Глава 28

Злата

Карина ушла на свидание, а я еще минут тридцать отрешенно пялилась в раскрытую тетрадь. Нужно было обозначить план работы над новым сюжетом, так как первый вариант без сожаления удалила с ноутбука, стоило только соседке по комнате выйти за дверь.

В глубине души я всегда знала, что разоблачительное видео о Феликсе вряд ли увидит свет. Сделать-то сделала, а вот представить на суд однокурсников не хватило бы смелости.

Какое-то время я была ослеплена желанием мести, и работа над сюжетом помогала отвлечься от противоречивых чувств в груди. Когда же трезвым взглядом оценила результат — поняла, что не имею права так с ним поступать.

Возможно, когда-нибудь Железнов сам расскажет об этом во всеуслышание, а пока, я взяла ручку и стала мелким каллиграфическим почерком выводить синопсис нового сюжета по телевизионной журналистике…

Поморщилась, поворачивая голову в сторону окна, потому что посторонние звуки с улицы отвлекали от работы.

— Господи, да что же там опять такое?! Неужели Громов взял себе в помощники местных бомжей, и они вернулись с новым запасом краски?! — пробубнила себе под нос, скрипя сердцем раскрывая занавески.

Брови полезли наверх, когда я увидела под окнами целую рабочую бригаду с огромными металлическими щетками в руках. В центре толпы стоял Железнов, с видом директора Управляющей компании, указывая, кому что делать.

Немного присмотревшись, обнаружила, что кроме парней в ярко-оранжевых спецовках там находились и другие студенты МГУ.

Они помогали оттирать эту позорную надпись!

Сглотнув вязкий ком из подступающих слез, я набрала его номер.

— Ал-ло! — лениво изрек собеседник на другом конце, устремляя взгляд к моему окну.

— Я думала, это теперь никак не сведёшь…

— Отмыть краску с асфальта можно растворителем, например ксилолом! Ну, или воспользоваться проверенным дедовским методом — смешать бензин и ацетон! — в голосе Железнова сквозила непоколебимая мужская уверенность.

Пожар, который всё это время бушевал в груди, потихоньку начал угасать. Дышать стало легче.

— Феликс…?! — пробормотала я, закусив губу.

— Что, золотце?

— Спасибо… — тихо пробубнила, стараясь не выдать голосом, что по щекам катятся слёзы.

— Отдыхай. Через пару часов об этом никто и не вспомнит!

* * *

С утра я первым делом выглянула в окно. В душе взорвался фейерверк из самых счастливых эмоций, когда обнаружила, что на месте вчерашней надписи виднеется безликий обледеневший асфальт.

— Ура! — победоносно рассмеялась, глядя в заплывшее от сна лицо Карины. — Феликс оказался прав! Ничего не видно! — я пританцовывала, вытянув руки над головой.

— Как мило… — сдержанно улыбнулась однокурсница, очищая банан от кожуры.

— Да, он помог мне! Вызвал целую бригаду рабочих, еще и других парней из общаги подтянул!

— Знаю. Все только это и обсуждают… — холодно отозвалась блондинка, закидывая ногу на ногу и медленно просовывая между губ кончик банана.

Я поморщилась, не в состоянии наблюдать за её эротическими игрищами. Теперь в магазинах вообще обходила прилавки с бананами стороной — при виде продолговатых заморских фруктов в голове всплывали странные ассоциации…

Почему именно мне попалась соседка изращенка?! Наверное, по той же причине, почему бывший парень оказался чокнутым алкашом, а тот, кто метил на его место — шантажистом с императорскими замашками Петра Первого…

— На этой неделе отчетное занятие! Запишешь меня на видео?! — промежду прочим поинтересовалась Карина, и я машинально кивнула головой.

— Вот и отлично! Надеюсь, буду лучшей на курсе! — радостно прочирикала блондинка.

— А что за занятие?! — озабоченно переспросила, пытаясь вспомнить, о каком предмете идет речь.

— По курсу «Минет. Техника «Глубокая глотка»! Забыла, что ли? — насупила брови однокурсница, глядя на меня, как на врага-народа.

— Ох, ну, ладно… — прикрыла рот ладонью, мечтая скорее покинуть комнату.

— И не смотри так! Вот сделаешь своему Железному Феликсу, и его маленький друг никогда не станет Мягковым! Дело говорю! — Карина чопорно рассмеялась, без всякого стеснения распахивая полы шёлкового халата.

Соседка достала из шкафчика аккуратный тюбик, и, выдавив на пальцы немного розового геля, принялась втирать желеобразную субстанцию себе в грудь.

— Хочу, чтобы мои девочки на ощупь всегда были как попка младенца! — однокурсница соблазнительно облизнула губу, глядя на то, как я надеваю ботинки.

— Что-то ты не торопишься… — растерянно выдала я, застегивая кожаную куртку.

— Прогуляю первую пару! — пожала плечами Карина, продолжая массировать соски.

* * *

Вздрогнула, когда прямо за спиной раздался душераздирающий звук автомобильного клаксона. Я повернула голову, сталкиваясь с открытым уверенным взглядом Феликса.

Он сидел на водительском сидении белоснежного «Мерседеса», неотрывно глядя мне в глаза. Мышцы внизу живота моментально свело под натиском маленьких, но невероятно сильных крыльев бабочек, которые устроили пляски с бубном.

