Глава 17. Инь и Ян

Мы с Тимуром подошли к корпусу, в котором была его комната. Молча вошли внутрь. Просторные холлы, современный ремонт, тишина – контраст с нашим с Леной шумным девчачьем общежитием.

Тимур шел уверенно, не оглядываясь, будто вел меня по своей вотчине. Остановился у двери с табличкой «Орлов Т. Д. / Артюхов Д. А.».

— Комната, — коротко бросил он, доставая ключ.

— Вы живёте… вместе? — удивилась я.

Тимур усмехнулся.

— Думаешь, я бы стал его терпеть при любых других обстоятельствах?

Я хохотнула. Да, между ними было мало чего похожего.

Дверь открылась. Я замерла на пороге. Комната напоминала поле битвы двух противоположностей.

Минимализм, дорогая техника, идеальный порядок на одной половине (явно Тимура) и творческий хаос на другой (Даня).

А ещё запах дорогого парфюма, кофе и… чего-то неуловимо знакомого.

– Мячи там, – Тимур кивнул на шкаф у своей кровати. – Бери сколько нужно. Я в ванной руки сполосну.

Он исчез за дверью, оставив меня одну посреди своего пространства.

На стороне Тимура стояла аккуратно заправленная кровать с графитовым постельным бельём, книги по спортивному менеджменту и корпоративным финансам на полке, свежий номер Harvard Business Review, открытый на статье “Эмоциональный интеллект в переговорах”, ноутбук и керамическая кружка с остатками кофе на столе.

Кровать Дани была завалена одеждой, поверх которой призывно лежала гитара. На стене висел плакат с гоночным болидом и подписью… Наверное гонщик расписался? На полу разбросано несколько пар кроссовок, пустая банка от энергетика и скейтборд.

Стало как-то неловко от того, что я всё это рассматриваю.

Я торопливо направилась к шкафу Тимура, стараясь не смотреть на его вещи, на фотографии на столе (уверена, там Алиса). Открыла дверцу шкафа.

Аккуратно развешанная одежда, спортивная сумка… Я схватила чехол с мячами и поспешно закрыла шкаф.

Развернулась и вздрогнула от неожиданности.

— Что же ты постоянно пугаешься? — спросил Тимур.

И всё бы ничего, но!

Он был без футболки. Прямо перед моим носом оказалась его голая накачанная грудь.

Он протянул руку за меня — к шкафу.

На меня обрушился его запах — холодный цитрус поверх тлеющего сандала, а под слоем дорогого парфюма горьковатый шлейф эспрессо, едва уловимая смолистая нотка (может, кедровое масло?) и… зимний ветер. Да, именно так — будто вдохнула морозное утро после метели, когда лёд на деревьях блестит как алмазный.

Глаза автоматически скользнули вниз — и мгновенно отпрыгнули к потолку, будто обожжённые. В висках застучало, горло пересохло.

Не дыши. Не дыши слишком громко!

Пальцы вцепились в чехол с мячами.

— Ты… — голос сорвался на полуслове, превратившись в хриплый шёпот. Скажи что-нибудь о погоде. О мячах. О чём угодно! Но мозг упорно транслировал абсурд. — Оденься! — наконец, нашлась я.

Тимур как раз достал футболку из шкафа и начал её натягивать, поэтому моё замечание повисло на насмешливой улыбке Тимура.

— Именно этим и занимаюсь.

Щёки у меня покраснели.

Я решила показаться независимой и вовсе не смущённой, задрала подбородок и отступила в сторону — правда слишком резко. Пятка наступила на край скейтборда Дани. Пластик или из чего там делают дорогие скейты с грохотом рванулся вперёд, а я, потеряв равновесие, назад.

Время словно замедлилось. Тимур среагировал мгновенно — сделал молниеносный шаг, вытянув руки.

Его пальцы крепко обхватили мою талию прежде, чем я окончательно навернулась. Падать в его объятия становится моей новой дурной привычкой. Движение было настолько плавным и уверенным, будто он заранее знал, что мне понадобится помощь. Я оказалась прижатой к его груди, чувствуя, как бешено колотится его сердце под футболкой, которую он только что успел натянуть.

— Невероятно, — его голос прозвучал низко и хрипло прямо над моим ухом.

Он медленно опустил меня на пол, не торопясь отпускать. Наши лица оказались непозволительно близко, и я могла разглядеть каждую черточку его лица — от лёгкой тени щетины до крошечной морщинки между бровями. Его руки всё ещё лежали на моей талии, большие ладони согревали сквозь тонкую ткань футболки.

Только через несколько бесконечно долгих секунд он наконец сделал шаг назад, но его взгляд всё ещё был прикован ко мне — внимательный, изучающий, с едва заметной улыбкой в уголках губ.

— Как ты дожила до своего возраста? — спросил он, смеясь.

— Сама не знаю, — ответила я, всё ещё чувствуя, как пылают мои щёки и как бешено колотится сердце.

Мне надо было срочно перевести тему! Я огляделась.

— Вы как инь и ян, — вырвалось у меня.

— Нравится наш зоопарк? — Тимур кивнул на гитару Дани с наклейкой “Я ♥ скорость”. — Его половина — вечный подростковый бунт. Моя —…

— Тюремная камера! — донеслось из коридора. Даня ввалился в комнату, швырнув ключи на свой стол. — Ты хоть раз слышал про понятие “уют”, Орлов? Ни коврика, ни плакатика с котиками…

Тимур и Даня будто сошли с разных планет. Тимур — холодная точность швейцарских часов: каждое движение выверено, каждая деталь на месте. Даня — новогодний фейерверк: яркий, беспорядочный, непредсказуемый. Странно, что их миры не схлопываются при столкновении…

Но что-то общее всё же есть. Та же упрямая линия подбородка. И взгляд — оба смотрят будто видят тебя насквозь, только Тимур — как хирург, а Даня — как фокусник перед трюком.

— Ну я пойду, — сказала я и направилась к двери…

— Уже уходишь? А как же тройничёк? — спросил Даня, притворно негодуя.

Какой же он невыносимый!. Но я уже выскользнула за дверь.

— Дань, отвали от неё, — услышала я голос Тимура позади.

А потом ответ Дани:

— У тебя же невеста, Тим, не понимаю, чего ты всерьёз за неё взялся! Да и к тачкам ты особой любви не испытываешь…