. Василина.

Я помнил каждую секунду того момента.

Как смотрел на неё, а она смотрела на меня — так, будто я сделал что-то невообразимо глупое. Будто я сломал что-то важное между нами. Будто не знал, с чем играю.

А может, и правда не знал?

Сделал ещё глоток, ощущая, как виски чуть приглушает это чувство. Чувство, которое не мог объяснить.

Как вообще позволил себе пойти на такое? Сделал предложение и как?…

— Ник, ты глухой? — Дан щёлкнул пальцами перед моими глазами. — Чего задумался?

Я моргнул, возвращаясь в реальность. Чуть покачал головой, схватился за бутылку, налил себе ещё виски.

— Да так, — отмахнулся, ставя пустой стакан на стол. — Вспомнил кое-что.

— Ну ты и скрытный, — Гор усмехнулся.

А я снова погрузился в свои мысли.

Эта девчонка…

Её глаза, полный разочарования взгляд. Как она стояла передо мной, обнимая себя руками, будто защищаясь.

— Он думает про девушку, — вынес вердикт Дан, ухмыляясь.

— С чего ты взял? — огрызнулся я, стараясь поспешно отвернуться.

— Да потому что ты здесь, но мыслями явно где-то далеко.

Я снова потянулся к бутылке, наливая себе ещё виски. Хотелось отвлечься, забыться. Но даже среди шума и разговоров с пацанами, её образ не отпускал меня. В голове всё ещё крутились сцены со Стрекозой.

Чёрт возьми, я всё испортил.

Хотел ведь как лучше. Хотел показать, что серьёзно настроен, что не просто с ней играю, а готов даже жениться, если нужно.

Но как только выдал эту фразу, увидел, как она застыла.

Её лицо… Эти распахнутые глаза, полные шока и гнева.

Я помню, как внутри у меня всё сжалось от этого её тона. И ведь в ту минуту сам верил, что произношу адекватные вещи и, вообще, я — молодец, решился на такое…

А вот сейчас догоняю, как это выглядело в ее глазах: я сделал ей предложение, но с оговорочкой… да еще с какой…

Твою мать…

Сейчас представлял это иначе. Будто со стороны.

Я стоял перед ней, уверенный, самодовольный, словно делал ей офигенную услугу. Как будто не серьёзное признание в намерениях, а сделка какая-то.

Да ещё и с этой своей ухмылочкой.

Да ещё и тоном…

Как будто говорю не «Ты мне нужна. Без тебя никак.», а «Ну ладно, так и быть, будешь моей.»

Чёрт, я ведь реально выглядел так!

Вспомнил, как в первую секунду у неё дрогнули губы, будто она хотела что-то сказать, но передумала. Как отвела взгляд, сжала пальцы в кулаки.

И ведь еще удивился ее реакции, хорошо, блин, не выдал что-то типа: «Что, не рада?».

Сука…

Стиснув зубы, быстро поставил стакан на стол, заставив Егора и Дана замолчать и удивлённо на меня посмотреть.

— Что? — спросил Гор, сжав сигарету в руке.

— Да ничего, — начал я, потом замолчал, и тут же, выдохнув, психанул: — Короче, в деревне я познакомился с девушкой…