Замерла на месте, отчаянно хватая ртом прохладный ноябрьский воздух, ощущая каждой молекулой тела, как сильно соскучилась по этому умопомрачительному наглецу. Железнов подмигнул, кивком головы указывая на соседнее кресло.

Распахнула пассажирскую дверь, залезла в машину, и, не говоря ни слова, сжала его лицо в прохладных ладонях, а затем поцеловала настолько глубоко, насколько позволил его сладкий язык.

— А-ф-ф… — гавкнул Феликс, тут же перехватывая инициативу.

Он грубо зажал распущенные волосы между пальцами, и, чуть оттянув их назад, открыл больше доступа к моей шее и губам. Минут пять мы были оторваны от мира, оглушенные звуком ненасытных влажных поцелуев.

Наконец, не выдержала и накрыла ладонью ширинку парня, трогая член через джинсовую ткань. Его боец уже стоял по стойке смирно, готовый сражаться у меня между ног.

— Бл*! Сегодня до утра весь извёлся… Хочу спать с тобой каждую ночь! — простонал Феликс, елозя фалангой большого пальца по моей щеке.

Ох. От этих грязных мыслей трусики начали липнуть к увлажненным половым губкам. Мечтала уже скорее ощутить его умелые руки на своем теле, повторяя все те безобразия, которыми мы занимались совсем недавно…

— Может, ну, ее, эту чертову историю журналистки?! Поехали ко мне? — в глазах Феликса сверкнула молния.

Он тяжело дышал, удерживая мою руку у себя между ног.

— Я бы с радостью, но сегодня важный опрос. Так что… — он вновь прильнул к моим губам.

На этот раз касался их настолько трепетно и нежно, будто пил нектар из чаши удовольствия. Голова пошла кругом.

— Феликс, я тоже безумно по тебе соскучилась…

— Тогда мы едем ко мне!

— Нет, погоди!

— Да что еще?! — наградил сердитым взглядом, взъерошив пальцами растрёпанные волосы цвета вороньего крыла.

— Мне, правда, нужно в универ. Хотя бы отметиться. Но…

— Но-о…?! — прохрипел водитель, с видом разъяренного голодного вепря.

— Типография! Мы можем минут на пятнадцать задержаться в подсобке типографии… — хитро улыбнулась, глядя в его обескураженные глаза.

— Мягкова, ты меня убиваешь! Такими темпами, я скоро полюблю ходить в универ…

Мы уже практически подъехали к корпусу журфака, когда Феликс напряженно сказал.

— И, кстати, по поводу Громова. Я решил проблему! Он больше никогда тебя не потревожит…

Я нахмурилась. Неужели сейчас Железнов признается, что ночью прибил моего бывшего парня и закатал под исписанный краской асфальт?! Боже, только не это!

— И что ты сделал…?! — осторожно поинтересовалась я.

— Он сам всё сделал! — хитро прищурился Феликс.

Лицо парня обезобразила гримаса отвращения. Чувствовала кожей, с каким трудом ему дает разговор.

— Громов вчера напился до поросячьего визга. Мой дед, царствие небесное, прошел всю войну. Он любил говорить — не умеешь пить — не пей! Твой бывший, когда примет на грудь, дурак дураком! Хотя, он и трезвый то особым умом не отличается…

— Так и что произошло? — с трудом отлепила язык от нёба, чтобы задать вопрос.

— Сперва, завалился голым в женскую душевую, распугал там всех девчонок, а потом заблевал пол в блоке… У ребят полно видео его пьяных похождений! Я переговорил с мужиками — если не хочет стать новым посмешищем универа, засунет язык вместе с очумелыми руками в одно место и перестанет портить тебе жизнь!

— Феликс… — одной рукой студент управлял машиной, другой удерживал мою руку в своей.

— Мне жаль, что тебе пришлось столько из-за меня натерпеться… — он вздохнул, сильнее переплетая наши пальцы.

— Ты не можешь отвечать за поступки окружающих людей! И еще… Вчера я погорячилась, когда попросила тебя принять участие в игре. Если ты не хочешь этого делать…

— Тренер несколько раз звонил мне на прошлой неделе! — металлическим тоном вдруг выдал собеседник.

— И что он хотел?! — удивленно вскинула бровь, не ожидая такого поворота событий.

— Понятия не имею. Не брал трубку. Зато сегодня утром я все-таки перезвонил… Он попросил вернуться. Сказал, что эти остолопы совсем утратили боевой дух. Им нужен кто-то, кто встряхнет затхлое болото. Тем более Громов с похмелья — это уже минус один игрок…

Мы остановились на парковке около корпуса, еще несколько минут не в состоянии оторваться друг от друга.

— Черт. До этой типографии надо ещё как-то дойти! Стоп. Просто отвернись к окну! Вид твоих зацелованных губ не даёт ему опуститься… — не обращая внимания на протесты, игриво высунула язычок изо рта, описывая им в воздухе невидимую окружность.

— Мягкова… Накажу! Мало не покажется! — в это мгновение наэлектризованное эротическими флюидами пространство между нами разорвал звук телефонного звонка.

Феликс достал телефон, хрипло бросив.

— Слушаю! — пару секунд парень молчал, в то время как из трубки доносился то ли треск, то ли очень громкий крик.

Наконец, Железнов повернул на меня перекошенное от злобы лицо. Медленно сглотнула, ощущая, как вниз по пищеводу спускается нехорошее липкое предчувствие.

Мои ладошки покрылись испариной, потому что в глазах Феликса пронеслась вспышка ярости.